69 оттенков пошлости

POV:T
Я схо­жу с ума? Я не по­нимаю, что он де­ла­ет, я ни­чего не чувс­твую, кро­ме тех мест, на ко­торые па­дали уда­ры. И эта чер­то­ва иг­рушка. Мне не нуж­но ви­деть его что­бы по­нимать: он кай­фу­ет. Са­мое худ­шее в этом по­ложе­нии, что ты не мо­жешь ска­зать «стоп». Ты веч­но бу­дешь свя­зан и не­волен. Он спра­шива­ет ме­ня, люб­лю ли я его, как я мо­гу его лю­бить, ког­да он де­ла­ет со мной это? Я уже не счи­таю уда­ры, я уже не ду­маю. Я прос­то кри­чу «стоп». Гарри ос­та­новись. Да, я сбе­жала. Да, я вы­пила эти таб­летки. Да, я пло­хая рабыня. Но по­чему мне при­ят­но, по­чему эта чер­то­ва шту­кови­на во мне... Я пы­тал­ась сос­ре­дото­чить­ся на этом чувс­тве, что­бы не слы­шать боль, но все не так прос­то. Иног­да он ос­та­нав­ли­вал­ся и гла­дил ме­ня, це­ловал шею... мне хо­телось кон­чить, но я не могла. Ме­ня сдер­жи­вало что-то. Оче­ред­ная се­рия уда­ров. Он на­певал ка­кую-то пе­сен­ку... и тут я уз­нала эту ме­лодию. Я и рань­ше знала эту пес­ню, но толь­ко сей­час до ме­ня это дош­ло.

- You're my blue bird, - че­рез си­лу про­пела я сло­ва, - я и есть ва­ша си­няя пти­ца?

«В по­гоне за меч­той,
Этим ве­чером то­же кто-то при­дет пой­мать ме­ня, на­точив ког­ти.
Же­лая стать счас­тли­выми лю­ди ме­ня­ют­ся,
В по­гоне за счасть­ем они прев­ра­ща­ют­ся в охот­ни­ков.»

Он вы­пус­тил из рук плеть, виб­ра­ция прек­ра­тилась.
- Хм... ты пер­вая, кто уз­нал эту пес­ню.
- Хо­зя­ин... - я про­дол­жала пла­кать. Я не чувс­тво­вала сво­его те­ла, мне хо­телось кри­чать. Он взял ме­ня на ру­ки, я при­жал­ась к не­му. Я зак­рыла гла­за, от­крыв их вновь, я уже ле­жала на кро­вати. Иг­рушку он вы­тащил из ме­ня. Вот он на­до мною, он не спе­ша вхо­дит в ме­ня, как при­ят­но. Прос­то ощу­щать его. Бо­ли уже не бы­ло, а бы­ло бо­лез­ненное удо­воль­ствие. Гарри кон­чил очень быс­тро, бук­валь­но за па­ру ми­нут. Он был уже на гра­ни, ког­да бил ме­ня. Мы прос­то ле­жали, я чувс­тво­вала его кон­чи­ки паль­цев, они гла­дили мою ко­жу.

- Ты лю­бишь ме­ня? - вновь спро­сил он.

- Мне слиш­ком боль­но, что­бы лю­бить.

- Боль мо­жет при­носить удо­воль­ствие.

Я хо­тела про­мол­чать, но сло­ва выр­ва­лись из ме­ня.

- А Вы... Вы ме­ня лю­бите?

- Нет, но ты очень да­же при­тяга­тель­ная девочка, - он неж­но по­цело­вал мой нос и про­шеп­тал, - не убе­гай боль­ше, ми­лая...

