Город падших

— Мы пришли, — сказала Сара, когда впереди замаячили обёрнутые железом стены.
Вистери высветила перед собой значок карты.
— Нет никакой зарегистрированной активности людей или демонов. Я очень надеюсь на то, что ты не врёшь.
— Даже если бы я хотела... — вейла прервала себя, закашлялась, сгибаясь так, что белокурые волосы упали с её плеч и повисли над землёй.
Вистери была знакома с этой стадией жизни тёмных. Сара голодала. Уже давно. На пути к складу она еле стояла на ногах, часто отвлекалась на посторонние шумы, словно надеялась уловить на слух присутствие добычи. Она судорожно царапала руки, обхватывая себя за предплечья, и часто облизывала сухие серые губы. Ракша умела усмирять своих подчинённых, ничего не скажешь.
— Прошу тебя, — скорее исторгла из себя вместе с кашлем, чем сказала, демонесса, — просто уходи.
— Не раньше, чем выясню, в чём тут дело. — Вистери коснулась амулета. Заметная в тени цепь голубых огней возникла под её ногами с едва различимым звоном, быстро побежала по асфальту, через сетку забора, около которого они стояли, и исчезла где-то вдали. Аналитик сканировала и искала прорехи в магической защите, которая могла здесь быть.
Сара смотрела невидящими глазами, шумно втягивая в себя воздух.
— Это займёт какое-то время, — сообщила Вистери. — Так что вернёмся к делу.
— У меня нет с тобой никаких дел.
Если до того Сара ещё пыталась быть дружелюбной, то после такого ножа в спину со стороны Гилби её симпатия к Вистери и вовсе сошла на нет. Пускай.
— Есть одно. — Девушка не отводила глаз от того места, где исчезли голубые огни, контролируя процесс. — Скажу коротко, так, что даже тварь вроде тебя поймёт. Я знаю демона, которого ты так сильно боишься.
Вейла дёрнулась.
— Ты... ты врёшь.
— Даже если бы я хотела, — Вистери показала клыки в подобии усмешки. — Ракша заставила тебя шпионить за человеком, заморив голодом и подчинив своей воле. Неудивительно, что тебе хотелось попробовать того человека на вкус.
— Я бы никогда этого не сделала.
— Даже сейчас, на грани смерти?
Сара зажмурилась, закачала головой, чуть не плача.
— Я столько раз пыталась сказать... Я бы никогда... Никогда не причинила ему вреда.
— Я думаю, в этот раз я буду солидарна с отвадившим тебя суккубом. У вас была назначена ещё одна встреча сегодня. Смогла бы ты противостоять своей природе сейчас?
— Смейся, — в голосе демонессы заскользили злые, шипящие нотки. — Смейся над кем угодно... Раз в этом вся твоя природа.
Процесс сканирования завершился. Амулет дрогнул. Вистери моргнула несколько раз и обернулась к ней.
— Псы на цепи... — продолжала шипеть вейла. — Кучка смертоубийц... Вам доставляет удовольствие потешаться над теми, что слабее... А ты, — она слепо посмотрела в сторону, — ты ещё хуже, чем они. Ты не испытываешь удовольствия от причинения боли... Ты просто делаешь это. Как чёртова машина...
— Я бы арестовала тебя и поставила на учёт, как потенциального каннибала. Но у меня есть дела поважнее. Предлагаю простой взаимовыгодный обмен. — Девушка наклонилась так, что кончик её носа оказался совсем близко к переносице вейлы и проговорила: — Оставь в покое человека, за которым следила. Забудь его и не ищи больше. А я в благодарность не выдам тебя его демону.
— Это не обмен. Это шантаж.
— Считай так, если хочешь. Но знай одно: этот демон скорее умрёт, чем оставит тебя в покое, упади с головы его хозяина хоть один волосок.
Сара молчала.
— От тебя несёт голодом. Если бы тебе только хвалило смелости напасть на меня, ты бы уже это сделала. А стоит тебе приблизиться к человеку, о котором ты так сильно заботишься, ты без раздумий выпустишь его кишки наружу.
