Глава 72
***
— Так-так... На этот раз выбывают... Выбывают, — ведущий любил играть на нервах так, чтобы вызвать мурашки и опасную тишину. Он оглядел весь зал и продолжил: — Выбывают... Роуз и Бетси, а из наших мужчин — Генри и Даниэль! — он махнул листочком в сторону зрителей.
Бетси сжала кулаки от злости — она не рассчитывала так рано выйти с игры. Роуз смущенно улыбнулась, принимая поражение, как свой бесценный опыт. Генри с Даниэлем спокойно сошли со сцены, будто они обычные зрители.
— Ничего, Бетси, мы раздавим всех, — сказала Лола, — А ты пока отдохни, — она сверкнула своими глазами, которые стали темнее от лучей солнца.
Хитро улыбаясь, Бетси сошла со сцены вслед за остальными.
— Теперь, приступаем к третьему этапу конкурса! – продолжил ведущий, переходя от одной части сцены к другой своей легкой походкой, — в третьем этапе участники должны показать свои способности к танцам. Стиль танца на ваш выбор. Можно танцевать с партнером со своей школы, но оценивать будут только вас, участники! Желаю всем удачи! Пусть сцена наполнится энергией ваших танцев! — он топнул своими лакированными туфлями по сцене.
Первым вышел Ар в балетном костюме вместе со своей сестрой — Файни. Его костюм был черного цвета, а ее белого — они выглядели, как два лебедя, которых не признавали родными — их внешность, их характер отличались друг от друга, но, несмотря на это они были связаны не только кровью, но и любовью.
Сестра Ара встала на свою позицию, мягко обнимая за плечи своего брата, а он в свою очередь крепко, словно статуэтку, держал ее за талию. Когда плавная музыка начала звучать, как журчание рек, Ар осторожно покрутил свою сестру так легко, словно она была пушинкой и поднял вверх. Девушка полностью доверилась ему, утопая в его руках и двигаясь с ним в такт. Было видно, что ее глаза сияли от удовольствия. Вместе они были не разлей вода, – зрители завороженно наблюдали за такой волшебной техникой, но не успели они еще до конца удивится, как музыка перешла с нежных мотивов на тревожный лад, будто скалы обрушились и поставили между танцующими пропасть...
Файни, дрогнув всем телом, как кленовый лист посмотрела на Ара: она начала приближаться к нему, мягко передвигаясь на носках и совершая прыжки. Ее брат, тоже напуганный, двигался к ней, грациозно взмахивая руками и делая прыжки к ней.
Как только их отделяло пару метров, по полу ударили молотками и на экране сцены сверкнули молнии, предвещая беду.
Девушка заметила пропасть, которая мешала им воссоедиться вновь, но она всей душой желала пересечь эту границу и упасть в объятия своего брата.
Узнав ее намерения, Ар изобразил тревогу и замахал руками в знак протеста.
«Нет! Нет, сестра! Ты не должна прыгать!» — говорил его взгляд, который умолял ее не сдвигаться с места.
С лучистых глаз маленького лебедя начали капать слезы.
«Но что же делать?...» — молвил ее взгляд, в котором дрожали широколиственные леса.
Встав в уверенную позу, Ар решительно посмотрел на сестру — она тут же поняла его замыслы. Молнии засверкали ярче, подтверждая намерения юноши.
Ар начал плавно отходить назад, чтобы было достаточно места для...
Белое лицо, наполнившись слезами, дрожало в тревоге: девушка была не в силах что-либо сказать, словно ей зашили рот. Отдаляющиеся шаги Ара били кнутом по груди Фейни, а гром всё ещё усиливался, не желая стихать. Казалось, что грядёт что-то ужасное и непоправимое...
Зрители затаили дыхание...
Глубоко дыша, Ар закрыл глаза и начал бежать со всех ног, чувствуя каждую мышцу своего тела и окружающий его мир. Его приближение сопровождалось увеличением грозовых туч, которые навевали страх в сердце Фейни.
