Не желанный

Мы дальше ехали в полной тишине. Фрэд обеспокоенно бросал нам взгляды с овального зеркала. Я уткнулась в телефон, так как он не переставал вибрировать из-за без остановки пришедших сообщений. Увидев имя контакта, который беспокоил меня, я стиснула зубы до скрежа, что Элмер сразу же обернулся ко мне лицом.

— Что такое? — склонил лицо передо мной. — Что-то случилось?

Хорас и Пелагея писали мне в личные сообщения одновременно. Если один возмущался, что не пустили на свадьбу, как родителя, то другой поливал меня грязью, говоря, какая я неблагодарная и обзывал прочими последними словами. Но на меня их слова никак не действовали. Мне было просто плевать, что заблокировала обоих, окончательно удалив их номера с контактов.

— Да кое-какие люди никак не угомонятся, — закатываю глаза от раздражения.

— Хорас и Пелагея? — уточняет мужчина, что я лишь киваю в ответ.

Одно упоминание их имён вызывает у меня ненависть и раздражение. Впрочем, они причины всех моих отрицательных эмоций. Что радует меня больше всего — это то, что хоть и не хочется вовсе в этом признаваться, но именно Элмер Кинберг в прямом смысле этих слов — единственный, кто спас меня от их общества. Я могу не брать во внимание каким именно путем он спас меня. Но факт остается фактом.

— Кто же еще? — раздражённо шиплю я. — Не спрашивай о них. Лучше забудь о них, — уже спокойно продолжаю я.

— Будь по-твоему, — сдается мужчина, отвернувшись от меня.

— Ты хочешь, чтобы я что-то сделала, когда встретимся с твоим отцом? — задаю главный вопрос.

Элмер от моего внезапного вопроса поворачивается ко мне полным корпусом, что колени соприкасаются о моих. Глаза удивлённо взглядывают в мои, словно ища что-то в них. Затем его губы медленно изгибаются в улыбке. Мне кажется, это взгляд умиления. Затем он осторожно берет мою руку в свою, как и ожидалось вызывая дрожь по теле и кладет другую руку поверх моей.

— Будь естественной. Это все, что от тебя требуется, — ласково сжимает мою руку. — Я не буду говорить тебе, чтобы ты соврала в кое-каких деталях. Тебе решать. От твоих слов зависит наше будущее.

Чего? Что он несёт? Он вообще слышит, что говорит?

— То есть ты так хотел этого брака со мной, что теперь даёшь задний ход? — недоумеваю я. — Именно когда все дело сделано? А не поздно ли ты пришел в себя? Выходит ты не против развестись сразу же на следующий день после свадьбы? — осыпаю его вопросами. — Ну, чего молчишь?

— Моего отца не обвести вокруг пальца. Он — человек проницательный, — спокойно поясняет он, подтверждая, что прекрасно слышит, что говорит. — Если мы поедем к нему с заранее подготовленной историей во избежания допроса, он тут же заподозрит подвох. Думаю, наши взгляды выдаст нас самих. Нам ничего не остается, кроме как быть естественными. Нам придется импровизировать так, чтобы наши слова складывались друг с другом, — деловым тоном объясняет мужчина и отпускает мою руку, глядя перед собой. — Или ты можешь разрушить этот брак, воспользовавшись этим случаем, так как ты еще не отказалась от мысли избавиться от меня. Можешь не говорить. По твоему взгляду так и понятно, — тут же останавливает, как только я открываю рот.

Не думала, что все-таки придется ему признаться в этом. От его последних слов мне почему-то стало грустно. Он говорил это таким убитым голосом, что сердце почему-то пропустил один болезненный удар. Если не скажу сейчас, то такой возможность может не появиться вновь.

— Нет, я бросила эту мысль после свадьбы, — тихо начинаю я и вновь вижу удивленный взгляд Элмера. — Да, это так. Я хотела сказать..., — замолкаю, так как никого, кроме Хэвенсов не благодарила в жизни. — Впрочем, спасибо, — на одном дыхании бросаю я, заливаясь румянцем и отворачиваюсь к окну.

— Я не расслышал. Можешь повторить? — кладя руки на мои щеки, заставляет смотреть на него.

— Ты прекрасно слышал, — убираю его руки с щек.