Величие белого лотоса

Нань Ло тут же накинулся на него с объятиями. После нескольких недель разлуки Ло успел довольно-таки соскучиться. Хуа Лань, который, судя по всему, разделял его чувства, крепко обнял его в ответ и со вздохом прошептал:
- Бай Лян... - Смутившись таким непривычным обращением, Нань Ло отпустил его и нервно попросил:
- Пожалуйста, можешь... Звать меня Нань Ло... Не хочу, чтоб об этом имени узнал кто-то ещё... - Хуа Лань вздохнул, но покорно кивнул.
Вечером того же дня, когда все прибывшие гости устроились, для старшего поколения устроили небольшое застолье, а для младшего организовали состязание для всех желающих. По ограниченной территории пика были разбросаны множество слабых духов, которых нужно было уничтожать стрельбой из лука и забирать из их тела особые драгоценные камни, и тот участник, который за час соберёт больше всего камней, тот станет победителем и будет награждён. Нань Ло не задумываясь сразу вписал своё имя в список участников. Как ни странно, на состязании присутствовало множество девушек и совсем молодых юношей, которые только начали учёбу и самосовершенствование своего духа.
Выйдя на небольшое поле для подготовки, Нань Ло первым делом заметил невысокую фигуру, с детским телосложением, стоящую рядом с белой лошадью и протирающую серебрянный лук. Узнав младшего брата Хуа Ланя, Хуа Фэна, Ло тут же подошёл к нему.
- А не маловат ли ты ещё для таких развлечений? - С улыбкой спросил он у паренька, чуть хлопнув его по плечу. Тот от неожиданности подскочил на месте, но увидев того, кто сейчас стоял перед ним, парень скривился.
- Опять ты?! Когда ты уже отстанешь от моей семьи?! - Но Нань Ло с такой же лучезарной улыбкой ответил:
- Пока в ней твой братец - никогда. - Затем почесал белоснежную лошадь за ухом и усмехнулся:
- Тебе бы подрасти ещё, а то даже на лошадь сам не залезешь, хах. - На это юный Хуа Фэн раскраснелся, то ли от злости, то ли от смущения, и тут же вскрикнул:
- Чего это я не залезу?! Всё я залезу, вот увидишь! - Сказав это, он схватился за седло лошади и попытался забраться на неё, но застрял на пол пути и скатился обратно. Сделав ещё пару попыток, он наконец перестал, но Ло заметил, что на юных глазах выступили капли слёз. Он тяжело вздохнул, и, подойдя к пареньку, схватил его на руки. Тот тут же вскрикнул:
- Ч-что ты делаешь?! Отпусти меня!... - Но Ло приподнял его, держа за пояс, и усадил на лошадь. Увидев, что нижняя губа парня задрожала и брови слегка изогнулись, он вздохнул:
- Нечего здесь стесняться. Я в твоём возрасте был ещё ниже и тоже не мог залезть сам. Ничего страшного не случится, если кто-то поможет тебе, поверь. - Затем хлопнул лошадь по тазу, чтоб она пошла, и спросил:
- Лучше скажи, ты хоть ездить умеешь? - Хуа Фэн нахмурился и зло ответил:
- Ещё бы! Меня брат мой учил, конечно же я умею! - Нань Ло рассмеялся:
- Ну конечно. С таким-то учителем, ещё бы ты не умел. - На это Хуа Фэн фыркнул:
- Как учитель мой брат замечательный, но как человек... - Ло удивился:
- Почему это? Что же это такого сделал твой брат, что для тебя он... Не замечательный человек? - На это Хуа Фэн гневно ответил:
- Потому что с тобой общается! Постоянно сбегает, чтоб с тобой погулять... Даже как-то раз, во время занятий в ордене, сделал вид, будто хотел в библиотеку за нужными книгами сходить, а сам к тебе сбежал!
- ...
Через минуту молчания, в до этого тихой поляне, разлился звонкий смех. Кое-как сдерживая идущие из глаз слёзы и пытаясь отдышаться, Нань Ло через хохот спросил:
- Да? И что же ещё неприличного творит Лань-гэгэ? - От такого обращения Хуа Фэн скривился, но ответил:
- Очень даже много всего! Долго рассказывать! Одни лишь его неприличные книжонки чего стоят... - Вот тут-то Нань Ло заинтересовался.
- Неприличные книжонки? Вот тут давай по подробнее. - Юноша вздохнул и рассказал:
- Мне как-то раз нужно было в его книжном шкафу взять немного материала для учёбы, там я между книг о очещении духа нашёл тетрадь, в которой были всякие неприличные картинки... С двумя людьми... Без одежды... - Вот тут-то Нань Ло рассмеялся ещё больше.
- А Лань-гэгэ у нас ценитель разврата, я смотрю! И какие там были картинки? В каких позах? С кем? - От таких бесстыдных вопросов Хуа Фэн сначала побледнел, а потом покраснел.