Вистери презрительно отстранилась.
"То есть, ты могла бы это сделать. Но не раньше, чем когти твоего же сородича настигнут со спины."
Тут Сара перестала даже дышать. Амулет непроизвольно считал аурический фон и выдал тоскливые зелёно-лазурные волны.
— Прошу, — проронила она, опускаясь на землю, будто бы врастая в неё под складками платья. Решительные, злые нотки в её голосе испарялись быстрее, как капли воды под палящим солнцем. Руки с тёмными татуировками заскребли дорожную грязь. Пустые глаза часто замигали и исчезли в густых ресницах. — Я устала. Я хочу есть. Позволь мне уйти, и я клянусь, что никогда больше не подойду к этому человеку. Никогда, только... не выдавай меня... ему.
— Для кого ты собирала информацию? С чего вдруг Ракше так интересен Брук?
— Не только Ракша... — простонала Сара, судорожно хватаясь за впалый живот.
— Кто ещё?
Вейла замотала головой. Белокурые волосы шлейфом взметнулись вверх.
— Если я скажу, то наверняка умру. Оставь меня... Пожалуйста.
Вистери оглянулась на склад, стиснула зубы. Холодно бросила:
— Ладно. Я беру с тебя слово, вейла. В твоих же интересах оставить моего друга в покое. Свою часть договора я выполню.
Она оставила еле поднявшуюся на ноги Сару, обернулась кошкой и пролезла под забор.

*   *   *

Позже Вистери долго искала тот момент во времени, когда её тщательно спланированная операция пошла не по плану.
Сначала она думала, что причина крылась в её поспешности. Она пригрозила гарпиям, что полиция наконец-то найдёт, за что заключить их в тюрьму (так называемую тюрьму, а на самом деле — обычное вместилище для демонов безо всяких подобий удобства), а лучше — заставить Маона отменить все призывы и тем самым уничтожить свою банду. Она выдвинула предложение: поговорить с Маоном лично, без участия Германа и остальных, в качестве частного лица с частными интересами, а не представителя закона.
И тогда же она буквально ощутила, как смыкается в радиусе километра вокруг здания завода энергетический щит, и тогда же заподозрила неладное.
Наверное, в ту же секунду, что Вистери уловила участившиеся колебания на фоне ауры, она поняла, что её планы будут нарушены в самую худшую возможную сторону. Девушке необходимо было разобраться с бандой своими силами. Их арест департаментскими служащими означал бы потерю очередной нити её расследования, нельзя было допустить подобного, особенно теперь.
На заложника (или, скорее, соучастника) демонов и Маона ей было в общем-то плевать, и на его попытки ухватить её за руки, падать на колени и слёзно умолять о спасении она реагировала не сильнее, чем на остроумные выпады самих гарпиев в свою сторону.
Хотя... хотя был буквально один миг, когда она взглянула и увидела лицо, загорелое, потёртое, обвисшее складками и немытыми волосами лицо человека, которое смотрело на неё снизу-вверх тёмными блестящими глазами; в тот миг сигналы амулета в её голове заглушил дрожащий голос и собственная дерзко брошенная фраза: "Я здесь не для того, чтобы вмешиваться в ваши дела. Хотите прикончить его — пожалуйста. Но после этого я ожидаю содействия."
В тот краткий миг лицо человека странно вытянулось, губы разъехались в стороны, а руки дёрнулись, будто хотели взметнуться вверх, но вместо этого сцепились вместе и зажали одна другую в капкан из толстых скрюченных пальцев. Затем уже человек осел вниз, продолжая причитать, и Вистери снова погрузилась в себя, в хищные глаза тварей, аура которых во все стороны фонила жадностью и обрывками голодной злобы. Они явно были бы очень рады последовать плану аналитика и завершить начатое.