Он та­кой... теп­лый... я не могла по­нять, по­чему все, что я пе­режила из-за не­го, ис­че­за­ет, сто­ит ему улыб­нуть­ся и ска­зать что-то неж­ное. По­чему я не мо­гу его не­нави­деть? По­чему же­лание при­тянуть­ся к не­му, силь­нее, чем боль.
- Ты опять пла­чешь?
- Нет, прос­то... прос­то я... я к ма­ме хо­чу, - я ду­мала, что он пос­ме­ет­ся, но он пог­ла­дил мне го­лову и что-то хо­тел ска­зать, но не ска­зал. А что в дей­стви­тель­нос­ти я о нем знаю? Те­перь у не­го бы­ли та­кие грус­тные гла­за, я роб­ко по­цело­вала его, прос­то при­кос­нулась к гу­бам. Он улыб­нулся.

- Я кста­ти еще кое-что зап­ла­ниро­вал.

- Что? Это...

- Ты опять на­чина­ешь дро­жать! Ха-ха! Ну... да, это боль­но бу­дет, но то­го сто­ит.

Он пе­ревер­нул ме­ня на спи­ну и на­руч­ни­ками зак­ре­пил пра­вую ру­ку к кро­вати. Из тум­бочки он дос­тал но­жик и спирт с ва­той. Про­вел де­зин­фекцию. Я по­няла, что он хо­тел, и не была про­тив, к сво­ему удив­ле­нию. Ме­ня зо­вут Фара, я прос­то сек­су­аль­ная иг­рушка мо­его хо­зя­ина Гарри Стайлса, ес­ли я бу­ду так ду­мать, то все бу­дет хо­рошо. Я не бу­ду оди­нока. Мне уже не ви­дать обыч­ной жиз­ни, но я хо­тя бы бу­ду знать, что он ме­ня ни­кому не от­даст. Пер­вый штрих и ос­трая боль скон­цен­три­рова­лась в пле­че. Вто­рой, тре­тий... и­ерог­лиф за и­ерог­ли­фом. «Гарри Стайлс» - бу­дет на­писа­но у ме­ня на ру­ке. Я не ска­жу, что это так боль­но, но все же бы­ло очень боль­но. Я не кри­чала, не пла­кала, а прос­то сле­дила за мо­им ху­дож­ни­ком. Он был весь в ра­боте, а я была его хол­стом. На­вер­ное, бла­года­ря это­му я не ду­мала так о фи­зичес­кой бо­ли. В этот мо­мент я хо­тела пол­ностью при­над­ле­жать ему, я хо­тела его. Ког­да он за­кон­чил, у ме­ня бы­ли бес­смыс­ленные гла­за, на­вер­ное, я чувс­тво­вала се­бя так. Ког­да он за­кон­чил, я по­няла од­ну вещь: мне уже не стать нор­маль­ной.

- Фара... да­вай спать.

- Да, хо­зя­ин. Я то­же ус­тала.

«По­целуй ме­ня» - по­думала я. И он по­цело­вал. Это был са­мый нас­то­ящий лю­бов­ный по­целуй. Я хо­тела про­дол­же­ния, но...

- Кто-то ска­зал, что ус­тал, а еще и сама ле­зешь, - улыб­нулся он.

Я была воз­буждена и не могла ни­чего с этим по­делать. Я хо­тела за­нять­ся лю­бовью.

- Нет, я ска­зал: спать.

По­чему я та­кая? По­чему? Как бы я хо­тела быть силь­ной и соп­ро­тив­лять­ся ему до пос­ледне­го, но он... я не­нави­жу его за то, что он смог ка­ким-то об­ра­зом при­ручить ме­ня. Я спус­тилась на пол. Си­дела и ду­мала над смыс­лом жиз­ни, я хо­тела по­нять его, по­нять се­бя. По­нять, по­чему все так? По­чему я за­бываю это уни­жение? В се­реди­не но­чи я ус­нула, но луч­ше бы не спала. Я хо­тела прос­нуть­ся, по­тому что ме­ня му­чили кош­ма­ры. Мне снил­ся хо­зя­ин и си­няя пти­ца в клет­ке.