Legend of the Divine Continent [1 том] / Легенда о Божественном континенте

Человек, на которого был направлен взгляд Сяо Зэна, был впереди идущим стариком. И хотя он был довольно стар, его спина была крепка, как у тигра, а талия, как у медведя. Из-под седых мечеподобных бровей скрытно излучались внушительные волны силы, которые многих заставляли испытывать страх.

Не обращая никакого внимания на зияющую рану, господин Ху медленно взмахнул рукой. Окаймовка его межпространственного браслета на мгновение блеснула, буквально выплевывая длинное обоюдоострое оружие, заостренное с обоих сторон древка. Продвинув руку немного вперед, господин Ху ухватился за внезапно появившееся оружие, попутно сверля физиономию Сяо Зэна разгневанным взглядом.

То, что только что поймал господин Ху, являлось глефой. Глефа — довольно обычное оружие, активно используемое на континенте Ядовитого Тумана. Несмотря на свой угрожающий внешний вид, драться ей возможно исключительно путём вращения. Но стоит учитывать, что глефу попросту невозможно использовать в масштабных баталиях, если вы, конечно, не хотите зацепить своих боевых товарищей.

Внимательно разглядывая оружие господина Ху, взгляд Сяо Зэна на мгновение изменился. Будучи главой королевства Лазурного Дракона, чьи традиции не позволяют воинам использовать иное оружие помимо мечей и кинжалов, Сяо Зэну никогда не доводилось видеть глефу. Прямо сейчас, глядя на это неизвестное оружие, он попросту не мог предугадать даже малейший способ его применения.

«Оружие пика Разрушительной сферы развития внутренней силы[4]? Ха-ха. Ты сумел подняться после такого смачного падения, но все же нашел в себе силы вновь бросить мне вызов. И все, что ты готов показать мне, это всего лишь жалкая игрушка?!» — холодно рассмеялся Сяо Зэн.

В его глазах оружие в руках господина Ху являлось не более чем детской забавой, которой можно было разве что заставить противника умереть со смеху.

«Королевство Лазурного Дракона никогда ранее не признавало другого оружия помимо меча, — господин Ху неосознанно улыбнулся, — считая за благородное оружие один лишь меч, как такой недальновидный человек, как ты, может оказаться в состоянии по достоинству оценить оружие в моих руках?»

Сяо Зэн глубоко посмотрел на господина Ху. Выражение его лица было похоже на то, будто бы он смотрел на откровенного идиота.

«Если ты чувствуешь, что сможешь доказать мне, что мое оружие является не более чем детской игрушкой, то подойди же сюда и ответь за свои слова!» — выплюнув эти слова, господин Ху бросил презрительный взгляд на Сяо Зэна.

«Придя сюда, ты уже вырыл себе яму. Но сейчас, вместо того, чтобы молить меня о пощаде и улепетывать отсюда быстрее волшебного кролика, ты все же решился броситься в нее без задних ног. Ты думаешь, что я действительно не посмею убить тебя?» — говоря это, Сяо Зэн гневно бросился на господина Ху. Длинный двуручный меч затанцевал в его руке, поднимая осевшую пыль сильнейшим дуновением ветра. Взглянув на него прямо сейчас, можно было со смелостью сказать, что его духовная сила полностью покрыла разницу с силой господина Ху, в возможности даже перегнав её на несколько уровней.

Но как только Сяо Зэн приблизился к господину Ху, тот вдруг поднял голову и леденящий душу взгляд вонзился в физиономию Сяо Зэна, подобно острейшим иглам. Только коснувшись земли носком своих белоснежных сандалий, господин Ху моментально испарился со своего места, оказавшись по правую сторону от летящего на него Сяо Зэна.

В момент столкновения двух лезвий, раздался звук словно от столкновения двух стальных пластин. После обмена ударами, Сяо Зэн невольно отступил на несколько шагов. Острая боль распространилась по его руке, отражаясь сильнейшим чувством онемения. В этот момент он взглянул на господина Ху, чье крепкое тело не сдвинулось и на миллиметр.

«Что? Твое оружие... Королевская сфера развития внутренней силы[6]...»