Однако, когда за стенами отчётливо послышались пронзительные (а как показалось тогда Вистери, слушавшей голоса демонов, — очень даже мелодичные) полицейские сирены, стало ясно, что так просто у неё ничего не выйдет. Обычно отряды спецов действовали тихо, без этой старомодной помпы. Но одно дело — операция по зачистке, когда нужно соскребать чьи-то остатки с чьих-то окон. А другое дело — облава на уже прославившуюся нечисть, которая многими воспринималась, как хорошо подготовленная и беспроигрышная кровавая бойня.
Гарпии услышали сирены не раньше и не позже самой Вистери. И та едва удержалась, чтобы не выдать взволновавшие её рациональное нутро чувства. Так всегда бывает, когда идеальный план обрывается громом среди ясного неба.
Разумеется, про содействие можно было забыть. Доказывать безмозглым птицеподобным, что она отстранена от дел и не имеет ничего общего с облавой, было бесполезно. Оставалось стоять на месте и подыгрывать. Гарпии на троих (впрочем, двоих из них можно было не считать за мыслительные единицы) быстро сообразили, по какой несуществующей стратегии действовали их враги. Очень это умно — сначала заставить демонов совершить расправу над человеком (что, как всем известно, было одним из самых тяжелейших проступков для тёмных), а потом уже взять с поличным, чтобы наверняка дать срок или сразу аннигиляцию. Вистери не стала спорить. Будь это план того же Малзуса изначально, она бы, наверное, попыталась разубедить их. Но сейчас вопрос стоял в другом.
Следовало выбрать, в какую сторону и против кого ей играть дальше, чтобы в конечном итоге выиграть.

Стены старого склада сложно ожили и видимо затряслись от того, как хлынула с них испуганная сиренами живая тьма. Двое из гарпиев — Кассий и Джейден — сорвались с насиженных мест, мгновенно набирая скорость, но Вистери успела рвануться в сторону прежде, чем хищно вытянутые когти успели до неё достать. Контрабандисту повезло меньше: застывшего на месте, как нелепое чучело, его буквально распороли на лету и откинули в сторону. Тело человека перевернулось несколько раз в воздухе, рухнуло куда-то в пыль и было тут же поглощено тьмой. Демоны взмыли вверх.
Кассий крикнул что-то оставшемуся на своём месте Шаксу и оказался на улице ещё прежде, чем высыпавшие во двор склада оперативники успели объявить о своём присутствии и предложить преступникам сдаться. Эти традиционные методы тоже постепенно редуцировались для всех работающих в Городе агентов: демоны никогда не шли на компромиссы и не сдавались живыми.
Вистери заметила, как Джейден описала над ней дугу, но основное своё внимание сосредоточила на Шаксе. Демон, обряжённый не то в плащ, не то в кимоно, остался поразительно спокоен. И именно это выдавало в нём опасность. Его длинная шея присобралась, выпуклые, красноватые и в бельме глаза на несколько секунд затянулись плёнкой. Шанс явно не чувствовал нависшей над ними угрозы или предпочитал её игнорировать.
Джейден камнем рухнула откуда-то сверху, издав при этом пронзительный, полный ярости крик. Вистери ушла от неё прыжком, затем парировала выпад почерневшей, ощетинившейся когтями руки, уже стоя на ногах. Гарпия атаковала так быстро, что девушка не могла даже поднять оружие и лишь закрывалась им, подставляя быстро покрывшееся глубокими царапинами железо.
Пока она и Джейден кружили друг вокруг друга на земле, Шакс вдруг вытянул шею и проговорил, громко, чтобы Вистери могла услышать его сквозь визги демонессы и отдалённый гул снаружи:
— Ты тратишь время.
— Пошёл ты! — Джейден, решив, что обращаются к ней, дико расхохоталась. — Этот камушек я сниму либо сейчас, либо когда оторву эту светлую головку!
Попробуй только, — мелькнуло у Вистери, когда она в очередной раз парировала удар и, откатившись в сторону, выцелила костлявый силуэт гарпии изрядно пострадавшим пистолетом.
