Глава 75
***
Вечером в ресторане под названием «.......» играла скрипка, которая приводила в восторг посетителей. Звучали постукивания бокалов друг о друга с выдержанным пятилетним вином и игристым шампанским, которые окрыляли на милые разговоры, но, в отличие от водки, не давали смелости признаться в самом сокровенном. Все чувствовали себя безмятежно, отчужденно от мира, в котором было много проблем, рутины и надоедливой работы, – всё это материальный мир, от которого хотелось отдалиться в мир природы. Но никто точно не признается в этом намерении, ведь самое главное для этих существ - это их статус. Да, они устали от такой жизни, где нужно всем улыбаться и держать планку, но они ничего не могут поделать, — они боятся осуждения, провала, любой сплетни о них, которая омрачит всё их благочестие, собранное за несколько лет.
Драгоценности: сережки, браслеты, цепочки, кулоны, колье и кольца притягивали взгляд, но от одной мысли, как долго они трудились, чтобы позволить купить себе всё это, — приводила в оцепенение и ужас. Подняться по ступенькам трудно, когда со всех сторон толпятся другие и не дают тебе прохода, так же и в бизнесе — все хотят быстро взобраться по финансовой лестнице вверх, раздавливая других. Но, добравшись до верхней ступеньки, ты можешь легко упасть. И вместе с первым падением может упасть и дух, который накапливался в душе и выливался в надежду на лучшее будущее.
Посетители, общаясь со своими друзьями, родителями, коллегами, сохраняли невозмутимый вид, шурша своими одеждами и украшениями. В этой оживлённой кукольной сцене открылись двери ресторана, из которых показались несколько человек.
Заметив вошедших, официант быстро подошел к ним и мягко произнёс:
— Добрый вечер, господа, проходите, какое вы заказывали место?
— Добрый вечер, — тихо произнес Хэнсел, — уважаемый, — он посмотрел на своих друзей, —я заказывал приватный зал для семи персон
— Ваше имя? — спросил официант, взяв какие-то бумаги.
– Хэнсел, — официант пробежался глазами по именам на листе.
— Ага, хорошо, проходите-проходите. Наш ресторан к вашим услугам, — он улыбнулся, — Давайте я вас провожу до вашего зала, — он любезно вел их к залу, оценивая их образы.
— Спасибо, сэр, — поблагодарил Хэнсел.
– Да, спасибо, многоуважаемый, — добавил с серьезным видом Деш, делая ударение на последнем слове. Он сказал это более низким голосом, отчего друзья сдерживали смешки, но причиной их внезапного веселья стала прическа Деша: уложенные назад волосы, две пряди которых свободно лежали на его подвижном лбу, а еще, что нельзя было упустить — на нем были круглые очки, в которых были обычные стекляшки. Он был в том самом костюме(классическом), который однажды выбрала ему Лилия в торговом центре. Вот и представился подходящий случай, так сказать, выгулять новые шмотки.
Когда все сели за длинный стол, Ар решил нарушить тишину:
— Хэнсел, а кто это с нами?
— Ты про кого? — он поднял бровь.
— Да вот! Я что-то Деша не вижу, пропал что ли? — он пробегается глазами по друзьям, — Вижу только какого-то приглаженного и отполированного аристократа.
— Нет-с, мой дорогой, — произнес он глубоко, — вы ошиблись. Я не аристократ, я политик! — взметнул он правую руку вверх в знак грандиозности сказанного, — Да-с! Политик. Высший, так сказать, двигатель всех процессов в стране! — он всех осмотрел, поправляя очки, —Вот, вы, ученики, говорили, говорили... Отмените экзамены, а я... А я! Я сделал для вас это! Лучшее! — он поднял указательный палец.
— Это как же? Экзамены же есть еще, — возразил Макс с фырканьем.
