Глава 5. Шотландский клетчатый дракон
Мародеры вволю поглумились над надутыми от важности хафлпаффскими префектами, которые доставили их к башне Гриффиндора. Эти индюки обращаются с ними, как с преступниками – а ведь сглаз на Алису Оакби наложили не они!
Сириус, Джеймс и Питер вошли в гостиную Гриффиндора в отличном настроении. Ремус понимал, что в прошлом Мародерам многое сходило с рук, времени для того, чтобы их наказать, оставалось совсем мало, а потеря баллов ничего не значила: Гриффиндор все равно безнадежно отставал в состязании за Кубок школы. Однако же Ремус был префектом и знал, как сильно МакГонагалл мечтала разобраться с изобретателем сглаза, а они были единственными подозреваемыми – никто больше не размахивал палочками поблизости от жертв.
Питер встал перед студентами, которые оставались в гостиной, и пустился в описание героической победы.
— ...Вы бы только это видели: Джеймс его ка-а-ак отпустит, и он хрясь на землю лицом вниз, — Питер хлопнул ладонью по коленке для пущей наглядности. – Кровь так и брызнула, но его нос теперь, пожалуй, станет даже симпатичнее. А то такой здоровенный был носяра – мамаша у него, наверное, настоящая карга.
Сириус добавил, хохотнув:
— Но кому-то, должно быть, совсем кисло было без бабы. Бедняга натянул ей на голову мешок и перепихнулся по-быстрому – откуда бы иначе взялся Снейп?
— Точно! – согласился Питер и подхалимски захихикал. – А потом было вообще круто, когда Сириус и Джеймс сняли с него всю одежду. Оставили, в чем мать родила! – Питер чуть не подавился от смеха, но сумел-таки выдавить: — А Эванс... Эванс... она на него смотрела, как на собачью какашку, которая ей на подошву налипла! Ну какой же Снейп все-таки урод...
Джеймс согласился:
— Фантастическое пугало. А сколько сала с него натекло – всю лужайку испоганил. – Мысленно Джеймс отвесил себе подзатыльник: и зачем он только таращился на этого неудачника Снейпа – посмотрел бы лучше на Эванс!
— Эй! Не надо об этом – у меня же аппетит пропадет! Даже у дрянной жареной картошки с рыбой лучше показатель вязкости, чем у Нюнчика.
— Показатель вязкости? – подколол Сириуса Джеймс. — Откуда ты только слова такие ученые знаешь – неужели словарь открывал, Бродяга?
Питер рассеянно спросил:
— А что у нас сегодня на обед – картошка с рыбой?
— Не знаю, — ответил Ремус. – Но любопытно было бы посмотреть, как Сириус измеряет показатель вязкости.
Джеймс направился к выходу из гостиной. Многозначительно подвигав бровями, он пошутил:
— Надеюсь, Бродяга не станет использовать весь этот жир для разного непотребства.
Сириус презрительно произнес:
— Чтобы я – и вдруг стал пользоваться Нюнчиковым салом?! Да я скорее возьму жир от жареной картошки! – и вышел вслед за Ремусом и Питером. Интересно, что все-таки сегодня на обед...
* * *
Четверо Мародеров сидели в Большом зале и с аппетитом уплетали еду. Джеймс и Сириус наслаждались восхищенными взглядами своих гриффиндорских почитателей, а Питер воспевал их удаль в очередном сражении, где был доблестно повержен подлый вражина, Сальноволосый Слизеринский Ублюдок.
— Видите, он даже на обед не пришел – с нами связываться боится, — ликующе провозгласил Питер, махнув рукой в сторону слизеринского стола.
Однако те студенты, что сидели напротив, его восторгов не разделили – за спиной Питера стояла их декан, профессор МакГонагалл.
Она вперила в Мародеров гневный взор и требовательно спросила:
— Кажется, мистер Лонгботтом велел вам идти в гриффиндорскую башню и ждать меня там. Почему же в таком случае я вижу вас в Большом зале?
— А мы и были в башне, профессор, — ответил Блэк и беспечно добавил: — Лонгботтом же не сказал, сколько времени мы должны там оставаться.
— К тому же, профессор, — Джеймс обаятельно улыбнулся, — у нас сегодня важный экзамен. Нам просто необходимо набраться сил.
Питер нервно кивнул.
На лице Ремуса отразилось беспокойство – но только у него одного. Джеймс и Сириус как будто не замечали сузившихся глаз МакГонагалл.
— Ну что ж, джентльмены. Раз вы хотите дать мне побольше времени, чтобы решить, как с вами поступить, я жду вас в своем кабинете сразу после окончания практических экзаменов по защите.
— Мы непременно придем, профессор МакГонагалл, — любезно согласился Джеймс.
МакГонагалл сердито посмотрела на Мародеров и собравшихся вокруг гриффиндорцев и устремилась к преподавательскому столу.
— Ну ты глянь, Сохатый, какое благородство, — ухмыльнулся Блэк. – Она разрешила нам сдавать экзамен.