Глава 5
Как оказалось, когтевранка была совсем не против составить компанию на бал Владиславу, однако тому совсем не было дела до девушки — его больше интересовала реакция Серпенсес, которую он, к сожалению не увидел. Серпенсес даже не посмотрела в его сторону, делая вид, будто его не существует.
— Пойдешь завтра на испытание? — спросил у него Эрни, выходя из кабинета.
— Хочу посмотреть как опозорится Поттер, — пожал плечами гриффиндорец. — Говорят, Уизли принимают ставки. Не хочешь потратить пару галлеонов?
— Поставлю десятку на Седрика, — кивнул Эрни.
Как только Эрни отошел от друга, Аланнис, стоявшая в дверях кабинета, тут же подошла к Владиславу.
— Может сходим в Хогсмид на выходных? — спросила она, глядя парню прямо в глаза.
— Может и сходим, — безразлично ответил Владислав, но увидев на себе заинтересованный взгляд Томаса, добавил, — в эту субботу, я найду тебя в Хогсмиде.
— До встречи, — улыбнулась та, и побежала в сторону хихикающих подружек.
Вот только никакой реакции — совершенно никакой. Теодор лишь хмыкнул, проходя мимо него. Все, к чему так сильно привык Долохов, рушилось прямо у него на глазах, однако он понимал, что в этом виноват он сам. Он мог настоять на нужном ему факультете, мог быть более сдержанным, однако не стал...
В отличии от своего друга Серпенсес смогла сдержать все эмоции настолько, что ни один мускул на её лице не дрогнул, хотя внутри ей до сих пор было обидно. Однако глупый парень, как она считала, не должен был перечеркивать все её планы. Пока что Серпенсес лишь присматривалась к своим новым знакомым, размышляя над тем, на кого из них можно было бы положиться. Она была отнюдь не глупа и понимала, что до воскрешения Тёмного Лорда остались считаные месяцы, уж слишком активно его сторонники проявляли себя в последнее время. Она лишь ждала того момента, когда её отца, её Повелителя объявят вернувшимся, тогда она начнёт действовать.
В дверь комнаты раздался стук, а затем в дверном проеме показалась светловолосая голова Нотта. Серпенсес не знала почему, но при каждом его появлении ей становилось неуютно. Несколько раз она даже видела ночные кошмары, в которых Теодор погибал от смертоносного зеленого луча в весьма странном помещении.
— Не хочешь сходить в Хогсмид?
— Почему бы и нет, — безразлично пожала плечами девушка.
— Тогда завтра утром я зайду за тобой, — кивнул Теодор.
Девушка не хотела с ним идти, однако понимала, что Теодор является вполне неплохим вариантом, дабы отвлечься. В целом, день завтра был ужасно тяжелым: прогулка с Теодором, первое испытание Турнира, ночной побег. Завтра, когда все будут заняты обсуждением прошедшего этапа, Серпенсес планировала сбежать из Хогвартса и наведаться в сердце семьи Блэк — в особняк на Гриммо. Девушка планировала отправиться туда на Рождественских каникулах, прихватив с собой лишь самых близких.
Всю ночь ей не давал покоя план побега из Хогвартса. Девушка понимала, что ей следует оставаться незамеченной и никому не распространяться об этом — в школе находился весьма искусный легилимент. А поняла это она во время одного ужина, после урока, на котором Аластор Грюм демонстрировал непростительные заклинания. В этот вечер кто-то очень настойчиво пытался влезть в её голову, однако защитить свои мысли она смогла.
Ближе к полуночи девушке все же удалось заснуть, вот только странные сны все чаще и чаще донимали её. Сегодня, например, ей снился предстоящий Святочный балл, где она с Владиславом весьма жестко шутила над грязнокровкой Грейнджер, а затем она почему-то пыталась помириться в Теодором. Размышляя над этим всем утром, Серпенсес решила, что виной этому её недавние переживания.
Девушка проснулась задолго до будильника. Натянув на себя одеяло, Серпенсес надеялась поспать, однако глаз сомкнуть она так и не смогла, поэтому она встала и отправилась в душ, недовольно ворча. Благо, Салазар Слизерин позаботился о комфорте своих подопечных, поэтому каждая комната была оснащена довольно просторной душевой.
Что ж, день предстоял весьма сложный, а она так и не продумала план побега в Лондон. Можно было, конечно, сбежать во время Турнира, однако кто-нибудь мог хватиться её. Только вот ночью велика была вероятность наткнуться на профессоров, старост или, что ещё хуже, на какую-нибудь тварь в лесу, ведь трансгрессировать внутри Хогвартса ей не удавалось. Слизеринке следовало незаметно покинуть замок и добраться до Хогсмида, откуда она бы смогла трансгрессировать или же воспользоваться камином в «Кабаньей голове».
— Осталось дожить до вечера, — рассмеялась она, разглядывая вещи в своем шкафу.
