Продолжение
14. Купала — один из величайших Святодней Кологода, приуроченный к Летнему Солцевороту[48]. Праздник Отца-Неба и Матери-Земли, Солнца и Воды, дающих начало всему живому, пора расцвета всех животворящих сил Матушки Природы. Время поминовения предков и прошения у них силы для продления рода. В эпоху двоеверия 24 кресеня/июня отмечали день Иоанна Крестителя («Ивана Купалы»[49]). Издревле в ночь на Купалу (с 23 на 24 кресеня) на берегах водоёмов разжигали священные костры, через которые прыгали парами, взявшись за руки, парни и девушки[50]. Пускали венки по воде, собирали волшебные травы и коренья, искали чудодейный Жар-цвет, а поутру купались в целебной росе.
15. Перунов день — 20 липеня/июля — великий Святодень всех воинов-защитников Родной Земли, а также всех честных радарей-пахарей. Пора совершения тризн по всем павшим воинам. По народным поверьям, дождём в этот день смываются злые чары — «лихие призоры» (сглазы и порчи) и многие болезни. В эпоху двоеверия в это время отмечали Ильин день (Илью Пророка). В народе говорили: «До Ильи облака ходят по ветру, а с Ильи начинают ходить против ветру», «На Илью до обеда — лето, а после обеда — осень», «До Ильи поп дождя не умолит, после — и баба фартуком нагонит», «До Ильина дня дождь в закром, а после Ильина дня — из закрома», «Илья словом дождь держит и низводит», «Илья грозы держит, Илья хлебом наделяет», «С Ильина дня мужику две угоды: ночь длинна да вода холодна», «После Ильина дня в поле сива коня не увидать — ночи тёмные». «Илья Пророк — косьбе срок», — то есть заканчивается сенокос и начинается жатва, «Илья Пророк в воду льдинку уволок», — по поверьям, у мчащегося по поднебесью Перунова коня в этот день слетела подкова и упала в воду, отчего вода похолодела.
16. День Рода и Рожаниц — 8 кресеня/сентября — праздник Рода и семьи, убранного урожая и домашнего благополучия. Время подведения итогов. Встреча осени — чествование Макоши как Матушки Осенины. В этот день приносят требы Роду Вседержителю (Всебогу) и роду небесному (предкам), а также прославляют род земной (всех сородичей, по Прави живущих): «Роду и Родным Богам — вовек слава, а нам — хвала по делам!» В эпоху двоеверия в этот день отмечали Рождество Богородицы. Осенины праздновались, как правило, у воды и непременно с овсяным хлебом. В народе говорили: «Если погода на Малую Пречистую[51] хорошая — осень будет хорошая».
17. Таусень (Радогощ, Родогощ) — 24 кресеня/ сентября — один из четырёх важнейших Святодней Кологода, приуроченный к Осеннему Равноденствию[52]. Время поминовения предков. Самый крупный осенний праздник Урожая, во время коего жрец или старейшина «прячется» за яствами, сложенными горкою на общем столе, и спрашивает всех собравшихся: «Зрите ли мя, детушки?» Если ответ будет: «Не зрим, батюшка!», то это означает богатый урожай, а если: «Зрим!», то худой, после чего жрец благословляет народ словами: «Так дай же вам Боги, чтобы на будущий год не зрели!», и подаёт знак к началу праздничного «пира горой». Согласно славянским верованиям, о сию пору начинает «закрываться» Сварга, куда «уходят» из Яви Светлые Боги до будущей весны[53], оставаясь, тем не менее, в Сердцах всех, живущих по Прави. В эпоху двоеверия о сию пору отмечали Фёклу Заревницу, прозванную так в народе из-за палов сухой травы на полях. С этого дня крестьяне начинали по утрам молотить хлеб («замолотки»), зажигали огонь в овинах (так называемые Именины Овина, во время которых прославлялся Огонь Сварожич). Говорили: «На Заревницу хозяину — хлеба ворошок, а молотильщикам — каши горшок». Примечали: «С Заревницы — зори становятся багряными», а день быстро идёт на убыль — «убегает лошадиным скоком».
