Микки

— Как же здорово, что Итан подарил нам билеты. — я улыбнулась, наслаждаясь вечерней картиной Лондона.

В преддверии Рождества, центральные улицы Лондона освещались большим количеством разноцветных огней, в том числе помимо световых гирлянд были задействованы светящиеся звезды, ангелочки и шары. После серых будней, улицы города стали яркими, наполнились людьми, ведь теперь можно заметить украшения к самому светлому празднику зимы — Рождеству. Повсюду снующие в спешке люди, дети, с счастливыми улыбками. Нам даже удалось послушать выступление одной уличной группы, которая исполняла рождественские ретро хиты. Как интересно, что людям не так уж много нужно для счастья, достаточно лишь музыки и хорошего настроения, и тогда мир будет казаться чуточку ярче, чем обычно.

— Итан не любит театры, но любит побеждать. — закончил Тео.

— Как планируешь отмечать Рождество? — спросил Тео, когда мы направлялись в парк.

— Тесса сказала, что у нее есть какие-то планы и пока не посвятила в них, — я улыбнулась, когда увидела очередной рождественский оркестр. — а у тебя?

— Как обычно, рождественский ужин в кругу семьи. — произнёс он.

— Ты не замёрзла? — Тео взял меня за руку. — Если тебе холодно, то можем пойти домой.

— Нет, не хочу домой. Сегодня потрясающий вечер. Я не хочу, чтобы он так быстро заканчивался. — проговорила я, после чего натянула перчатки.

Мы остановились неподалёку от катка, где сегодня царило безумие - толпы людей разных возрастов и громкая музыка.

— Решила куда будешь поступать? — тишину разрядил Тео, он облокотился на бортик катка.

— Я много думаю об этом, но больше склоняюсь к Бостону. А ты?

Он внимательно посмотрел на меня. Мы шли достаточно близко, держались за руки, как в типичных романтичных сериалах.

— Я бы хотел поступить в один университет с тобой, — его голос звучал тихо и осторожно, будто он боялся моей реакции.

— Ты серьезно? — мое сердце пропустило удар.

— Да, — он улыбнулся. — я хочу, чтобы мы были рядом, вместе...

— Тео, я... Я даже не знаю, что сказать!

— Ты против?

— Что? — я удивленно уставилась на него. — Нет! Я хочу этого тоже! — я обхватила его лицо руками. — Просто не могу поверить, что ты хочешь быть со мной и...

— Я люблю тебя, Микки. — он смущено глядел на меня, словно это не тот самоуверенный Тео, которого я знаю. — Поэтому я хочу, чтобы мы учились вместе. Может мы даже могли бы снять квартиру...

— Я тоже люблю тебя, Тео. — эти слова я откладывала в долгий ящик, потому что боялась даже заикаться о них.

Прежде всего, я боялась себя. Боялась, что не смогу ужиться с чувствами, что любовь сильно вскружит мне голову и я наделаю глупостей, о которых буду жалеть всю жизнь.

Я слегка дотронулась губами до его губ, что вызвало у него улыбку. Это был даже не поцелуй, лишь прикосновение. Казалось, в мире существовали только мы.

— Это тебе. — он протянул мне ничем не примечательную коробочку. — Хотел подарить на Рождество, но, думаю сейчас идеальный для этого момент.

Открыв коробочку, я увидела золотой браслет, красиво переливающийся под светом уличных фонарей.

— Тео, это прекрасно...— пробормотала я.

— Надень, — он достал украшение из коробочки.

Я надела браслет, но не смогла разобраться с замочком. Почему-то браслет отчаянно не хотел застегиваться.

— Чтобы застегнуть тебе понадобится это...— он залез рукой в карман, а после немного смущенно открыл ладонь. — Это ключ от моего сердца.

На его ладони лежала цепочка, на которой стоило мне взять в руки, я заметила ключик.

— Если ты не против, я застегну. — голос Тео выдавал волнение.

Это было мило и я больше не хотела заставлять его нервничать.

— Не против. — ответила я, а после увидела, как Тео взяв ключик с цепочки, застегнул браслет, после чего надел цепочку.

