Игра: Месть Фартуны

Локацией для сбора всей армии Поднебесья был выбран портовый склад – то самое место, где когда-то Такемичи встретилась с Какучо после провокационного нападения Поднебесья на Свастонов. Сегодня, когда она приехала сюда вместе с Изаной и остальными, внутри уже толпилась вся их армия.

Мельком заглянув внутрь при дневном свете, девушка удивилась: от количества людей буквально негде было ступить.

– Невероятное количество, – заметила она, пока верхушка банды толпилась у входа.

"В Свастонах никогда бы, наверное, такого не было".

– Что ты делаешь? – спросил Коко, увидев, как она заглядывает внутрь. Ему не хотелось, чтобы её увидели раньше времени, потому он поторопился прикрыть собой проём.

– Я хотела посмотреть, сколько человек удалось собрать к завтрашнему дню.

Коконой от чего-то было очень тревожно. Он не говорил, но очень боялся завтрашнего дня – и не столько за собрание, на котором Такемичи должна была объявить Свастонам войну, сколько за саму войну. Казалось бы, о чём переживать? Такемичи не заставят сражаться, а значит – о её состоянии не стоит переживать. Так хотелось думать, но парень всё равно остерегался, что с Такемичи что-то случится. Неспроста всё идёт удивительно гладко. Такого просто не может быть... Не с их жизнями точно...

Ханагаки отступила от проёма и посмотрела на друга непонимающими глазами.

– Что-то не так, Коко? – спросила она, чувствуя его тревогу, как свою собственную.

Он усмехнулся, когда понял, что она очередной раз уловила его эмоции.

– Сам не знаю. Завтрашний день не даёт мне покоя, – признался он ей, отводя взгляд, чтобы не казаться пессимистом.

– Понимаю, – кивнула она, соглашаясь с ним. – Для меня этот день будет самым тяжёлым из всех, что я могла пережить. Не удивительно, что и для тебя так...

Такемичи знала, что ей нужно отыгрывать роль и ни за что не позволить Изане умереть. Он сам это уже увидел и пообещал ей, что не умрёт, но Такемичи боялась непредсказуемости системы. Она пошла против неё, против канона, так что она готовилась получить соответствующий ответ. Оттого всё внутри сотрясалось от мысли о завтрашнем дне.

Разумеется, Коконой не так воспринял её слова, как это являлось на самом деле, но в целом не ошибся.

– Ты знаешь, что делать. У тебя теперь огромная армия за спиной и сила поколения S62. Что может быть мощнее?... – пытался хоть как-то унять их общее волнение Коконой.

"Система..." – чуть не произнесла она вслух, но вовремя прикрыла рот и опустила взгляд в землю. – "Люди по сравнению с этой силой ничто. Они же все её марионетки, как и ты, Коко..."

Ханагаки подняла взгляд и посмотрела на Коко сквозь призму реальности, существовавшей для неё. Этот парень был персонажем, которому прописали нелёгкую судьбу: несчастная любовь, породившая зависимость от денег.

"Персонаж".

Коко вздрогнул, когда увидел взгляд, которым Ханагаки сейчас на него посмотрела, словно он перестал быть личностью, а превратился в какую-то посредственность.

– Х-Ханагаки! – испуганно позвал он её, думая, что это очередное впадение в задумчивость, где она видит что-то своё. Необъяснимое, но очень меняющее всю её сущность в считанные секунды.

– Хана, тебе комфортно в новой униформе? – присоединился к разговору Какучо. – Тебе очень идёт.

Тогда-то Хаджиме подумал, что должен будет поблагодарить этого парня за его вмешательство, приведшее Такемичи в реальность.

– Достаточно удобно, если не застёгиваться. Плащ теснит, – Такемичи не любила тугое горло, за исключением галстуков и свитеров. А тут всё тело сжато.

– Этот костюм не предназначался для того, чтобы ты его носила, но у нас не осталось выбора. Без него у тебя нет необходимой власти, что значительно затруднило бы происходящее, – Хитто говорил о двух стоящих в стороне парнях, что сейчас переговаривали между собой, как типичные крысы. Он даже не стеснялся кидать на них свои презрительные и злобные взгляды.

– Всё в порядке, Какосик. Всё нормально. Это всего лишь одежда, – Такемичи понимала, что следует отказаться от удобства, потому постепенно застегнула пуговицы плаща, кроме последней верхней, чтобы горло не сдавливало, как ошейником.

