Летящие облака

Когда Цзинь-ге прибежал на склад, Янь Чэн уже успел перевязать Цзян Сяоси.

Он снял с себя бежевую куртку и обмотал ею его кровоточащее плечо и руку, но кровь уже проступала сквозь ткань.

Цзян Сяоси сидел на полу, его губы побелели. У него слегка помутилось сознание, но он сумел найти в себе силы, чтобы попытаться успокоить Янь Чэна:

- Доктор Янь, все хорошо, все в порядке...

Он упал на стекло всем телом. Если бы Янь Чэн не подхватил его, значительно смягчив падение, последствия могли оказаться куда страшнее порезанного плеча.

- Что случилось? – занервничал Цзинь-ге.

Он привез с собой этого человека, и надо же, к чему это привело! Он не знал, как это объяснить большому боссу, и теперь чувствовал себя виноватым.

Прежде, чем Янь Чэн успел сказать хоть слово, Цзян Сяоси ответил:

- Цзинь-ге, это я был неосторожен и едва не врезался в доктора Яня.

Он изо всех сил пытался не закрывать глаза, от боли и кровотечения у него кружилась голова, его дыхание становилось все слабее:

- Доктор Янь, твоя куртка...

- Не беспокойся об этом. Тебе сейчас лучше не разговаривать. Закрой глаза и отдыхай, скорая уже едет.

Янь Чэн держал его за вторую руку, которая была не повреждена. Чувствуя, как она холодна, он нахмурил брови.

- А Цзинь, свяжись с его родными. У него порезаны плечо и рука. Кости и нервы, скорее всего, не повреждены, но, чтобы удостовериться в этом, требуется провести дополнительное обследование в больнице.

Последнее, что видел Цзян Сяоси прежде, чем потерять сознание, это Цзинь-ге, который с обеспокоенным видом звонил по телефону. Прежде, чем он успел остановить его, тьма заволокла его сознание.

***

В доме семьи Вэй за обедом было непривычно многолюдно, и за столом не было ни одного свободного места.

Вэй Тунминь сидел во главе стола, сейчас он выглядел значительно лучше после недавней болезни. Вэй Шочжун сидел справа от него. В свои 50 лет он выглядел подтянутым и ухоженным. Когда он молчал, в чертах его лица проступало сходство с его младшим сыном Вэй Цидуном, с той лишь разницей, что годы и положение сделали его облик более внушительным.

Вэй Жуфэн сидел возле отца, не сводя взгляда с Вэй Цидуна и Дуань Ици, словно здесь больше никого не было.

Вэй Тунминь иногда произносил несколько слов, в конце концов, у них были гости и все время молчать было бы невежливо. Дуань Ици тоже время от времени осведомлялся о самочувствии патриарха, и благодаря этому атмосферу за столом удалось немного разрядить, хотя в воздухе по-прежнему витало напряжение.

Лежавший рядом с Вэй Цидуном телефон зазвонил. Он взглянул на экран, но не стал отвечать на звонок и снова положил его на стол.

Когда Вэй Тунминь пообедал, его отвезли обратно в комнату, чтобы он мог отдохнуть.

Ему не было дела до любовных дел его внуков, он и так прекрасно видел их всех насквозь, поэтому не стал утруждать себя и высказываться на этот счет.

Если кому и было неловко, так это Вэй Шочжуну. Оба его сына, словно сговорившись, начали встречаться с братом и сестрой из семьи Дуань. Стоило Вэй Цидуну объявить о том, что он встречается с молодым господином семьи Дуань, как Дуань Ицзя сразу же рассталась с Вэй Жуфэном. Старшего сына отвергли, а младший по-прежнему имел дело с мужчинами, и теперь в их кругах только об этом и говорили.

Однако, Вэй Цидун сохранял полнейшую невозмутимость. Он, не торопясь, доел стейк и также медленно закусил десертом.

Когда Вэй Тунминь покинул столовую, напряжение за столом значительно снизилось.

Вэй Шочжун любезно расспросил Дуань Ици о его родителях. Когда на эту тему больше было нечего сказать, он уже собирался уйти к себе, но Дуань Ици неожиданно заговорил о другом:

- Дядя Вэй, я хочу открыть игровую компанию. Я уже говорил об этом с Дун-ге, и он готов помочь мне с этим.

Вэй Шочун, не воспринимая это всерьез, просто кивнул в знак одобрения. Ничего страшного, если ребенок ради развлечения хочет открыть собственную компанию, это нормально.

Дуань Ици взглянул на сидевшего рядом Вэй Цидуна и сказал:

- На это нужна приличная сумма, и тех денег, которые выделил мне отец, недостаточно. Мне неудобно просить об этом Дун-ге.

В его обычно яркой и уверенной улыбке на сей раз сквозило некоторое смущение.

Вэй Шочжун решил пока остаться и выслушать его до конца.

- От матери мне достался трастовый фонд, и я хочу задействовать его. Но я получу к нему доступ только после заключения брака. Дядя Вэй, ты не будешь против, если мы с Дун-ге поженимся?

Эти слова прозвучали так внезапно, и Вэй Шочжуну показалось, что он ослышался.

Вэй Цидун медленно повернул голову и уставился на Дуань Ици.

После такого заявления брови Вэй Жуфэна поползли вверх.

В столовой повисло молчание.

Дуань Ици, нисколько не смущаясь, похлопал ресницами:

- Для начала достаточно просто обручиться. Мама сказала, что после обручения она выделит мне часть денег.

Вэй Цидун стиснул зубы, его подбородок напрягся до предела.