— Это так, но, мой дорогой, — он прижал руку к сердцу, — я открыл для вас уникальную возможность. Я предложил такое дело: тот, кто страдает от физических и умственных отклонений, тому дается право писать экзамен легче обычного, — он прожестикулировал, — То есть, если вы умственно отсталый, калека, не имеете ни рук, ни ног и даже головы, то вы с полной уверенностью можете даже автомат получить из жалости. Кхе-кхе... — он выпрямился, — Да. Особенно без головы жить тяжко, потому и существа идут навстречу к таким людям, чтобы не напрягали свои оставшиеся конечности, — он протер платочком свои очки.
— То есть, чтобы получить автомат, я должен поломать или отрезать себе руку, ногу? — спросил Макс, сдерживая смех.
— Не совсем... — он покачал головой, — Нужно еще доказать, что у тебя ни ручек, ни ножек. Понимаешь, мой дорогой, это как с доказательством по геометрии: докажи, что треугольник - это треугольник, — он поднял подбородок и сказал полушёпотом, — Хард уровень: докажи родителям, что они в чем-то не правы. Вот в таком случае, ты в лучшем случае останешься без всех рук и ног, — он улыбнулся, — А ты уже сам решай важен тебе этот автомат или нет. Хотя я бы сто раз подумал прежде чем попасть под горячую руку родителям, — он прикусил нижнюю губу.
— А ты думать умеешь? — Ар улыбнулся.
— А как же, дорогой мой? Не думал бы я, где бы я был, а? Где? — он пристально посмотрел на него, — В мясорубке, изготовленной папой по единому согласию с мамой. Моя плоть разрывалась бы потихоньку... — его голос понижался с каждым разом, — Потихоньку... И... Бац! — он хлопнул по ладошке так, что официант подпрыгнул на месте вместе с подносом, — Когда доходит до талии, мама плачет и кричит: «Нет! Не могу смотреть! Это невыносимо! Давай его вытащим!», — официант начал прислушиваться, накладывая на стол вместе с помощниками, — Папа качает головой с фразой: «Пускай еще посидит, пускай у него всё на места встанет», — он сделал грозное лицо, — И вот проходит через мясорубку моя грудь, а когда доходит до шеи с головой, папа: «Всё. Закончили. Пусть теперь посидит в тишине, без телефона и конфет», — он потер висок и со вздохом произнёс, — И я вправду умнее стал бы.
— Это как же? — спросила Сенди.
— Во-первых, нет ручек - значит не беру в руки телефон и не сижу в телефоне, нет ножек - не бегаю, как мама говорит, бешеный. В общем, уменьшаю хаос во вселенной и спасаю всех, —он улыбнулся, отпивая из принесённого бокала шампанское, которое приятно согревало горло.
— Ты это так шутишь?
Он отпил треть бокала и произнёс:
— Да-да, конечно... Конечно. А вы чего сидите? Давайте, налегайте на все блюда, сам Хэнсел, Ар и Макс оплачивают! Так что можете не беспокоиться за их финансы. Они потом охре... Кхе-кхе.. Будут в культурном шоке от цен. Ну... Что ж, мои дорогие, хочу поднять этот бокал за всех вас, здоровьечко вам на сто лет.
– А если мне будет 101? — спросил Ар.
— Я тебе организую прекрасную выгодную консультацию у опытного врача, — он обернулся к нему.
— Какого?
— У меня, естественно, доверься моему опыту, — он подмигнул, — со мной ты точно не подохнешь, я тебе просто этого не дам сделать. Как и всем остальным.
— Это обнадеживает... А скидка будет? — спросил, улыбнувшись, Ар.
— Тебе повезло! Для незнакомых мне личностей я беру 1000 рублей, а с друзей 2000 рублей! Понял, Ар?
— Это вы мне? — Ар поднял брови, — Я вас не знаю, — он выпил шампанское.
— Ахахах, хорошая попытка, — он поводил указательным пальцем.
— Давайте выпьем за лучшего врача Деша и в том числе победителя конкурса! — предложил Хэнсел, поднимая бокал.
Деш поправил очки:
— Ти посмотри на него, ему лишь бы выпить! Алкоголик! Хэнси, тебе достаточно! А то завтра не встанешь, — все залились искренним смехом, который наполнил этот зал. И, казалось, что его могут услышать за пределами ресторана.