— У Маона везде глаза и уши, — продолжал Шакс таким тоном, будто бы Вистери не дралась, а сидела рядом и слушала его. — Стоило Малзусу ввязываться во всё это только чтобы лишний раз повидаться с ним?
— Меня... — Вистери делала паузы, выпуская пулю за пулей в пытающуюся подойти Джейден, — прислал... не... Малзус!
— А кто тогда?.. Джейден! — Шакс резко кинул взгляд на гарпию и та, громко взвизгнув, взмыла в воздух. — Иди и помоги Кассию. Я сам разберусь с этим.
— Ракша! — ещё один выстрел. — Гилби! Ты её наверняка знаешь.
— Гилби? Эта старая, немытая...
— Заткнись, Джейден. И улетай.
Демон-птица не повышал голоса, но нечто, заложенное в этом голосе глубже, чем на уровне звука, явно подействовало на гарпию. Она отлетела от Вистери, словно увернулась от невидимого удара, затрясла головой и прошипела, неистово скрипя зубами:
— Даже не смей трогать камень, Шакс! Ясно тебе?! Он мой! — затем Джейден в последний раз взглянула на агента с безумным разъезжающимся в стороны оскалом и ринулась через окно наружу, выбивая стекло и унося на чёрно-белых крыльях сверкающие осколки.
— Так ты из числа тех ничтожеств, которые называют себя Братством? — Шакс оставался неподвижен, а Вистери, лихорадочно перезаряжаясь, готова была в любую секунду сорваться с места.
— Я из тех, кто ищет встречи с Ракшей и Маоном по личным причинам. Малзус здесь не при чём.
— Ясно. — Демон раскрыл и оставил висеть по сторонам крылья, тоже белые с чёрным, но не такие, как у Джейден. У него чёрными были только маховые перья, без сорочьего узора. — Я могу предложить тебе хорошую сделку.
— Слушаю.
Вистери слышала знакомые голоса. Оперативников было немного, от силы четверо или пятеро, но этого вполне достаточно, чтобы разобраться с двумя гарпиями. Странно, что они медлили. Должно быть, "те самые Раумы" и впрямь были чем-то особенным среди своих сородичей.
— Я проведу тебя в круг Маона. Если...
— Если?
— Если ты поможешь мне уйти из круга, который создали полицейские. Ты ведь умеешь это?
— Смотря кто его ставил.
— В любом случае. Я вылечу, ты беги за мной. Ради правдивости можешь пристрелить одного из этих двух выродков, мне не жалко. — Шакс лениво, почти неохотно сделала пару пробных взмахов.
— Откуда мне знать, что ты сдержишь слово?
Шакс мигнул ей круглым, как жемчужина, глазом, а затем выгнул крылья и с отвратительным хлюпающим звуком открыл длинный, усеянный изнутри мелкими зубами, обвисающий чем-то липким и тянущимся клюв. Девушке даже с этого расстояния удалось уловить смрад, который при этом возник в воздухе.
— Вистери!
Она услышала, а затем увидела Авелину, которая влетела внутрь склада на своих золотистых, с искрами синего крыльях и, увидев демона, без промедления пулей устремилась к нему. Аналитик поспешно выстрелила, словно опомнившись, а затем уже увидела, как один крылатый силуэт растворился в воздухе, а другой, более похожий на человеческий, на всей скорости пролетел сквозь несуществующего врага и едва не встретился с дальней стеной здания. Ави успела сделать несколько затормозивших её махов и развернуться. Когда оперативница зависла в воздухе, у них наконец-то появилась возможность говорить.
— Откуда ты здесь? — Авелине приходилось кричать. — Я думала, Хоффман в жизни тебя не привлечёт на задание!
— Стоило догадаться, что это Хоффман... — Вистери развернулась и увидела, что громоздкая уродливая фигура Шакса возникла на фоне стены света, пробивающегося сквозь приоткрытые двери. — Прости, но у меня были другие планы на эту троицу! Лети и помогай остальным, хватай Раумов!
— Раумов? Те, что сорока и ворон?