- Дун-ге, ты разве не хочешь обручиться со мной? – Дуань Ици игриво толкнул его плечом. – Или у тебя есть еще кто-то?

Вэй Цидун посмотрел на это лукавое красивое лицо и не смог удержаться от вздоха. Дуань Ици играл не по правилам. Прикидываясь невинной овечкой, он отлично умел отыскать у других слабое место. Они уже договорились по поводу отношений между ними, и у них не было разногласий по поводу дальнейших действий, и вот этот человек нанес ему удар в спину, он действительно очень коварный и мстительный.

- Собираешься обручиться? – Вэй Шочжун посмотрел на своего младшего сына.

- Отец, давай обсудим это позже, - Вэй Цидуну надоел этот разговор, и он встал, собираясь уходить.

- Нечего тут обсуждать, - Вэй Шочун взглядом велел ему держать себя в руках и принял решение за него. – Если семья Дуань не против, наши семьи могут договориться. Вы уже не мальчики, пора подумать о помолвке и браке.

Семья Дуань обладала огромным влиянием, а семья матери Дуань Ици имела вес в политических кругах страны М. Семье Вэй такой союз был чрезвычайно выгоден. Хотя семья Дуань намеревалась передать управление бизнесом своей дочери, у них был только один сын, Дуань Ици, и все они души не чаяли в этом молодом господине. Если уж Вэй Цидун собирается жениться, ему не найти лучшего кандидата, с какой стороны ни посмотри.

Вэй Цидун сбросил очередной звонок, нервно постукивая пальцами по подлокотнику кресла и пытаясь совладать с обуревавшими его эмоциями.

Вэй Жуфэн тоже решил нанести под конец удар и насмешливо поинтересовался:

- А что, тот человек, которого привез Цидун, все еще живет в Жуйхонцзю?

После этих слов за столом снова повисла напряженная тишина.

Всей семье Вэй было известно о том, что произошло с Вэй Цидуном на острове Даоюй. Хотя Вэй Шочжун никогда не видел человека, которого его сын привез с собой, он о нем слышал. Вэй Шочжун никогда не обращал внимания на мимолетные увлечения своего сына, тот с юных лет любил повеселиться, но его личная жизнь никак не мешала работе.

Вэй Шочжун и в данном случае не видел проблемы, но перед Дуань Ици он, как отец, был обязан сказать свое слово, чтобы сохранить лицо:

- Он здесь уже более полугода, пора отправить его обратно. Не скупись на вознаграждение, в конце концов, он ведь помог тебе.

Вэй Цидун одним глотком допил оставшееся вино и ничего не ответил, на его лице не отражалось никаких эмоции.

- Цидун, неужели он и правда тебе так приглянулся, а? – с усмешкой спросил Вэй Жуфэн и перевел взгляд на Дуань Ици. – Ици, и ты потерпишь такое?

Вэй Цидун холодно взглянул на брата, его взгляд стал острым, словно меч.

- Цидун без тебя разберется, смотри лучше за собой, - Вэй Шочжун взглядом велел старшему сыну замолчать, а затем вновь посмотрел на Вэй Цидуна, ожидая его ответа.

Вэй Цидун вдруг поднял руку и ущипнул Дуань Ици за щеку. Он редко позволял себе такой интимный жест при посторонних, и его голос прозвучал непривычно весело:

- Отец все верно говорит. Я отошлю его еще до помолвки.

- Я знаю, ты очень нравишься ему. Он сильно донимает тебя за то, что ты со мной? – с улыбкой сказал Дуань Ици и, убрав его руку от своего лица, сжал ее в своей руке. – Он тебе все еще нравится?

- Он действительно нравился мне раньше, - спокойно ответил Вэй Цидун. – Кто, очнувшись в незнакомой местности и не помня себя, не привяжется к первому увиденному им человеку?

- Ну, а потом? Память уже давно вернулась к тебе, а ты до сих пор заботишься о нем. Неужели то, что вы пережили вместе, так сильно сблизило вас? – наседал на него Дуань Ици.

- Ммм, может, и так, - Вэй Цидун с улыбкой взглянул на Дуань Ици, но при этом, казалось, видел перед собой лицо Цзян Сяоси.

Их первая встреча безусловно произвела на него сильное впечатление.

Тем жарким вечером на острове Дуоюй Цзян Сяоси был так разгорячен, и его большие глаза сияли влажным блеском, а пухлые мягкие губы были слегка приоткрыты. Он оказался единственным человеком, готовым принять у себя неизвестного человека, истекающего кровью. А потом после ужина он, растягивая слова, пытался придумать ему «солидное» имя.

Увидев его ласковую улыбку, Дуань Ици на миг опешил, но быстро понял, что эта улыбка предназначена вовсе не ему.

Несмотря на договоренность между ними, он все равно был раздосадован, видя такого Вэй Цидуна. Сегодня он не собирался давать ему спуску, и уже не мог остановиться.

- Что ж, тогда нужно сделать, как сказал дядя Вэй, - сказал Дуань Ици. - Отправь его обратно на остров как можно скорее. Если он не захочет возвращаться туда, можно отослать его в другой город. Главное, чтобы его не было здесь, в столице. Но нельзя допустить, чтобы люди сочли нас неблагодарными.

Вэй Цидун, наконец, поднял голову и сказал:

- Хорошо, я разберусь с этим, как можно скорее, - он посмотрел на отца. – У меня еще есть дела в офисе, поэтому я ухожу.

Вэй Шочжун тоже устал, он кивнул в ответ, и все разошлись.