комната кривых зеркал

Комната кривых зеркал

Часть 4. Открывайте окна шире

Хаос в голове полностью соответствовал хаосу вокруг. Девушка отчаянно пыталась поймать разлетевшиеся в воздухе листы бумаги, одновременно поправляя распустившиеся из-за нескончаемой возни хвостики.

— Ох, Тикки, я ничего не успеваю! Адриан скоро будет здесь, а у меня такой бардак. Адриан! Здесь! В моей комнате! — произнесла Маринетт, хватаясь за волосы, — Он увидит, какая я неряха, и откажется делать со мной проект.

— Все в порядке, Маринетт, не переживай. Тебе нужно взять себя в руки и собрать с пола материалы для работы. Просто будь собой, я уверена, все пройдёт отлично, — ответила Тикки, успокаивающее гладя подопечную по голове.

Маринетт тяжело вздохнула и принялась укладывать в стопку непослушные листы. Она удивлялась, каким способом Феликсу удалось переубедить непоколебимую в своих решениях мадам Бюстье. В любом случае, эта идея уже не казалась девушке такой же привлекательной, как изначально. Несомненно, это была потрясающая возможность наконец-то сблизиться с предметом ее воздыханий, показать свою любовь и признательность и даже попробовать открыть ему свои чувства. Но помимо этого также был риск испортить те хрупкие, уже сложившиеся между ними дружеские отношения. Неуместным словом или неловким движением. О, эта девушка совершенно теряла контроль над своим телом в его присутствии. Как бы она не старалась этого избежать, мозг передавал бразды правления лихорадочно бьющемуся от близости Адриана сердцу. Адриан. Даже сейчас, глядя на одну из многочисленных фотографий парня, висящих на ее стене, она не могла заставить себя сделать хоть что-нибудь, кроме как глупо улыбнуться, изучая такие знакомые черты лица.

Мозг, всецело подавленный действиями сердца, нашёл в себе силы для внезапного озарения. Улыбка сменилась шокированным вскриком, и Маринетт начала судорожно срывать постер за постером. Всякое промедление могло привести к неминуемой катастрофе. Последняя фотография уже скрылась в верхнем ящике комода, когда послышался стук в дверь.

— Войдите! — крикнула Маринетт, переступая с ноги на ногу.
В проеме люка показалась светлая макушка, и уже спустя секунду перед девушкой стоял высокий зеленоглазый блондин с обложки модного журнала и смущенно махал рукой.

— Привет, Маринетт.

— О, Адриан, привет, какая неожиданная встреча!

— Я пришёл не вовремя? Прости, если ты занята, мы можем перенести встречу, я зайду в другой раз, все хорошо, — поспешно сказал сконфуженный Адриан.

— Нет-нет-нет, что ты! Я просто забегалась и не уследила за временем.

Юноша улыбнулся, и между двумя подростками возникло неловкое молчание. Адриан машинально потёр шею, держа вторую руку за спиной.

— Я не знаю, насколько это уместно, но ... это тебе, — парень достал из-за спины одинокую желтую розу и с очаровательной улыбкой протянул ее шокированной девушке. — Желтая роза символизирует идеальное партнёрство, так что, я уверен, наш совместный проект будет иметь успех.

Маринетт дрожащими руками приняла цветок, чувствуя, как в комнате резко стало жарко. Голова закружилась от переполняющих душу эмоций. Она не видела, но знала наверняка: лицо и шея приобрели практически болезненный оттенок красного. Девушка не могла отвести глаз от розы, а в голове безудержно крутилась мысль: «Адриан подарил мне цветок».

— Ты такой замечательный, — выдохнула Маринетт, продолжая с мечтательной улыбкой смотреть на предмет в ее руках, — То есть вы оба!... То есть этот цветок такой замечательный! Спасибо большое, Адриан.