Не найдя ничего, чтобы ей сейчас хотелось надеть, Серпенсес натянула поверх школьной рубашки чёрный свитер, подаренный ей Владиславом прошлой зимой, а сверху накинула теплую мантию. Даже в самой обычной одежде она выглядела просто восхитительно, по крайней мере так считала она сама. Выйдя из комнаты, она направилась в гостиную, где её уже ждал Теодор.
— Прекрасно выглядите, мисс Блэк, — улыбнулся Теодор, мгновенно оказавшись рядом со слизеринкой. — Надеюсь, ты выспалась, ибо будить я тебя не стал.
— С этим прекрасно справились младшекурсники и холод, к которому я ещё не привыкла, — поежилась девушка. — Пойдем?
— Конечно, — кивнул Теодор. — Позволишь?
Получив положительный ответ, Теодор взял девушку за руку, после чего они отправились в Хогсмид. Прогулка с Серпенсес превзошла все ожидания парня. Они вели весьма интересный и приятный разговор, по крайней мере так казалось Теодору. Ближе к обеду двое слизеринцев зашли в «Три Метлы», дабы отдохнуть перед Турниром Трёх Волшебников.
— Хочешь? — спросил Теодор, кивнув в сторону рыжих близнецов, призывающих всех делать ставки.
Серпенсес лишь кивнула, ловко преодолев лестницу, ведущую на первый этаж паба. Близнецы Уизли, казалось, не заметили подошедший к ним слизеринки и продолжили обсуждать Турнир с темнокожим парнем.
— Говорят, вы ставки принимаете, — произнесла Серпенсес, обратив тем самым на себя внимание.
— Змеи выползли из своего логова? — рассмеялся один из близнецов, которых Блэк до сих пор путала.
— Решила подкинуть немного нищим, — усмехнулась Серпенсес, бросив в лоток с надписью «Крам» несколько монет. — Выигрыш оставьте себе, может хоть одежду нормальную купите.
— У меня домовые эльфы приличнее одеты, — добавил Теодор и, взяв за руку свою спутницу, вышел из бара.
Позади них слышались ругательства близнецов Уизли и аргументы их друга о том, что сейчас они ничего не решат. Серпенсес сама не знала почему, но насмешки над Уизли приносили ей особое удовольствие, слишком уж счастливыми они были не имея, по меркам девушки, совсем ничего.
Блэк со своим спутником зашла ещё в несколько магазинчиков и направились обратно в Хогвартс. Серпенсес решила, что сбегать во время прогулки — не самая лучшая идея, ведь Теодор начнёт её искать, а посвящать малознакомого волшебника в свои планы девушка опасалась.
Добравшись до подземелий Слизерина, девушка попрощалась со своим спутником, направившись к себе в комнату. На Турнире Трёх Волшебников будут присутствовать не только студенты и их преподаватели, но и специально приглашенные гости, именно поэтому Люциус Малфой, прислав пару дней назад сову, велел детям «помнить о своем происхождении».
Решив, что выделяться ей не стоит, девушка осталась в школьной форме, надев сверху лишь свитер с эмблемой своего факультета и согревающую мантию, подаренную ей Нарциссой. Приведя себя в порядок, девушка взглянула на часы и ужаснулась — до начала мероприятия оставалось около получаса, а значит пора ей появится на публике, дабы не вызывать подозрения.
— Уже приехали? — спросила она у Драко, сидящего в гостиной с поникшим лицом.
— Да, отец чем-то недоволен и.., — запнулся он, а затем тихо добавил, — напуган. Постоянно озирался и просил сообщать обо всем подозрительном. Ему не нравится все, что в этом году творится в школе. Да и мне...
— Не будем тут, — кивнул ему подошедший Томас.
— Ты прав, — кивнула в знак согласия девушка. — Поторопимся, нужно занять лучшие места и поприветствовать особых гостей. Люциус всегда говорит, что даже ужасных маглов стоит терпеть, если они приносят тебе хоть капельку выгоды.
Драко презрительно хмыкнул и молча вышел из гостиной. Конечно, в глубине души он любил отца и был благодарен ему за всё, но слишком жесткие методы воспитания старшего Малфоя, воздвигали между ним и сыном огромную стену. Томасу и Серпенсес доставалось куда меньше, так как к своей семье Люциус относил их лишь косвенно, а Нарцисса была уж слишком мягкой, дабы применять суровые наказания. Самое жесткое наказание, которое помнила Серпенсес — запрет домовикам прислуживать ей на все лето за её «скверный характер».
Незаметно для себя Серпенсес дошла до входа на стадион, где уже столпились волшебники и волшебницы со всего мира. Найдя глазами длинные платиновые волосы, она натянула улыбку и пошла к их обладателю. Люциус Малфой стоял в обществе своего сына и нескольких важных персон из Министерства магии.
— Министр, — поприветствовала старика Фаджа Серпенсес, — мистер Крауч, мистер Бэгмен. Надеюсь, в Министерстве дела идут хорошо.
Лишь простая формальность, к двум из них Блэк испытывала отвращение. Корнелиус Фадж, как казалось Серпенсес, был лишь глупым старикашкой, которому удалось пробиться к власти. За свое министерское кресло он трясся больше всего, выплясывая под дудку тех, кто действительно вершил события в магической части Великобритании.