— Да! Главное — не связывайся с Шаксом! Тот, что... тот, что аист!
Ави чуть помедлила, но затем решительно мотнула головой с гривой жёлтых, как солнце, волос.
— Как скажешь!
Они оказались снаружи практически одновременно. Авелина тут же спикировала на спину Джейден, и они слились в клубок из когтей и летящих во все стороны разноцветных перьев. Действо, развернувшееся во внутреннем дворе склада, было похоже на какой-то карнавал, а не на схватку.
Тут и там кружили и плавились ошмётки умбро-термы, гремел перекрёстный огонь, и заговорённые пули, горящие опасным золотым сиянием, устремлялись в небо, как снопы искр из-под петард. Пахло палёным, и воздух был полон дыма, который демоны оставляли за собой из простреленных крыльев, а ещё крови, которой уже успело пролиться не так мало, как хотелось бы агентам.
Вистери мгновенно сфокусировалась на силуэте Саке Хоффман — невысокого роста, в извечном бронежилете, с копной угольно-чёрных волос и с верёвочкой хирургической маски. Хоффман двигалась ничуть не хуже демонов, с той же смертоносной отлаженностью каждого движения, не давая шанса подобраться к себе ни на метр. Но Шакс, исчезая и появляясь, в равной степени не давал возможности нанести своей физической форме вред. Лишь когда к Хоффман присоединился ещё один агент, наперевес с боевым арбалетом, старший демон в последний раз возник над их головами, а затем уже попытался скрыться за пределами поля боя.
Вистери собиралась последовать за ним, но затем всё её тело сотрясло от резкого и поздно пришедшего сигнала:  амулет давал знать об опасности. Жаль, что это случилось за долю секунды до того, как в предплечья девушки впились огромные стальные когти, и её тело рванули против воли вверх. Сквозь боль Вистери успела узнать чёрные крылья Кассия. Кое-как она ухитрилась выгнуть руку и выстрелить. Пуля прошла мимо, чиркнув по щеке демона и оставив на память красную дорожку.
Раум дёрнулся против своей траектории, уворачиваясь от выпущенных в него с земли снарядов, и девушка воспользовалась моментом, чтобы перевоплотиться и полететь вниз. Приземляться на раненые лапы не хотелось, так что пришлось обратиться снова и сделать кувырок. Гарпий, как видно, решил добить её уже на земле, но на пути встретился с метко кинутым ножом. Хоффман не дала ему опомниться и фурией кинулась добивать тёмного практически голыми руками, повалив на землю и обездвиживая длинные крылья ловким, ювелирно проделанным движением ног.
"У неё сегодня точно не лучший день", — подумала про себя аналитик, прыжком поднимаясь на ноги и наблюдая, как Саке, вытащив нож, ударами превращает лицо демона в бесформенную кашу, сочащуюся красным и чёрным. Вистери склонила голову и посмотрела на свои руки, на симметрично порванный пиджак, прорехи в котором пропитывались кровью. На регенерацию пока не было времени.
Хоффман с различимым хрустом бросила безвольно скребущего асфальт Кассия и стала скручивать ему руки, предусмотрительно наступая на конвульсивно дёргающиеся крылья.
— И зачем ты сюда явилась? — голос Саке, однако, оставался вполне спокойным, таким же заносчивым и язвительным, как и всегда. Она застегнула на полуживом трупе наручник и не шелохнулась, когда Вистери прицельно выпустила несколько пуль в невпопад кинувшуюся на японку Джейден. Та, изрыгая проклятия, снова чёрно-белым вихрем устремилась в воздух, откуда направилась к отстреливающимся агентам.
— Забавно, но я не помню, чтобы приглашала кого-то встретиться со мной. — Аналитик скосила глаза и увидела, что Ави, лицо которой пересекала тёмно-алая дорожка, опустилась на одно колено около стены склада, а над ней склонился один из оперативников. — Так что это скорее вы все явились, не предупредив.