Адриан не мог объяснить, откуда взялось то тепло, разливающееся по телу от одного вида восторженной девушки. От ее искренней благодарной улыбки внутри Агреста расцветали сады прекраснейших цветов, заполняя сердце самым сладким в мире ароматом. И он знал наверняка, какого цвета эти цветы. Желтые. Только сейчас он в полной мере осознал, насколько сильно привязался к своей подруге и насколько важна для него их дружба.

— П-п-проходи, садись. Я подготовила кое-какие материалы, думаю, они могут нам пригодиться, — сказала Маринетт, указывая на свой рабочий стол. Адриан сел на предложенное место, и подростки погрузились в обсуждение предстоящего проекта.

Маринетт стоило неимоверных сил и мужества сосредоточиться над домашним заданием, когда в нескольких сантиметрах от нее сидела любовь всей ее жизни. Она могла гордиться собой за то, что за весь вечер не выдала ни одной глупой реплики, ничего не порвала и даже внесла ценный вклад в общий проект.

Спустя несколько часов бурной беседы, когда уже был составлен общий план работы, ребята взяли требуемый перерыв. Солнце только скрылось за высотными зданиями, и Париж, наслаждаясь уходящими лучами, не торопился зажигать первые фонари. На улице было тихо и спокойно, жизнь шла своим чередом. Адриан получал удовольствие от окружающей обстановки: уютная комната, наполненная ароматом свежей выпечки, компания верного друга и при этом никаких запретов и ограничений. Тишина была не такой давящей, как в особняке, она была расслабляющей. Агрест сидел с чашкой сладкого чая, вежливо предложенной родителями Маринетт, и любовался видом из расположенного напротив него окна.

Адриан был готов признать, что день прошёл действительно удачно. По крайней мере, он был удачным до тех пор, пока юноша не вспомнил, что его стихия — неудача. Он неожиданно заметил, как вдали между высокими деревьями парка на огромной скорости проносится непонятное нечто, подгоняемое ветром. Оно было слишком далеко, чтобы кто-нибудь смог его опознать, но Адриан и не мог позволить ему подобраться ближе. Парень с громким звоном положил чашку на стол и подорвался с места, на ходу бросая однокласснице:

— Я совершенно забыл, меня внизу уже ждёт машина. Прости, Маринетт, отец будет сильно ругаться, если я опоздаю. Увидимся завтра! — последние слова Адриан кричал, уже спускаясь по лестнице.

Маринетт немигающим взглядом смотрела ему вслед, ошарашенная таким импульсивным, несвойственным для обычно собранного Адриана поведением. Она взяла в руки его кружку, поднесла к лицу и принюхалась. Не почувствовав ничего необычного, она пожала плечами и сделала себе мысленную пометку поинтересоваться завтра его самочувствием. Девушка принялась не спеша разбирать их совместные черновики, чтобы случайно ничего не потерять, а также освободить пространство стола для швейной машинки. В куче исписанных бумаг Маринетт обнаружила телефон Адриана, который он, видимо, второпях забыл. Брюнетка рванула вниз: она подумала, что даже если не застанет его машину во дворе, она сможет сама отнести ему телефон и между делом поблагодарить за проведённое вместе время.

Адриан, в свою очередь, выбежав из пекарни, удивился, как быстро удалось злодею оказаться в этом квартале, в то время как ещё минуту назад он был буквально на другом конце города. Всю улицу охватила паника, пешеходы разбегались в разные стороны в поисках безопасного места, где можно спокойно дождаться прибытия супергероев. Поток людей сносил Адриана, сбивая парня с пути. Блондин крутился, как заведённый, в поисках убежища для перевоплощения без риска для тайны личности. К какому углу бы он не обращался, там уже скрывались люди, дружелюбно предлагающие переждать битву вместе с ними.