— Я всегда буду рядом с тобой. — проговорил он, схватившись за ключик на шее.

— Это очень романтично, — я усмехнулась, пытаясь скрыть слезы.

— Пойдем покатаемся? — внезапно произнёс Тео.

— Пойдем, — мы направились в сторону кассы, чтобы арендовать коньки.

Оплатив коньки, взятые в аренду, мы присели на скамейку, чтобы обуть их. Последний раз на катке, я была лет в тринадцать. В тот день, папа помогал мне зашнуровать их так, чтобы ноги держались в устойчивом положении.

— Давай я тебе помогу? — Тео наклонился и стал помогать мне со шнуровкой.

Покончив со шнуровкой, мы не спеша направились на лёд. Было сложно. Я уже забыла какого это стоять на коньках. Людей много, но у каждого разная подготовка, из-за этого на льду постоянно кто-то падал.

— Осторожно, — проговорил Тео, придержав меня за локоть. — кажется кто-то совсем не умеет кататься на коньках.

— Научишь меня? — я усмехнулась, в очередной раз вцепившись в Тео, когда потеряла равновесие.

— Самое главное правило - не смотри вниз, старайся держать голову прямо и если чувствуешь, что сейчас упадешь, то постарайся согнуть ноги в коленях, и присесть. — поговорил он, показывая, как нужно делать.

— Откуда ты это знаешь?

— Запомнил, когда ходил с Джилл на фигурное катание, — он усмехнулся. — там уроки гораздо жестче проходят, это я ещё ласково с тобой.

— Спасибо. — я засмеялась и послала ему воздушный поцелуй. — Джилл больше не катается?

— Ей трудно сейчас... Хотел бы я, чтобы она снова вернулась на лед. Она довольно легко запоминала движения и несмотря на юный возраст выполняла сложные элементы.

— Что случилось с ней, тобой? — я боялась спрашивать его об этом.

Он остановился. Его лицо посерьезнело, в глазах отобразилась боль, после чего он попытался вернуть непринужденное лицо, хоть вышло и плохо.

— Это... — он вздохнул. — Пока еще тяжелая тема для меня. Извини, я не готов.

— Прости, я не хотела... — его слова заставили чувствовать себя некомфортно.

Все что меня смущало — его недоверие. Мне хотелось, чтобы наши отношения были построены на искренности и доверии.

— Просто знай, что я не буду осуждать тебя. Когда ты будешь готов, я всегда буду рядом.

Так ли это? Не буду ли я жалеть, что попросила его рассказать? Иногда не знаешь, что лучше правда или ложь. Ведь, в обоих случаях последует боль.

— Спасибо, — он улыбнулся, глядя на меня. — Ну, что продолжим наш урок?

          С недавних пор, я не люблю снег, хотя раньше он вызывал  у меня восторг, стоило хоть одной снежинке упасть с неба. В такие моменты, Стюарт всегда оказывался у меня дома, а после вооружившись шапками и лопатами, мы шли расчищать придомовую территорию от сугробов. Барни редко присоединялся к нашему безумию, потому что его родителям не нравилось наше дурачество.

После аварии, в которую попали родители, я даже не могла видеть рождественские украшения. Перебирая рождественские шары в руках, у меня появлялось чувство тревоги и тошноты. Психолог говорила, что это нормально и необходимо время, чтобы мое состояние окрепло. Не могу сказать, что уже все в порядке, но я перестала смотреть на счастливые лица людей с ненавистью, перестала плакать при виде рождественской атрибутики.

— Микки, достань пожалуйста противень из духовки! — крикнула Тесса со второго этажа.

— Хорошо, — поднявшись с кресла, я забежала на кухню, вдыхая аромат печенья.

Достав противень, я сфотографировала выпечку, потому что это выглядело очень эстетично, а затем запостила в сеть. Я сразу получила отклик от Барни, а следом от Патрика.

Барни: Выглядит невероятно вкусно! Ты научилась готовить?

