𝐌𝐲 𝐏𝐞𝐫𝐬𝐨𝐧𝐚𝐥 𝐖𝐡𝐨𝐫𝐞

**Спустя день**   

Парень усердно пытается меня поцеловать, но я, хихикая, уворачиваюсь от него.  

Чувствовала я себя прекрасно. 

Небольшая температура спала, горло перестало болеть. Остался только заложенный нос, который мне почти не мешал. 
И музыкант сегодня был более нежным и жизнерадостным. Глаза его сияли, а очаровательная улыбка с ямочками наводила на меня спокойствие.    

Тут меня завалили на кровать.  

Эйдан навис надо мной и ухмыльнулся.  

— Боишься щекотки? — длинные пальцы Галлагера заползли под теплую кофту, перебирая выпирающие ребра.

— Нет! Не надо! Я боюсь!  

В голове сразу всплыли картинки воспоминаний, где меня до панических атак щекотали в школе, издеваясь.  

— Ццц... Ты чего, Т/И? Все хорошо. Не хочешь — я не буду.  

Актер успокаивающее начал целовать мой живот, переходя на ребра.  

Поцеловав каждую косточку, он посмотрел в мои прикрытые глаза.  

— Такая вкусная... Сейчас съем тебя, Лисёнок!  

Он скинул с меня теплую вещь и облизнулся.  

Острые зубки актера укусили меня в плечо.  

— Гмх... Эйд...  

Пухлые губы целовали шею и ключицы. Он кусал нежную кожу и тут же зализывал укусы, извиняясь. 
Горячие дыхание обжигало моё тело, заставляя тело дрожать от такой нежной ласки.  

Целуя мои запястья, парень остановился.  

— Что это? — он поднял мою руку и начал рассматривать ее.  

Вырвав конечность, я прижала ее к своей обнаженой груди. 

— Не надо. Там ничего особенного, — затараторила я, испуганно распахнув глаза.  

— Просто скажи, когда это было. Давно? Или ты тут успела провернуть? И зачем? Зачем тебе эти уродливые порезы, Лисёнок?  

— Это было давно. Просто эксперимент. Ничего особенного. Давай закроем тему?  

— Нет. Это не похоже на эксперимент. Тут их много. И почему раньше не замечал эти бледные рубцы? — он усмехнулся и растрепал пятерней свои волосы. 

— Хватит, Эйдан. Я не хочу об этом говорить, — зажмурилась, нервно ёрзая по постели.  

— Ладно. Но пообещай, что этого больше не будет? Ок? Нельзя наносить себе физический вред, сладенькая...   

— Да. Я поняла.  

Повисло неловкое молчание.  

— Разве тебе сегодня не уезжать? — закусив губу, я «нечаянно» задела коленом его пах.  

— Я поеду через пару дней. Хочу побыть с тобой, Лисёнок.  

Актёр сжал моё колено, прищурился.  

Мои щеки вспыхнули, а дыхание сбилось. 

«Он так близко. А я в одних трусиках. Чёрт. Чёрт. Чёрт.»  

— Играешь со мной? Соблазном сломать решила? Или ударить хотела? Отвечай, разбойница!  

Эйдан улыбается и проводит носом между грудей.  

Из глотки вырвался хриплый всхлип.  

— Там солнышко выглянуло. А кто-то с утра хотел погулять. Сейчас уже шесть часов вечера, но мы ведь можем тепло одеться? 

Сжала ноги и кивнула.

  «Сукин сын. Провернул мой план против меня.»  

— Да, пошли.  

— Но только не долго. Ты ещё не до конца выздоровела, — он берет бумажные салфетки и вытирает мой мокрый нос.  

Задорно улыбается, смотря на мои пунцовые от смущения щеки, и прижимает к себе, обнимая.  

— Маленькая моя... — шепчет актёр, целуя меня в макушку.  

«Как же тепло в его руках.»   

****  

Прыгая по слегка мокрым плиткам кафеля, я слушала рассказ Галлагера, который сидел на высохшей лавочке.  

— Значит, хорошие отношения с родителями у тебя были даже в подростковом возрасте? — удивлённо спросила у актера.  

— Да. Они меня во всем поддерживали. А у тебя как с родителями? Чем они занимаются?  

— Нууу...  

Эйдан рассмеялся.  

— Ладно. Я уже понял. Ты была трудным подростком. И сейчас не лучше, мой глупый Лисёнок. 

— Да иди ты, — обиженно буркнула и сиганула в грязную лужу, пачкая черные сапожки и всю одежду.  

Грязные капли разлетелись во все стороны.  

Мои глаза расширяются, когда я вижу, как Галлагер, весь мокрый, стирает с лица грязь.  

— Ой...  

Губы начали разъезжаться в улыбке, и я прикусываю нижнюю губу, чтобы не захохотать.  

— Ах ты ж... Пиздец тебе, мелкая сучка!  

Музыкант ринулся с места и подхватил меня на руки.   

Его руки, наша одежда и обувь были в грязи.  

Я не удержалась и засмеялась, держась за шею парня.  

Он улыбнулся и мазнул грязью по моей щеке.  

— Эй!  

— Так тебе и надо! — актёр забавно сморщил носик.  

Новый прилив смеха раздался на улице.  

Я провела рукой по его куртке и измазала его лицо, хохоча ещё громче.  

— Хулиганка мелкая!    

Эйд опустил меня на землю, придерживая.  

Жадно глотая воздух ртом, я издаю звук похожий на хрюканье.  

Я прикрываю ладошкой рот и закрываю глаза, сдерживая новую дозу смеха.  

Галлагер поднял на меня взгляд и засмеялся.  

— Похоже мой Лисёнок превратился в хрюшку! — сквозь смех выдал музыкант.  

— Сам не лучше! Я случайно хрюкнула! Просто воздух закончился! — краснею и обнимаю парня, скрываясь от холодного потока ветра.   

— Пошли в душ, Хрюшка моя, — улыбается юноша и берет меня за руку.  

Грязь на наших ладонях размазывается и слипается, скрепляя наши руки.