– Хана...

Парни смотрели, как она это делает, и находили в этом что-то неправильное. Все шрамы и "символы", за исключением серёг, скрылись под красной тканью, уничтожая всю её историю. Даже волосы оставались распущенными, а не собранными, как признак готовности сражаться.

– Ну, как я выгляжу теперь? – спросила она, чувствуя себя немного неловко.

– Прекрасна, как и всегда! – отозвался из-за спины Какучо Ран. – Скажи же, Риндо?

– Верно, – поправил парень свои очки, присматриваясь к тому, как девушка спряталась в коконе Поднебесья. Ярко-красный сильно контрастировал с золотистыми прядями, белой кожей и голубыми глазами. – По сравнению с тем, что было...

Риндо вспомнил Кровавый хэллоуин: чёрная униформа делала её ещё более белой и светлой, выделяя из толпы особенно хорошо. А сейчас она сливалась с общей красной массой, излучая изящество и убийственное спокойствие. Образы разнились, как небо и земля, но нынешний являлся лучшей версией из двух.

– Как же надоело ждать! – заныл Ран от скуки, пока вертел в руке свою телескопическую дубинку. – Хана, давай прикажи уже всем идти. А то мы так до вечера здесь торчать будем. Дел и так по горло. Надо ещё с твоей просьбой разобраться...

– Просьбой? – Какучо услышал об этом впервые, поэтому немного удивился. Даже представить не мог, о чём могла попросить Такемичи у Хайтани, когда война уже на самом пороге. – О чём ты их попросила, Хана? – в глазах разгорелось любопытство.

– Ох, бля... Наверное, зря я это ляпнул, – подумал Ран и растянул губы в виноватой улыбке.

– Это не то, о чём тебе стоит беспокоиться, Какосик. Просто небольшая страховка, – объяснила она, заставляя своего друга напрячься лишь сильнее. Из её уст сейчас слово "страховка" звучало двусмысленно и очень непредсказуемо, так что он собирался чуть позже вытрясти из Хайтани правду.

– Что здесь происходит? – к группе подошёл Изана в компании оставшихся членов верхушки и большей её части. Среди них так же был человек, которого она в этом обществе видеть не желала, но мирилась с этим ввиду возможности держать над ним прямой контроль.

"Верно, Какосик сказал. Не будь на мне этой формы, я бы ничерта не могла ему сейчас сделать..."

– Изана, – заставила она его обратить внимание на себя. – Давай уже заходить. Ожидание убивает, – она посмотрела внутрь, уже понимая, во что превратится завтрашний день.

Парень увидел этот брошенный в сторону их армии безнадёжный взгляд. И он понял, что она не верила, что стоящие перед ней люди способны обеспечить ей выход из системы.

– Заходим, – скомандовал Изана, подходя к Такемичи и приобнимая её за плечо.

Сначала Ханагаки подумала, что это будет излишним, но это была поддержка, которая являлась необходимой прямо сейчас. Всё-таки ничего не внушало ей уверенности, кроме него, знающего всё и готового сделать соответствующее, чтобы ей помочь.

Он сделал шаг вперёд, подталкивая её за собой, а она последовала за ним сразу, как почувствовала толчок.

– Рассосались! Король заходит! – рявкнул за их спиной Мочи, когда тот с жутким грохотом распахнул складскую дверь.

Толпа обернулась и посмотрела на входящих. Они посмотрели сначала на главу, чья внешность не могла не привлечь внимания, а затем только присмотрелись к человеку, шедшему рядом с ним. Сначала они не поняли, кто следует вместе с ним, а когда она прошла мимо некоторых из них, ей стало неприятно от этого внимания, и чтобы слегка в моменте прикрыться, она подняла руку со шрамом и заправила волосы за ухо. Этот шрам – опознавательный элемент, который помог им быстро определить личность, шедшую с их главой.

– Это же "она"?! Ангел-хранитель Свастонов?!

"Вот и всё... Больше бояться нечего..."

Она расправила грудь, делая глубокий вдох. Такой холодный и освежающий, с выдохом которого внутри наступило спокойствие.

Шёпот пробежал от одного солдата к другому с невероятной скоростью. Количество желающих увидеть её становилось всё больше, отчего путь начинал потихоньку смыкаться из-за лезших вперёд или взбирающихся на других парней.