Я: Если бы ха-ха Тесса приготовила овсяное печенье по своему особенному рецепту. Как ты?

Барни: Я буду участвовать в чемпионате по конному спорту в следующем году, буду представлять Чикаго.

Я: Барни, это так здорово! Я очень рада за тебя! *сердечко*

Барни: Спасибо, Элла *сердечко* Как твои дела? Так хочу увидеть тебя...

Я: Я тоже:( В целом, ничего нового... Школа-дом-школа-дом.

Барни: Наши планы насчет поступления не изменились?

Я: Бостон? Все в силе.

Когда я писала насчет поступления, то немного лукавила. Планы изменились, я бы сказала даже очень изменились и я не уверена, как обьяснить друзьям, что теперь поступать мы будем не одни, а вместе с Тео. Ведь, я так и не рассказала им, что у меня появился парень. Не знаю почему... Мне кажется, эта тема неловкой. Помню, как Стюарт шутил, что мне нужно найти парня, а я говорила, что не хочу даже слышать ничего поэтому поводу, а теперь...

Барни: Уже жду, когда мы вновь соберемся вместе. Я, ты, Стюарт.

Я: тоже...

Патрик оставил коммент в виде смайлика с глазами из сердец.

Я: Счастливого Рождества, Пат!

Патрик: Счастливого Рождества, Микки:) Проведи этот день весело!

Обменявшись сообщениями, я также отправила поздравление Стюарту, Трикси и нескольким одноклассникам из школы, в том числе Джессики. После случившегося, мы иногда списывались, она показалась довольно дружелюбной.

— Спасибо, Микки. — Тесса показалась рядом совсем неожиданно, заставив меня подскочить.

— Ты снова напугала меня! — я засмеялась.

— Прости, — захватив бумажный пакетик, она сложила печенье. — мы едем к твоим бабушке и дедушке.

— Что? Ты шутишь?

— Нет, они очень хотят увидеть тебя и провести это Рождество вместе. — Тесса также взяла коробку с кексами из местной кондитерской, а после жестяную банку чёрного чая.

— Но... Почему ты не сказала это заранее?

— Потому что знала, что ты будешь переживать. — она упаковала оставшиеся приготовления и продолжила. — Хорошо, что снег закончился, иначе это бы затруднило нам дорогу. — Ты готова? Обязательно надень шарф и шапку, а еще захвати перчатки. В Йоркшире холоднее, чем у нас.

Густой туман, словно река растекался по местности. На стекле автомобиля время от времени можно было заметить снежинки, которые таяли, стоило им приземлиться на поверхность.

Снаружи безумно холодно, впрочем как и внутри салона машины, а причина в том, что у Тессы сломался кондиционер.

— Хорошо, что мы взяли плед. — воскликнула Тесса, припарковав машину у обочины. — Микаэлла, мне нужна твоя помощь.

Выйдя из машины, я встала рядом с Тессой, попутно натянув рукава, мы вытащили плед и термос с горячим чаем. Волнение тети можно было почувствовать за километр. Сегодня она была слишком забывчивой.

— Черт. — пробормотала Тесса.

— Что случилось?

— Двери в машине заблокировались. — она подняла на меня растерянное лицо. — Вот черт!

— Нужно позвонить кому-нибудь...Может дедушке?

Тесса хмыкнула.

— Твой дедушка вряд ли обрадуется этой просьбе, — она приложила руку ко лбу. — даже не знаю кому позвонить. Здесь, в Йоркшире, у меня нет знакомых.

— Но ты ведь жила здесь?

— Почти нет. Твой дедушка был помешан на образовании... Когда мне исполнилось четырнадцать, он отправил меня в школу- пансион.

— Не думала, что он такой монстр.

— Скоро узнаешь какой он. — Тесса хмыкнула и стала тереть ладошки от холода. — Так, долго мы не протянем.

Вблизи не было домов, чтобы попросить кого-нибудь нас подвезти,лишь усыпанные снегом равнины и дорога, кажущаяся бесконечной.

— Кажется, кто-то едет, — я подошла ближе к дороге и стала махать руками.

