Жестокий сосед

За эту ночь я отсосала Марату трижды - и складывается ощущение, что ему действительно не хватит и десяти раз. Потому что после каждого оргазма его член вообще не становится мягче. Он настолько ненасытный, что у меня болит рот. Но в любом случае, доставлять ему удовольствие - прекрасно.

Лёжа на его груди, я не сплю почти до самого утра и размышляю о нас, нашем будущем, своём будущем. Когда он открывает глаза, я целую его в нос и опускаю лицо на его плечо.

- Ты проснулась? - удивлённо спрашивает мужчина. Он знает, что обычно я просыпаюсь поздно, намного позже него. Он ярко выраженный жаворонок, а я ярко выраженная сова. Когда он встаёт после нескольких часов сна, я только могу лечь спать.

- Я и не ложилась.

- Тебе нужно поспать, - заявляет он, поглаживая указательным и средним пальцами мою спину. Вечером я заберу тебя кое-куда.

- Куда? - моё волнение увеличивается. Он сказал, что хочет куда-то со мной поехать, но мне хочется знать, куда именно.

- Для начала мы поедем в Киев. Мне нужно уладить кое-какие дела по работе.

- В Киев?! - восторженно кричу я. - А я могу встретиться со своими подругами, пока ты будешь улаживать эти дела?

На мгновение он улыбается.

- Конечно, можешь встретиться с подругами.

- Класс, я очень рада!

Интересно узнать, какие дела по работе он хочет уладить, обычно он не ездил в столицу - кроме тех редких случаев, когда он навещал меня в том учебном году. Внезапно я напрягаюсь, чувствуя, как его рука проводит по моему шраму на спине. Там он самый огромный, самый неприятный. Когда я впервые разглядела его в зеркале ванной в клинике, я ужаснулась. Этой мерзостью усеяно всё моё тело - и даже когда я не хочу думать о произошедшем, они всё равно напоминают об этом.

Марат замечает дискомфорт в моём взгляда и спрашивает:

- Что такое?

- Нет, ничего, - я не люблю заострять внимание на своих приобретенных дефектах и не хочу.

- Эти шрамы беспокоят тебя.

Нет смысла отрицать, тем более, что он и не спрашивает, а утверждает.

- Глядя на них, мне кажется, что те люди вернутся.

- Они никогда не вернутся, - сурово произносит Марат, его глаза темнеют, напоминая небо перед грозой.

- Да, наверное.

- Не наверное. Никто больше не причинит тебя вреда. Каждый человек с подобными намерениями пожалеет, что родился на свет, - последнее сказанное им предложение заставляет меня задуматься - а что с ними?

Почему-то я никогда не задумывалась о том, что Марат может кому-то навредить - то есть реально навредить, сделать что-то очень жестокое, плохое, мучительное. Со мной он нежный и добрый, поэтому мне нет смысла об этом переживать, но не сильно, но всё-таки я знаю его вторую натуру, которую он не показывает при мне. Я помню, как он избил брата, примерно знаю, как он разговаривает с некоторыми своими подчинёнными. Мне интересно, предпринял ли он что-то?

- Скажи, ты знаешь, где они сейчас?

- Это не то, о чём тебе нужно думать.

- Я об этом не думаю, - по крайней мере, стараюсь не думать. - Но я хочу знать, что с ними.

Во мне нет жажды мести. Они сделали своё дело и ничего не вернуть - ни моё тело, ни моего отца. Но всё-таки мне интересно, сделал ли он что-то с ними или мне нужно будет бояться до конца своих дней, что они снова придут меня проведать.

В клинике я много думала о случившемся. Вспоминила, как Марат очень много раз запрещал мне ходить к нему на работу. Как он рассердился и выпроводил меня в первый раз, когда я пришла. В какой-то степени я виновата сама, что не слушалась его. Была такой беззаботной и глупой, расстраивалась и злилась за то, что не могу проведать его на работе.

- Марат, - зову его я в то время, как он просто задумчиво смотрит на меня. - Они на свободе, верно?

Я не подавала заявление в полицию, не снимала побои. Папа работал в судмедэкспертиза, поэтому я отдалённо, но знаю, как это происходит.

- Я от тебя не отстану, пока ты не скажешь. Не нужно оберегать меня, как цветочек. Скажи.

- Они мертвы, - твёрдо произносит Марат, отчего мои глаза расширяются. То есть как - мертвы? - Трое из них, а двое сидят в тюрьме.

Я не верю, что Марат способен на убийство. Думаю, это какое-то недоразумение, я всё не так понимаю.

- Это ведь не ты их убил, правда?

Боже, что я вообще спрашиваю? Это полный бред! Он не мог убить человека! Троих людей! Он не преступник, не бандит, не убийца.