18. Осенние Деды (Навья седмица) — череда Святодней, предшествующих Осеннему Макошью (28 листопада/октября), седмица поминовения предков, отмечаемая с 21 по 27 листопада/октября. Один из основных поминальных праздников Кологода. Время проводов душ предков в Ирий — до будущей весны. В эпоху двоеверия субботу перед Дмитрием Солунским (26 листопада/октября) называли «Дмитриевскими Дедами» и посвящали поминовению умерших родителей. «Кузьминскими Дедами» называли поминальную субботу перед днём Святых Космы и Дамиана (1 груденя/ноября), а «Михайловскими Дедами» называлась суббота перед днём Михаила Архангела (8 груденя/ноября).
19. Велесова (Марина) ночь — чародейная ночь с 31 листопада/октября на 1 груденя/ноября, когда Белобог окончательно передаёт Коло года Черно- богу, а врата мира Мёртвых до первых петухов широко распахнуты в мир Живых.
20. Великое Осеннее Сварожье, или вторые Осенние Деды — череда Святодней, посвящённых Сварогу, Ковалю Небесному и Отцу Светлых Богов- Сварожичей (Сварожья седмица: с 1 по 7 груденя/ ноября). Пора окончательного «замыкания» Сварги, а также время, когда Земля начинает сковываться на зиму льдом. В эпоху двоеверия 1 груденя/ноября отмечали день святых Космы и Дамиана — Кузьму-Демьяна Зимнего (Кузьминки) — Кузьминские Деды, а 8 груденя/ноября — день Михаила Архангела, «расковывающего» землю на кратковременные Михайловские оттепели: «Кузьма закуёт, а Михайло раскуёт». Если же оттепелей не было, говорили: «Со дня Михайла Архангела Сварог-Батюшка морозы куёт».
21. Марин день — 21 груденя/ноября — приход Морены-Зимы, Навьей Владычицы. Пора поминовения душ предков — Навьих Дедов. В эпоху двоеверия 9 груденя/ноября отмечали Матрёну (Матрону) Зимнюю, а 21 груденя/ноября — Введение Марии Богородицы во храм. В народе говорили: «На Введение зима вводится», «Введение — ворота зимы», «Введение пришло — зиму привело», ибо верили, что в этот день зима окончательно вступает в свои права.
22. Корочун — самый короткий день в году, когда Кощный Бог «окорачивает» уходящий год. Празднуется накануне зимнего Солнцеворота или накануне Коляды. Время поминовения предков — Навьих Дедов. В эпоху двоеверия 24 стуженя/декабря праздновали Сочельник (от «сочиво» — кутья). По поверьям, ночь перед Колядой благоприятна для разнообразных гаданий, волшбы, шаманских камланий, путешествий души в Навь и т. п. В народе о сию пору примечали: «Коли на Коляду небо звездисто — богатый приплод скота и много ягод на будущий год», «Каков в Сочельник иней на деревьях, таков цвет будет на хлебе».
23. Коляда — один из величайших Святодней Кологода, приуроченный к Зимнему Солнцевороту[54], день Рождения нового Солнца и нового года. О сию пору поминают предков, творят обряд «обновления» («возрождения») Огня и всю ночь жгут на вершинах холмов священные костры, «помогая» Новорождённому Солнцу. В эпоху двоеверия 25 стуженя/декабря отмечали Рождество Христово[55], причём само празднование начиналось ещё 24 стуженя/декабря — в ночь перед Рождеством. В народе говорили: «На Рождество и Солнце играет», «Зима — за морозы, мужик — за праздники». Примечали: «Коли в этот день снега глубоки — травы и хлеб будут высоки», «Если в этот день тепло — весна будет холодная», «Если метельная ночь — пчёлы хорошо роиться будут», «В ночь звёзд густо — густо и ягод будет».
23. Поминальное время: Вешние Деды
Вешние Деды — Навья седмица, череда поминальных Святодней, предшествующих Вешнему Макошью (Именинам Земли — 9 травеня/мая) и отмечаемых с 1 по 7 травеня/мая. Согласно славянским верованиям, в это время души предков приходят навестить своих потомков, живущих в Яви.
