"С пренебреженьем гордым брошу..."
С пренебреженьем гордым брошу
Я взгляд на умные труды:
"Вы, пережитки старины!
Ваш переплёт бесцветен, скошен;
Узором ветхим паутины
Вас приуркрасить мнят года,
Но только затхлостью могильной
От вас разит при свете дня.
Страницы ваши пожелтели
Иль в прах рассыпались в руках,
Коренья костно затвердели."
Склонившись скорбно, как монах,
Я речи к книгам посылаю,
Ища всё новый в них изъян:
"На полках древних, истлевая,
Врасли друг в друга, как бурьян
Растёт в заброшенных деревнях
Среди разрушенных домов,
Меж изгородей редких, скверных...
Наследство скудное отцов!
На вас смотреть - одно страданье:
Здесь смерти видно торжество;
Её сквернящее дыханье
Мне пальцы жжёт и жжёт лицо!
Века вас с плесенью сроднили;
Из пыли бархат вам не в новь.
Вы вечным сон себя сгубили;
Как в мертвеце не гонит кровь
Немое сердце, остывая, -
Так вам, великие умы,
Уж не пленить - нет! - слогом старым,
Лишённым склада, красоты!"
На полки серые с тоскою
Смотря чрез призму новизны,
Я снова рёк, тряхнув главою:
"О ты, папирус, лоскуты
Чьи кожей змей к земле спадают!
Что тайный смысл ты хранишь?
Безумцы руки простирают
К тебе в надежде, что узришь
Ты их великое желанье -
Прочесть по знакам мира суть.
Как человек слепой, страданье
Превозмогая, ищет путь -
Так те глупцы, оставив юность,
Сей жизни цвет, неверный знак
Толкуют вместе, врознь, и глупость
Их детский ум вгоняет в мрак.
Один кричит: "Сия кривая,
На трость похожая, дуга
Есть символ истинного рая".
Другой промолвит: "Это - тьма!
Смотри, какие закорючки!
А это - дерево иль медь..."
Сплошные точки, палки, крючки!
Пока стоит под нами твердь,
Пусть тайна мира созиданья
Наш разум гонит от себя;
Пусть старость, ленность искупая,
Познает горький вкус труда
Вопросов тысячных мученья!
Пусть юный ум не тратит зря
Лета прекрасные, хирея
Над книгой дряхлой в свете дня."
Но шёпот древнего созданья
Мне ужас в сердце поселил:
"Глупец!.. На все твои стенанья,
В которых ты превозносил
И лень, и страх непониманья,
Одно могу тебе сказать:
Тому, кто глуп, есть оправданье
Богатсва книги не понять..."