«Нужно срочно остановить его! Он же сорвется!» — ее глаза округлились от страха.
Когда Ар хотел прыгнуть, прекрасная лебедь остановила его с криком, который вышел из ее души.
— СТОЙ! ОСТАНОВИСЬ! – от неожиданности большой черный лебедь дрогнул всем телом и упал на землю. Он тяжело поднял голову и открыл глаза.
— Ты не будешь прыгать! И зачем ты закрыл глаза?! — прокричала Фейни, с трясущимися руками.
С улыбкой на лице Ар поднялся с пола.
— С закрытыми глазами не страшно прыгать, когда ты не видишь бездны, — его грудь вздымалась от сбившегося дыхания.
С её глаз всё еще капали слёзы, а музыка заиграла новыми красками, передавая низкие звуки камней, падающих с высоты и плач дев, которые дрожат всей душой. Эти камни били сначала вниз — по ногам, которые начали подкашиваться и мешали сосредоточиться на танце, — получились беспокойные движения, а после камни били по самым сердцам, оглушая разум и передавая боль.
Под шум дождя на сцене они с тоской смотрели друг на друга, — без друг друга их движения были тоскливы и мрачны — они не имели смысла. Каждое живое существо горько плакало, переживая их трагедию — казалось, они не так далеко друг от друга, но они даже не могут ни коснуться друг друга, ни обнять, ни танцевать в гармонии, как это было раньше.
Лица, на которых не меркла надежда, ни днем ни ночью, когда сердца беспокойно бились, не давая спать. Они посмотрели друг на друга — на миг вспыхнуло яркое пламя, которое осветило это печальное место. Воспылала надежда... Идея, как сойтись вновь. На ум им пришла одновременна одна мысль, которая бы положила конец их страданиям. Навсегда.
Собравшись с духом, они синхронно отходили назад, пока не дошли до нужного расстояния. Они закрыли глаза и побежали навстречу друг другу. На лицах было лишь спокойствие, что освобождает души от вечных мук. Пусть это и единственный путь сменить дорогу навстречу к своему счастью.
Вся земля, весь мир замер от их одновременного прыжка, — лишь этот шаг отделял их, теперь его нет. Все границы были стерты...
Как Инь и Янь они сошлись в одно целое: их искренние движения, выраженные любовью то передавали быстрые движения, похожие на метание стрел, то степенные, как капли дождя, которые мягко падают на землю.
Сцена сменились от пейзажа леса на небесные острова, которые сверкали и придавали двум лебедям бо́льшее сияние. Всё живое пело от такого счастья, звуки флейты наполнили пространство вместе с гармоничными движениями танцоров.
При солнечных лучах перья лебедей сияли как небесные доспехи, которые никто не сможет уничтожить, а потому они до конца останутся вместе.
Сила их любви позволила им перелететь свои страхи, которые плили путы на их прекрасные крылья. Теперь они летят высоко в небе и не думают ни о чем — их разум чист и свеж, как воздух со сказочных долин, где всегда светит солнце. Только они. И никто больше.
В конце они замерли в неподвижной позе, как фигурки половинок сердец, которые были прикреплены друг другу.
Прошло целых пять минут, чтобы зрители пришли в себя и похлопали от всей души.
Участники сделали поклон и сошли со сцены.
— Это было по-настоящему невероятно! Браво! Браво! Ваш балет - это волшебство! Признаться честно у меня растяжка просто ужас, — он рассмеялся и продолжил: — Я деревянный, а вы молодцы, ребятки! Вы сделали отличное начало! Ну, а теперь. Следующий участник, на сцену! — проговорил высоким голосом ведущий.
В черном облигающем костюме – и с черными очками, закрывающими озорные глазки, вышел Деш. Его кудрявые волосы, на удивление, были гладко уложены назад — многие были удивлены такому образу. Участник подошел к центру сцены и встал в позу: он встал спиной к залу, а после опустился на корточки.
