Оживший мертвец
Пак Бом Хи покинул салон бордового «БМВ» и быстрым шагом пройдя по улице, вошёл в высокое здание. Одетый в классический стиль, он был весь в чёрном, а его короткие волосы с недлинной чёлкой аккуратно уложены.
Взглянув на свои дорогие наручные часы, он слегка нервно вздохнул и, войдя в лифт, подумал, что, возможно, снова услышит упрёк в свою сторону из-за задержки.
Оказавшись в квартире, Бом Хи первым делом снял пальто и повесил его на вешалку. Затем он направился в спальню, где его ждал мужчина в инвалидной коляске, который, глядя в окно, смотрел на улицу. Его бордовые волосы, освещённые ярким светом, казались ярко-красными.
Наблюдая за его спиной, Пак, медленно приближаясь, произнёс:
— Прости. Пробки.
— У тебя всегда одни и те же отговорки, — спокойно ответил мужчина с красными волосами, а затем, обернувшись, добавил, — милый, ты же знаешь, я не люблю ждать.
— Мой дорогой Лисёнок, ты же знаешь, что я не специально? Прости. Хочешь, я заглажу свою вину, как ты любишь? — с игривой улыбкой глядя на своего любовника, предложил Бом Хи. Он осторожно коснулся щеки японца и нежно поцеловал его в губы.
— А ты с каждым днём меняешься. В Токио ты был совсем другим. Неужели на родине ты становишься более наглым? — с ухмылкой ответил Лиëн, нежно поглаживая Бома по голове.
— Дорогой, я всё тот же. Твой любимый послушный мальчик, — ответил мужчина, осторожно взяв на руки Лиëна, и бережно отнёс его к кровати. Красноволосый, обхватив шею Бома, посмотрел в его лицо.
— Опять меня заставляешь чувствовать себя слабым.
— Ты не слабый. Я уже говорил тебе не обращать на это внимания. За столько лет ты должен был привыкнуть, что я ношу тебя на руках, — ответил мужчина, нежно положив худое тело Лиëна на белые простыни. Он нависал над японцем. Его потемневшие зрачки словно гипнотизировали.
— К этому трудно привыкнуть. Но я счастлив, что только тебе дозволено иметь меня, — с игривым тоном произнёс Лиëн, не сводя взгляда с мужчины.
— Я люблю тебя, Лисёнок, — ответил Бом Хи, начав раздеваться. Он достал из тумбочки всё необходимое для предстоящего действа и стал медленно снимать нижнее бельё, которое так неудачно оказалось под белым халатом Лиëна.
* * *
Бом Хи вышел из душа, бережно неся на руках своего парня. Он положил его на кровать, достал фен и начал сушить его красные волосы.
— Можешь приподнять меня и подложить подушку под спину, — попросил Лиëн. Мужчина выполнил его просьбу и поцеловал в щёку.
— Хватит нежности. Я не хочу задерживаться. Мы опоздаем на собрание, — сказал Лиëн со смехом, слегка отталкивая Пака от себя.
— Успеем. Что ты хочешь надеть сегодня? — спросил Бом Хи, поднимаясь с кровати. Он подошёл к шкафу, открыл дверцу и показал брендовые вещи на вешалках.
— Выбери на свой вкус. Мне интересно, во что ты захочешь меня нарядить, — ответил Лиëн.
— Хорошо, но не ожидай от меня слишком многого. Ты же знаешь, я не так хорош в подборке комплектов по стилю, — сказал Бом Хи, начиная выбирать одежду.
Лиëн смотрел на мужчину и не мог поверить, что будет просто счастлив жить вот так, полностью зависимым от единственного человека. Который мог когда-то просто его придушить или оставить в том страшном месте. В больнице, где каждый желал ему смерти, и многие люди до сих пор проклинали его за совершённое преступление.
Несколько лет назад японец и мечтать не мог, что кто-то сможет полюбить его так, как этот мужчина: не станет его осуждать или ненавидеть. Лиëн понимал, что Бом Хи не совсем обычный человек для него. Можно сказать, сумасшедший. Он стал встречаться с инвалидом, который убил немало невинных людей, вопреки здравому смыслу. Всё это казалось каким-то сном, который когда-нибудь может превратиться в кошмар. И Лиëн боялся, что мужчина просто играет с ним, как когда-то он сам играл с другими.
* * *
Япония. Токио.