– Рассоситесь! Кому велено было?! – гаркнул уже Хитто, прекрасно понимающий, что сейчас происходит.

Толпа снова расступилась и поумерила свой пыл, но вопрос "почему?" так и продолжал отражаться во взгляде каждого, на кого падал ледяной взгляд Такемичи.

Они вышли вперёд к открытому пространству со стоящими контейнерами, на которые было очень удобно взобраться из-за их небольшой разницы в высоте и нахождении рядом друг с другом.

"Изана собирается подняться наверх?"

Такемичи собиралась остановиться, но рука, держащая её за плечо, потянула её дальше. Девушка посмотрела на Изану, немного не понимая его намерений.

– Мы пойдём вместе до самого конца. Не смей останавливаться ни на шаг...

Ханагаки подумала о том, что звучит слишком хорошо. Быть рядом до самого конца... А будет ли вообще у них этот конец или завтра же из-за очередного вмешательства системы они оба падут один за другим.

Они поднялись наверх. Такемичи шла рядом с Изаной, и сейчас вся их армия находилась перед ней, как на ладони. Она могла отчётливо увидеть каждого без исключения и оценить их возможности через свои навыки, но сколько бы она ни всматривалась в их таланты или навыки, она не верила, что эта армия способна остановить систему.

"Они бесполезны... Просто одноразовый материал... Нужна сила больше или возможность подавить силу Свастонов. Где же мне её найти?..." – всё нутро встряхивало от мысли, что этой армии мало, особенно страшно становилось, когда она смотрела на всех знаменитостей ужасного поколения; даже их сил ей казалось недостаточно, чтобы справиться с грядущим.

Она сделала несколько неспешных шагов вперёд следом за своим королём, и эхо её шагов по железной поверхности разнеслось по стихшему от голосов залу. Только тогда она осознала: склад затих. Наступила абсолютная тишина – короли взошли на трон и начали править всем присутствующими одними своими жестами.

– Завтра Поднебесье столкнётся со Свастонами в жестокой битве, – начал Изана свою королевскую речь, – в которой мы одержим победу! – уверенно заявлял он. – Сегодня мы оторвём их "крылья" и навсегда уничтожим "надежду", поддерживавшую их до сих пор!

Изана обернулся и протянул Такемичи свою руку. Его безумный от мести взгляд подзывал её к себе с не меньшей "надеждой", которую Курокава нагло присвоил себе. Присвоил всю – без остатка. Без возможности вернуть её назад...

Ханагаки видела этот властный, требовательный взгляд, жаждущий поддержки, как кислородной маски для задыхающегося. Видя такое, она не могла не поддаться ему навстречу. Не могла не подать своей руки тому, кто по ней так изголодался.

Он быстро притянул её к себе, заставив встать рядом с собой и почувствовать силу своего неоспоримого авторитета перед другими:

– Поприветствуйте второго правителя Поднебесья и моего заместителя – Ханагаки Такемичи! Отныне её слово – моё слово! Её приказ – мой приказ! А кто посмеет ослушаться... – его уничтожающий душу взгляд застыл на месте, заставляя чужие сердца замирать на месте от мёртвого страха. Они ещё ничего не сделали, но уже чувствовали дыхание смерти, направленное на них со всех сторон.

Когда они немного отмёрзли от холода смерти, то их взгляды приковались к новой замглаве. Они смотрели и пытались понять: привели её сюда силой, угрожали или она сама явилась сюда, признав превосходство ужасного поколения.

– Сегодня ночью ваш замглава объявит войну Свастонам лично и уничтожит их боевой дух своим предательством! А затем мы уничтожим их раз и навсегда! – пообещал им Изана, раскрывая своим подчинённым свой отвратительный план мести, которая только начинала сбываться.

"Я не думала, что твоя ненависть к Майки настолько сильна. Представляю, через какие мучения ему пришлось бы пройти, если бы я сказала ему "нет" в его желаниях... Но с моей стороны это было бы слишком жестоко. Он сделал для меня намного больше, чем я для него... Так что его единственное желание для меня в данный момент – закон. Не допущу, чтобы этому что-то или кто-либо помешал..."

– Уничтожим же Свастонов раз и навсегда! И Непобедимый Майки перестанет быть "Непобедимым"!

Напряжение возросло, крики толпы слились в оглушительный гул, болезненно отдававшийся в замкнутом пространстве.

