☄Мы безнадежно влюбляемся... ☄
☄ yoonseok
Осторожно, стекло ⚠️
Мы безнадежно влюбляемся...
Безнадежно страдаем от этой любви...
Каждый человек хоть раз в жизни испытывал ту безнадежную любовь, когда как в романах становится трудно дышать и хочется танцевать.
Каждый человек хоть раз в жизни испытывал ту безнадежную любовь, когда под покровом луны, в одинокой спальне эта самая любовь ломает вам с хрустом рёбра и оставляет в лёгких сквозную дыру.
Безответная любовь, как трупный яд расползается по венам, заставляя гнить нас изнутри, но поддерживать счастливую улыбку снаружи.
Каждый второй из нас, гниёт от безответной любви...страдает, но всё так же нам радостно шепчет: «всё в полном порядке. »
Он не знал, что такое настоящая любовь, пока не увидел его улыбку, что ярче солнца.
Он не знал, что такое настоящая любовь, пока не услышал его голос.
Он не знал, что у любви есть имя – Чон Хосок.
Дни стали пролетать один за другим, а он жил только теми минутами, когда снова видел свою любовь.
Он стал слишком часто приходить в то уютное кафе у метро.
Он стал слишком часто думать о том, что нет создания на свете, прекраснее чем его любовь.
Он стал не замечать, как общение с солнечным официантом перерастает в дружбу.
Сезоны сменяли друг друга один за другим. На место теплой осени, пришёл сезон дождей и слякоти.
Капли проливного дождя безумно медленно падают на крышу, а голова гудит от слащавых мыслей и мечтаний, что навсегда останутся тайной.
Комната заполнена ядовитым дымом сигарет, стены потеряли свою прежнюю блеклость и стали тусклыми с серыми отливами.
Кровать смята и небрежно заправленное одеяло в пододеяльник, свисает вниз.
Пустой и холодный взгляд направлен на картонку с красивыми узорами и счастливой надписью: « Приглашаем вас на свадьбу. »
Он так и не смог сказать о своих чувствах, что алыми розами проросли в его сердце, а сейчас постепенно увядали.
Да и кто бы сказал?
Мы часто влюбляемся в своих друзей. Часто забываем о времени рядом с ними.
Часто гибнем от того, что пытаемся убежать от самих себя и от своих чувств.
А чувства нарастают, становятся гигантской пучиной отчаянья и боли, что пожирает нас, оставляя после нас всего-то мимолётный след в этой истории.
Противные гудки сменяются таким родным и приятным голосом, что по щекам вновь катятся солённые и обжигающие слёзы, а в горле стоит раскаленным шаром, ком.
– Хосок-а, привет. Как ты?
– Хорошо. Вот сейчас костюм выбираю. Жаль, что ты не со мной. Я совсем не знаю, какой цвет выбрать. А ты как себя чувствуешь? Простуда прошла?
– Почти...почти прошла. Выбери светло-серый, тебе он очень идёт.
– Правда? Спасибо за совет, наверное его и возьму. Мы уже неделю не виделись, так что я не успел сказать спасибо, за то, что согласился стать свидетелем на свадьбе. Всё же мы лучшие друзья, я не мог назначить кого-то другого.
– Да. Я тоже очень рад. Знаешь Хосок, я безумно рад...и думаю, что свадьба пройдёт на все сто.
Хриплый смех пронзил комнату. Он чуть убрал телефон от уха, вдыхая порцию отравленного воздуха.
– Хосок-а... обещай, что завтра будешь самым счастливым. Хорошо? И завтра...и после завтра.
– Юнги, свадьба через две недели, так что самым счастливым я буду через две недели.
– Да... хорошо, как скажешь. Но просто пообещай.
– Ладно...обещаю.
– Мне пора... пиццу принесли.
Тихие всхлипы в комнате становятся всё отдаленней. Ноги волочат его в ванную, а в руках то самое приглашение на свадьбу и ещё одна записка.
Иногда кажется, что выхода нет...но он есть, всегда есть выход.
Юнги безумно надоело смотреть на жизнь со всех углов, ведь как бы он не посмотрел, всегда видит свою любовь. Возможно это болезнь, скорее всего болезнь, ведь нельзя влюбится в парня, такого же парня как и ты.
Он не заметил, как болезнь слишком сильно его поразила и он стал одержим своим солнцем, без которого, как росток пшеницы, погибал.
Прохладная вода окутывает тело и тяжёлый вздох вырывается из лёгких.
Глоток... ещё глоток...затем последний кислород выходит из лёгких, а тело бьётся в агонии боли.
Завтра Хосок пойдёт проведать Юнги. Завтра Хосок потеряет самого близкого друга.
Завтра ему скажут, что причиной смерти был отёк лёгких, вызванный концентрированным раствором хлорки.
Завтра Хосок будет в слезах читать прощальное письмо Юнги, в котором он смог выразить все свои чувства, но не смог эти чувства пережить.
« ... пожалуйста не грусти сильно. Ты ведь обещал, что будешь счастлив, верно? Поверь мне, умирать совсем не больно. Расценивай всё это, как хочешь. Можешь называть меня трусом, который решил сбежать из этого мира, чтобы не решать свои проблемы. Можешь жалеть меня. Можешь просто забыть. Но я всегда буду любить тебя, даже если меня нет в этом мире.
Прощай, солнечный мальчик с прекрасным голосом из кафе, что находится недалеко от метро. »
Тот самый солнечный мальчик понимает, что Мин нагло врёт. Врёт о том, что умирать было совсем не больно...
Ещё через день Хосок поймет, что потерял самого дорогого человека. Ещё через день Хосок поймет, что Юнги не просто так выбрал болезненный способ самоубийства.
Он пытался показать, что даже умирать от адских спазмов не так больно, как переживать невзаимную любовь.
Безответная любовь, как трупный яд расползается по венам, заставляя гнить нас изнутри, но поддерживать счастливую улыбку снаружи.
Каждый второй из нас, гниёт от безответной любви...страдает, но всё так же нам радостно шепчет: «всё в полном порядке. »
Мало кто из нас может признаться в своих чувствах, мало кто из нас может решиться на последний шаг в пропасть и мы продолжаем гнить в этом мире, пытаясь бороться с жестокой реальностью.
А ведь реальность бывает в сто раз больнее – чем пару минут в предсмертной агонии.
Ведь реальность не предоставляет нам Хэппи эндов, в которой главное герои счастливы несмотря на проблемы, что их окружают.
Ведь в реальности...мы гибнем на протяжении всей жизни от проблем и так мало тех, кто может нас спасти одним: « расскажи, что ты чувствуешь. » « я люблю тебя, у нас всё выйдет. »