Открытка

Полночь, ветер бьётся в оконное стекло, тиканье прикроватных часов, гул холодильника ровно в двадцать  минут первого. Он может предугадать  каждый звук в пропавшем во тьме доме, ведь каждый вечер, перед тем как погрузиться в сон, он закрывает глаза и судорожно повторяет в голове её черты. Лоб - высокий, чуть загорелый у линии волос. Глаза - не карие и не зелёные, а будто выцветшие, с золотистыми искорками у зрачков. Губы - чуть приоткрытые, будто она вот вот что-то скажет, но слова так и остаются висеть между ними. Он боится забыть. Боится, что однажды проснётся, а её лицо навсегда потеряется  в лабиринте его разума, оставив после себя лишь чувство утраты. 

Открытка лежит в коробке из под часов, прикрытой стопкой носков. Он достаёт её, когда дом погружается в тишину, и прижимает к груди, к губам, к запястьям, чтобы хоть капля её запаха осталась на коже. Духи уже выветрились, но он всё ещё улавливает слабый отзвук - ваниль и что-то древесное.  Но если прижать её к ноздрям, то на секунду возникает иллюзия- вот она, рядом. Её тёплая кожа, покрытая золотистым загаром, её волосы, пахнущие кокосовым шампунем , её смех, такой заливистый и громкий, только он давал ему надежду на что светлое. Голос, произносящий его имя так, будто это единственное слово, которое осталось в её  мире. Нежные руки, обвивающие его шею, и он чувствует, как по коже бегут мурашки.  Он вдыхает глубже, и сердце бьётся так, будто вот вот разорвёт рёбра. 

За стеной сонно переворачивается его девушка. Она спит, обняв подушку. Утром она поцелует его в уголок рта, не зная, что он всю ночь грезил призраком. Тёплая, настоящая, её любовь это якорь, который держит его в реальности. Он любит её. Или хочет любить. Сложно сказать.  Но когда она смотрит на него, он отводит взгляд. Если всмотреться слишком долго, то в глубине её радужки проступит чужая тень- та самая, что живёт только в его голове. Это сводит его с ума. Он тщетно выскребает глазами её черты в каждой женщине на улице, в каждом случайном взгляде, в дыме сигареты, которую курит его девушка ( но она же не курит? Или курит? Или курила она?) за чашкой кофе с утра. Где-то в подсознании, в этом тягучем, как смола, пространстве между сном и явью, его мысли снова и снова возвращаются к другой. К той, которая, возможно, даже не помнит его.

Образы, пропитанные её ванильным запахом, заполоняют самую сокровенную и помутненную часть его разума, что-то, разрастающееся внутри много лет, не хочет, чтобы это прекращалось. Если она исчезнет, то вместе умрёт и что-то внутри него самого, и тогда, его убьет не тихая старость с возлюбленной, а конец их истории, конец их фантомов, живущих в том, чего у него никогда не будет, как бы сильно он не зажмуривался.
А пока-  он снова закрывает глаза и начинает сначала.  Лоб – высокий, чуть загорелый у линии волос. Глаза – не карие и не зелёные…