Черный кроссовер плавно двигался по заснеженной дороге и заметив нас, остановился.

— Здравствуйте, вам нужна помощь? — мужчина лет тридцати пяти, вышел из автомобиля и прямиком направился к нам.

— Роберт? — спросила Тесса.

— Тесса? — недоуменно спросил мужчина. — Как же давно мы не виделись...

Роберт был довольно высоким, с темными, короткими волосами и выразительными серыми глазами.

Нахмурившись, он растерянно оглядел нас.

— Действительно давно. — Тесса, постаралась улыбнуться, но от меня не ускользнуло, как натянуто это вышло.

— Так, что у вас случилось? — поправив шарф, он внимательно осмотрел нас.

— Наша машина захлопнулась, ключи остались внутри. — Тесса усмехнулась.

— Вам повезло, что я проезжал мимо. — он улыбнулся во все тридцать два зуба. — Сегодня сочельник, а еще обещали снежный шторм, никто из местных не сунется в такую погоду. — проговорил тот и открыл багажник своей машины, взяв какую-то проволоку, он поковырялся в замке нашей машины и дверь открылась. — Вот так.

— Спасибо, Роб. Как ты, все также живешь здесь?

Я решила отойти, чтобы предоставить им чуть больше пространства. Было видно, что они были непросто знакомыми, а их связывало определено что-то большее. Заняв место в автомобиле, я оставила дверь открытой и прислушалась.

— Пришлось вернуться, женился. — произнёс он, неотрывно следя за Тессой. — Хотя в Австрии мне было очень комфортно, но жена настояла на возвращении в Англию. А как ты?

Стоило ему произнести слово «жена», как на лице Тессы промелькнула грусть, которую она всячески постаралась скрыть улыбкой.

— А что я? Живу в Лондоне, работаю и фотографирую.

— Так и не решилась уйти в фотографию с головой? — он улыбнулся.

— Пока еще нет. — она оглянулась назад. — Извини, Роб. Мы с племянницей едем к родителям, не хочется опаздывать.

— Эта дочь Грейс? — в его голосе сквозило удивление.

— Да.

— Очень похожа на нее. — он грустно улыбнулся. — Счастливого Рождества вашему дому, Тесси.

— Счастливого Рождества, Роб.

Некоторое время они стояли в тишине, а потом неловко улыбнувшись, Роберт пошел по направлению к машине, а Тесса появилась рядом со мной.

— Тесси? — улыбчиво произнесла я. — Кто это был?

— Моя первая любовь.

                                     ***

— Я очень переживаю. — произнесла я, сидя в машине.

— Микаэлла, мы не можем просидеть здесь весь вечер.

— Знаю, но вдруг я им не понравлюсь. — я нервно натянула рукава свитера.

— Они любят тебя, просто им нужно было время. — Тесса остановилась неподалеку от забора, отделяющего каменный с темной крышей дом от всех в округе.

— Ладно, я готова.

Тесса завела машину и мы тронулись. Подъехав к воротам, к нам подошел мужчина в темной униформе.

— Ваше имя, мисс?

— Тесса Джослин Ретлифф.

— Добрый день, мисс Ретлифф. — голос охранника сразу сменился на дружелюбный.

— Со мной Микаэлла Диас, внучка.

Внучка... Одно слово, а так много значит. На лице появилась улыбка от осознания, что у меня все же есть семья.

После того, как нас запустили, Тесса припарковала автомобиль на небольшой территории, выложенной из брусчатки. Такая дорога идеально сочеталась с фасадом дома из серого камня, большой черной дверью, а уличные старинные светильники добавляли изысканности.

— Какая красота, — воскликнула я, восторженно разглядывая территорию дома.

Тесса хмыкнула, а после полезла в багажник за пакетами и коробками угощений, и подарков.

Мы остановились у двери. Тесса вздохнула, прежде чем постучать в дверь, взглянула на меня, так словно старалась приободрить и наконец постучала. Дверь открылась почти сразу. Напротив оказался мужчина в черном брючном костюме, белой рубашке. Седые волосы были уложены в аккуратной стрижке, он приветливо улыбнулся завидев нас.