– Король!... Королева!... Король!... Королева!...

"Новое прозвище..." – теперь эпоха сменилась, а вместе с эпохой и имя. – "Я теперь королева, а он мой единственный король..." – в голове почему-то возникла ассоциация шахмат, в которых королева была весьма прекрасной и очень сильной фигурой, существующей для защиты короля. Так и сейчас... Игра против системы превратилась в игровую партию, где она – королева, а он – король, которого ей надо защитить не только от вражеского короля.

Взгляд резко упал на Кисаки, стоявшего рядом с Ханмой среди членов ужасного поколения, и Коко с Какучо, что держались вместе.

"Такую партию, где короля нужно защищать и от собственных фигур, мне предстоит сыграть впервые... Предвкушаю, что это будет самая отвратительная партия в моей жизни..."

Такемичи подошла к краю, не отпуская руки Изаны, что подвёл её к ним. Теперь пришёл её черёд вступать в игру с системой...

"Давай же сыграем в эту безумную партию на смерть, система!"

Внутри голубого пламени, отражавшегося в её глазах, возникла тьма. В этой тьме Ангел умер. Вместо него родилась Королева – наполненная жестокостью и эгоизмом.

"Вкуси же то, что ты создала своими руками..."

– Завтра же!... – начала она, когда толпа по жесту поднятой руки Изаны с удивлением затихла, дав ей возможность говорить так, чтобы её слова услышали в каждом углу склада. Всего один жест – и сотни людей замолчали разом.

"Я использую вас всех без доли сомнения и сожаления, ведь теперь я имею на это полное право..." – Ханагаки сжала руку Изаны. Слишком тяжело переступить через себя и сделать действие, которое ты до сих пор не мог себе позволить. Однако она была полна решимости сделать всё, чтобы не позволить Изане и самой себе сдохнуть в этой безбашенной войне. – "Я защищу тебя, чего бы мне это ни стоило!"

– Свастоны должны быть завтра уничтожены Поднебесьем раз и навсегда! – сказала она угрожающе громко, напрягая своё горло, как никогда раньше. Все, кто её хорошо знал, удивились, как её взгляд и голос мог озвучить что-то настолько уродливо-жестокое. – Все, кто решит дезертировать, будут уничтожены вместе с ними на месте без разбора! Уничтожайте, пока не уничтожат вас! Меня все услышали?!

– Да-а-а! – толпа взревела с новой силой, сотрясающую её всю с ног до головы. А вместе с тем по крови разогнался адреналин. Он бегал по организму со странным чувством силы, которую та раньше не знала...

"Вот какой силой обладал Изана всё это время..." – она понимала, что власть, которую ощущала сейчас, называется тиранией, когда человек для тебя – не более чем инструмент. – "Жестоко, скажут они..." – она посмотрела на удивлённые лица своих друзей, – "А я скажу, что просто хочу жить... Хочу своё "счастье"! Хочу нормальную жизнь! Имею полное право стать такой! Мне надоело быть терпеливой доброй дурой... Я просто хочу быть собой – без системы, без навыков! Выбирая, как жить, самостоятельно..."

– Разве я слишком многого хочу? – спросила она, всё ещё опьянённая своей целью, отчего потемневший огонь в глазах ещё не угас.

– Совсем нет, – ответил Изана, приобнявший её за талию, чтобы та немного успокоилась, пока была вся на нервах и напряжена, как натянутая до предела струна. – Ты можешь желать чего угодно, Хана, – шептал он ей на ухо своим тёплым дыханием. – А я использую весь этот мир, чтобы эти желания исполнились. Неважно, насколько они неисполнимы... Я сделаю невозможное возможным. Лишь бы ты была счастлива...

"Просто не умирай, идиот".

– Тогда давай быстрее покончим со всем и уничтожим законы этой чёртовой системы...

Она уже сделала первый шаг, теперь им оставалось лишь нарушить канон приближающегося события, чтобы произошла такая ошибка, которую система просто не в состоянии будет исправить.

– Конечно, Хана... – Курокава отпустил её и отошёл в сторонку, где ближе было поговорить с Какучо по поводу подготовленности к завтрашнему вечеру...

"Чифую мне уже отчитался. Они подготовили сегодняшнюю сцену, и теперь Майки ждёт наступления сегодняшней ночи".