Немного раздражённый, он поднимается и встаёт.

- Мне нужно собираться. Я хочу, чтобы ты отдохнула сегодня.

- Марат, скажи мне правду! - продолжаю протестировать я.

- Я и так слишком много тебе сказал. Я допустил непростительную ошибку, о которой буду думать всю последующую жизнь. Причинившие тебе боль люди заслуживают мучений, но самых больших мучений заслуживаю я за то, что не уберёг тебя и твою семью.

Почему-то я не нахожу, что ему ответить на это. Я слишком шокирована от услышанной информации. Будь они все просто в тюрьме, я бы легче восприняла. Но если они мертвы, очевидно, что за этим кто-то стоит. Не могли просто так внезапно умереть три человека, которые там были.

- Ты не должна меня бояться.

- Я тебя не боюсь, просто... - пока я мешкаюсь, Марат склоняется передо мной, целуя сухими губами в лоб.

- Отдохни. Вечером мы поедем.

Когда Марат одевается, я всё ещё лежу в кровати, обдумывая его слова и наблюдая за тем, как он застёгивает запонки на своей рубашке. Наверное, я слишком сильно романтизирую его, как своего мужчину. Думая, что если он не причиняет боль мне, он не может причинить её никому.

И я не знаю, хорошо ли это. Как оказалось, его бизнес жесток. Наверное, любой бизнес жесток в каком-то роде. И если люди его врага сделала что-то подобное со мной, он мог убить его. Совершенно точно он мог это сделать, даже если не своими руками, а руками своих людей.

Прежде чем уйти, он целует меня в губы и рассматривает моё лицо. Я решаю немного разрядить обстановку прежде, чем он уйдёт.

- Ты сказал, что мы поедем в Киев сначала, а потом куда?

- Это уже сюрприз.

- Если мы поедем куда-то ещё, значит мы не вернёмся в Одессу в ближайшие дни. А послезавтра твой день рождения, ты не хотел бы отпраздновать его в кругу семьи?

- Сеня, ты моя семья.

Впервые за последнее время он обращается ко мне как к Сеней, и меня при этом не передёргивает, моё лицо не искажается унылой гримасой.

- Можешь называть меня так, - улыбаюсь я. - Но я имею в виду Ильдара и Дамира.

- Я не праздную день рождения последние года три, если не больше. Они к этому привыкли.

От его признания мне становится очень-очень грустно. Отношения с братом до сегодняшних дней оставались желать лучшего. Наверное, он был в какой-то степени одинок, если не считать Дамира.

Дамир - прекрасный человек. Смотря на него, меня согревает тепло, как если бы я смотрела на папу.

- Может, нужно привыкать к чему-то новому.

- Возможно. Мы об этом ещё подумаем.

Когда я остаюсь одна, я плюхаюсь в кровать, не в состоянии ни о чём думать. Восемь часов сна идут мне на пользу. Проснувшись, я трачу какое-то время на чтение, чтобы немного расслабиться и прийти в себя. Выйдя на кухню, на барной стойке я вижу пачку сигарет. Меня прямо тянет к ней на подсознательном уровне. Хочется попробовать ещё раз без сердитого взгляда Марата, которым он одарил меня в прошлый раз.

Прежде чем достать сигарету из пачки, я читаю, сколько в них никотина. Ноль восемь миллиграмм никотина и десять милиграмм смолы. Когда я рассматривала сигареты Ильдара, там было меньше. Надеюсь, я не заболею раком лёгких из-за этого.

Хм, а где бы взять зажигалку?

Может, поискать у себя дома. Не буду даже надевать штаны, проскользну к себе по-быстрому. Вряд ли кто-то заметит, у меня на этаже единственный сосед, которого не удивишь таким внешним видом. Хватая оставленные на тумбочке ключи, я открываю дверь и, честно говоря, прихожу в ужас.

На пороге моей квартиры стоят двое людей: мужчина и женщина лет примерно сорока. Сначала я очень пугаюсь. Ощущение, что прошлое настигает меня снова. Но присмотревшись, я понимаю: возможно, это мои «любимые» родственники, имена и лица которых я не могу вспомнить. Страх проходит, когда они смотрят меня.

- Извините, вы позволите мне зайти в мою квартиру? - нагло спрашиваю я, стараясь с ними не церемониться.

- Ксюша? - спрашивает женщина, наигранно улыбаясь. Она расстёгивает куртку, не спуская с меня глаз. Мужчина, очевидно что её муж, тоже старается держаться дружелюбно.

- Да, я Ксюша. А вы кто?

- Ты не узнаешь нас? - голос женщины кажется расстроенным.

- А должна? - если бы я не подслушала разговор Марата с Дамиром, я бы не имела ни малейшего понятия о том, кто сейчас стоит передо мной.

