Сон

Солнце переливается струями радуги через золотистые локоны ее волос и от этого она выглядит еще прекраснее. Она как ангел. Вся светится и озаряется улыбкой и счастьем и наполняет радостью весь мир. Я взял ее гладкую персико-розовую ладонь и, наклонившись, слегка поцеловал. Она улыбнулась и в моем сердце разгорелся огонек, согревающий все тело. Моя любовь была до безумства сильная и это была не привязанность, а именно любовь, потому что с первой же встречи мы поняли, что созданы друг для друга. Мы сидели в саду нашего дома. Нас окружали деревья с яблоками и сливами, кустарники крыжовника и малины, цветы ярких летних красок и грядки с овощами. Она перелистывала страницы книги, а я смотрел и восхищался ею. С этой женщиной я хочу прожить всю свою жизнь, а другого мне и не надо. Я слегка накрутил на палец локон Машиных волос и вернул в прежнее положение.

- Па-ап, папа!, - донесся до меня писклявый голосок Алисы и я пошел на звук.

- Что? Что случилось?

- Попробуешь мой пирог?, - сидя в песочнице Алиса протягивает мне формочку в виде сердца, в которой аккуратно был примят песок. Я сделал вид, что съел.

- М-м-м, как вкусно, - довольно мои губы растянулись в улыбке и Алиса засияла от счастья.

- Правда?

- Конечно.

На этом воспоминание ей пять лет. Это как красивый сон, после которого остаются те самые прекрасные и радостные чувства, от которых не можешь опомниться еще долгое время.

- Проснитесь, - я почувствовал, как кто-то коснулся моего плеча и мгновенно пришел в сознание. Это была медсестра, которая разбудила меня и посоветовала пойти домой. Веки постепенно открывались и я видел четкую картину. Мой мозг вспомнил о недавно произошедшем и сердце закололо с болью. Рядом лежала моя дочь, накрытая белой простыней. Я посмотрел на нее со слезами на глазах. Она мертва. Поток мыслей заслонил мою голову. Основные из них были те, что я чувствовал огромное чувство вины перед Алисой и... Машей. Но самое главное - мне теперь целую жизнь жить с осознанием того, что в смерти моей дочери виноват именно я. Только сейчас я осознал свою ошибку, но стало слишком поздно. Как странно и одновременно стыдно, когда я считал, что у меня нет времени на Алису. Оно было всегда. Я бы мог отменить все те "важные" встречи, но не сделал этого. Я возненавидел себя и понял, что нужно ценить то, что у тебя есть. Когда-то этого может не стать и есть вероятность, что это исчезнет по собственной вине. Мое сердце как-будто взяли и начали разрезать на маленькие кусочки, а потом вонзили толстые иглы в каждые из них. Легкие сдавливало и я не мог дышать. Такое состояние у меня было и все это полностью съедало изнутри.

-Давай, нам нужно уходить.

Я помог встать Маше, но с большим трудом. Она не хотела уходить. Моя совесть не могла бросить ее в таком состоянии и я не мог просто посадить ее в такси, а решился лично довезти до дома. Проезжая сквозь дома, магазины, рестораны меня опять настигло то уже знакомое чувство дежа вю. Воспоминание.
Звонкий смех моей жены. Ночь. Мы так же ехали на машине и скоростью просачивали воздух. Нам обоим нравилось гулять ночью или кататься на машине, еще в первый год нашего знакомства. В это время город уходит в спячку, фонари зажигаются, а вся эта атмосфера завораживает. Но теперь это просто воспоминание. Это все, что у меня осталось.

-Маш, мы приехали.

Она молчала. Я открыл дверь своего автомобиля и мы напрямик пошли к дому. Когда мы зашли за порог я снял с нее обувь и проводил до комнаты. Уложив и накрыв пледом, я немного подождал, чтобы она уснула, а потом ушел. Теперь у меня осталась только Маша, хотя я не уверен, что она подпустит меня к себе. Но я постараюсь сделать все для нее и не бросить в такой сложный момент. Нам обязательно нужно держаться вместе и ее я постараюсь сберечь, сделаю все, что будет в моих силах.

Доехав до дома я вспомнил о складе алкоголя, который находится на втором этаже. Я поднялся по лестнице и повернув налево вошел в комнату небольшого размера. Тут тянуло прохладой и древесным запахом. Я взял бутылку скотча и широкий бокал. Мой организм имел иммунитет к алкоголю и пьянел не сразу. Пол бутылки как и не было. Я сидел, облокотившись на кровать, а рядом, как и всегда, лежала Дженни. Подумав, я вышел на крыльцо своего дома. Немного пройдясь по саду мое тело упало в одно из плетеных стульев. Выпив стопку скотча я поднял голову к верху. Темное, ночное небо с яркими точками звезд покрывало город. Вновь перед глазами проносится та ужасная картина в больнице. В такой момент ты хочешь, чтобы тебя просто не было, чтобы ты исчез.

- Алиса, - не выдержав мыслей в своей голове я начал орать во весь голос. - Доченька, прости меня! Прости! Я виноват и очень сильно! Я знаю, ты меня слышишь. - Упав на колени и обратившись к небу я почувствовал, как из глаз текут слезы. Я схватился обеими руками за голову, опустился и коснулся лбом земли. - Как же я виноват! Боже, прости меня, идиота.

Щебетанье птиц, шелест листьев и лучи солнца разбудили меня. Легкий ветер дунул в лицо и я прикрыл глаза. Пролежав несколько минут на траве я пошел умываться. Время было около трех и я вспомнил о назначенных встречах, да и делах, запланированных еще несколько дней назад, но проигнорировал и разрешать это все не собирался. Мои пальцы набрали Машин номер, но она оказалась недоступна. Час за часом. Это самый бесполезный день, проведенный мной и самый истерзавший меня изнутри. Несколько раз пытался дозвониться до Маши, но безуспешно. Я начинал волноваться, но подумал, что сейчас не буду ее беспокоить, а завтра обязательно навещу. По телевизору шли какие-то сериалы, программы, фильмы и я удивился их количеству и тупизму - большинство ничем не отличались. Лишь некоторые несли реальную пользу. Автоответчик разрывался от надоедливых звонков родственников и друзей, но мне было плевать. Вдруг звонок от Маши и я, встрепенувшись, подлетел к телефону.

- Ты звонил?

- Да. Как дела?

- ...

- Маш.

- Не звони мне больше.

- Что? Почему?

- Я все сказала. Пока.

- Но. Подо.. - , я не успел договорить, как она бросила трубку.

Я не остановлюсь на этом и достучусь до нее, несмотря на отталкивания. Гудки.
" Абонент занят.."
Она сбрасывает, а потом становится недоступна. А ведь напрасно думаю, что еще можно что-то исправить. Как странно, что в один день может столько поменяться.
Наступила ночь и меня снова начинает разъедать внутри. Как-будто кто-то живет в моем теле и питается им. До конца я еще не осознавал, что Алисы больше нет. Вдруг я захотел убить всех людей, в том числе и себя, виноватых в смерти дочери.