– Ран, Риндо и Какучо пойдёте на собрание Свастонов со мной, – отдала она свой первый официальный приказ, а не просьбу.

Те лишь кивнули, полностью подчиняясь воле главы.

– Какучо, если там что-то пойдёт не так, вы понесёте соответствующее наказание. Больше ошибок, касающихся Ханы, я не допущу.

Он внушал страх одним своим видом – жестоким лицом с пустой улыбкой. Курокава не мог представить, чтобы кто-то снова причинил Такемичи боль. Эта девушка принадлежала только ему, и лишь он решал, кому позволено прикасаться к ней.

– Коко, ты тоже пойдёшь со мной? – спросила она, даже не думая слезать с величественного помоста. – Или не желаешь встретиться лицом к лицу с Инупи?

Коко вышел вперёд и подошёл ближе к тому краю, где она стояла, вся такая величественная и совсем не такая, какую он видел её при первой, второй и других встречах. Сейчас она совсем не то, что было раньше.

– Конечно, пойду с тобой, – ответил Коко без сомнений в этом предложении, он ещё удивился, что она сразу не приказала, что он пойдёт с ней. – А что насчёт Инупи... – он задумался, устремив взгляд в пустоту. – У меня к нему есть разговор...

Такемичи присмотрелась к его фигуре. Новая форма Поднебесья сидела на нём не так идеально, как некогда белый мундир Чёрных драконов. Но прекрасное драконье лицо не могло испортить ничего, ей прямо хотелось коснуться его и повернуть лицо к себе, так чтобы эти драконьи черты показались ей во всей красе.

"Мой личный дракон..." – он был её утешением, милым питомцем, которого она просто обожала. – "Что может быть прекраснее жадного до своего сокровища чудовища?"

– Всё ещё хочешь переманить его на нашу сторону, Коко? – она усмехнулась, присаживаясь на край контейнера, чтобы разговаривать было удобнее, но при этом не терять своего статуса в обстановке.

Взгляд парня сузился, ведь его с лёгкостью раскусили.

– Лишь попробую уговорить. Если не согласится – наши пути разойдутся навсегда.

"Он даже Инуи готов бросить так просто? Разве он может?... Он же так похож на Акане..." – Такемичи этого не поняла.

– Ты уверен, что всё закончится настолько просто?

Хаджиме предоставилось очень много времени, чтобы он смог для себя много решить. Потому сомнений в том, что у него получится бросить то, от чего он не мог убежать, не было. Не в случае, когда на другой стороне весов эта девушка.

– Ты совсем не веришь, что он последует за тобой так далеко? – Коко давно заметил в её глазах отсутствие веры в такую "вероятность". Он изучил её достаточно, чтобы читать не по словам – те слишком редко оказывались поистине правдивыми, а по взгляду и мимике – понимание становилось проще.

– Не думаю... – Ханагаки мотнула головой. – Он видел во мне образ Шиничиро Сано, созданный моим поведением в Свастонах. Теперь же, когда я приду и разрушу этот образ до основания, он откажется от меня быстрее, чем можно представить...

Такемичи была в этом абсолютно уверена. В конце концов, парень, о котором они говорили, – жуткий идеалист, вечно ищущий свой недостижимый идеал.

– А как же Тайджю? – поинтересовался Коко. – Он не создал Чёрных Драконов, о которых мечтал, но остался с ним до конца. А в тебе хотя бы был намёк... – вкинул свой весомый аргумент Хаджиме.

– Хочешь сказать, он будет искать во мне искру прежней надежды? – задумалась Такемичи, поражаясь тому, что не подумала о такой возможности. Хотя в последнее время Инуи заботил её меньше всего на свете. – Может, и будет умолять одуматься. Но боюсь, для него это кончится не очень хорошо.

– Верно мыслишь, – в разговор вмешался Ран, закручивая на свою телескопическую дубинку одну из косичек. – Кто он такой, чтобы умолять тебя?

– Чего влазите в мой разговор с заместителем главы? – рассердился Коко, что в их личный разговор посмел кто-то влезать.

– Значит, это теперь так называется? – усмехнулся Ран, который нашёл эти изменения забавными.

– Плевать, что там произойдёт и какой цирк получится. Наша задача на сегодня – объявить войну и сломить боевой дух Свастонов. Это будет непросто, так что не дайте мне пасть духом, – попросила их всех Такемичи, которая пускай и дала себе толчок вперёд, но "там", рядом с ней, Изаны не будет. А ей необходимо это сделать самостоятельно.