В одном из самых престижных ресторанов, Ким Хван с нетерпением ждал прибытия нового главы банды «Ночные волки».
«Задерживается», — подумал он, взглянув на дорогие наручные часы, которые ему подарил Тэхён на день рождения. Этот подарок стал для депутата Кима неожиданностью, ведь его сын всегда избегал общения с ним и никогда не проявлял никакого внимания. Однако в этом году Тэхён решил изменить ситуацию: он устроил праздничный вечер в огромном ресторане, где при всех подарил отцу эти часы и произнёс слова поддержки.
Депутат Ким был очень удивлён и озадачен. Он не мог поверить, что наконец-то Тэхён понимает, принимает и любит его. Хван почувствовал счастье, осознав, что не зря старался сделать всё возможное и невозможное, чтобы передать дух и силу компании, которую создали их предки.
— Здравствуйте, депутат Ким, извините за опоздание. Я Ито Сайори, — произнёс появившийся перед Кимом японец с длинными белыми волосами, собранными в полухвост. Он протянул руку для приветствия.
— Здравствуйте. Ничего страшного. Присаживайтесь, — ответил Хван, оценивая внешний облик бледного мужчины, который, на его взгляд, был одет несколько женственно. На Ито был белый костюм поверх белой рубашки с открытым V-образным вырезом, а на талии красовался такого же цвета пояс, который подчёркивал его фигуру. На шее у него висел кулон из белого золота с нефритовым камнем.
Депутату показалось, что он где-то видел этого японца, но он не мог вспомнить, где именно. Может быть, в далёком прошлом? Или на каком-то недавнем собрании?
Устроившись, Сай сделал заказ и приготовился выслушать предложение от депутата Кима.
— Мне нужен весь Северный порт, который обещал мне Каору. Я уже заплатил ему за эту работу.
— Но вы же знаете, что нет спроса с мертвеца. Каору убили и ограбили, — напомнил Сай, изобразив на лице притворное огорчение.
— Это не отменяет силу договора, который мы заключили с ним. Вы же знаете, что Каору укрепил свои позиции и удержал власть на этой территории благодаря моей помощи. А значит, и вы тоже, благодаря мне, стали обладателем большого количества ресурсов. Думаю, вам знакомо такое понятие, как честь якудза, — Депутат говорил спокойно и уверенно, бросая взгляд на японца и отпивая бокал вина.
— Вы правы, — коротко согласился Ито и, сделав глоток вина, добавил с хитрой улыбкой: — Хотя, если подумать, как могут быть связаны честь якудза и жажда наживы сеульского депутата? Разве что деньги?
— Я полагаю, вы умный человек и не станете торговаться с таким, как я, — произнёс Ким Хван, слегка нахмурившись.
— Вы, наверное, уже заранее изучили мою биографию и предполагаемый характер, прежде чем прибыть на эту встречу из Кореи, — ответил Сайори с невозмутимым спокойствием, внимательно изучая выражение лица собеседника. Он знал, что отец Тэхёна — жадный и жестокий убийца, который ни перед чем не остановится ради власти и денег. Когда-то давно, ещё в юности, Сайори слышал от Тэхёна, что Хван помешан на этих двух вещах. Сам же он видел депутата лишь однажды, когда его дядя Донэ заключал договор с компанией «Сатурн».
— Я знаю лишь несколько фактов о вас: вы появились из ниоткуда в банде «Ночные волки» и сразу же заняли должность помощника и правой руки Такахиро Каору. Кроме того, вы умеете изобретать новые виды наркотиков, — произнёс депутат Ким, а затем, посмотрев прямо в глаза Сайори, добавил: — А может, вы тот самый человек, который создал яд, что спас одного сеульского адвоката? И кто взорвал особняк моего старшего брата вместе с ним внутри?
«Он всё знает и так спокойно разговаривает со мной? Ему действительно всё равно? Или своим спокойным видом он пытается меня запугать? Думает, что я испугаюсь и буду сотрудничать с ним без лишних вопросов? Как же глупо!». Сайори со смешком отпил вино.
— Да, было время, когда в новостях мелькали фразы «оживший мертвец», — он ответил, мечтательно смотря в сторону.
— Значит, это правда. Вы и есть тот гений, которого разыскивает Интерпол?
— А если это так, что вы сделаете? Хотите сдать меня? Или убьёте из мести и потеряете ещё одну возможность получать поставки через порт? — Сайори с ухмылкой посмотрел на мужчину и, словно повторяя его же слова, добавил: — Я думаю, вы умный человек.
