Токийские мстители яндере

Было уже далеко за полночь, а ты всё ещё веселилась в ночном клубе, отмечая с коллегами своё повышение по службе. Ханма терпеливо ждал тебя возле здания с яркой неоновой подсветкой, изредка поглядывая в сторону входа и выхода. Незнакомые фигуры мелькали за стеклом его дорогой иномарки, однако все они, до единой, были ему безразличны. Лицо Шуджи оставалось насупленным и хмурым до тех пор, пока в его поле видимости не появилась ты. Как только он увидел тебя, то сразу же поспешил выйти из машины, чтобы открыть тебе дверь.

— Садись! — Приказным тоном скомандовал твой друг, пропустив тебя вперёд и проигнорировав вопрос о том, что он здесь делает, и к тому же так поздно.

— Я уже не маленькая, могу и сама добраться, — из-за того, что новые туфли на высокой танкетке оказались малы, они ужасно натёрли тебе сзади ноги. С облегчённым вздохом ты сняла обувь и затем поудобнее устроилась на пассажирском сиденье. Рядом с Шуджи тебе не нужно было притворяться и строить из себя леди. С ним ты могла быть настоящей: чуткой и уязвимой.

— Ты сделала броский макияж, надела чертовски вульгарное платье... Хотела произвести на кого-то впечатление? — Мужские руки с отчётливо выступающими венами сжали крепко руль. Вместо него Ханма представлял себе шею ублюдка, которого ты собиралась соблазнить сегодня ночью. — Кто он?

— Это не важно. Забей! — Ты отмахнулась, а Шуджи прибавил скорости. Вскоре иномарка съехала с привычного маршрута, остановившись около обочины на опустелой трассе. Ты занервничала, но виду не подала; в конце концов вы с ним были знакомы со старшей школы, и за годы дружбы он ни разу не выкинул ничего того, что могло тебя насторожить или испугать.

— Ты правда не понимаешь? — Мужчина, разозлившись, сильно ударил ладонью по клаксону, отчего ты вжалась в своё кресло и отодвинулась от него. Впервые его лицо украшала не обаятельная улыбка, а злобный оскал. Ханма будто хотел напасть на тебя, но из последних сил сдерживался, уповая на твой разум.

После того, как ты трижды подëргала за автомобильную ручку и та не поддалась, ты застыла в оцепенении. К сожалению, двери были предварительно заблокированы.

— Думаешь, я подвожу тебя и забираю с работы только потому, что мы дружим?! Да если бы я не был помешан на тебе как какой-то грёбаный псих, то... — Шуджи осёкся, но было уже слишком поздно. Он видел, как твои глаза широко распахнулись от шока, как в них зародился страх. 

Не придумав ничего лучше, кроме как поцеловать тебя, Ханма шустро прижался своими губами к твоим. От того, как он это делал, тебя сковывала нервная дрожь. Твои ладони рефлекторно упёрлись в его плечи, силясь оттолкнуть от тебя чересчур настойчивого воздыхателя, однако он не сдвинулся ни на миллиметр. Смазанный поцелуй превратился в требовательный и грубый: Шуджи с присущим ему остервенением прикусывал твои уста, давая своей хищной натуре в полной мере проявиться и отыграться за годы мучительных ожиданий. Его сердце никак не хотело успокаиваться, твоё тоже. Они беспорядочно колотились, ударяясь о рёбра, но по разным причинам.

— Перестань! — Хлëсткая пощёчина привела его в чувство. Мужчина воспринял твой отказ спокойно, так, как будто предвидел его заранее.

— Разве тебе не понравилось? — Ханма был уверен в своём мастерстве, а твои алеющие щёки и сбитое дыхание это подтверждали. Ты растерянно взглянула в сторону бокового стекла, отвлёкшись на свою потрёпанную причёску и стёртую помаду в отражении. Воздыхатель открыл бардачок, выудил оттуда начатую пачку презервативов и влажные салфетки, после одну протянув тебе.

— Выпусти, пожалуйста, отсюда я доберусь домой сама, — то, как ты робела и старалась не смотреть ему в глаза, ранило его душу. Видимо, он недостаточно старался, поскольку ты даже не проявила ответного интереса, по крайней мере из любопытства или из-за внезапно появившегося возбуждения.

Шуджи выключил печку, так как вам обоим стало жарко. Ты дружила с ним без всякой романтической подоплеки, тогда как он искал любой повод, чтобы сблизиться с тобой. Ты не замечала его симпатии, пусть и подсознательно понимала, что он крайне мил и обходителен с тобой.

— Я больше не могу и не хочу притворяться твоим другом! — Уверенность в его голосе огорошила тебя, но признание, которое ты услышала, было не менее ошеломляющим. Ты не знала, как вести себя в подобных ситуациях, ведь никто ранее из твоих товарищей и знакомых мужского пола не ведал о своих чувствах. — Раньше мне не нужны были отношения: меня интересовали только тусовки и драки...

— С тех пор мало что изменилось, — невзначай подметила ты, на что Шуджи недовольно приподнял бровь. Ты не восприинимала его слова в серьёз, потому что он всегда был легкомысленным и переменчивым, словно ветер, — ты флиртуешь со всеми, кто носит короткую юбку, я-то это знаю.

— Я хотел заставить тебя ревновать, — ты тяжело вздохнула, отвернувшись к лобовому стеклу. Ханма бережно положил свою ладонь на твоё предплечье, едва ощутимо сжав его. Знакомые касания вызывали дискомфорт, а не трепет в груди, — я готов стать тем, кто по-настоящему нужен тебе, честно.