Кассий, до этого будто оглушённый, с неожиданной для сильно раненого прыткостью подсёк ноги Хоффман здоровым крылом, и, пока та потеряла равновесие, вырвался из её захвата. Не в состоянии лететь, он попытался убежать. Вистери, вкладывая в движения меньше силы, чем обычно, обратилась и кошкой бросилась ему под ноги. Запястья демона демона всё ещё были скованы, он неловко распластался на земле, но тут же перевернулся и попытался закрыться от ударов девушки крылом. Та, воспользовавшись моментом, обхватила его крыло двумя руками, потянула и изо всех сил откинула в сторону. Едва держащегося на ногах и уже падающего на спину демона приняла Хоффман; лёгким, незаметным, как всегда, движением она перехватила золотую цепь, заломила руки гарпия и поставила истекающего кровью Кассия на колени.
— Насколько я помню, Малзус отстранил тебя от дела после бойни в ночном клубе, Раци, — Хоффман движением головы скинула закрывающие глаза чёрные пряди, — так что, боюсь, ты не можешь находиться здесь во время проведения операции. На это у тебя не хватает прав.
Затем она без всякой жалости ударами ноги придавила к земле и переломила второе, не повреждённое до того крыло. В воздух полетели чёрные капли. Наручники меж тем, соприкасаясь с кожей на руках гарпия, начали заметно нагреваться, вскоре послышался характерный скворчащий звук — золото накалилось и начало разъедать умбро-терму. Кассий уронил голову на грудь, его волосы упали на лоб, глаза закрылись, а изо рта и носа, представляющих почти что единую размозжённую массу, потянулась к земле ниточка из слюны и крови. Фигура демона безвольно пошатывалась, но Саке крепко держала его за вздёрнутые вверх руки.
— Я имею такое же право работать на благо Города, как любой из вас. — Вистери пыталась высмотреть, куда делся Шакс. Он не смог бы сбежать — щит пока ещё никто не снимал.
— Как народный мститель? Возможно. Но как департаментский аналитик — нет.
Тон Хоффман был жёстче стали, но не мог смутить такую, как Вистери. Пускай Саке и была права, она была права на своём уровне; на приземлённом, на уровне порядков и правил, установленных между сотрудниками Департамента их начальством. Вистери же твёрдо знала, что её собственная цель в конечном счёте оправдывает все эти мелкие нарушения.
— Почему бы тебе не пойти и не впасть в сонный режим, хотя бы до того момента, как ты снова понадобишься Малзусу? — Хоффман снова рванула цепь наручников, и гарпий, выплёвывая кровь и ею же откашливаясь, исторг из себя жалкий хрип.
— С чего ты решила, что я буду принимать от тебя приказы?
Вистери развернулась и, держась за раненные плечи, стала смотреть, как мужчина, по фигуре напоминающий одного из известных ей оперативников-берсерков, пытается обездвижить яростно вопящую Джейден. Гарпия сначала клялась и поливала грязью своего пленителя, а затем все её попытки что-то сказать перешли в один непрерывный металлический вой — наручники из золота сомкнулись и на её руках тоже. Чёрно-белые крылья, от которых осталось разве что напоминание — клочья опалённых перьев и куски содранной плоти, сквозь которую виднелись кости, — возили по земле и поднимали пыль, пока берсерк тащил её за волосы и тонкую шею с птичьим зобом к полицейской грузовозке. Эта машина, что забавно, была не больше обычной, человеческой, потому что демонов в основном кидали туда бесформенной кучей, а иногда и запихивали плотно, как фарш в консервную банку; что инка, что умбра хорошо деформировались.
— Не терять бдительности! — приказала Хоффман. — Третий всё ещё где-то поблизости! Марк, забери этого ушлёпка отсюда.
Марк было повиновался, но подойти не успел.
Позади него материализовалась из ниоткуда огромная туча, бесформенная, осыпающаяся перьями. За считанные мгновения она выросла, изогнулась и приобрела прежний облик — птицы, удивительно напоминающей по складу фигуры человека.