– Мы будем с тобой, так что не волнуйся слишком сильно. Только слово скажи – и мы избавимся от любого, кто там будет, – постарался поддержать её Риндо, понимая, какое напряжение та испытает, когда придёт туда в этой униформе, с ними и с новым именем и должностью.

– Я тоже буду рядом, так что... – к ним подошёл последний участник сегодняшней ночной вылазки за пределы своих владений. – Только скажи, что хочешь уйти – и мы уйдём. Не уничтожай себя больше, если будет слишком тяжело...

– Хана... – она не услышала его приближения к ней из-за разговора с ребятами, оттого его приземление рядом с ней немного её напугало. – Ты же помнишь "все" наши обещания? – спросил у неё Изана, беря её за руку и крепко её сжимая. В нём заиграл страх и волнение перед грядущей ситуацией; всё-таки они оба ходили по грани всю их осознанную жизнь. Одно лишнее движение – и их не будет рядом, и всё – конец для обоих.

– Помню. Все до единого, – кивнула она, улыбаясь. Пускай содержание обещаний было очень грустным, а обстоятельства их заключения очень болезненными, но это всё, что они могли себе позволить. – Не переживай, ты же знаешь, я не нарушу своё обещание. Как и в рождественскую ночь, я вернусь к тебе, Изана...

* * *

Чуть раньше назначенного времени первый отряд собрался у храма Мусаши, чтобы отчитаться перед главой Свастонов о текущей обстановке. Среди них появился и новый участник, впервые примеривший фирменное байкерское пальто – Инуи Сейшу.

В отсутствие Ханагаки Такемичи временным представителем отряда являлся Тифую. В данный момент он отчитался перед Майки обо всём произошедшем относительно недавно во всех подробностях, как и просила Такемичи, которую он не видел в лицо уже несколько дней. По её объяснениям, они с Коко скрывались и продолжают скрываться от Поднебесья, которое их разыскивало, оттого и пришлось слегка изменить имидж.

Мацуно искренне верил в эту версию и внешне не показывал сомнений, но внутри скребли кошки. Плохое предчувствие заставляло его бояться сегодняшнего вечера, когда те скреблись особенно сильно. Даже Пик Джей как-то странно себя вёл перед его уходом, будто поддерживал это его седьмое чувство.

Затем выступил Инуи, также следующий указаниям Ханагаки. Он сообщил Майки о предполагаемой дате нападения Поднебесья на Свастонов – 22 февраля, день основания первого поколения Чёрных Драконов.

– ...Соберите всех Свастонов! В завтрашнем меню – раздача пиздюлей! – Майки развернулся лицом к храму, мысленно спрашивая себя: "Где же Такемичи? Что могло заставить её не прийти на срочный отчёт?"

Он беспокоился, но, как всегда, подавил эту свою слабость от волнения. Решил просто подождать, пока она объявится ночью...

* * *

Двадцать второе февраля, два часа ночи. Со всех сторон доносился рёв моторов, парни в чёрных пальто с золотыми нашивками поднимались по ступеням.

Прошло минут двадцать – собрались почти все. Кроме нескольких значимых людей.

– Майки, – позвал его Чифую, выйдя к основанию лестницы.

– Что такое, Чифую? Где Такими, она уже пришла? – спросил тот, не находя её выразительной фигуры ни в первых рядах, ни среди своего отряда, ни среди остальной толпы.

– Она всё ещё задерживается. Просила начать без неё, – взволнованно сообщил Мацуно.

Девушка всегда была пунктуальной, и её опоздание казалось очень странным, особенно в такой день, как этот, когда её присутствие было жизненно необходимо просто, чтобы с облегчением вздохнуть.

– Ясно... – он принял это как факт. – Тогда экстренное собрание о противостоянии Поднебесью объявляется открытым! – громко провозгласил он, и толпа затихла, а Чифую вернулся к первому отряду, начиная лишь больше волноваться.

– Чифую, где, чёрт возьми, Такемичи?! – прошипел Аккун, которому ситуация с отсутствием капитанов на собрании совсем не нравилась.

– Не знаю я! Она лишь написала, что опаздывает, и чтобы начинали без неё! – оправдывался тот, дословно пересказывая присланное ему пятью минутами ранее сообщение.