Акуматизированный тем временем подошёл достаточно близко, чтобы его можно было рассмотреть. Адриан видел высокого, тощего мужчину с короткими седыми волосами. И весь он был одет в серый, местами порванный балахон. Такая же серая, в некоторых местах покрытая синими пятнами тонкая кожа обтягивала торчащие кости и суставы. Безжизненные, стеклянные глаза резко выделялись на фоне лилового цвета лица. Он не имел совершенно ничего общего с их предыдущими противниками, которые всегда отличались красочными несуразными костюмами. От одного его вида бросало в дрожь. Он напоминал Адриану призрака. Или утопленника.

— Адриан! — услышал он знакомый девичий голос. Он перевёл взгляд от злодея на пекарню, располагающуюся напротив темного переулка, куда он забежал в последней момент для трансформации, и увидел Маринетт.

Адриан видел ее, без оглядки перебегающую дорогу, и сердце пропустило удар. Времени на перевоплощение больше не было, так же, как и на дальнейшие раздумья.

— Маринетт, не двигайся! — крикнул он и сорвался с места.

Метры вдруг растянулись в тысячи километров, он бежал, что есть силы, игнорируя преграды. Он не замечал окружающих криков, шума ломающихся предметов, грохота падающих тел. Он бежал к ней и молился успеть. Краем глаза он заметил яркое свечение прямо напротив Маринетт, и в тот же момент оказался перед ней, резко схватил ее за плечи, укрывая собой от удара злодея и вместе с ней падая на жёсткий асфальт. Спустя секунду раздался громкий звук падающего предмета, и вслед за ним наступила полная тишина. Неожиданно звуки битвы стихли, словно весь Париж мгновенно замолчал.

Адриан одной рукой удерживал вес своего тела над хрупкой девушкой, а второй прикрывал ее лицо от возможных повреждений. Подростки, потрясённые столь стремительными событиями, огляделись. Они находились под невысокой клеткой кубической формы из толстого матового стекла, словно изолирующей их от внешнего мира. Барьер едва позволял разглядеть контуры предметов, находящихся за его пределами, и совершенно не пропускал какие-либо звуки.

— Маринетт, ты в порядке? — спросил Адриан, садясь рядом с девушкой на холодную землю и наскоро осматривая ее. Кожа на локте была разодрана от сильного столкновения с дорогой, а на нижней губе выступали маленькие капельки крови, словно она прокусила ее во время падения.

Маринетт не замечала озабоченного взгляда парня; она хмуро вертела головой, стараясь оценить обстановку и распознать хоть что-то за пределами их темницы.

— Да, все в порядке, — ответила она, когда поняла, что клетка не только держит их вдали от остальных, но и в равной степени остальных изолирует от них, — Здесь мы в относительной безопасности. Скоро придёт Кот Нуар и вытащит нас отсюда.

Адриан ничего не ответил, лишь отвёл взгляд и, тревожно поёрзав, прислонился спиной к одной из стен. Он снова оставил свою Леди сражаться с акумой одну. Он снова взвалил все проблемы Парижа на ее прекрасные хрупкие плечи. Он снова ее подвёл. И будь у него второй шанс, он бы поступил так снова. Адриан был готов на все ради своей Леди: он ради неё жил и ради неё был готов умереть. Нестись сломя голову на ее защиту, совершенно не заботясь о последствиях, казалось ему так же естественно, как дышать. Но Адриан совершенно не думал о том, как ЛедиБаг в одиночку справится со злодеем, когда увидел на той стороне дороги растерянную Маринетт, которая спешила к нему с его телефоном в руках, совершенно не замечая буйствующего рядом с ней акуматизированного.

— Адриан! — настойчиво позвала его девушка. Видимо, он уже давно не откликался.

Вырванный из раздумий звонким голосом девушки, он резко вскочил на ноги и, пошатываясь от неожиданно начавшегося головокружения, оперся руками о стену и тяжело задышал. Адриан поднял затуманенный взор на одноклассницу, что стояла к нему спиной и водила руками по стеклу в надежде найти любую лазейку.

