Ночная терраса
Горечь.
Этот неприятный привкус на языке. Вкус пустоты.
Сознание такое тяжёлое, что сложно пошевелиться физически.
И все же... надо.
Тело плохо слушается, как будто чужое. Оно не противится, но настороженно исполняет команды.
Кушетка скрипит деревом и подушками, продавливаясь, когда ноги спускаются вниз. Кругом ночная мгла, тихий стрекот кузнечиков и цикад, луна освещает тихую траву, а в небе за крышей террасы рассыпаются десятки звёзд.
- Наконец-то.
Тихий мужской голос звучит неспешно и удовлетворенно. Его обладатель, вышедший на террасу, щёлкает зажигалкой, а затем выпускает облако дыма. И, прищурившись, смотрит прямо в душу.
Сознание противиться этому образу. Оно будто пробуждается и восстаёт. Мышцы напрягаются, пульс учащается.
Но вокруг лишь тьма и холодные звёзды, танцующие вокруг своих чёрных дыр.
Что-то внутри жаждет сорваться и вернуться в небытие. Закрыть глаза, стереть все вокруг. Не слышать, не видеть, не чувствовать. Вновь остаться в полном оцепенении с легким привкусом горечи.
Причина неясна. Это какой-то внутренний позыв. Интуитивный.
Луна приветливо освещает траву. Цокот убаюкивает, сигаретный дым почти неощутимо разносится по воздуху.
Мучительная жажда приходит на смену горечи. Чего-то не хватает. Устойчивости. Мысленные усилия не дают результата. Приходится смириться. Принять происходящее. И луну и траву и цокот.
В эту же секунду свежий воздух приятно наполняет лёгкие, в тишине слышен глубокий вздох. Выдох слегка дрожит.
Взгляд возвращается к молчаливому образу.