– Может, на них напали по дороге? Знали же наверняка, что она поедет сюда. Поэтому смело могли подстроить засаду по дороге, – предположил Инуи, хорошо представляя, на что способен Изана, когда тот чего-то хочет.

– Сплюнь, придурок! – вскрикнул Мацуно, хотя и сам допускал подобные мысли. Не могло всё быть в порядке, если Такемичи так внезапно пропала.

– Сегодня Поднебесье сделает свой ход! И "мы" наконец сделаем свой! – Дракен начал оценивать ситуацию, предупреждая, чтобы никто не расслаблялся. – Они провозгласили себя "преступной организацией", так что и методы будут соответствующими.

Волнение в толпе нарастало, и это было плохим знаком.

– Свастоны не будут исключением! – проорал появившийся на горизонте Хаккай. – Пока я шёл сюда, Мицую и Улыбашку отпиздили!

После сделанного объявления толпа зашумела с новой силой. Это лишало их сразу двух капитанов отрядов, что значительно ухудшало возможности против Поднебесья. Ещё больше ситуацию усугубила манера, с которой Хаккай всё преподнёс данную информацию, а также само обозначение факта, что у Свастонов не осталось ни одного командира.

Парни из отрядов начали поддерживать бунтующего Шибу.

– Где, блять, носит Такемичи, когда она так нужна?! – пробормотал про себя Чифую, глядя на разошедшегося Хаккая, которому как раз требовался тот, кто мог бы поставить его на место.

Но неожиданно муть рассеял Пеян, неожиданно хорошо усвоивший урок, который преподал ему Пяччин. Урок, закончившийся тюрьмой для одного и искуплением греха для другого.

– Такеми рядом нет, так некому мозги вам вправить, что ли? Совсем расслабились, ублюдки... – словно услышав бормотание Чифую, выкрикнул он. – Хватит прятаться за её юбку! Она не обязана каждый раз убирать за нами дерьмо! Ей тоже трудно, но она никогда не жалуется, а берёт и решает!

Эти слова заставили многих осознать свою беспомощность и стыд. Речь Пеяна подействовала на толпу, и Майки, воспользовавшись моментом, включил свою харизму, внушая всем, что у них есть шанс победить и что им не нужен каждый член банды, чтобы справиться с Поднебесьем.

Одним своим присутствием он вселял уверенность в победу – что понравилось не всем...

А именно не понравилось девушке, медленно поднимавшейся по лестнице в сопровождении своих четырёх сегодняшних защитников. Они шли вместе, и на их лицах играли ухмылки от предвкушения шоу и ужаса на лицах Свастонышей.

– Какие прекрасные слова! – из-за толпы раздался знакомый звонкий голос, заставивший всех мигом обернуться.

Возникшая радость на лицах продлилась недолго. Реальность резко ударила в самое сердце, приняв самую ядовитую форму.

Такемичи поднялась по ступеням и встала наравне с Какучо и Коко, чьи фигуры и взгляды заставляли людей невольно отступать. Следом поднялись Ран и Риндо. Все парни высокие, невероятно сильные и известные своей жестокостью. Когда они заняли свои позиции, Хайтани вышли вперёд, защищая фронтовую самую опасную часть, а Коко и Какучо ушли в тыл. Такемичи же оставалась стоять в центре этой живой баррикады, не думая, что эта вся их защита – что-то лишнее.

– Извините за опоздание, – попросила прощения Ханагаки с ностальгией, оглядываясь вокруг, словно не была здесь несколько лет. Ещё и этот запах зимней рощи ударил в нос своей свежестью. Ощущения казались новыми – как возвращение на уличную площадку из детства спустя много лет, которая начала казаться очень маленькой, а горка уже не такой крутой, как раньше.

– Такеми?...

Дракен, Майки, Пеян, Хаккай, Чифую, Инупи и многие другие не верили своим глазам. Такемичи стояла перед ними в форме вражеской банды и не выглядела смущённой этим. Она скорее вела себя как турист, пришедший посмотреть на интересное шоу или достопримечательность.

Безмолвный шок был очень быстро уничтожен объявлением Какучо, который долго церемониться и затягивать это всё не собирался:

– Майки, к тебе с объявлением пришёл заместитель главы Поднебесья – Ханагаки Такемичи! – выкрикнул он, разрушая всю интригу...