— Берегись! — команда Хоффман едва успела дойти до ушей оперативников, когда клюв демона распахнулся и их всех накрыл поток сильнейшего, давящего, сотрясающего воздух звука. Вистери не смогла бы охарактеризовать его, как нечто иное, чем звук. Звук, заставивший холодную кровь внутри её вен на пару секунд вскипеть.
Шакс даже пальцем не шевельнул. Одного его крика хватило, чтобы на земле оказались четверо из шести агентов. Затем демон мотнул облезлой головой в сторону оглушённой, едва удержавшейся на ногах Вистери, словно приглашал, и вновь растворился тенями, а возник уже за её спиной стремительно удаляющимся пятном.
Хоффман со скрипящим стоном приподнялась на локтях, и Вистери увидела, что из её ушей вдоль скул бежит кровь.
— За ним! Сейчас... же.
Вистери без промедлений повиновалась, зная, что Саке, как любой человек, не сможет в таком состоянии последователь за ней. Она также знала, что её саму спасает сейчас лишь чутьё амулета, которое сквозь свою анализирующую призму доносит и звук, и свет, и изображение перед сузившимися глазами, и даже притупившееся мышечное чувство.
Затем над её головой раздался свист рассекающих воздух крыльев.
Аналитик бежала быстро, но едва ли поспевала за рвущимся на свободу демоном. И ей оставалось лишь бессильно наблюдать, как Ави, заметно заторможенная, но всё же довольно быстро летящая вслед за Шаксом, обгоняет её и устремляется золотой стрелой вдоль контейнеров и брошенных грузовых машин. Её, Авелину, от пронзительной звуковой атаки наверняка спасли крылья. Всё-таки, у гарпий были свои слабости и свои преимущества друг перед другом.
— Ави, стой! — Вистери не узнала бы свой голос, если бы услышала его со стороны; амулет исказил звуковую волну, направляя её прицельно на объект призыва. Вот и полугарпия несколько удивлённо зависла в воздухе, повинуясь скорее рефлекторно приказу старшего по званию агента.
Вистери подняла руку, жестом поманив крылатую к себе, и ощутила боль. Плечи продолжали кровоточить в тех местах, где с ними соприкоснулись когти Кассия.
— Я же сказала. Ты так просто ты с ним не справишься, — крикнула аналитик, когда Авелина оказалась рядом. Та засунула руку во внутренний карман куртки и извлекла несколько маленьких еле светящихся металлических эллипсов. Так выглядели зачарованные против созданий жадности пули. Что интересно, светились они синим, а не жёлтым цветом, как снаряды других агентов.
— Мне они не полагаются, но я беру с собой на крайний случай. Шакс не высший. Одной такой штуки хватит, чтобы его оглушить.
— Ты тоже не высшая. Подлетишь к нему ближе, — и можешь забыть о том, что у тебя когда-то были крылья. — Вистери вытащила свой пистолет, молниеносным движением опустошила обойму с пометкой "М". В новых специализированных моделях оружия всегда было две обоймы — одна с простыми, другая с магическими пулями. — Дай мне одну, и можешь лететь назад, помогать раненым.
— Справишься? — Ави кинула пулю, и девушка с усилием затолкала испускающий свет эллипсоид внутрь механизма.
— Об этом не беспокойся.

И опять всё шло не так.
Когда впереди замаячил искажённый магией воздух и Шакс, извернувшись дугой, отлетел прочь (он не использовал крылья; скорее просто перетекал от одного места к другому), Вистери остановилась, выдохнула пару раз и приготовилась. Потеря крови сказалась на её физическом теле. Сейчас либо она сможет создать прореху в барьере той силой, что осталась в амулете, либо сразу отдавай очередную жизнь на растерзание всемогущему демону.
Поэтому она была совершенно не готова к тому, что на расстоянии вытянутой руки от неё, собранной и сосредоточенной на щите, прозвучит треск выпускаемых из арбалета стрел.
