Озвучивание не поддерживается в этом браузере
26. Пыль.
Шарканье ног по сухой земле,
Легкость вокруг не давала остыть,
Что бурливо во мне так глубоко,
Где я был бессилен.
Словно неведомый мрак,
Скользнул по щелям покрова моих вен.
Он был везде: от тончайших крупиц до толщенных костей.
Он был как гной,
Ловко пробираясь сквозь ткань.
Расщепляя остатки сущности моей,
Что была лишь пылью для них.
Та, что глупа и наивна,
Вовек была поражена им.
И снова я был средь тех,
Кто потерян в своем безличии.
Перед очами лишь ярый свет,
Он был далек, но сиял мне в глаза.
И в миг глазниц не стала,
А на их месте кристалл белизны.
Прожигал слой за слоем кожи,
И лишь хруст чего-то остановил его.
И тепло его было обжигающим,
Что резко сухость внутри.
Словно был я морским зверем,
Но не тем, кем считали меня они.
Нет у меня очей,
Что видали их лица.
Нет у меня того,
Что можно было назвать сосудом.
Нет у меня и звука,
Но должен ли я говорить,
Если был так глуп?
Нет ума, нет и мыслей.
Может и вовсе был я куклой,
Которая вскоре стала бездушностью.
И таков ли был мой мир?
Выжженных полей некогда прежней земли,
Выцветшей зелени кругом.
И лишь он был здесь,
Чей свет был ярче самой звезды.
(30.03.-31.03.2026)
Комментарии