В эпоху двоеверия на Руси Вешних Дедов заменили праздники Пасхального круга и следующая за Пасхой Фомина неделя[56]. В обрядности Фоминой недели преобладает поминальная тематика. На первые дни приходились коллективные поминовения умерших на кладбищах: основным таким днём была Радуница, т. е. вторник, реже — понедельник на Фоминой неделе (ср. свидетельство «Стоглава», осуждавшего тех, кто «творил» на Радуницу «оклички», иначе говоря — причитал по покойникам). В некоторых районах Белоруссии и Украины основным поминальным днём после Пасхи был Навский четверг, т. е. четверг на Пасхальной неделе.
Согласно народным верованиям, на Пасху предки посещают землю и свои дома. Поминальные обряды Фоминой недели должны были обеспечить умершим достойное их пребывание на земле и благополучное возвращение на «тот свет». Люди посещали кладбища, подновляли могилы, посыпали их песком, вешали на кресты новые полотенца, устраивали на могилах трапезу, поминали умерших. В семьях, где были утопленники, пасхальную пищу оставляли у воды или бросали в реку. Почитание усопших нашло отражение и в многочисленных запретах на различные виды домашних работ, соблюдаемых в это время.
Предусматривались и некоторые меры защиты от проникновения душ умерших непосредственно в дома людей (дома обсыпали маком, жгли Страстные либо Громничные свечи и т. п.). На Радуницу помимо трапезы служили на кладбищах молебны по усопшим, причитали по ним, а вечер этого дня мог заканчиваться плясками и весельем, ср. русское выражение: «На Радуницу утром пашут, днем плачут, а по обедне — скачут». На Урале в канун Радуницы топили баню для предков и приготовляли для них мыло и полотенце, хотя сами в этот день в баню не ходили; иногда устраивали также поминки дома, ожидая, что умершие придут ужинать. В Сибири Радуничные обычаи подчас переносились на первый день Фоминой недели — «радошное» воскресенье; считалось, что в этот день «мёртвые встают из гробов и познают друг друга».
Важнейшим ритуальным предметом поминальных обычаев Фоминой недели были яйца. Обычно на могилы носили крашеные пасхальные яйца[57], а иногда — их специально красили к поминальному дню. Кое-где сохранился обычай красить к этому дню яйца не в красный цвет, а в «жалобные» цвета (чёрный, жёлтый и тёмно-синий). Яйца оставляли на могилах, крошили для птиц (называя это «птичий помин»), закапывали в могильный холм, а в Закарпатье устраивали на кладбищах традиционные игры с пасхальными яйцами (бились ими, катали с горок на дальность и др.).
Одним из названий первых дней Фоминой недели было Проводы[58], что связано с представлением о необходимости «проводить» предков обратно на «тот свет». К Фоминой неделе приурочивали, в частности, и обычай «проводов зимы» (запад Белоруссии). Здесь «зиму провожали» или «гнали» кочергой из-под лавок и печей, выметали её, стучали мётлами и палками по заборам, кидали камнями в ворота, бросали в проточную воду старые вещи или жгли их, свистели, кричали, шумели и т. п.
Значительная часть обрядов Фоминой недели была связана с темой брака. Был известен обычай «окликать» молодожёнов в воскресенье, называв- мое на Верхней Волге «вьюничным» или «окликальным». Группа мужчин обходила в селе дома, где жили супружеские пары, справившие свадьбы в течение последнего года. Они исполняли под окнами новобрачных величальную песню, в которой молодых славили и «окликали», т. е. называли «вьюнцом» и «вьюницею», после чего социальный статус молодожёнов как полноправных супругов считался окончательно закреплённым, ср.: «Завтра рано поутру да окликальщики придут, / Приокликати меня да приузывати тебя, / Ну-ко будь, моя молодушка, скликанная!»
Воскресенье на Фоминой неделе называли в России Красной Горкой. Устраивались массовые гуляния с хороводами и играми, на которые в большие сёла съезжалось всё население соседних деревень. Кроме того, Красная Горка была днём свадеб и сватовства. Во время хороводов молодёжь имела возможность познакомиться друг с другом; здесь же молодые люди и их родители присматривали невест. На Красную Горку девушки надевали новые наряды, готовясь к смотринам. Присутствие парня или девушки на Красной Горке было обязательным, а избегающих общего праздника осуждали и награждали насмешливыми прозвищами. Отсиживавшимся дома грозил неудачный брак или даже безбрачие.