— Рад снова видеть Вас, мисс Тесса, — он продолжал улыбаться, запуская нас внутрь.

— Чарли, как же я скучала! — Тесса кинулась его обнимать, заметив мое смятение, она отстранилась, — Микаэлла, это наш дворецкий, Чарли. Чарли, это Микаэлла, моя племянница.

— Здравствуйте... — коротко произнесла я.

— Просто Чарли, мисс. — он тепло улыбнулся. — Я знаю вашу тетю с рождения, она была непоседой. Они вечно подшучивали надо мной с вашей мамой.

— Вы знали мою маму?

— Конечно, Грейс была сообщницей Тессы. Они все время проворачивали хитроумные планы, а мне приходилось вытаскивать их из передряг. — он засмеялся.

— Иногда он был занудой, — тихо пробубнила тетя, когда дворецкий потянулся за нашим багажом.

— Я все слышу. — произнёс Чарли, а мы с Тессой начали хихикать.

— Мистер и миссис Ретлифф сейчас в своем кабинете, у них переговоры по видеосвязи.

— Узнаю отца. — Тесса закатила глаза, следуя за Чарли, когда мы поднимались на большой лестнице.

— Думаю вам не мешает отдохнуть перед ужином, а я предупрежу родителей об этом. — Чарли остановился у комнаты, на которой висела табличка «Снобам вход запрещен».

Тесса усмехнулась, остановившись у двери.

— Они не сняли ее, — тетя прикрыла рот, стараясь громко не смеяться.

— Они ничего не меняли в комнате с тех пор, как вы уехали, мисс Тесса.

— Чарли, сколько раз я просила не называть меня «мисс»?

— Мое воспитание не позволяет вести себя по-другому. — произнёс мужчина, а после наконец обернулся ко мне. — Пойдемте, теперь я покажу вашу комнату.

— Подожди, — она презрительно посмотрела на нас. — Родители подготовили гостевую комнату для Микаэллы?

— Верно, мисс Ретлифф.

— Но, что о комнате Грейс?

— Они никому не разрешают заходить в эту комнату.

— Какой маразм, — она закатила глаза. — Ладно, я поговорю с ними. Микаэлла, отдохни пока, потому что тебе сегодня понадобится много сил.

Посмотрев на Тессу, я неуверенно зашагала вдоль длинного коридора за Чарли. Он довольно быстро передвигался, лишь изредка останавливался, чтобы поправить очки, а затем мы остановились. Он толкнул дверь и пропустил меня вперед.

Первое, на что я обратила внимание, это интерьер комнаты. Стены оливкового цвета, светлый паркет, на котором лежал небольшой коврик с узором, деревянная кровать, застеленная зеленым одеялом, рядом прикроватная тумба с лампой, чуть дальше по комнате можно заметить комод с многочисленными шкафчиками, подле нее с правой стороны письменный стол. Потолок здесь был скошен, поэтому комната казалось небольшой, но не менее уютной.

— Ваша бабушка хотела предоставить вам комнату Грейс, но дедушка настоял на этой. — произнёс Чарли. — Мисс Диас, вам что-то нужно?

— Нет, Чарли, спасибо.— смущенно ответила.

Подойдя к окну, я заметила, что вид из моей комнаты выходит на лицевую часть дома, что с одной стороны могло показаться интересно, а с другой безумно скучно.

Из-за того, что Тесса не удосужилась предупредить о поездке заранее, я успела впихнуть в рюкзак лишь одно из своих платьев и свитер, который совсем недавно достала из сушилки, а также несколько полюбившихся косметических средств. Теперь, я понятия не имею, что мне надеть, ведь я не взяла туфли или даже кроссовки. Из обуви, на мне сегодня были коричневые ботинки, которые идеально сочетаются с пальто Тессы.