— Адриан, ты же видел других жертв акуматизированного? Вряд ли они все одновременно решили просто прилечь отдохнуть под куполом. Как ты думаешь, что с ними случилось? Они без сознания? — спросила Маринетт и обернулась посмотреть на своего одноклассника.

— Я не ... знаю, — ответил Адриан и стал снова оседать на землю, чувствуя, как усиливается головокружение. В глазах у него потемнело, стало трудно дышать, словно грудь сдавило чем-то тяжёлым.

Маринетт добралась до него прежде, чем он смог обессилено рухнуть на землю. Она аккуратно подхватила его под руку и посадила на дорогу, пытаясь поймать его взгляд, который ни на чем не мог сосредоточиться.

— Кажется, кто-то встал вам на горло? — раздались в тишине слова, сопровождающиеся жутким смехом, который то и дело прерывался надрывным кашлем. Голос словно зарождался в самих стенах и не мог их покинуть, заполняя все свободное пространство. Он отражался от стеклянных поверхностей и с каждым разом усиливался, создавая тяжёлое, давящее эхо. — Скажите мне теперь, насколько смешно наблюдать за тем, как другие задыхаются?

Глаза Маринетт расширились от осознания, а колени подкосились. Или осознание здесь не причём? Мысли начали путаться, девушка всеми силами старалась сохранить контроль над разумом. Он собирается выкачать весь воздух.

— Мы не можем ждать Кота, — сказала Маринетт и наклонилась к Адриану, — Адриан, ты можешь встать? Нам нужно срочно выбираться отсюда!

Парень непонятно кивнул и медленно, все так же опираясь на стену, встал, но сделать шаг так и не решился. Маринетт подошла к нему и мягко приподняла его голову за подбородок.

— Все будет хорошо, слышишь? Я что-нибудь придумаю и вытащу нас отсюда.

И он ей верил. Он не мог не верить ей, особенно когда она говорила так. Голос звенел решительностью, уверенность и сила лучились в глазах, несмотря на проявляющийся из-за недостатка кислорода румянец на щеках.

Адриан видел, как Маринетт припала лбом к стене и старалась разглядеть хоть что-нибудь, что могло бы помочь им выбраться из этой ситуации. Она то и дело меняла угол обзора, металась из стороны в сторону, не бросая попытки найти выход, хоть и каждое последующее движение давалось ей труднее предыдущего. На секунду она прикрыла глаза, чтобы отдышаться, потом резко раскрыла веки и прищурилась, вглядываясь в асфальт за стеклом.

— Придумала! — крикнула она и обернулась к побледневшему, едва стоящему на ногах парню, — Просто следуй за мной, хорошо? — ласково спросила она и добавила, не дождавшись ответа, — Просто будь со мной, пожалуйста.

— Буду, — хрипло, но уверенно ответил он.

Маринетт опёрлась руками на противоположную от парня стену и что есть силы стала на неё давить, стараясь сдвинуть с места тяжелую кубическую конструкцию. Ноги едва держали ее, руки слабели от такого напряжения в условиях недостатка воздуха, а горло сдавило так, что каждый вдох причинял физическую боль. Но девушка продолжала толкать стену, уверенно игнорируя появляющиеся перед глазами мушки. Каждый сантиметр преодоленного расстояния словно стоил ей нескольких лет жизни. Она уже едва осознавала, где находится, когда под ногами показалась металлическая крышка люка. Девушка упала на колени и попробовала отодвинуть ее, лихорадочно предпринимая одну попытку за другой. За спиной раздался тяжёлый грохот. Маринетт обернулась и увидела Адриана, лежащего на земле: грудь его вздымалась практически незаметно, глаза закатывались.

Девушка всхлипнула, пытаясь заставить себя оторваться от Адриана. Мир вокруг неё трясся так, словно она каталась на американских горках, а текущие по щекам слезы душили не хуже углекислого газа.

