the first one - the last one.
у него не было смысла, как у выжженных на солнце сигарет или размокшей пачки happy meal, хотя ни того, ни другого он никогда не видел. он только мутил воду, поднимал густой ил, зарываясь в него, как в капюшон толстовки, и это была бы хорошая метафора, не будь все буквально.
ил оседал пеплом, который он никогда не видел, забивал легкие.
это тоже могла быть метафора, но все было буквально.
аквариум был маленьким и для маленьких рыбок. их собралось так много, что никому не хватало места. он не мог разместить ноги и часто вытягивал их из аквариума.
ему казалось, что сегодня он подпирает небо.
он был уверен, что завтра его сожрет.
а пока он пожирал себя.
и это не было метафорой.
рыбы подплывали к нему каждый час и каждый час смотрели, как на нечто новое. у рыб были тупые глаза; ему казалось они и вовсе слепые. они подолгу смотрели на него. он подолгу смотрел на них. у него были тупые глаза, но он помнил, что рыбы были старыми, прежними, теми же. они принимали его за декор и врезались в него. он принимал их за рыб и терпел. ему уже не хотелось обращать на это внимания.
вечером приносили еду. рыбы набрасывались на нее. он делал вид, что не хочет есть, а потом пытался схватить кусочек. рыбы шикали на него и зло смотрели тупыми глазами. он прекращал.
свет горел перебоями и шумел. ему было тесно в своих трубках. он пытался с ним разговаривать, но получались только пузыри, лопающиеся на поверхности.
буль. буль-буль. буль-буль. буль. буль-буль-буль. буль.
свет его не слышал или не хотел слышать.
это тоже стало бы метафорой.
он хотел посмотреть на себя, разглядеть себя сквозь мутную воду и поднявшийся ил. но он видел подплывающих рыб и их тупые глаза. его глаза были тупыми. ему казалось, в аквариум запустили новых рыб.
иногда заходили люди. его ноги торчали из аквариума, но никто этого не замечал. все стучали по стенкам, вода колыхалась, но никто этого не замечал. рыбы волновались, и это можно было трактовать двояко. никто этого не замечал.
рыбы подплывали к нему и подолгу смотрели тупыми глазами. он подолгу смотрел на них. глаза его были тупыми. рыбы врезались в него. они принимали его за декор. он врезался в себя. казалось, он принимал себя за декор.
это была бы метафора, не будь все буквально.