— Вистери! Назад! — Хоффман, как видно всё ещё оглушённая, орала громче, чём нужно. И Вистери повиновалась. Она наблюдала за тем, как ловко расправляется с демоном девушка в маске, слышала её приказ: "Стрелять по моей команде! Добьём его!"
Шакс атаковал, но уже без былой прыткости — видно, все силы у него ушли на звуковую атаку.
— Раз! — японка кинулась за тот же контейнер, где была Вистери, поставила новую стрелу. — Два... — короткий взгляд в глаза аналитика. — Три!
Они выбежали одновременно. Вистери сжала пальцы на рукоятке пистолета и замерла.
Саке уже выпускала стрелу арбалета, ярко блеснувшую в восходящем солнце и устремившуюся в голову демона, которая по траектории своего движения должна была оказаться в нужной точке меньше, чем через секунду.
Перед глазами аналитика всё застыло. Шестерёнки внутри неё заработали со скоростью света. Минусы? Нет больше нити, ведущей её к могущественному и влиятельному тёмному меценату. Нити, которая могла бы привести максимально близко. Сделка сорвана, придётся начинать сначала. Плюсы? Доверие Департамента. Хоффман не будет рапортовать на неё, как на подозреваемую в измене. Амулет сможет вобрать в себя то немногое, что останется, как ценное знание от Шакса. Но это уже идёт десятым порядком...
Синий янтарь выдал конечный результат. А затем буквально пронзил тело своего носителя одиночным импульсом, достигшим указательного пальца на курке, импульсом настолько сильным, что он вызвал боль в наполовину работающих нервных окончаниях.
Вистери выстрелила, и пуля ушла туда, куда должна была — между рёбер, мимо выступающего птичьего киля, в сочащуюся чёрным дыру под шёлковым халатом. Стрела Хоффман насквозь прошила череп и осталась в нём же. Шакс не издал ни звука, обмяк, сложил крылья и грудой тряпья и перьев рухнул на землю.
Агенты не сговариваясь опустили руки и сбросили их перед собой, медленно, не показывая напряжения, которое секунду ранее сковало каждую их мышцу. Саке против правил опёрлась на ствол арбалета, выдохнула сквозь зубы:
— Наконец-то.
— Всё было бы по-другому, не будь здесь меня, ты так не считаешь?
Хоффман посмотрела на неё поблёскивающим глазом из-за спутавшихся чёрных прядей, как тигр из-за зарослей.
— Не задирай нос, Раци. Мы сделали то, что нужно было. Но твоей собственной заслуги здесь нет. К слову, — она встала, закинула арбалет на плечо и небрежно указала на пистолет аналитика. — Ты использовала пулю, закалённую синим пламенем. Придётся заплатить за растрату ценных ресурсов. Не нашлось ничего другого, чем можно было выстрелить засранцу в гнездо?
— Спроси об этом у Авелины, которая таскает с собой такие за просто так.
Вистери не сочувствовала полугарпии, которой теперь предстоял минимум выговор, а максимум — отстранение от дел. Слишком велико было желание отделаться от начальницы отдела и оказаться наедине с собой. Шакс устранён, Раумы были недалеко от своего собрата. Нужен был новый план.
— Ты собираешься убирать щит? — поинтересовалась она у тяжело дышащей Хоффман. Та огрызнулась:
— Не я его ставила. Ищи другого крайнего.
На этом их диалог оборвался, и Вистери, как только японка неровным шагом направилась назад, к заводу, тяжело осела на землю. Она скрестила руки, ладонями сжимая рваные раны, стараясь поймать момент, когда амулет снова будет дееспособен. А пока что она могла только пусто смотреть перед собой, на груду, похожую на бархан из чёрного песка, которая осталась после гибели Шакса. Груда, как любые остатки умбры, не простояла долго — под порывом ветра начала редеть и таять на глазах, дымком расстилаясь вдоль земли.
Прошло минуты три. Стена барьера засветилась ненадолго ярко-белым свечением, а затем он тоже начал растворяться в воздухе. Тогда Вистери встала и побрела прочь. Её раны начали затягиваться.