Шуджи был отличным другом, приятным собеседником, твоей персональной опорой и защитой. Ты всегда пряталась за ним, когда тебе грозила опасность, а он, словно рыцарь, появлялся не пойми откуда, спасая тебя из очередной западни. С ним было весело и беззаботно, и в каком-то смысле даже безопасно. В его дела ты никогда не лезла, а он в твоих погряз по горло.

— Со мной выгодно встречаться, — Ханма примкнул губами к изгибу твоей шеи, оставив на коже первый несмелый поцелуй. Почувствовав их мягкость, ты резко встрепенулась и поспешила сдвинуться хотя бы на несчастные десятки сантиметров вправо, но крепкие мужские руки, вовремя сдавившие твою талию чуть выше тазовых костей, не дали тебе рыпнуться.

— Ты что творишь?! — Ты громко закричала и активно затрепыхалась. Тягаться с ним в физической силе было бесполезно, и ты это быстро осознала, угомонившись и тяжело задышав. — Насилие — не выход!

Поучать его — то же недопустимо.

— Я привык получать желаемое, и не важно как, главное результат, — тягучий шёпот возле уха воспринимался как обречённость. С каждой новой минутой влажных следов на твоей шее становилось всё больше и больше. Ханма внезапно сжал твои руки до боли в запястьях, дабы ты не помешала ему "пробовать" тебя и дальше, — не упрямься, ты ведь сама ходила в клуб ради того, чтобы получить разрядку. Теперь тебе не нужно искать кого-нибудь, чтобы переспать, просто попроси меня о помощи, и я буду рад тебе помочь.

Его язык и губы попеременно ласкали мочку твоего уха, то щекоча её, то дразня. Ты ощущала себя странно: немного сконфуженно и смятëнно. Но самое главное: твоё тело откликалось на каждую грубость и шалость, проделанную им, ускоряя ритм твоего сердцебиения и пульса. Ты словно теряла контроль над собой, хотя разум до последнего твердил, что ты совершаешь ошибку. Сексуальное напряжение доходило до пика. Лямки твоего жемчужного платья оказались спущены. Твои щёки пылали от стыда и одновременно от раздражения, а ладони потели от горячих мужских рук. Ты пыталась вырвать свои запястья из цепкой хватки, но те оказались схвачены ещё крепче, чем раньше.

— И скольких девушек ты так же принудил, как и меня? — Негодующе процедила ты, столкнувшись с ним взглядами. То, что он был возбуждён, было понятно по расширенным зрачкам. В его янтарных глазах виднелось нездоровое обожание и вожделение, тогда как в твоих — паника и намёк на продолжение. — Пусти, иначе на этом наше общение прекратится!

Ты давила на больное, опрометчиво думая, что он поведётся на твои уловки и затем отпустит тебя. Однако вместо ожидаемой реакции, ты получила ехидный смех, который только напугал тебя и заставил напрячь каждую мышцу в твоём теле.

— Изнасилование — это не по моей части, или ты действительно думала, что я собираюсь трахнуть тебя в своей машине, Т/И?! — Он смеялся, так надрывно и издевательски, будто бы только что услышал анекдот. Шуджи больше не цеплялся за тебя: его пальцы в очередной раз огибали кожаный руль, в то время как ты старалась обрести душевное спокойствие, что было крайне невозможно в данной ситуации. — Куда тебя отвезти?

Ханма вёл себя так, будто ничего пикантного и амморального не произошло. Что изменилось между вами? Ты и сама до конца не понимала. Если он больше не твой друг, тогда кто?

Твоя шея запомнила то, какими мягкими и гладкими были его губы. 

— Высади у ближайшей остановки, я доеду на такси.

— Это ни к чему: у тебя ведь есть личный водитель, поэтому пользуйся мной, пока я разрешаю.

— Боюсь, ты наверняка попросишь взамен что-то такое, что я не смогу тебе дать, — Шуджи ненадолго замолчал, уставившись на светофор. Ты была права. Твои слова ничуть не злили его, а наоборот забавляли. Мужчина любил веселье, а так как ты являлась его неисчерпаемым источником дофамина, отпускать тебя или делиться тобой с кем-то ещё он точно не планировал.

Ты его трудно достижимая цель, самая лакомая и приторная конфета. Он обязательно съест тебя целиком, но только после того, как ты начнёшь жалобно молить об этом, сидя у него на коленях. Уж что-что, а соблазнять и флиртовать он умеет просто превосходно.

— Приехали! — Ты и не заметила, как вы подъехали к твоему подъезду. — Выходи!

Ты молча обула туфли, поправила волосы и покинула иномарку, даже не попрощавшись со своим воздыхателем напоследок. Как только ты почувствовала себя в безопасности, твои ноги подкосились, и ты рухнула на пол в коридоре. Эта ночь определённо изменила твоё представление о нём.

Шуджи постоял под твоими окнами ещё немного и заодно выкурил несколько сигарет, прежде чем в твоей зале зажёгся свет. После он подождал от силы минут семь-восемь и включил скрытые камеры, установленные по всей твоей квартире. Ты выглядила разбитой и очень утомлённой. Он бы поднялся и утешил тебя, как раньше, но не мог. В его объятиях ты бы разнервничалась ещё сильнее.

Ханма не жалел, что наконец-то открылся тебе; он жалел о том, что дал тебе так легко уйти. Всë-таки тебя он был готов ждать столько, сколько потребуется, пусть и особым терпением он никогда не отличался.

Сегодня Шуджи оставит тебя в покое, но завтра и послезавтра он обязательно напомнит тебе о своих чувствах.

Сообщение
7:48
Я заеду тобой в девять, не опаздывай.