Когда взгляд Сяо Зэна коснулся глефы в руках господина Ху, его взгляд моментально округлился. Ранее он своими глазами и телом мог ощутить лишь ауру пика Разрушительной сферы[4], которая не являлась чем-то особо впечатляющим даже в рамках континента Пламенного Ветра. Но сейчас, в какой-то момент его аура скакнула на несколько уровней, принеся собой полный беспорядок в чувствах Сяо Зэна. Как же мог теперь его двуручный меч начальной стадии Воинственной сферы[5] сравниться с неизвестным оружием в руках господина Ху?!

Когда крайнее удивление достигло своего пика, Сяо Зэн невольно почувствовал сильнейшую боль в районе груди. Сгорбившись, словно обиженный ребенок, он выплюнул полный рот запекшейся крови.

Наблюдая за этим, господин Ху холодно усмехнулся:

«Похоже, что твоя духовная техника наконец-то дала о себе знать. Осмелившись использовать её, ты действительно не понимал, как высоки небеса и как глубока земля».

«Заткнись! — зашипел Сяо Зэн, медленно выпрямляя осанку. — Мне все еще хватит сил на то, чтобы отправить тебя на тот свет!»

Посреди своей тирады, Сяо Зэн почувствовал, как что-то неизвестное ухватилось за его правую лодыжку. Переведя взгляд под ноги, его ранее бескровное выражение лица окончательно приняло цвет белого полотна. Все потому, что Гао Дзун, ранее собственным лицом проделавший гигантскую дыру в земле, не только пришел в осознанное состояние, но и нашел в себе силы вновь выступить против Сяо Зэна!

Проблеск надежды появился на искореженном лице Гао Дзуна, когда он со спокойствием и упованием смотрел на мощную фигуру господина Ху. В это же время господин Ху совершил молниеносный рывок, со всего маху вонзив длинное обоюдоострое оружие прямо в даньтянь Сяо Зэна.

«Ты...»

Не успев закончить фразу, Сяо Зэн почувствовал, как опора ушла из- под его ног. Прошла лишь секунда, но он уже висел над землей, насаженный на глефу, словно мясо на шампур. Духовная аура вокруг него полностью испарилась, а меридианы окончательно разорвались, лишая Сяо Зэна дальнейшего пути духовного практика. Но несмотря на это, прямо сейчас, истекая кровью от полученных ран, разве мог он волноваться еще о чем-то, помимо собственной жизни?

«Хорошо... Очень хорошо... Другие умирающие умиротворенно улыбаются, зная, что они попадут в рай... а я улыбаюсь так, зная, что попаду в глубины ада! Но самое смешное то... что сегодня... я заберу тебя с собой!» — слабо прохрипел Сяо Зэн.

Внезапно в поле зрения Гао Дзуна оказались внезапно упавшие откуда-то сверху несколько капель крови, а его уши залил тихий, душераздирающий вскрик. Когда Гао Дзун слегка приподнял голову, его помутневший взгляд моментально опустел. Сяо Зэн все так же нависал над землей, но в ладони был крепко сжат длинный двуручный клинок, в данный момент торчавший прямо из груди господина Ху.

«Действительно... смешно... Даже на заре своей треклятой жизни, ты остался все той же бездушной скотиной... Смешно только то, что ты так и не раскаялся за свои грехи...»

Пока он говорил, несколько тонких струек продолжали течь по престарелому лицу господина Ху, постепенно теряясь в его густой седой бороде.

Слова господина Ху были для Гао Дзуна подобно последней капле, которая сломала плотину надежды, окунув его в водоворот отчаяния. Смотря сейчас на беспомощно истекающего кровью короля королевства Алого Шквала, он не мог остановить поток слез, бесконтрольно текущих из уголков его посиневших глаз. Он не мог поверить, что такой великий человек, как господин Ху, мог так запросто погибнуть от такого злобного, недостойного даже малейшего упоминания человека.

Два крепких тела одновременно упали на землю, глухой звук удара которых глубоко отпечатался в сознании Гао Дзуна. В тот момент как господин Ху, пораженный клинком Сяо Зэна упал на землю, силы окончательно покинули его напряженное тело.

Несмотря на это, он все еще жив. Несмотря на боль, сковывающую грудь и перекрывающую доступ кислорода; несмотря на гигантский двуручный меч, торчащий прямо из его тела. За всю свою жизнь он не жалел ни о чем, кроме того, что оставит своего неокрепшего сына одного в этом прогнившем мире. Он жалел о том, что не смог остановить тех людей, бросающие презрительные взгляды в сторону Ху Лина, считая его недостойным сыном такого великого отца. Но вспоминая все это, господин Ху осознал, что все эти мелочи меркнут на фоне того единственного подвига, что он совершил сегодня. Даже ценой собственной жизни он искоренил проблему целого королевства, жизни благородных жители которого стоят намного дороже его собственной.