24. Поминальное время: Зелёные Святки
Зелёные Святки — Русальная седмица перед Ярилой Мокрым, или Трояновым днём (3 кресеня/ июня). В эпоху двоеверия на Руси Зелёные Святки, Троица — один из важнейших праздников «православного» церковного календаря, отмечаемый в 50- й день после Пасхи (отсюда второе его название — Пятидесятница). В народной традиции Троицын день включался в цикл связанных между собой праздничных дней, который начинался с четверга седьмой недели после Пасхи, называвшегося у русских Семиком. Следующая заметная дата Троицкого цикла — суббота накануне Троицына дня, отмечаемая у восточных славян как один из главных поминальных дней в году (ср. варианты названий — «Родительская суббота», «Задушная», «Троицкие Деды»), Вслед за Троицким воскресеньем начиналась Троицкая неделя (или «Русальная», «Проводная»[59]), в составе которой выделяются две даты: Духов день (понедельник) и четверг, называемый в южнорусских областях и в Полесье — «Навская Троица», «Трийца умэрлых», «Сухой день», «Кривой четверг».
Важной составляющей Троицких обрядов были поминальные обычаи. На Русском Севере Троица и предшествующая суббота считались главными поминальными днями. Хождение на кладбище в эти дни было там более устойчивой традицией, чем на Пасху. В южнорусских областях и украинско-бело- русском Полесье пятница и суббота перед Троицей («Троицкие Деды») отмечались как особый период, когда поминали заложных покойников. На Черниговщине говорили, что это главные поминальные «Деды» в году: «Топлеников, давлеников паминають на Траецкие Деды — самые главные».
Связь Троицкого периода с обычаями поминовения умерших отмечалась и в памятниках письменности XVI–XVII вв. Например, в «Стоглаве» осуждалось оплакивание покойников на кладбище, когда «в Троицкую субботу по селом и по погостом сходятся мужи и жены на жальниках и плачутся по гробом умерших с великим воплем». Поминальный обычай топить бани для мёртвых на Троицу упоминается и в исповедных вопросах: «В Великую субботу и в пятдесятную егда памят творим оусопшим, бани не велел ли еси топити?»
С Троицкими обычаями поминовения родственников, умерших преждевременной смертью, прямо соотносятся поверья о появлении на земле в это время русалок — душ умерших детей или девушек, не доживших до вступления в брак. В Полесье считалось обязательным на Троицу соблюдать поминальные обычаи в тех семьях, где в недавнее время похоронили незамужнюю дочь: в тех домах оставляли на столе на ночь (перед Троицкой субботой или перед «Навской Троицей») поминальный ужин; вывешивали на ограду одежду, принадлежавшую умершей. Кроме того, соблюдали многочисленные запреты шить, прясть, белить хату и печь, работать в огороде, купаться в реке и т. п., чтобы не навредить русалкам или не подвергнуться их нападениям.
Обряд завивания венков на берёзе в Черниговской губ. назывался «встречей русалок». Представления о том, что такие венки завивались для русалок, были известны и в Смоленской губ.: к «завитой» берёзе боялись подходить на Троицу, опасаясь, что «русалки защекочут». Раскладывая на полу и затыкая в стены дома Троицкую зелень, в Полесье объясняли, что это делали, «шчобтые русалки ходылы, шчоб ноги у их не покололыся» или «шчоб колыхалысь русалки на деревах, на цих гилках[60]». На Черниговщине считалось большим грехом не «озеленить» хату на Троицу — в это время души умерших родственников приходят в хату и прячутся в этой зелени. Подобные поверья бытовали в Подмосковье (в сёлах Дмитровского р-на).
Обязательное уничтожение Троицкой зелени в завершение праздничного периода мотивировалось необходимостью избавиться от русалок, срок дозволенного пребывания которых на земле заканчивался. В Брестской обл. засохшую зелень убирали из дома через неделю после Троицы, «а то на ней русалка будет сидеть». В сёлах Сумской обл. эти поверья связывались с приходом «родичей»: если не убрать Троицкую зелень, то в доме якобы остаётся и плачет «один родич». О сжигаемой Троицкой берёзке в Гомельской обл. говорили, что это «русалку палять (сжигают)».