— Вы либо бесстрашный, либо сумасшедший, раз так разговариваете со мной, — произнёс Хван, сердито глядя на японца.
— Скорее второе, — ответил Ито, игриво улыбнувшись. — Но это не мешает мне вести дела. Так что вам придётся как-то договориться со мной, если вы хотите поставок. Больше вам не к кому обратиться. Всё, что связано с наркотрафиком, касается банды «Ночные волки».
— Вы забыли о «Химере». Ведь этой бандой управляет ваш бывший любовник Накамура Акира. И большая часть севера принадлежит ему. Разве это не так? — спросил Ким, отпив вино.
— Вы действительно очень мало узнали. Акиры уже нет две недели. Возможно, он лежит где-то на дне океана. А я пока захватываю власть на его территории, — ответил Сайори, с удовольствием глядя на мужчину.
Казалось, они играли в словесные шахматы, по очереди кидая друг другу фигуры из фраз. Никто не хотел уступать или сдаваться первым, предлагая варианты мирного соглашения.
Ким Хван задумался, глядя на японца. И после минутной тишины обратился:
— Полагаю, не будет разницы, кто будет управлять северным портом. Я могу купить или отобрать власть над всем, что захочу. Поэтому подумайте хорошенько, прежде чем бросать мне вызов.
Сайори показательно возмущённо вздохнул и ответил:
— Ха! Думаете, парой пафосных фраз и страшной гримасой вы сможете напугать японца? За мной стоят не только «Ночные волки», но и весь Токио! И ни один кореец не сможет получить здесь власть. У нас своих влиятельных депутатов хватает. И парочка из них у меня с рук едят.
— Не переходите черту дозволенного, — строго произнёс Хван, пытаясь остудить пыл блондина.
— Ну что вы, для меня нет ни черт, ни ограничений! Я не боюсь вас и ваших угроз. Если хотите получить Север, просто соглашайтесь на моих условиях, — Сайори уже еле сдерживал себя, чтобы не орать на депутата.
Депутат понял, что перед ним действительно непредсказуемый человек. Он подумал: «Ушик был прав, этот педик действительно с приветом. Мне не удастся запугать его, как других. Придётся договариваться и с этим отбросом».
— Чего вы хотите за сотрудничество? — спросил Ким Хван, отложив приборы. Сайори, услышав наконец-то то, что хотел, начал успокаиваться и, убрав мешающую чёлку за ухо, ответил, не скрывая радости:
— Как я уже говорил вашему секретарю, я хочу два миллиона наличными и четыре на мой счёт в Швейцарском банке. Деньги, которые получил этот старикан, не считаются. Как только вы заплатите, я хоть завтра могу отправить готовый груз. Последующие поставки обговариваются только со мной. Никаких условий и угроз от вас. От меня товар высшего качества и своевременные отправки. От вас только деньги. И никаких попыток мутить воду на моей территории. Вы согласны на такое сотрудничество?
Ито не торопясь достал из сумки зеркальце и не спеша стал поправлять макияж, ожидая ответа. Депутат же, обдумывая всё сказанное, молча наблюдал за тем, как, по его мнению, один из «пидаров» имел над ним неоспоримое преимущество.
«Мне нужен этот груз, — думал он. — Тогда я смогу отбить все потерянные деньги и даже больше. Эта дрянь выбешивает! Как я могу проиграть ему? Но... Он прав, в Токио у меня нет таких связей, как у Хвандо».
Хван, поджав губы, ослабил галстук на шее и, вздохнув, произнёс:
— Согласен.
«Так-то, придурок! Схавал! — ликовал Ито про себя. — Тэхён, жаль, что ты не видишь сейчас лицо своего отца, который так злится, поджимая задницу, чтоб не взорваться! Скоро я обрету такую власть и силу, что ты с папашей будете ползать у меня в ногах! Как же я вас ненавижу!».
В мыслях он уже праздновал победу, радуясь тому, что ему удалось договориться с депутатом. Вспомнив прошлое, он испытывал предвкушение того, что теперь сможет на равных соперничать с Тэхёном. Японец мечтал отомстить за всё, что с ним произошло по вине семейки Кимов.