— Я должна ... я должна! — едва слышно прохрипела Маринетт.

Брюнетка почувствовала на руке легкое поддерживающее касание. Она не видела, но знала наверняка. Тикки. Из последних сил Маринетт вцепилась в крышку люка, надеясь, что госпожа удача все еще на ее стороне.

Свет в конце тоннеля предстал для девушки темнотой канализации. Пелена так и не сошла с глаз девушки, но на мокром от слез лице заиграл ветер, заполняющий пустое пространство. Находясь на грани обморока, девушка на четвереньках подползла к парню, стараясь утихомирить безумно бьющееся сердце и наконец-то вдохнуть полной грудью.

— Адриан, у нас получилось, слышишь? — прошептала Маринетт, ласково перебирая мягкие волосы парня.

— Получилось, — Адриан вымученно улыбнулся и закрыл глаза. Он готов был поклясться, что последнее, что он видел перед тем, как окончательно потерять сознание, был маленький протянутый кулачок.

***

Маринетт плакала, внимательно следя за безмятежным выражением лица Адриана, устроившегося на ее коленях. Девушка с трудом могла сказать, сколько прошло времени с тех пор, как она протащила безвольное тело возлюбленного в темную канализацию. Он так и не приходил в себя, и Маринетт корила себя за свою нерасторопность, слабость и безответственность. Как она могла решить, что в клетке акумы достаточно безопасно? Девушка слишком поздно почувствовала подвох, и за совершенную ею ошибку теперь был вынужден расплачиваться Адриан. Она снова обложалась, снова подвела тех, кто на неё рассчитывал. Реальность отозвалась парой звонких пощёчин, стоило брюнетке в очередной раз наивно предположить, что ей по силам спасти близких от злодейств Бражника.

Дюпен-Чен чувствовала безумную слабость, дыхание ее было поверхностное и прерывистое из-за рыданий.

— Маринетт, успокойся, с ним все будет в порядке. Он в безопасности, ты спасла его. Теперь нам нужно позаботиться об остальных, — сказала Тикки, не сводя глаз со своей подопечной. Квами все это время учтиво молчала, позволяя девушке прийти в себя.

— Почему он не просыпается, Тикки, почему? — сквозь слезы спросила Маринетт, — Уже столько времени прошло. Я не могу оставить его здесь одного без сознания! Я нужна ему!

— А Парижу нужна ЛедиБаг.

Девушка ничего не ответила, только наклонилась к груди мирно спящего парня.

— Поверь мне, Маринетт. Это самое безопасное место для него сейчас. С ним все хорошо, ему просто нужно чуть больше времени. Чем быстрее ты одолеешь акуму, тем быстрее сможешь запустить Чудесное исцеление и помочь Адриану.

Маринетт трепетно очертила контур его лица и, поправив растрепавшиеся волосы, нежно поцеловала Адриана в лоб.
— Я все исправлю, Адриан, — прошептала она ему в волосы и аккуратно переложила его голову со своих колен на землю. Длительное кислородное голодание все еще давало о себе знать, неестественная тяжесть тела сковывала движения, но Маринетт встала, готовая присоединиться к Коту Нуару.

— Кажется, пора впустить в Париж немного свежего воздуха. Тикки, давай!

***

Для ЛедиБаг никогда не существовало ничего невозможного. ЛедиБаг всегда была символом сокрушительной победы над злом, олицетворяя собой силу и храбрость, ум и рассудительность. Маринетт в костюме ЛедиБаг сейчас воплощала собой исключительную искрящуюся ярость, которая подпитывалась образом бледного юноши, лежащего на земле с закрытыми прекрасно-зелеными глазами. Маринетт была полна решимости выбить весь воздух из легких этого злодея.

