глава 8 "Шпакостанские мегабобры"
Гостил дома я не долго. Как только забрезжил рассвет, я собрал свои пожитки и покинул дом отчий. За все время прибывания там, меня то и дело расспрашивали о том, как я живу, не бедствую ли, нашел ли подружку, есть ли друзья, как учеба. Скука. Денег я у них не просил. Совестно. Сам вертелся. Да и в колледже нормально кормили, ведь бесплатно же. Дальше больше. Что заставило совершенно не беспокоиться за судьбы этих людей – трехлетнее годовалое существо, которое моя мать ласково звала Чук. Еще один родственник. Брат. Ну, он то точно не уедет от них. Наверное.
Когда я отплывал на лодке, отец пытался вручить мне кошель с монетами, на прозапас. Отказываться было не вежливо, при личной то встрече. Да и, Манфреду не убудет. За последнее время он все более развил бизнес. Даже организовал несколько точек в ближайших селах, а в дальнейшем планировал открыть лавку в столице. Амбициозный человек.
Дерзкая легонько скользила вверх по течению, подталкиваемая моею магией в сторону Шпакостана. Постепенно позади оставались прибрежные равнины, а вдали начинали виднеться заснеженные горы, да поросшие тайгой предгорья. Вскоре я вошел на более широкую часть реки, там, где были несколько ее развилок, а по берегам уже была непроглядная таежная стена. Вскоре по правому порту я увидел одиноко бродящего динозавра. Восторгу не было предела. Каждый уважающий себя мужчина приходит в восторг при виде красивого динозавра. Что? Разве нет?
Динозавр проводил мою лодку взглядом. Особо крупных в этих местах не водилось, а в стаи сбивались они редко. Крепкому и вооруженному мужчине, какой-то мимо проходящий австрораптор не является помехой. После я видел пару греющихся на летнем солнышке дейнозухов. Их лучше, все же, обходить стороной.
К вечеру я наконец я прибыл в пункт назначения. Крупный город в предгорьях Шпакостана, родина купца Вима Коула. Именно он пригласил меня посетить Шпакостан этим летом. Я тогда гулял по набережной и спрашивал какой вкусной рыбы на продажу у рыбаков. Тогда я и повстречал матера Вима, грузящих с командой свое судно. Мы поговорили по душам, обменялись пожеланиями, а мастер Вим любезно пригласил меня в гости. Знайте, от приглашений посетить Шпакостан отказываются только глупцы.
Тут же, в предместьях, я пришвартовался в местных доках, недалеко от водной мельницы. Я выгрузил часть вещей в заплечный мешок и ступил на землю. Ко мне уже развалистой походкой спешил стражник. Я заговорил первым.
- Здравствуй, есть ли место, где можно оставить лодку на простой?
- ух... ух – стражник запыхался. Неудивительно, он как заметил из сторожки лодку пробежал сюда метров двести в своем обмундировании – есть. Местный склад для лодок. Почти пустует – он говорил отрывистыми предложениями, переводя дух. – это будет двадцать драконов месяц.
- спасибо. Два месяца – сорок драконов. Держите – я протянул ему кошель, предварительно отсчитав сумму и сложив себе в карманы остаток. – не подскажите ли. В какой стороне дом купца Вима Коула?
Пересчитывая золото, он лишь указал в сторону, куда вела одна из проселочных дорог, так и не оторвавшись от своего занятия. Я лишь кивнул и ушел.
По пути я все поражался местной культуре. Стиль строений был близок к тому, что можно было наблюдать в частных секторах гуляя по какому-нибудь хоть немного крупному городу из моего мира. Приятные коттеджи или же хорошо облицованные одноэтажные домики. На окраинах встречались даже лубянки. Были так же, ближе к центру, высотки в три или четыре этажа с несколькими квартирами. И правда, в Шпакостане прогресс был чуть более сильным, чем в остальном мире. Я даже видел что-то, напоминающее трактор, однако я так и не понял на чем эта штука работает. Возможно, они уже использовали сырую нефть.
У одного перекрестка я наблюдал, как пастух, как можно было судить по голосу – женщина, перегоняла небольшое стадо домашних динозавриков. Это были упитанные, размером с большую свинью ящеры, довольно мясистые, напоминали внешне авацератопсов. Видел, как один дварф проехал мимо меня на австрорапторе с седлом и шорами. Блин. Я тоже так хочу.
...
Наконец я поравнялся с огромным двором, над вратами была огромная надпись из металлических букв «торговая компания коул». Вот это то, что надо назвать КАШЕРНО. Красивый двор. Сады, кусты у тропинок, ровно выстриженные под линеечку. Пару фонтанчиков. Спереди огромная парадная дверь главного центра, сердце всего механизма капиталистической машины этого великого дварфа. Чуть правее располагался сам особняк Вима. Большое двухэтажное здание. Очень красивое и дорогое. Я и не знал, что он на столько богат. Он часто ходит вместе со своими экипажами, лично торгует во всех уголках земли, летом же он говорит «слишком жарко, сижу дома» или что то в этом духе, и никогда ведь не производил вид такого толстосума. От куда Манфред знаком с ним? Они кажутся хорошими друзьями.
Пройдя мимо сторожки после ворот, я двинулся по направлению к парадной. Хоть я еще очень молод, но все равно много выше местных, а потому человек привлекает довольно много внимания. За парадной суетились какие-то люди. Видел пару моряков, видимо капитаны судов, которые вскоре отправятся вниз по реке и сядут на борт одной из многих галер, чтобы уплыть в неизвестном направлении и вернуться с грудой золота.
Ближе к парадной я свернул в сторону особняка. Близ ступеней сзади меня окликнула какая-то женщина-дварф.