Смерть Роу очень сильно на него повлияла. Каждый раз, вспоминая об этом, он думал, что если бы не встретил Тэхёна, всего этого не произошло бы. Возможно, он мог бы жить со своим другом и быть счастливым, не зная о смертях и стремлении к власти.
— Я рад, что мы смогли договориться. Пожалуй, мне пора уходить, — произнёс довольный японец и, посмотрев на своё отражение в зеркальце, положил то обратно в сумку.
Депутат пристально посмотрел на этого психа, который с улыбкой пожелал ему приятного вечера и скрылся из виду.
— Не радуйся слишком рано. Как только я верну свои деньги, я от тебя избавлюсь! — гневно произнёс Ким Хван, глядя вслед, и допил бокал вина до дна.
* * *
В компании «Юпитер» в зале собраний за длинным столом сидели директора и акционеры. Во главе стола восседал Ким Тэхён, внимательно слушая отчёты о продажах и прибыли за последний месяц.
— Спасибо, господин Ли. Вы можете сесть, — произнёс он мужчине, который докладывал о делах компании. Поднявшись с места, Ким обратился ко всем присутствующим:
— Как вам известно, я получил эту должность и 60% акций в наследство от своего покойного дяди Хвандо. Однако он не учёл одного факта: мне не хочется руководить этой компанией по личным причинам. Поэтому я принял решение продать свою долю одному человеку, который, я уверен, прекрасно справится с управлением «Юпитером».
— Что?
— Как же так?
— Вы сошли с ума!
— Да не может быть!
Ошеломлённые мужчины в костюмах громко выражали своё возмущение, требуя объяснений.
— Тише, тише. Не стоит так волноваться. Он закончил престижный университет в Токио по специальности «Управление бизнесом» и имеет огромный опыт работы. Прошу вас поприветствовать нового генерального директора компании «Юпитер» — Пак Бом Хи! — торжественно объявил Ким Тэхён.
Все повернулись на входную дверь, и в зал вошёл высокий и крепкий мужчина в сером костюме.
— Здравствуйте, господа! — поздоровался Пак, осматривая сидящих за столом.
— Не переживайте так! С ним эта компания обретёт былое величие! — с воодушевлением воскликнул Ким, после чего тихо обратился к Бом Хи: — Не могу сказать, что рад видеть тебя здесь. Но, думаю, ты сам знаешь. Передай привет своему парню.
Тэхён пожал ему руку, сказал, что дальнейшее развитие компании теперь на его ответственности, и покинул зал. Бом Хи провожал его взглядом, пока тот не скрылся за дверью.
Уже на улице, стоя возле здания компании, Тэхён закурил сигарету и задумался о том, что только что произошло. Он словно освободился от цепей и давления, которые, как ему казалось, сдерживали его всю жизнь.
Тэхёну представлялось, что до этого момента он жил словно внутри кровавого желе, куда его заключили предки. Теперь же навязанная ему должность и обязательства, что он так долго нёс, перейдут к его бывшему врагу и сопернику, которого так ненавидел отец Хван.
* * *
Время, казалось, тянулось медленно, пока двое мужчин стояли у здания, ожидая появления под аркой человека на чёрном джипе. Акира предупредил Луи, что оставаться в квартире небезопасно, так как их могут искать Сану и люди Пак Чимина.
— Долго ещё ждать? — спросил Акира, обращаясь к Луи, который нервно оглядывался по сторонам, не отрывая взгляда от прохода.
— Обычно в это время проезжает его машина. Подождём ещё немного, — ответил Чонсок.
И вот, спустя пару минут, через арку проехала серебристый «Тойота», а за ним последовал чёрный джип. Луи бросился к автомобилю, а Акира остался на месте, наблюдая за ними.
Японец увидел за рулём брюнета в белом костюме, который что-то произнёс, глядя перед собой. Акира отметил, что тот даже не удивился и спокойно говорил с Луи, который заметно нервничал и что-то быстро говорил.
Кайзер всегда был осторожен и внимателен к своему окружению, не доверяя никому полностью. Ведь он был бывшим военным разведки, а теперь начинал карьеру актёра в развлекательных ток-шоу и телепередачах. Его настоящее имя было Хан Ису, и это странное увлечение для бывшего наёмника всегда удивляло его команду. Никто бы не подумал, что в одном человеке может сочетаться известный актёр и талантливый стратег-убийца, готовый без колебаний убить за деньги кого угодно. Он даже создал команду киллеров, состоящую из бывших военных и преступников, и разработал сложные механизмы для устранения «живых объектов». Пароли и ловушки, что он придумал для своей безопасности, были настолько запутанными, что даже Луи, который был с ним уже пять лет, не мог запомнить всё. Поэтому, быстро перечислив старые кодовые слова, он с опаской смотрел на него, ожидая с волнением его ответа.