Девушка нашла акуматизированного за считанные минуты и удивилась, не обнаружив поблизости Кота. Тень тревоги пробежала по ее лицу, когда она также не застала его сигнала на своём коммуникаторе. Сердце пропустило удар от мысли, что ее Котёнок сейчас мог находиться за одним из матовых стёкол без сознания и без трансформации.

— Что тут у нас, Миледи? — раздался за спиной знакомый голос, и Маринетт с облегчением выдохнула, увидев Кота в целости и сохранности. Он был необычайно слаб, глаза поблекли, а привычные гибкие и грациозные движения сменились шаткой и неуверенной походкой.

— Кот, ты в порядке? — беспокойно спросила Маринетт, уводя своего напарника из зоны видимости их противника.

— Я в полном порядке, моя Леди, — с воодушевленной улыбкой ответил Кот Нуар и подмигнул девушке. Он развернулся и выбежал из их укрытия, обращаясь к злодею, — Эй, Душнила, ты ещё не выдохся?

Маринетт с легкой улыбкой посмотрела вслед удаляющемуся напарнику, потом вскинула свой йо-йо и присоединилась к битве.

***

— Получилось! — традиционный удар кулачками ознаменовал очередную победу над жертвой Бражника. Блестящая стая маленьких божьих коровок красной лентой пронеслась по всему Парижу, превращая громоздкие стеклянные кубы в яркие искры.

— Прости, моя Леди, я бы с радостью отпраздновал с тобой победу в этой захватывающей дыхание битве, но мне нужно срочно кое-кого найти, — Кот Нуар манерно поклонился и моментально протянул свой шест, стремительно отталкиваясь от земли.

— Да, Котик, мне тоже, — в пустоту ответила Маринетт и направилась к канализационному люку недалеко от пекарни.

Адриан как безумный перескакивал с одного здания на другое, не обращая внимание на мелькающие перед глазами звезды. С тех пор, как Агрест очнулся и обнаружил себя лежащим в тоннеле канализации, он не мог перестать думать о Маринетт, которой не оказалось рядом. Он нигде не смог ее найти: ни внизу, ни на прилежащих улицах Парижа. Юноша боялся предположить, что могло произойти с одинокой беззащитной девушкой на грани обморока, пока он бесполезно лежал в отключке. Адриан со всех ног мчался в сторону пекарни, надеясь, что после Чудесного Исцеления Маринетт, целая и невредимая, окажется в свой комнате. Зелёная вспышка детрансформации осветила тот самый злополучный переулок, из которого Адриан наблюдал прицеливающегося в его одноклассницу злодея.

Пекарня Дюпен-Чен была все ещё открыта, оттуда выходили люди с большими пакетами сладостей и счастливыми улыбками. Адриан ворвался в помещение, не заботясь о том, чтобы отдышаться или поправить свой дикий вид.

— Мадам Чен, Маринетт наверху? Я, кажется, забыл у неё телефон, — обратился Агрест к женщине за кассой, безуспешно пытаясь восстановить дыхание.

— Маринетт вышла с твоим телефоном примерно два часа назад и с тех пор не возвращалась, — нерешительно ответила мадам Дюпен-Чен.

— Мы, видимо, разминулись на пути. Спасибо, всего доброго! — бросил парень и выбежал из пекарни. Он не имел ни малейшего представления, где искать Маринетт, но в одном он был уверен — он не остановится, пока не найдёт ее и не убедится в ее безопасности.

И он нашёл ее. Он врезался в неё на повороте и, схватив девушку за плечи, едва смог предотвратить очередное падение.

— Маринетт! Как я рад, что смог тебя найти, — с лучезарной улыбкой сказал парень и заключил девушку в крепкие объятия, в которые вложил всё пережитое за сегодняшний день волнение.

Брюнетка обвила руками торс одноклассника, удобно располагая голову на его груди.

— Слава богу, ты в порядке, — неслышно прошептала Маринетт.

Она мечтала, чтобы каждый выматывающий день заканчивался подобным образом — в объятиях Адриана.
!