Когда включили музыку, Деш плавными движениями рук начал вырисовывать узоры, а после и вовсе выворачивать руки — отчего тело каждого начало дрожать, а лица искажались в ужасе от шока.
Резким рывком Деш сделал сальто назад и стал совершать быстрые, но динамичные движения с падением на пол, при выполнении опасных приемов с прокручиванием всего корпуса на одной руке.
Давление росло с каждой секундой, но зрители не отводили заинтересованных взглядов от выступления.
Деш, словно дикое и неподвластное пламя, начало расти, тем самым расширяя свою зону влияния — вся сцена наполнилась энергией его бушующей лавы. Его тело было как накалившееся железо, на котором выступали капельки пота — напряжение росло вместе с увеличением сложности композиции танца, но он не жалел своих сил.
В один момент песня начала замедляться, как прерывистое дыхание, вместе с ней Деш потихоньку замирал с тяжелом дыханием, пока не упал всем телом на пол. С таким звуком, что зал разразился в панике: ему уже шла подмога, но тревога миновала — его руки начали извиваться, словно змеёй, так же резко как он упал, так он и встал. Он поверг всех в шок.
Он еще раз сделал головокружительные обороты и отвернулся от зрителей. И снова, на минуту он замер, будто он забыл, что находится на сцене. Все снова смотрели с вопросительными минами. И в то же мгновение — Деш издал протяжный крик, который прорезал тишину своей громкостью длинною во весь школьный двор и своим тембром.
. За один миг Деш стянул с себя верхнюю одежду, словно змея, которая сбрасывает с себя чешую — теперь на нем был ярко-огненное кимоно с изображением девятихвостого лиса на спине, цепляющий взоры. Он опустил свою голову и обернулся ко всем зрителям: на его лице расцвела знакомая дерзкая улыбка, а его руки потянулись к его очкам, которые он снял и с лёгкостью сломал. Его нижние веки были подчеркнуты красным оттенком, что придавало ему больший огонь в глазах. Подмигнув зрителям, он совершил резкие махи головой, за счет чего его прежние кудряшки вернулись, сияя и переливаясь на солнце.
С помощью своей скорости Деш с легкостью выполнял пластичные движения и двигался в такт музыке, которая ускоряла свой темп. Казалось, что он накалил сцену до предела.
Под конец музыка перешла в тикание часов, которое оборвалось, Деш замер в своей позиции как застывший цемент на полу: напоследок он подминул зрителям.
Его волосы мокрые, но бодрые в своем настроении падали на лоб и метались в разные стороны. Частое дыхание участника было подобно дыханию огня, которые разогрел воздух вокруг себя, как в печи.
Встав с пола, он оглядел весь зал.
— Это был взрыв мозга! — сказал ведущий, возбужденный таким выступлением, — Ваши мышцы и кости не болят от резких движений и падений?
Деш, тяжело дыша, улыбнулся во все зубы:
— ...Болят, но терпимо... — его глаза сверкнули, — было бы удивительно, если бы у меня ничего не болело. Тогда бы я подумал, что я мертвец, —его грудь часто вздымалась от недавней нагрузки.
— Это верно! Но всё же... Мы все очень переживали за вас! Особенно тогда, когда вы резко упали на пол! Я чуть не подпрыгнул от ужаса! — его глаза быстро забегали по Дешу.
— Это ничего страшного, — фыркнув, Деш закатил глаза, — пустяки... Я просто на минутку прилег отдохнуть и снова продолжил, ну, вы же знаете, какие нагрузки всё-таки, так ведь? — он хитро улыбнулся, – или запрещено отдыхать на сцене? — он испытующе посмотрел на ведущего.
— Пф, да конечно нет! Я разрешаю! — он улыбнулся.
— Я запомнил! — заключил Деш, прежче чем сойти со сцены, навстречу к нему шел Крис, который должен был выступать следующим.
