Отдельный котел в аду
Я сидел на полу и смотрел, как солнечные лучи передвигаются по комнате. Это было очень интересно. Вон там на линолеуме была маленькая дырочка. Казалось, будто кто-то специально ее чем-то выжег. Если очень долго смотреть туда, то через некоторое время солнечные лучи в форме окна доберутся до этой дырочки. Пройдёт еще немало времени прежде чем она пройдёт через все лучи и останется одна на полу. Совсем одна. Но со мной такого не случится. Я не останусь больше один. Дан, где ты?
Вот и закончились адских одиннадцать лет в школе. Тогда я думал, что студенческая жизнь будет отличаться от школьной, но не изменилось ровным счетом ничего. Предметы стали сложнее, а люди вокруг злее. Если в школе учителя пытались помогать тебе, если что-то не получалось, то преподавателям в университете не было до этого никакого дела. Мы уже считались взрослыми и должны были сами крутиться.
Тот, кто придумал совместить в одном корпусе филфак и физвос, должен быть удостоен отдельного котла в аду. Наши девочки, которых было подавляющее большинство, страдали от этого ежедневно. Про меня и говорить нечего. Куда мне, низкому и тощему очкарику, тягаться с этими шкафами. В коридоре не зашибли — уже хорошо.
А корпус у нас был архитектурным памятником. Красивое здание с настоящей мраморной лестницей и тяжелыми перилами. Правда, как и любому государственному учреждению, ему сильно не хватало ремонта, особенно в аудиториях нулевого этажа. Так вот прилично называли подвал, где аудитории были маленькими комнатками, в которых еле помещались парты, а занятия проводились только практические и исключительно группами.
После одного из таких занятий все и случилось. Это была латынь. Филфак — это вам не медицинский, но латынь нам тоже нужна. Как же узнать происхождение некоторых слов? Учебников на всех не хватало, но мне повезло. Кто-то из отчисленных студентов сдал его, а я оказался в библиотеке в нужное время. Удивительно, но книга казалась достаточно новой, будто ее редко открывали. Когда я открыл ее, она еще хрустела, будто из магазина. Страницы никак не хотели укладываться на нужном разделе, торча и мешая. В попытках каждый раз найти нужный параграф, я даже порезался острым краем бумаги.
— Можно выйти? — спросил я преподавателя, потому что кровь почему-то не останавливалась.
— Доделайте задание и идите на все четыре стороны, — вымученно ответили мне.
Я снова попытался найти нужную страницу, но книга упорно открывалась там, где она скорее всего лежала в открытом состоянии у предыдущего хозяина. Он, кстати, был каким-то вандалом, потому что прямо поверх текста чёрной ручкой во весь разворот был нарисован какой-то символ. Я завис, осматривая эти художества. Рисовал этот человек явно хорошо. Вокруг символа готическим шрифтом текст на латыни. Я завис, пытаясь его прочитать. Латынь не была любимым моим предметом. Читал я медленно и скорее всего путая произношение.
— Через десять минут конец пары. Поторопитесь, — предупредили нас.
Я дернулся и закапал кровью рисунок. Теперь это выглядело еще более странно. По коже даже пробежал холодок. Отмахнувшись от своих мыслей, я засунул кровоточащий палец в рот и сосредоточился на работе.
Впервые он посетил меня через пару дней, после драки. Не знаю, что не понравилось тем парням, ведь я только шёл мимо, но они пристали ко мне, а в итоге я оказался на земле. Не скажу, что били сильно. Мы учились в одном университете, поэтому я мог легко их сдать. Он появился рядом, но даже не подал мне руки.
— Хочешь им отомстить?
Парень был странным, но показался мне безумно красивым.
— Ты кто? — выдавил я с трудом вставая и опираясь о стену.
Он же стоял, держа руки в карманах брюк и прислоняясь к этой самой стене спиной. Парень не смотрел на меня, но обращался явно ко мне.
— Можешь звать меня Даном.
— Дан? Меня Слава зовут.
— Да, я знаю. Так ты хочешь им отомстить? Я сегодня добрый. Можешь загадать желание, а я его исполню, — он улыбнулся все еще не смотря на меня.
Это было странно. Такой красивый, но почему-то обратил внимание на меня.
— Любое?
— Любое.
— Тогда я не вижу смысла тратить его на них.
Дан нахмурился. Лицо его тут же приняло угрожающий вид.
— Вот как... А чего же тогда ты хочешь?
— А подумать можно?
— Можно, — вздохнул он.
Пока я отряхивался, Дан успел куда-то уйти.
Тогда я думал, что больше его никогда не увижу, но парень появился на следующий день. Он нашёл меня на крыльце университета и снова спросил. Желание не было готово. Тогда он предупредил, что следующий раз будет последним шансом. И я вдруг осознал, чего хочу.
— А Дан — это Данил? — спросил я, когда он появился в третий раз.
— Дан — это Данталиан*. Как ты можешь не знать, если сам позвал меня?
— Я позвал тебя?
Во все глаза я снова смотрел на парня. Он был значительно выше меня, а брюки и рубашка неизменного чёрного цвета делали его фигуру стройнее, хоть под ними и угадывались нехилые мышцы.
— Ты. А теперь не хочешь загадывать свое желание.
— Подожди, но как?
— Откуда мне знать. Я всего лишь слышу зов. Так что там с желанием?