— Луи, так не пойдёт. Ты же знаешь правила. Зачем пришёл без предупреждения?
— Извини. Я просрал смартфон, а писать на электронку не было времени. К тому же ты всё равно ответил бы только завтра, — сказал Луи.
— Ладно. Зачем пришёл? — спросил Кайзер, наконец посмотрев на Луи.
— Понимаешь, меня похитили! И пытали! Мне нельзя сейчас возвращаться домой, — начал быстро объяснять Луи.
— А кто тот человек? Это он тебя похитил? — спросил мужчина, медленно опуская окно до конца.
— Нет! Это он меня спас! Если бы не он, я бы тут не стоял. Его тоже похитили те мерзавцы. Мы хотим отомстить. Поможешь нам?
Кайзер внимательно смотрел на лицо Акиры, который стоял в двадцати метрах от них и курил вторую сигарету, облокотившись на бетонную стену возле арки.
— Сами что, не можете справиться? Он кажется очень сильным, — спросил Кайзер.
— Если бы это было так просто, я бы к тебе не обратился. Понимаешь, те, кто нас похитил, очень влиятельные люди. Главный из них, Пак Чимин, является сыном крупной шишки в Сеуле.
— Так. Не торопись, — сказал Кайзер, открыл дверь и попросил сесть на заднее сиденье. И Луи, усевшись, продолжил рассказывать о том дне, когда его похитили.
«Этот человек и есть Кайзер?» — подумал Акира, отбросив окурок в урну и решившись подойти к машине. Он постучал в стекло автомобиля.
Стекло медленно опустилось, и Ису, взглянув на японца, спросил:
— Ты знаешь, кто я?
— Нет, — коротко ответил Накамура, не отводя взгляда от лица Хан Ису, на котором читалось недоверие.
— Луи сказал, что ты его спас. Но мне кажется странным, что якудза будет спасать кого-то, тем более просить помощи у корейцев, — Хан говорил спокойно, обдумывая своё решение.
— У меня просто нет другого выбора. Но если вы меня боитесь, я могу забыть обо всём и улететь прямо сейчас в Токио. Мне самому не хотелось приходить сюда. Ваш друг очень настаивал, сказал, что есть способ отомстить без рисков, — ответил Акира.
— Ладно, садись в машину. По дороге поговорим, — сказал Кайзер.
Японец поклонился и, открыв дверь, сел рядом с Луи. После чего чёрный джип тронулся с места.
* * *
Ранним утром, когда только-только взошло солнце, освещая город, который окутал холод, сильный ветер с завыванием обдувал длинную трассу.
— Ты готов? — спросил пожилой мужчина, стоя рядом с чёрным BMW.
— Да. Сейчас? — ответил Пак Сон Хэ, сжимая пульт управления в дрожащих руках. Он сидел в грузовике и пристально наблюдал за входом в высокое здание.
— Подожди. Не спеши, идиот, — тихо сказал старик, оглядываясь назад. — Он же ещё не вышел из офиса!
— Извините. Я просто спросил, — виновато ответил Сон Хэ и нервно поправил очки, вглядываясь через бинокль на вход здания, находившийся в ста метрах от него. От волнения он вспотел. А также не успел предупредить Лайзу о начале операции. Его сестра не отвечала на звонки, хотя он написал ей сообщение о том, что сегодня день устранения одного человека из правительства.
Сон Хэ не знал, что устранение произойдёт именно сегодня и именно в это время. Он думал, что это обычная подготовка к предстоящему делу. Уже неделю его обучала Кира, и она сказала, что скоро у него будет работа. Но Сон Хэ и представить себе не мог, что вся подготовка была направлена именно к этому моменту. И теперь он должен был убить человека вместе с ними.
В наушниках прозвучал голос девушки, которая пыталась успокоить Сон Хэ:
— Сэм, не волнуйся. Я же говорила, это просто игра. Ты же играл со мной в игру. Неужели забыл?
— Нет. Не забыл, — ответил Сон Хэ, вытирая пот с лица, и нервно сглотнул.