Посмотрев на Деша, Крис бросил на него высокомерный взгляд, полный насмешки и презрения. Но весельчак-Деш лишь улыбнулся ему, как ни в чем не бывало.
Крис поднялся на сцену в императорских одеждах: он изображал величие и полное превосходство над остальными. Его глаза были полны спокойствия и самолюбия, вырастающее особенно на сцене, когда все взгляды устремлены на его уверенную высокую фигуру, которая величественно вытянула свое гордое лицо.
Он сел на позолоченный трон, который принесли специально для него. Раскинув руки по спинкам трона и закинув одну ногу на другую, он властно оглядел зал, будто он разглядывал своих подданных. Волосы Криса как всегда были уложены и сияли блеском, который опасно светился даже при слабом свечении солнца(так как прошло много времени с начала конкурса), а корона на его голове с рубинами оттеняла еще больше его угольные волосы. Ему доставляло удовольствие хоть на миг почувствовать себя императором всего мира.
«Был бы я императором, тогда всё было бы прекрасно...» — закусив губу, подумал он.
В его уме приходили разные идеи для усиления власти: он представлял, что все до единого будут дрожать под его взглядом, а сердца трепетать от его низкого и уверенного голоса, все кружаться вокруг него, исполняя любой каприз. А он — непобедимый и самый красивый правитель за всю историю человечества, при виде которого не только девушки трепетали от такого существа, но и все стихии благоговейно склоняли свои головы и подчинялись ему. А главное – никто не встанет у него на пути...
Вспыхнув, как спичка, включилась песня, которая началась низкими нотками, окутывая присутствующих в мрачную атмосферу. Словно иголки падали на пол, придавая еще большее напряжение в зале.
На сцену забежал помощник Криса, который поклонился императору, показывая своё беспокойство и тревогу, которые не покидали его: он размахивал руками — объясняя значение нависшей над империей беды — напало вражеское королевство. Правитель, выслушав его, власно поднял руку и внимательно посмотрел на подчиненного.
«Вы поможете, император?» — говорил его взгляд.
Усмехнувшись, Крис выдержал гордое лицо и встал со своего трона, мерно приближаясь к помощнику. Его уверенный взгляд передал ему слова: *«Я уничтожу врагов, можешь в этом не сомневаться...»*. Рубины всплынули на его короне, а накидка свободно лежала на его плечах и шелестела по полу, передвигаясь в такт за своим хозяин.
Свет на сцене погас и послышались быстрые шаги, словно появились новые фигуры в номере — так и оказалось. Когда сцена снова была освещена: справа стояли несколько десятков воинов в серебрянных доспехах и с оружием в руках, а император стоял слева, предвкушая будущую развязку.
Воины окружили Криса, надеясь, что они справится с ним. Император лишь улыбнулся, выдерживая паузу, и со спокойным лицом сбросил с себя шелковую накидку. Он был готов к схватке. В этот момент началась настоящая борьба, которая передалась в искусном танце.
Крис, достав меч с ножен, парировал атаки противников и ловко обезоруживал всех, кто приближался к нему. Он боролся так, будто это было его обыденное дело, будто это обычный танец, доставляющий ему удовольствие. По сценарию воины падали без сознания, показывая превосходство Криса.
Музыка била барабанами по всему залу, предвещая смерть врагов: Крис двигался как волчок, выполняя танец со своим любимым мечом, от которого падали за два счета! Его движения выражали стойкость одного существа перед целым войском, которое нарастало, как стая саранчи, но император и не думал сдаваться. Никакое оружие не могло приблизиться к его телу, а тем более к груди, чтобы пронзить его сердце.
Одолев последнего воина, Крис сделал выученное движение мечом, подбрасывая его наверх и ловко хватая его. Когда всё удалось, он поставил меч на пол, принимая величественную позу. Его самолюбию не было предела.