С трудом я выдерживаю их рассказ о том, что они мои ближайшие родственники, как они скорбят по моему отцу, и как они приходят сюда время от времени, пытаясь наткнуться на меня.

- И что вы хотите от меня?

- Мы просто приехали тебя проведать! - говорит мужчина, отступая немного в сторону, чтобы я могла зайти в свою, чёрт возьми, квартиру.

Вставля ключ в замочную скважину, проворачиваю его два раза и дверь поддаётся. Зайдя вперёд, я оборачиваюсь к ним.

- Вы что-то ещё хотели?

- Может, поговорим внутри? - тон женщины очень нетерпим.

Видно, хотят квартирку просканировать своим взглядом.

- А по какой причине я должна вас впускать к себе домой? Может, вы ограбите меня.

- Да ты что, Ксюшенька, не говори глупостей! У нас и в мыслях не было!

Ага, не было, я прекрасно знаю, что было в ваших мыслях.

Жестом я приглашаю их зайти, а сама прохожу на кухню, чтобы достать из шкафчика спички. Эти бесцеремонные люди садятся за кухонным столом, когда я наливаю в стакан воду, делая из него личную пепельницу. Честно говоря, я хотела покурить из любопытства ощущений, но увидев их - мне действительно нужно снять стресс.

- Знаешь, сигаретный дым очень плохо выветривается из домов, - ласково произносит женщина.

- Это мой дом, - улыбаюсь я, прикуривая. - И я не хочу выводить из него сигаретный дым.

Сигареты оказываются настолько крепкими, что я готова выкашлять свои лёгкие. Но с другой стороны мне хочется побесить их своим кошмарным поведением.

- Так что вам нужно? - всё-таки спрашиваю я, выпуская дым.

Вибрация телефона в руке заставляет меня занервничать. Не потому что звонит Марат, просто я не люблю телефонные звонки. Когда кто-то звонит, у меня ощущение, что меня должны отругать.

Я ему перезвоню.

- Думаю, нам лучше остаться с тобой на какое-то время, - эта женщина раздражает меня одним только своим видом. Без стыда я рассматриваю её: короткие светлые волосы, красные щёки, розовая помада на тонких линиях губ. Сама она худощавая, смотрит на меня, прищуриваясь, будто я не знаю, чего они хотят.

- А по какой причине вам стоит остаться?

- Ксюшенька, мы понимаем, что тебе сейчас тяжело, на тебя свалилось такое горе, - в разговор включается её супруг, - мы не очень хотим тебя оставлять наедине с твоей проблемой. Папа болел? - неожиданно спрашивает он.

- Нет, папа не болел.

- Извини, лучше не будем поднимать эту тему, - глаза женщины сужаются ещё больше. - Мы можем остаться с тобой на какое-то время.

- Не вижу причин, чтобы вы оставались. У меня даже нет места, где бы вы могли спать, - я решаю поиздеваться над ними, пошутить, пока зажатая между моими пальцами сигарете тлеет, а телефон разрывается от звонков Марата. Я нажимаю на кнопку блокировки, чтобы не слышать вибрацию. - В папиной комнате я провожу сатанистские обряды.

Папочка, прости что я использую твою доброе имя в целях запугивания этих придурков.

- В свою комнату я вас тоже не посплю, там я время от времени трахаюсь со своим мужчиной, бандитом и бизнесменом, - я широко улыбаюсь, вспоминая вчерашний вечер.

- Что ты такое говоришь? - глаза женщины выдают миллион эмоций в секунд.

- Возможно, вы его видели, пока приходили сюда, он живёт в квартире напротив, - они напрягтся, понимая, о ком я говорю.

- Он с тобой спит? - выпаливает мужчина. Да я даже их имён не знаю, они не представились!

- Я с ним сплю. Извините, я всё-таки отвлекусь на минутку, а то он звонит уже не в первый раз.

Вставая из-за стола, я беру трубку и отхожу на расстояние нескольких метров.

- Да?

- Детка, почему ты не берешь трубку? - я хочу ответить, что слишком занята, насмехаясь над своими дальними родственниками, но он не даёт мне этого сделать. - Я сейчас буду, не бойся.

- Чего я должна бояться? - напрягаюсь я.

- Если они что-то не то говорят тебе, то я их убью.

Не понимаю, это он про них сейчас? Как он узнал, что они приехали?

- Ты говоришь о моих родственниках?

- Да, потерпи, пожалуйста. Я сейчас приеду и выпровожу их.

Его забота подкупает, но я всё ещё не могу соединить детали пазла воедино.

- Во-первых, если ты едешь, чтобы выпроводить их, то не стоит. Можешь не переживать, я в силах сама постоять за себя. По крайней мере, с ними. А во-вторых, откуда ты знаешь, что они приехали?