— Молодец, малыш. Я в тебя верю, — произнесла Кира. Она уже давно заметила, что бывший полицейский очень труслив и нервозен, и старалась не давить на него. Кира и сама не могла понять, почему так сочувствует этому полноватому мужчине в очках, который в их первую встречу показался ей таким уверенным и решительным. Однако, видя, как он дрожит от каждого шороха во время подготовки к операции, она осознала, что он тоже мог стать жертвой или свидетелем чего-то ужасного, как и она сама.
— Он выходит, — произнёс Крот, слегка отступая от чёрного БМВ.
— Я готова. Сэм, ты его видишь? — спросила Кира, надевая чёрный шлем. Затем она взглянула наверх и завела мотоцикл.
— Да, — ответил Сон Хэ, наблюдая за выходом из здания. Он нервно достал смартфон и снова начал звонить своей сестре, но она по-прежнему не отвечала на звонки.
«Что же мне делать? Неужели сегодня я стану убийцей? Почему Лайза не отвечает?» — размышлял Пак, нервно откладывая смартфон в карман и снова глядя через бинокль на вход.
Там он увидел мужчину в синем пиджачке с портфелем в руках, который выходил из здания. Оглянувшись по сторонам, он неторопливо сел в чёрный автомобиль. БМВ тронулся с места и поехал по трассе, а за ним хвостом последовал мотоциклист.
Автомобиль всё ближе и ближе подъезжал к месту, где стоял грузовик. И Сон Хэ был в растерянности.
«Блядство! Проклятый Ким Тэхён! Из-за тебя я не хочу провести остаток жизни за решёткой за убийство! Лучше пусть меня арестуют за превышение полномочий, чем это!» думал он, лихорадочно пытаясь найти выход из ситуации.
В конце концов, бывший полицейский решил просто сбежать. Он поспешно покинул грузовик и, стоя на обочине дороги, стал ловить попутную машину, отчаянно махая руками.
— Эй, придурок! Что ты делаешь! — кричала Кира в наушниках, увидев, как Сэм стоит на обочине и словно пугало машет встречным автомобилям. Но Пак, вытащив наушники из уха, продолжал отчаянно размахивать руками.
— Убью гада! Я знала, что на него нельзя полагаться! Если бы этот чёртов Луи не пропал, я бы вообще не взяла его на дело! — продолжала кричать Кира, обращаясь к старику, который уже сидел в другой машине и следил за БМВ.
— Успокойся. В следующий раз мы всё сделаем сами. Возвращаемся в офис. А этого толстячка пускай Кайзер сам наказывает, — ответил Крот.
Наконец Сон Хэ удалось поймать попутку, и он скрылся от преследования Киры, которая не в силах догнать его, лишь яростно материлась.
* * *
— Госпожа Кейли, мы приехали, — произнёс водитель Чон, обращаясь к заднему сиденью, на котором мирно дремала юная особа в красном платье.
«Может быть, просто открыть ей дверь, и она сама проснётся?» подумал Бонсу. После чего вышел из «Лексуса», открыл багажник и достал два чемодана. Затем он распахнул дверцу машины и произнёс:
— Госпожа Кейли, просыпайтесь. Мы приехали.
Молодая американка медленно открыла глаза, зевнула и, посмотрев на водителя, спросила:
— Have we arrived?Мы уже прибыли?
— YesДа, — ответил водитель Чон, хотя и не совсем понял, о чём шла речь. Он знал лишь несколько слов на английском, хотя и указал в резюме, что владеет языком. Бонсу устроился на работу к депутату Киму по рекомендации своего бывшего начальника, который всегда был очень добр к нему.
Длинноногая блондинка накинула белый пиджак поверх красного мини-платья и, прихватив сумочку, вышла из салона. На её лице сияла радость: Хван наконец-то пригласил её к себе домой. Это был огромный особняк, окружённый железными решётками с красивыми золотыми узорами. Охрана стояла у входа и перед воротами.
Уверенно шагнув вперёд, девушка вошла в дом. Её встретили домработницы, которые поприветствовали гостью и предложили пройти в комнату, подготовленную для неё. Моника Кейли с восхищением осматривала гостиную и поднялась на второй этаж. После этого её чемоданы были занесены в дом.
— Дорогой! Я уже здесь, в твоём доме! Представляешь? Я не могу поверить, что ты действительно сделал мне предложение! После стольких лет ожиданий! Я думала, что никогда этого не случится! — радостно тараторила девушка в трубку, разлегшись на кровати.