Мысли истекающего кровью Сяо Зэна абсолютно отличались от размышлений господина Ху. Все это время харкая кровью и медленно подготавливая себя к скорой кончине, он без конца продолжал корить себя за содеянное. Пусть он и не был так чист и невинен как господин Ху, он уже давно признал собственные ошибки. Его нелепая погоня за силой и требования от своих подчиненных подобного отношения — лишь иллюзия, в которую он сам заставлял себя верить и нелепо следовать подобному кредо. Прямо сейчас, в последние секунды угасающей жизни, он мог наблюдать лишь образ своей прекрасной жены, представший перед его глазах подобно ангелу во плоти. Он настолько любит её, что даже стоя на грани жизни и смерти он сильнее всего сожалел лишь об одном... О том, что не сумел спасти её.

В этот момент сияющая улыбка проявилась на губах Сяо Зэна. Несмотря ни на что, он прожил долгую, полноценную жизнь, и готов уйти из этого бренного мира с улыбкой на лице. После смерти жены он ни разу не выказывал и толики радости, но сейчас, находясь всего в нескольких шагах от могилы, он действительно был поистине счастлив.

Не прошло и нескольких вздохов, как несколько теней появились на территории полуразрушенного главного зала. Наблюдая длинные глубокие трещины, которые были сплошь усыпаны по всему периметру комнаты, их взгляды одновременно зацепились за три массивные фигуры, пространство под которыми было полностью залито запекшейся кровью.

«Отец?.. — обычно ледяные и спокойные глаза и щеки Ху Лина начали бесконтрольно дрожать. — Что с тобой, Отец?..»

«Ху Лин!» — внезапно взревел Линь Юн.

Помимо Ху Лина, глаза Сяо Юи и нескольких товарищей королевства Алого Шквала были так же безжизненны.

Не обращая на них никакого внимания, Линь Юн выбросил бессознательное тело Сяо Мина вперед, внезапно оказавшись подле Ху Лина, по-дурацки косившегося на три, казалось бы, бездыханных тела. Не сказав и слова, он еще раз взглянул на мертвое тело господина Ху, прежде чем сделать шаг вперед. Но, внезапно остановившись, он с горечью сглотнул. Даже для него, человека, который лишь недавно узнал господина Ху, вид его бездыханного тела вызывал небывалую физическую и душевную боль. Так какое он имеет право хоть как-то попытаться утешить Ху Лина, чья душевная боль в сто крат превосходит его собственную?!

Внезапно громкие звуки плача и душераздирающих всхлипываний раздались позади Линь Юня, вызывая в его сердце новый прилив смешанных чувств. Обернувшись, он столкнулся взглядами с Сяо Юи, чьи глаза были полны печали и поистине горьких слёз.

Ранее искаженная до безобразия физиономия Ху Лина исказилась в сильнейшем приступе гнева. Не зная куда деть накатившую на него ярость, он испустил чрезвычайно плотную ауру духовной силы, впечатывая голую ладонь в ближайшую стену. Стена не выдержала сильнейшего напора Ху Лина, моментально расколовшись на две ровных половины. Но на этом необузданная ярость Ху Лина не закончилась. Вновь занеся кулак, он с тихим воплем осыпал стену целым градом молниеносных ударов, прежде чем кожа на его кулаке не изодралась в клочья.

«Почему... ты мертв... почему?! ПОЧЕМУ?! — неистово ревел Ху Лин, попутно захлебываясь в потоке собственных слёз. — Разве не ты говорил мне, что настоящие мужчины умирают только с улыбкой на устах... ТАК ГДЕ ЖЕ ТВОЯ УЛЫБКА?!»

Глядя на Ху Лина, никто не решался остановить его. Все были настолько погружены в собственные мысли, что уже не замечали ничего вокруг себя. За прошедшие несколько минут, никто так и не дотронулся до трупа господина Ху, продолжая без конца заливаться горькими слезами. Они понимали, что только что на собственных глазах потеряли великого человека, величие которого продолжало влиять на них даже после падения в кромешное небытие.

В этот момент, где-то вдалеке от горьких всхлипов и плача, Сяо Мин, все это время без сознания лежавший на полу, медленно раскрыл потяжелевшие веки.