- Вот же бесстыдник! И как мой брат с таким дружит-то вообще?!... - Нань Ло состроил смущающуюся мордашку, и, накручивая прядь волос на палец, кокетливо промурчал:
- После таких художественных шедевров от твоего братца ты до сих пор считаешь, что мы с ним друзья? - От такого заявления Хуа Фэн, который поверил в этот бред, весь побледнел. Нань Ло, видя его реакцию, распалился ещё больше и с энтузиазмом проговорил:
- Вот затащу твоего брата прямо во время состязание в кусты, и прям там сотворю с ним всё то, что было на тех картинках! Ха-ха-ха! - Хуа Фэн, в глазах которого Нань Ло уже был самым настоящим злодеем, покушающимся на честь и невинность его брата, совсем потерял дар речи и лишь возмущённо смотрел на смеющегося Нань Ло. Тот, не унимаясь, всё продолжал:
- Свяжу его, наложу заклятие безмолвия, унесу в уголок по-дальше и там... - Вдруг его прервало то, что он столкнулся с чем-то твёрдым. Подняв взгляд, он в миг побледнел, увидев перед собой Хуа Ланя, вопросительно смотрящего на него, изогнув бровь. В миг покраснев, Ло отпрыгнул на пару чжанов и залепетал:
- Лань-гэгэ! А в-вот и ты... А мы вот с Хуа Фэнем разговаривали... О тебе... Хах... - На это Хуа Лань с серьёзным видом спросил:
- Разговаривали о чём? И что это ты со мной собрался делать? Чем-чем заниматься?
- ... Духовными практиками...
От такого ответа Хуа Лань посмотрел на него, то ли как на полоумного, то ли как на непослушного ребёнка, а Хуа Фэн рассмеялся в голос. Хуа Лань раздражённо обратился к брату:
- А ты чего это смеёшься? За копание в моих вещах у нас с тобой отдельный разговор будет. - От такого Хуа Фэн замолчал и вмиг побледнел.
Спустя какое-то время началось состязание. Хотя, по идее каждый должен был действовать самостоятельно, Хуа Лань всё равно увязался за Нань Ло. Уничтожив около десятка духов, они зашли по глубже в лес, и когда проходили по какой-то заросшей поляне, Хуа Лань вдруг сказал:
- Мы зашли далеко в лес. - На это Нань Ло бесстрастно ответил:
- Ну да.
- Здесь много высокой и густой растительности.
- Да...
- Мы здесь совсем одни...
Не понимая, к чему он клонит, Нань Ло вопросительно взглянул на него и увидел, что щёки того слегка покраснели. На это Ло лишь откашлялся:
- Здесь действительно никого больше нет... Ни одного духа... Похоже они всё ближе к центру. Пойдём обратно?
- ...
На это Хуа Лань ничего не ответил и лишь тяжело вздохнул, будто... Разочарованно?
***
Вскоре состязание закончилось. Результаты должны были быть объявлены после банкета, который вскоре начался. Нань Ло явился одним из самых первых и занял крайнее место, и вскоре, когда явилась семья Хуа, Хуа Лань сразу сел рядом с ним. Хуа Фэн, поначалу, уселся рядом с братом, желая погреть уши, но Хуа Мэй сразу поменяла их местами.
Глава ордена Нань, Нань Лисюань, встал со своего места и гул в зале затих. Он торжественно объявил:
- Сегодня, в этот замечательный день, мы собрались здесь, чтобы поздравить молодожёнов и пожелать им счастливого брака. Сегодня мы... - Вдруг его прервал глухой грохот. Весь зал содрогнулся и свет в помещении замигал. Все гости испуганно ахнули и воцарилась гробовая тишина, которая продержалась недолго, пока её не прервал ещё один грохот в несколько раз сильнее предыдущего. Старейшины и главы орденов повставали со своих мест. Вдруг, после ещё одного сильного грохота стены зала начали осыпаться. Тогда послышались женские испуганные вскрики и детский плач. Огромные двери дворца распахнулись, и поток пыли и ветра влетел в помещение. Теперь, когда было видно, что происходило снаружи, женщины и дети забились в угол, а все мужчины достали из ножен оружие. Нань Ло, вместе с Хуа Ланем, подошли ближе к входу и замерли от ужаса. В почерневшем небе была огромная красная щель, из которой шёл чёрный дым с потрескивающими алыми молниями. Земля содрогнулась снова и с потолка здания стали осыпаться куски камня и пыли. Чёрный дым дошёл до самой земли и из него вышло множество непонятных тёмных существ, которые тут же кинулись к дворцу, уничтожая всё стоящее на своём пути. Испуганные люди закричали, воцарилась паника. Грохот был всё больше и больше, в перемешку с людскими криками, и от этого шума Нань Ло хотел было схватиться за голову и заткнуть уши, но сейчас тот самый раз, когда нужно было проявить хладнокровие.