— Ты счастлива? — с нескрываемым восторгом спросил Хван.
— Конечно! Я в восторге! — ответила Моника.
— Рад слышать. Я приеду через час. Собрание почти закончилось. Отдыхай пока.
Закончив разговор, Моника быстро разделась и отправилась в ванную комнату. Выйдя из неё, она переоделась в белое платье, высушила волосы и начала краситься.
Ким Хван, приехав, сразу же приказал приготовить стол к ужину. Глядя на время, он поднялся на второй этаж, где его ждала любовница.
— Дорогой! — радостно воскликнула блондинка и, соскочив с места, побежала обнимать будущего мужа. Хван с нежностью поцеловал её и спросил:
— Ну, как тебе наш новый дом? Если захочешь, можешь изменить здесь всё по своему вкусу.
— Мне здесь всё нравится! Ты самый лучший! Я люблю тебя!
* * *
Пока депутат Ким резвился со своей любовницей, Даëн и её сын ужинали в старом доме. Они не знали, что хозяин решил начать новую жизнь в новом жилище. По крайней мере, Даëн ещё не была в курсе. Тэхён же хоть и владел обрывками информации, но не делился своими мыслями с матерью.
— Впервые твой отец пропустил семейный ужин. Раньше он всегда заставлял нас собираться, — произнесла женщина, отпив бокал красного вина.
— Раньше и людей за столом было больше. Теперь остались только мы втроём, — ответил Тэхён, нарезая мясо ножом и придерживая его вилкой.
— Не думала, что без Хэссу и её мужа дом станет таким пустым. Иногда она была такой милой со мной, — с грустью сказала Даëн.
— Только не говори, что скучаешь по ней. Я не поверю. Вы же вечно друг к другу придирались, — ответил Тэхён.
— Я не скучаю. Мне просто сейчас так одиноко. Твой отец пропадает на работе, а ты вечно занят в компании, — сказала Даëн с грустью в глазах.
— Странно слышать это от тебя, мама. Где та женщина, которая любила шопинг и вечно пропадала в салонах красоты? — спросил Тэхён, не скрывая своего удивления.
— Она умерла в тот же день, когда ты попал в больницу. Я поняла, что упустила много в твоём взрослении. Я упустила слишком много, гоняясь за красотой и развлечениями, — ответила Даëн.
— Слишком поздно сожалеть об этом. Я живой и сижу перед тобой. Хватит мучить себя, — сказал Тэхён, отпив вино.
— Не получается. Обиды и сожаления из-за стольких смертей в нашей семье всё равно прорываются в моём сердце, — произнесла Даëн, не в силах сдержать слёзы.
— Ты же ходила к психологу. Неужели не помогло? О чём ты так сожалеешь? — с ухмылкой спросил Тэхён, злясь на мать, которая теперь решила излить ему душу после стольких лет. Она даже не могла ничего сделать против своего мужа, который после смерти Шана стал откровенно унижать и оскорблять её. Тэхён любил маму и не знал, как защитить её. Поэтому он злился на себя и на её жалкий вид. Женщина уже пять лет находилась в депрессии, сидела дома и никуда не выходила. Она оборвала связи с подругами и оставила управление бутиками и салонами директорам.
— Я не успела попрощаться с Лиёном. Мой младший брат просто умер в больнице один. Из-за твоего отца я даже не смогла забрать его тело и нормально похоронить его! — зарыдала Даëн.
Тэхён поднялся, обнял маму и стал утешать её. Он пожалел, что вообще задал этот вопрос.
— Мой брат хоть и был чудовищем для многих, но для меня он всегда любимый младший братик, — говорила сквозь слёзы женщина, сотрясаясь в истерике. Тэхён не мог видеть, как рыдает мама, и решил дать ей успокоительное. Он послал домработницу за лекарством.
Уложив мать в кровать, Тэхён вышел на балкон покурить, как только она уснула. Он думал, что делать дальше.
«Лиён жив. Но я не могу об этом сказать маме. Никто не должен знать пока. Тем более скоро я хочу посадить собственного отца за решётку. Надеюсь, мама, ты не сойдёшь с ума. Ведь я уже не откажусь от своей цели», — думал Тэхён.
Он вернулся с балкона, поцеловал мать в щёку и укрыл её одеялом. Затем выключил свет и вышел из комнаты.
__________