Предисловие
Эта история началась с представления Акеуи: Бледнолицая, уставшая девушка. Волосы её черны и не длинны. Глаза пряного лимонного оттенка. Одежда свободная и весьма многослойная. На голове был чепчик, аккуратно завязанный у шеи в бант.
Сегодня ранним утром, она как и обычно вывела стадо овец. Идя по созревающему в длине полю она уставилась на лес и, словно была готова задуматься.
Но долго пробыть на месте ей не дал вдруг заревевший крик о помощи. Акеуи развернулась и увидела мальчика, который бежал от двух священников местной секты.
( Хотя Акеуи никогда не воспринимала тот особняк у обрыва за подобие святых надежд. ) Одеяния их были белы белом, а лица прикрыты платками. Один из них держал в руке косу.
Мальчик бежал к Акеуи, но в один момент он свалился на колени и скрестив руки у груди стал молиться.
- пожалуйста, помоги мне. - проговорил он и стал тянуться к ней одной рукой. В этот же самый момент, его горло было тесно обнято косой.
Акеуи не желала помогать. Она была готова уйти. Но мальчик вновь проговорил:
- пожалуйста... - вытянув на ладони старинное ожерелье с белыми камнями он ждал решения пастушки.
Глаза Акеуи от удивления приподняли брови. Эта вещь очень важна для неё.
Она развернулась лицом к угрозе.
- сестры мои. - сказала Акеуи, так же сложив руки у груди. - да спаси Господь души ваши грешные, - издался треск, - да обереги он детë не окрепшее, - ПШШ, - да направит он мольбы мои ну защиту души невинной, - ФЫЫЫРР, - да простит он мне мой грех, да увидит сын божий, как сильна скорбь моя...
Вокруг все затрекатало, собака пастуха жалобно загавкала. Позади Акеуи стояло полчище овец-демонов, которые распахнули свои вялые крылья в стороны.
Одному Богу было известно, в какое чудище слились овцы. Высотой, как четыре этажа. Шириной, как три окна. Бедных овечек соединяло что-то черное и вязкое. Со всех сторон торчали лишние копытца. Подобие глаз провалилось и теперь на его лице красовались две черные впадины. Рот он стал себе разрывать черными, костлявыми руками. А когда закончил, тут же прыгнул на одного священника и накалов его на руку стал есть, словно рука - это шампур, а священник - шашлык.
Акеуи непоколебимо стояла сложив руки у груди. Когда чудище отскочило к следующему священнику, она бросилась к мальчику, прижала его к своей груди и приказала не смотреть на демона.