Долго сидеть без дела, я не стала. Выйдя из комнаты, я направилась на поиски спальни тети, чтобы посоветоваться с ней по поводу моего сегодняшнего наряда . Благодаря своей «идеальной памяти», мне пришлось останавливаться у каждой комнаты, слегка приоткрывать двери, чтобы не попасть в неловкую ситуацию и идти к следующей. Так было пока, я не наткнулась на дверь, на которой были стикеры со звездочками и сердечками.

Удивительно, что мой дедушка не снял их.

Толкнув дверь, я вошла и не пожалела.

Мне ненужно было слов, чтобы понять, что это комната принадлежит моей маме.

Комната была больше моей спальни. Вид из окна выходил на задний двор. Сейчас все выглядит довольно уныло, из-за голых деревьев и снега, но я уверена, что весной и летом здесь потрясающе, ведь снаружи было много деревьев. Чуть дальше стоящие дома, словно прижимались друг к другу, находясь на одной линии улицы, разве что их отделяли низенькие каменистые заборы.

Стиль спальни был похож на мою гостевую комнату, разве что потолок не был скошен и повсюду было множество интересных статуэток и мягких игрушек.

В какой-то момент, мне показалось, что мама вовсе не уезжала отсюда. В комнате пахло ее духами, на рабочем столе лежали книги, разбросанные карандаши, а рядом, на стуле висел вязаный кардиган, ее кардиган.

Мне хотелось остаться в этой комнате навсегда. Было ощущение, что мама скоро вернется и все будет хорошо, как было раньше, когда она была рядом. Мне отчаянно не хотелось покидать эту комнату.

—Грейс любила рисовать, — раздался голос за моей спиной. — она могла часами сидеть здесь и творить.

Я была застигнута врасплох. Обернувшись, я увидела мужчину, черты лица, которого показались мне очень знакомыми. Было не сложно догадаться кто находился перед мной.

Мужчина был довольно высоким, короткие седые волосы, прямой нос, глаза голубые, задумчивые.

— Дедушка? — я неловко оторвалась от просмотра блокнотов.

— Чем старше ты становишься, тем больше похожа на Грейс, — он улыбнулся, присаживаясь на край кровати.

Я промолчала.

— Прости, что тебе приходится ютиться в гостевой комнате, но это комната слишком дорога мне... — боль озарила его лицо.

Показавшиеся на его лице эмоции показались мне знакомы. Только после первых сеансов психолога, мне полегчало и я смогла отпустить некоторые вещи своей жизни, за которые неумолимо держалась. Но когда у меня отняли дом, я вновь почувствовала боль, тяжелую эмоциональную боль и пустоту, тянущую вниз.

— Понимаю, — коротко ответила я, в очередной раз дотронувшись до тетрадей с зарисовками десертов.

— Микаэлла, я очень рад, что ты приехала. После того, как Грейс не стало, я обезумел. Ушел в работу с головой. Так хотелось забыть горе... Но я должен был жить дальше, иначе мог потерять всех дорогих людей.

— Что ты имеешь ввиду?

— Я оттолкнул от себя родных, потому что хотел справиться с горем в одиночку. — он поправил очки. — Также, я жалею, что так и не успел сказать Грейс, что люблю ее и горжусь ею...

— Она очень любила тебя. — я улыбнулась, вспоминая, как мама рассказывала веселые истории из детства, когда дедушка был еще менее загружен работой и больше времени проводил с семьей.

Он грустно улыбнулся.

— В моей жизни было мало моментов, когда я проводил время с семьей, а еще я почти никогда не говорил, что люблю их, потому что эти вещи казались для меня слишком мягкими и сентиментальными, а я ведь мужчина... — он усмехнулся. — Потом, я понял, что нужно всегда говорить, то что хочешь и не откладывать на потом, иначе однажды можешь не успеть.

Этими словами дедушка напомнил мне об отце. Несмотря на обиду, мне хотелось обнять его и сказать, что люблю его, и вовсе не злюсь, ведь у него не было другого выхода. Тем не менее, упрямство и гордость брали вверх.

— Я не могу простить отца, — произнесла я, опустив глаза.

— Наслышан, что пришлось продать дом. — он внимательно посмотрел на меня. — Если бы твой отец рассказал об этом, мы бы вовремя все отремонтировали, но я узнал совсем недавно от Тессы, когда уже началось строительство отеля.

