Chapter 2. Журавлиное озеро.
Вот уже минуло несколько дней с тех пор, как Вабаку поселилась в доме Хаяси. Птица уже немного окрепла и более терпимо начала относиться к повязке на крыле. Дождь потихоньку заканчивался, что ознаменовало возобновление жизни в деревне падающих звёзд.
Даичи вернулся к своей работе, пообещав жене сильно не перетруждаться. А Хана вместе с новым другом занималась домашними делами.
Женщина развешивала вещи после стирки на верёвку на заднем дворе, когда из приоткрытой двери вышла Вакабу. Птица с интересом бродила по небольшому дворику, рассматривая аккуратно высаженные кусты белых гортензий, который только распустились после затянувшегося сезона дождей. Их цветение означало скорое начало лета и теплых знойных деньков, но все это было в будущем, сейчас же воздух пропитывал влажный запах "дождевых" цветов.
Вабаку несколько секунд рассматривала растения, после чего ее внимание привлекло необычное для птицы занятие женщины. Она подошла ближе к Хане и осторожно просунула свою изящную шею под верёвку с вещами.
- Какая же ты любопытная, - улыбнулась женщина, наблюдая за тем, как белая ткань накрыла голову птицы. - Совсем как маленький ребенок.
Журавль вопросительно склонила голову набок, будто пытаясь понять, что значат эти слова. Вабаку никогда не видела детей. В этой деревне живут только пожилые, либо сильно взрослые люди. Все дети уже выросли и уехали покорять столичный регион Японии, от чего жизнь в этом уголке мира ещё более серая.
- Как твое крыло? - развесив все вещи, женщина посмотрела на перевязанные перья птицы.
Вабаку повторила за Ханой и взглянула на свое крыло. Красные пёрышки дошли уже до его середины, и совсем скоро оно полностью поменяют свой цвет. Птица снова посмотрела в серые глаза женщины, не понимая, что же ей не нравится в изменениях его цвета.
Хана аккуратно сняла повязку с крыла и журавль осторожно расправил его, словно затекшую руку. Пару раз махнув им, птица издала радостный звук, больше похожий на курлыканье.
- Видимо уже лучше, - женщина тепло улыбнулась, прикрыв серые глаза, чтобы в них не читалась грусть от предстоящего расставания. - Теперь ты можешь вернуться к своей семье.
Птица осталась стоять на месте, вопросительно наклоняя голову то в одну сторону, то в другую.
Хана шумно вздохнула и вернулась в дом, дел было ещё много, а глупая птица скоро сама улетит, когда до нее наконец-то дойдет. Но Вабаку не была "глупой птицей", она поняла все сразу, только не хотелось ей покидать дом Хаяси.
Хана суетилась на кухне, когда заметила в небольшом окне, выходящем на задний двор, как журавль снова с интересом рассматривает развешанные на верёвке простыни. Птица клювом приподнимала ткань, пытаясь понять, как та держится в воздухе и, что более важно, остаётся на месте при дуновении довольно сильного ветра. Женщина отвернулась от окна, отгоняя мысли о любопытной птице, которая не спешила улетать.
Минуло уже несколько дней с тех пор, как Вабаку, оказавшись полностью здоровой, отказывалась покидать дом уже далеко не молодой пары. Но один дождливый вечер все изменил.
Казалось, сезон дождей подошёл к концу и ожидать новых осадков следовало не так скоро, но затянутое серыми тяжёлыми облаками небо не внушало доверия. Именно по этой причине Даичи вернулся с работы на пару часов раньше, чтобы избежать возможной грозы. Семья уже уютно устроилась у камина, и даже новый жилец их скромного дома выглядел не так уж непривычно.
В камине потрескивали дрова, отбрасывая пляшущие тени на стены гостиной. Хана, покрепче укутавшись в плед, читала старую книгу, ее переплет уже изрядно износился, но даже несмотря на это было видно, что к ней стараются относиться бережно. Это был сборник детских сказок, который когда-то покупался для их дочери. Женщина невольно погрузилась в воспоминания о том тяжёлом времени.
Ребенок должен был появиться на свет совсем скоро, поэтому пара во всю готовилась к этому заветному событию. Оно очень давно хотели детей, но судьба всегда была против этого. Когда Даичи и Хана совсем отчаились, то случилось чудо и женщина забеременела.
Последним, что оставалось купить - были несколько простеньких книг для самых маленьких. Так как Даичи в этот день занимался работой, Хана решила отправиться в магазин одна.
Городские оживленные улицы, как же сильно потом Хана их возненавидела. Бесконечный поток машин, водители, не следящие за дорогой. Скрип тормозов, звон стекла, и внезапная тишина, оглушительная своей пустотой. В один миг, будущее, расписанное яркими красками детского смеха и маленьких ручек, сжимается до невыносимой точки небытия. Боль не измерить словами, она прожигает насквозь, оставляя лишь пепел надежды.
Жизнь разделилась на "до" и "после". "До" - наполненное ожиданием и любовью, "после" - зияющая рана, которую не залечить.
Сильный ветер распахнул шаткую дверь и вывел женщину из мыслей. Она вздрогнула, обернулась на скрип петель, и увидела как клочья серого неба нагло ворвались в полумрак комнаты. Холодный воздух, пропитанный запахом мокрой земли и опавших листьев, заставил ее поежиться.
Даичи подошёл к двери и с усилием захлопнул ее. Дерево старое, рассохлось, и в щелях между косяком и полотном свистел ветер, словно жаловался на свою участь. Мужчина обернулся к камине, языке пламени в котором беспорядочно суетились от нахлынувшего ветряного потока. Журавля на месте не оказалось.
Пара переглянулась и обошли весь свой небольшой в дом, пытаясь отбросить тревожные мысли. Но Вабаку нигде не было, от чего вывод напрашивался сам собой - сбежала.
Казалось бы, они и сами прогоняли глупую птицу, но отчего-то на душе стало удивительно тоскливо от осознания, что ее больше нет рядом.
После окончания дождя они отправились искать ее и первым же делом отправились к журавлиному озеру.
Мокрая трава блестела под слабым солнцем, а воздух был наполнен запахом земли и мокрой листвы. Хина шла впереди, внимательно осматривая каждый куст, каждую кочку.
Озеро встретило их тишиной. Журавли, обычно гнездившиеся здесь, куда-то пропали. Только капли дождя еще стекали с камышей, нарушая гладь воды. Хина обошла озеро по периметру, заглядывая в каждый укромный уголок. Но ее нигде не было.
Уже потеряв всякую надежду, пара направилась к тонкой тропинке, как в кустах жёлтого оксалиса, где когда-то прятался раненный журавль, они услышали шорохи.
Раздвинув хрупкие ветки такими же тонкими руками, женщина опустила взгляд к земле и к своему удивлению обнаружила там ребенка. Маленькую девочку, которой на вид было не более трёх лет. Ее необычные красные волосы к концам приобретали все более светлый оттенок до тех пор, пока не превращались в белоснежные, как первый снег.
- Нашла.. - протянула Хана, грустно улыбаясь.