Я уже почти был готов его озвучить, но ко мне подошла староста, предупредив, что пару по зарубежной литературе перенесли.
— Так что прекращай разговаривать сам с собой и иди домой, — хихикнула она.
— Я с Даном, — мне почему-то стало стыдно, что вот я такой сижу и разговариваю тут с красивым парнем, вместо того, чтобы узнавать расписание.
— Главное, чтобы не с Тиабалду**, — снова улыбнулась она и направилась к остановке.
— Она меня не видит, — сообщил мне Дан прямо на ухо. — Так что там с желанием? Ты же знаешь правила?
— Правила? — я повернулся и оказался с ним нос к носу.
— Необратимость желания, невозможность загадать много желаний и душа в качестве оплаты. Классика.
— Это какой-то розыгрыш? — не поверил я происходящему.
— Желание, — напомнил Дан.
— Хочу, чтобы ты мог быть рядом, когда мне это необходимо, — выдохнул я.
— Ты же понимаешь, что я не буду выполнять по желанию каждый раз, когда ты будешь меня звать? — он смотрел мне прямо в глаза, а я утопал в них, настолько темными они казались сейчас.
— Да.
И тогда он стал появляться чаще. У меня было мало друзей, поэтому я проводил с ним все свое свободное время и мог залипать часами просто глядя на него. Я звал его смотреть со мной фильмы, гулять, читал ему книги вслух. Чем больше мы проводили вместе, тем больше я привязывался к нему. А однажды он появился сам.
Я сидел на балконе, а у подъезда стоял парень. Один из тех, кто избил меня тогда.
— Брось в него чем-нибудь, — прошептал Дан, появившись не по моему призыву.
— Чем?.. — опешил я.
— Вон там, — Дан указал на небольшие булыжники, которые бабушка ставила на крышку, когда солила капусту.
— Они же тяжелые.
Но оставить все это просто так я не мог. Сбегав на кухню, я достал пару яиц и бросил в обидчика, пригнувшись, чтобы меня не заметили. Попал с первого раза.
— Хоть так... — хмыкнул Дан.
Это чувство мне безумно понравилось. Впервые в жизни я делал что-то такое, что всегда запрещалось. Так мы с Даном стали сообщниками. Ему теперь не было со мной скучно. Он появлялся чаще. В следующий раз мы подкараулили этих уродов во время тренировки. Перец на одежде сделал свое дело. Они чесались так, будто были вшивыми. А они и были такими. Только морально. Нельзя было вот так все оставлять.
Через некоторое время один из них слег с простудой. И кто это вылил на него ведро воды в феврале месяце? Мне нравился смех Дана. Каждый раз, когда наша шалость удавалась, он смеялся и трепал меня по голове. Клей на стульях в аудитории тоже попал в цель, приклеив этих уродов. Я лежал головой на коленях Дана, а он поглаживал меня и хвалил, перебирая волосы длинными пальцами.
Еще одного мы устранили иначе. Перца было мало, поэтому в кроссовки двух других парней мы поставили лезвия. только попался один из них. Он распорол ногу и некоторое время не смог ходить в универ.
— Кровь прекрасна в своём роде, — шептал мне Дан, делая неглубокие надрезы на моих руках.
Алые капли сочились из кистей, а он слизывал их, становясь таким притягательным, что однажды я не удержался и поцеловал его.
— С этим не ко мне, малыш, — спокойно сказал он.
Это был момент, когда я поверил, что чего-то стою. Всю мою жизнь об меня вытирали ноги, а теперь я и сам могу дать отпор.
Последнего парня я встретил на той самой мраморной лестнице.
— Это все ты, мелочь, — прошипел он, правильно связав воедино все, что приключилось с его друзьями.
— Так вам и надо, уроды, — не стал прикрываться я.
— Да я тебя сейчас по стенке размажу!
— Столкни его, — прошептал Дан.
— Что? — оторопел я.
— Что слышал! — кричал этот парень. — Мало мы тебя тогда отмудохали. Надо было больше.
— Просто столкни его с этой чертовой лестницы, — не унимался Дан.
— Я не могу.
— Чего ты не можешь? Ты вообще нормальный? — парень покрутил пальцем у моего виска, заставляя нагнуть голову на бок. — Я с тобой разговариваю.
— Можешь. Давай. Или это сделаю я.
— Ты...
Одним рывком Дан взял за грудки этого парня и поставил к краю лестницы. Будто в замедленной съемке, я видел, как расширились его глаза от страха, когда Дан раскрыл ладони, отпуская футболку. Каким же злым и удовлетворённым было красивое лицо Дана в тот момент. Парень кубарем прокатился по лестнице и затих где-то внизу.
— Вот и все.
Я смутно помнил, что было потом. Прибежали люди, началась суматоха. Декан, родители, полиция... В моей голове все смешалось. Она пульсировала и болела. Менялись люди, которые о чем-то спрашивали меня. Проводились какие-то экспертизы, а я только и мог, что твердить о своей невиновности и не понимать, почему мне никто не верит.
Тогда мне показали видео с камер, что стояли там. Тем, кто толкнул этого парня был я...
_____
*Данталиан/Данталион - согласно первой части «Малого ключа Соломона», семьдесят первый дух, великий и могущественный герцог, служба которого заключается в раскрытии тайных намерений любого и изменении их по собственному желанию.
**Тиабалду - невидимый придуманный друг психически нездорового героя Жувенала в бразильском сериале «Воздушные замки» (1999).