Отель. На месте нашего дома теперь будет отель.

— Все соседи продали свои дома?

— У них не было другого выбора. Так как жильцы стали продавать дома, то стройка подкрадывалась все ближе и между тем, застройщик отчетливо старался уговорить граждан, используя при этом все преимущества, которые у него были. Иными словами, он заставил продать их участки.

— Мне грустно, что я больше не смогу зайти в дом.

— Я никогда не любил Эндрю и не хотел, чтобы Грейс выходила за него замуж, но я не мог запретить ей встречаться с этим парнем. Она любила его всем сердцем, а потом забеременела и родила тебя. — он внимательно посмотрел на меня. — Когда ты родилась, я был горд своей девочкой. Я был счастлив, что Эндрю поддерживает ее, к тому же я был невероятно счастлив, когда они открыли свое дело.

— Зачем ты рассказываешь мне это?

— Эндрю — хороший папа. Возможно, ты обижаешься на него и на это есть причины, но он тебя любит, и мне не сложно представить, как ему больно, что единственный дорогой человек не хочет с ним разговаривать.

Я поджала губы. Слова дедушки были правдой, которую мне не хотелось признавать.

Отойдя от стола, я присела рядом с дедушкой.

— Спасибо. — ответила я, а после протянула руки, чтобы обнять его.

Он обнял меня в ответ.

— Как твоя жизнь в Лондоне? Уже нашла себе мальчика? — голос дедушки сменился на серьезно-веселый.

— Я...

— Ну уж нет, — возникшая рядом Тесса прервала наш разговор. — не рассказывай ничего ему, иначе не отвертишься.

Дедушка улыбнулся.

— Привет, Тесси. Рад, что наконец-то заглянула к нам!

— Ты знаешь почему я не приезжала раньше. — она закатила глаза. — Бродить по пустому дома не очень увлекательно.

— А как же ланчи, на которые мы тебя приглашали?

— Ты знаешь ответ. Пойдем Микки, я помогу выбрать тебе наряд.

— Упрямая девчонка. — тихо прошептал дедушка, посмеиваясь. — Микаэлла, у нас с бабушкой есть для тебя подарок, ты найдешь его в своей комнате.

Еще раз обняв дедушку, я произнесла короткое: «Спасибо» и направилась прямиком в комнату вместе с Тессой.

Дедушка с бабушкой подарили мне шикарное платье. Оно было из темно-зеленой бархатной ткани. Рукава длинные, платье чуть ниже колен. К образу прилагались туфли на небольшом каблучке, с застежкой на щиколотки.

После того, как я оделась. Тесса чуть завила мне волосы и сделала легкий макияж.

Сама Тесса выглядела также шикарно: на ней бежевое атласное платье в пол, рукава были на пуговках, придавая образу очень нежный и элегантный образ.
Волосы у Тессы короткие, поэтому она лишь слегка накрутила их с помощью утюжка и накрасилась в стиле смоки айс.

— Идем?

— Ты иди, а я спущусь через несколько минут.

Когда она оставила меня, я достала мобильник и набрала давно забытый номер.

— Микаэлла? — раздался голос на том проводе.

— Привет, папа. — слезы полились по щекам, когда я услышала его голос.

— Микаэлла, все хорошо?

— Все хорошо, я хотела поздравить тебя с Рождеством!

— Ох, милая... — он вздохнул. — С Рождеством! Прости, что это Рождество мы празднуем отдельно друг от друга.

— Пап, я не сержусь на тебя. — проговорив это, я выдохнула. — Я люблю тебя.

— Тоже люблю тебя, милая. Очень хочу, чтобы ты была рядом.

Я улыбнулась.

— Главное быть на связи, пап. Пожалуйста звони мне чаще.

Договорив с отцом, я вытерла слезы и отправилась на праздничный ужин, где меня дожидалась семья.

Иногда нужно перебороть упрямство и гордость, чтобы не потерять тех, кто дорог. Иначе существует вероятность не успеть.