А Барти Крауч... Когда-то он отправил собственного сына в Азкабан за пособничество Пожирателям Смерти. Безумец схоронил сына, а затем и жену, лишь бы тень от действий его сына не пала на него самого.
— Мисс Блэк, — кивнул в ответ министр, — слышал, вы недавно посещали Гринготтс. Признаться честно, я весьма рад, что столь древний магический род не пропадет в пучине забвения.
Обменявшись любезностями, все волшебники поспешили занять отведенные им места. Серпенсес же отказалась от места в министерской ложе, заверив Люциуса, что хотела бы поддержать своего друга. Девушка решила, что лучше уж посмотрит Турнир, а после, слившись с толпой, покинет Хогвартс.
— Первым испытанием будут драконы, у Уизли подслушал, — пояснил Теодор, как только Серпенсес присела рядом с ним.
— Я тоже слышала об этом от Министра, —кивнула девушка. — Ходят слухи, что драконов привезли из специального заповедника в Румынии.
— Там работает один из их братьев, — произнёс Теодор, — а значит преимущество на стороне Поттера.
— Думаешь, он уже знает? — поинтересовалась Блэк, на что получила утвердительный кивок.
Да и это не было удивительным. Великий и могущественный мальчишка, остановивший самого великого темного колдуна, получал все, что хотел. Серпенсес была уверена, что и участником Турнира ему помог стать Дамблдор, дабы Поттер в очередной раз проявил себя. То, с какой ловкостью Поттер прошел первый тур и занял одну из лидирующих позиций, лишь подтвердили догадки Серпенсес о том, что гриффиндорец заранее знал о задании.
— Показушник, — фыркнула девушка, обернувшись к студентам Дурмстранга. — Крам лучший!
— Виктор выступил достойно, — согласился один из парней.
— Как они могли! — воскликнул Алекс, подскочив с места. — Виктор заслужил больше баллов, чем этот...
Среди студентов Дурмстранга послышались гневные высказывания. На трибунах начался настоящий бунт. Даже Каркаров, имевший большой авторитет среди своих студентов, еле-еле унял их, приказав немедленно вернуться на корабль. Кажется, директор сам был не в восторге от того, что его студент получил столько же баллов, сколько и нелепый, как ему казалось, мальчишка.
Решив, что лучше момента нет, Серпенсес поднялась с места и слилась с толпой разгневанных студентов. Ей казалось, что это наиболее подходящий момент, дабы покинуть Хогвартс. Дойдя до корабля Дурмстранга девушка, попрощавшись с бывшими сокурсниками, отправилась к себе в комнату. Побеседовав в гостиной с другими учениками, девушка, ссылаясь на то, что ей хочется подышать перед сном свежим воздухом, вышла из гостиной. Но её уход практически никто не заметил — сегодняшни Турнир был самой обсуждаемой темой вечера.
В школе уже было тихо, кое-где суетливо бегали домовые эльфы, выполняя приказы волшебников. Девушка практически незаметно пробиралась к выходу из подземелья, как вдруг заметила, что дверь в кладовую с припасами Снейпа, которая находилась прямо на её пути, немного приоткрыта, а из неё доносились тихие шорохи и чье-то ругательство. Прижавшись к стене, Серпенсес затаила дыхание — быть пойманной гуляющей по школе в столь поздний час собственным деканом не самое лучшее, что могло бы с ней произойти. Это бы нарушило все её планы.
Через несколько секунд послышался грохот и девушка юркнула за ближайшую колонну, дабы надежнее спрятаться. Через несколько секунд свет погас, а из кладовой вышел... АЛАСТОР ГРЮМ. Серпенсес с большим удивлением смотрела на экс-мракоборца, потому что слишком уж странно он начал озираться по сторонам, будто был обыкновенным воришкой.
Выждав несколько минут после того, как профессор Грюм скрылся из поля зрения, девушка, усилив бдительность, начала пробираться к выходу. Ей весьма повезло, в школе она больше никого не встретила, а Филч еще не закрыл ворота на волшебный замок.
— Старый дурак освободил меня от проблем, — тихо смеялась девушка, пробираясь к Хогсмиду.
Волшебникам и волшебницам, ошивающимся на улице в столь поздний час, казалось, совсем не было дела до фигуры в черном плаще. Но это было лишь на руку самой Серпенсес. Достав из кармана мантии несколько золотых монет, Блэк поспешила в «Кабанью голову».
— Камин, — коротко произнесла она, выложив монеты перед стариком-хозяином.
Трактирщик с насмешкой посмотрел на юную волшебницу и произнёс:
— А профессора знают, куда их ученики отлучаются в столь поздний час?
— А аврорат проверяет всех посетителей этой забегаловки? — съязвила в ответ Серпенсес.
Старик лишь усмехнулся и, убрав монеты, жестом указал на одну из запылившихся дверей. Войдя внутрь комнаты, Блэк подошла к камину и, взяв горстку сыпучего пороха, произнесла:
— Лютный переулок!