- Я сейчас буду, - он игнорирует мой вопрос, кладя трубку.

Я возвращаюсь к ним, садясь во главе стола и спрашиваю их имена. Они так театрально переглядываются, понимая, что даже не представились мне в начале встречи.

- Тётя Нина, дядя Володя, я бы ещё с вами поговорила, но думаю, что вам лучше уйти. Сюда едет мой мужчина и он почему-то очень враждебно настроен по отношению к вам. Возможно, по причине того, что как-то услышал, как вы обеспокоены дележкой моей квартиры.

- Ксюша, ты что! - кричит тетя Нина. - Мы бы никогда так не поступили!

- Может, вы поговорите с ним об этом? Потому что он хочет с вами поговорить. В любом случае, сейчас вам лучше уйти. Если вы хотите остаться здесь, то подавайте в суд, чтобы оставаться на законном основании.

Их перепуганные, полные злости и смятения лица не могут найти себе места. Их долго упрашивать не пришлось, оба быстро встают со своих мест, не говоря ни слова. А на пороге квартиры мужчина всё-таки останавливается и говорит, как же сильно я не права и ничего не понимаю в силу своего возраста.

Через какое-то время приезжает Марат, но их не застаёт. Он выглядит взволнованным, рассерженным, даже раздражённым.

- Марат, они ушли. Тебе не стоило бросать все свои дела из-за этого. Но откуда ты узнал, что они тут?

- Почувствовал, - бросает он, притягивая меня к себе. - Ты всё это время была в таком виде?

Его футболка походит мне на платье, доставая чуть ли не до колен - поэтому в моём виде нет ничего криминального.

- Скажи, как ты узнал, что они приехали!

- Увидел по камерам своего домофона.

- Точно ли по камерам своего домофона? - подкалываю его я, но одновременно с этим задумываюсь - а вдруг это и не шутка вовсе? Я оглядываюсь по сторонам в поиске камер, но ничего не нахожу. - Ты же не установил у меня камеры?

- Я установил камеру и возле твоих дверей, - признаётся он.

- Только там?

Странно, что я не заметила её, но я и не смотрю наверх в угол стены каждый раз, когда захожу домой.

- Да.

- Я надеюсь, иначе я очень на тебя обижусь.

- Я должен знать, что с тобой всё в порядке.

- Иногда ты такой рэд флаг!

- Что это значит?

- Это значит, что ты невыносим! У тебя уже паранойя, Марат! - недовольно кричу я. Возможно, у него правда развилась паранойя на почве последних событий. Я не против заботы, но он бросает свои дела, чтобы приехать и разобраться с моими родственниками, которые не могут связать двух слов. Надеюсь, он придёт в себя и поймёт, что так нельзя и этим он себя только мучает.

- Не вини меня в том, что я переживаю.

Может, мне тоже нужно будет ему с этим помочь.

- Я не виню тебя. Просто я не хочу становиться обузой ещё больше, чем уже есть.

Его бесценный смех заставляет меня улыбнуться.

- Ты не обуза.

- Да-да-да, я твой ангел, ла-ла-ла и всё такое, - перебиваю его я, смеясь. Я люблю, когда он говорит мне нежности. И люблю его раздражать и смешить.

- Ты опять курила? - злостно спрашивает он, взглядом натыкаясь на свои сигареты, лежащие на столе.

- Попробовала.

- Что-то ты слишком часто пробуешь.

- Больше не буду. Я не хочу язв на языке и рак лёгких.

Кладя руку мне под задницу, Марат поднимает меня так, словно я легче самого воздуха.

- Вообще я недавно проснулась, так что не особо успела соскучиться, - дразню его я, обнимая ногами его торс.

- Зато я успел соскучиться за двоих.

Указательным пальцем свободной руки он убирает налипшие пряди с моего лица. Касаясь его мощного тела, в одних трусах и футболке, мне сложно подавлять возбуждение. Несмотря на то, что вчера он просто растерзал меня во время секса, я готова пройти это ещё раз.

Я не озабоченная, просто когда мы вступаем в близость, я становлюсь счастливой. Мне нравится радовать его, доставлять ему удовольствие, видеть его возбуждение, чувствовать его в себе.

В такие моменты я понимаю, что не маленькая девочка, а девушка, способная удовлетворить

- Так ты уже освободился?

- Мне нужно ещё съездить по одному делу. Ты уже собрала вещи?

- Что? - Он не говорил собирать вещи, но несложно было догадаться, что это нужно сделать. - Я только проснулась!

- У тебя есть часа два, прежде чем я вернусь. Иначе будем покупать всё новое.

Я кидаю на него хитрый взгляд.

- Тогда я ещё подумаю прежде, чем собирать чемодан.

***

Можно и тут 1.2⭐?🥰🥰