- молодой человек, вернитесь, вы не туда идете. Приемная же здесь, если у вас какое-то дело...
- спасибо, но я правильно иду. Мастер Вим сейчас у себя, да?
- должен быть. Как знаете. – и скрылась в приемной отделения.
Я постучал. Тишина. Я постучал чуть громче. Дверь распахнула служанка. Черт, он может позволить себе горничных! Мой внутренний социалистический дух рвет и мечет.
- мальчик, тебе чего, ты знаешь...
- доложите мастеру Виму, что его хочет видеть Катц.
- ладно. – она оценивающе посмотрела на меня, слегка с презрением. «Как ты девка, смеешь на меня так смотреть. Тебе едва двадцатник. Где тебя подобрал Вим? В каком захолустье, тебе столь плохо жилось, что ты стала горничной старого дварфа в Шпакостане, а? Тебе едва за двадцать! Ментально я старше!». Наконец она скрылась за дверью. И оставила меня на улице. Какой ужас.
- проходите, господин, извините, что заставила ждать на улице – лицо ее было опущено. Видимо Вим отругал ее, за то, что оставила меня ждать. Я что, на столько почетный гость? – прошу не держать зла.
- полно извинений. Дай зайти.
- да!
Внутри дом был роскошен. Очень уютен. Куча всякой дорогой утвари. Дорогая импортная мебель со всего света. А там что, древний латный доспех, ого, он же стоит как небольшая ферма. С лестницы в развалку уже спешил хозяин дома. Он подошел ко мне и протянул руку. Это были одни из самых сердешных рукопожатий в моей жизни. После он чуть приобнял меня и наконец сказал.
- Ха, Ойген, я не ждал тебя так рано. Но это даже хорошо. Проходи. Жаннет! – кажется он окликнул служанку. Жаннет, серьезно? Вот эта молодая прелесть носила имя Жаннет? Ужас. – распорядись на кухню подать ужин. Ойг, устал с дороги небось?
- спасибо за гостеприимство. Устал. Всю дорогу до Шпакостана колдовал.
- ну ничего. Распоряжусь тебе хорошую комнату выделить.
- спасибо, Вим.
- Да ерунда.
После ужина я сразу же пошел спать. Очень устал.
...
На следующий день Вим Коул показал мне город.
- вот скажи мне, Вим, у вас все хозяйство на динозаврах держится?
- нет. Не все. В основе оно держится на мегабобрах.
- Медвежьих бобрах?
- нет. Медвежьи бобры – сумасшедшие и непредсказуемые твари, которые водятся в тайге. Мегабобры, они домашние, спокойные. Лучшая в мире скотина. Если увижу, покажу тебе.
- а, мегабобры, я думал они выдумка. Говорят, они ненастоящие.
- все так говорят. А как увидят, так сразу верят. Но им все равно никто не поверит, если рассказать. Ты не веришь в мегабобра пока не увидишь его. А как увидишь, никто не поверит тебе. Это проклятье мегабобра.
- а кого вы пасете в горах, я слышал про горных динозавров.
- ага, есть такие. Сюда. – он завернул в переулок и прошел к какому-то дому. Сказал: - вон. Это шишкозавры.
Шишкозавры. И правда. Это была крупная пернатая рептилия. Шея была покрыта очень взъерошенным слоем перьев, от головы – пошире, и к шее – поуже. Вся эта часть напоминала шишку. На носу у него был массивный темный клюв. Эта скотинка тихо мирно щипала сено во дворе у какого-то дварфа.
...
Гуляли мы много. Часто. Я ознакомился с культурой Шпакостана. Перенял пару привычек у местных. Попробовал динозавра. Повстречал мегабобра. Помимо прочего, Вим Коул хвастался местным огнестрелом, особенно последними разработками. Я не очень удивился. Он показал мне что-то напоминающее револьвер. А когда предложил пострелять, то я сделал все попадания. От вопросов отвертелся, что уже видел такое, и пробовал стрелять. На БЖ в колледже, в своем мире, я делал сто процентов попаданий с лазерных пистолетов по мишеням на проекционной доске. Хотя там мне приходилось очень напрягаться и стрелять в очках, чтобы лучше видеть мишени.
Так же, за время прибывания в Шпакостане, я научился ездить на австрорапторах. Я был счастлив. Лучший навык в жизни. На австрорапторах мы с Вимом и несколькими торговцами посетили подземные города-кузни. Там мне сделали посох. Рукоять основание была сделана из местных многовековых елей. Рукоять была отшлифована и на ней вырезаны некоторые руны. Оправа была вырезана из кости мегабобра, в наконечник вправили мой солнечный камень. Там же я подбросил одному ремесленнику, который сделал мне посох, идею с схематичным чертежом полуавтоматического пистолета. В благодарность он попытался вручить мне денег и украшений. Но из всего я взял лишь одно колье, оно мне очень понравилось. Это было золотая подвеска с граненым янтарем внутри.
По возвращении же, мне вручили пару подарков. Мантию, ало красного цвета, с белыми полосами, она была сшиты из шерсти Шпакостанских мегабобров, легкая и прочная. А также мне подарили темно красную остроконечную колдовскую шляпу. В шляпе была втерта соль пустоты – редкий материал, теперь в этой шляпе я мог хранить очень многие вещи, а она не тяжелела и не полнела. Полезный подарок, удобный.
...
И вот одним летним утром я распрощался с Вимом Коулом, взял лодку и отбыл вниз по реке. Я все сидел и думал о прошедших месяцах, проведенных в этом удивительном краю, о здешних жителях и их гостеприимстве. Так, к вечеру того же дня я вышел в открытое море, минуя родной город и взял курс на запад.