Истинная

—Бой без правил господа,—он слегка пожимает плечами, будто это для него просто очередное развлечение. Хотя, по сути так и есть. Ему всегда нравилось наблюдать за мучениями остальных. Он впитывал чужую боль, как губка, словно это было единственной его пищей. 

—Я не буду этого делать!—настойчиво говорю я, подходя к стеклу. Он не отрывает от меня взгляд, слегка прищурившись, пытается отыскать во мне рычаги воздействия, ему всегда удавалось манипулировать мной.

  — Я тебя и не заставляю, — снова пожимает плечами и ставит стакан с виски на маленьком столике. Удивляюсь, но терпеливо ожидаю его дальнейших действий, его фантазия вряд ли выдала что-то обычное. Издевательства он всегда превращал в собственное искусство.  

—Видишь эту штуковину?—он крутит в руках маленький пульт, который скорее похож на пульт от аудио системы в машине, но чувствую эта маленькая хреновина принесёт нам совсем не весёлые песни.

—Когда я нажму на эту кнопку, механизм запуститься и Айрис окажется в плотную прижата к стене,—поясняет он и затем нажимает маленькую красную кнопку. Где-то за стеной слышится приглушённый, но не менее противный, скрежет метала. Шестерёнки привели в действие и цепь Айрис постепенно стаёт короче. Девушка пытается противостоять механизму, но серебряные оковы слишком ослабили её. Она падает на пол, выпуская когти и пытаясь зацепиться за что нибудь в итоге оставляя за собой царапины на бетонном полу.

—Затем, мой помощник введёт в вену Айрис одну нашу сыроватку и вуаля, она не сможет контролировать агрессию. Либо ты её, либо она тебя,—прищурившись говорит он.

—Я разорву тебя в клочья. Слышишь меня?! Я отправлю тебя в ад, ублюдок!—выкрикиваю я, пытаясь вырваться из цепей. Ладони обжигает от соприкосновения серебра, а на запьястьях раны только становятся глубже. Боль уходит на второй план, ведь ненависть затмевает всё остальное. Я даже не чувствую, как прорезаются когти и клыки, вместо привычной боли ощущается лишь лёгкое покалывание. В отражении стекла на меня смотрит моя же волчица, с налитыми кровью глазами и острыми белыми клыками. 

—Я всегда знал, что ты чудовище, но никогда тебя не боялся. Ты поддаёшься эмоциям и внушению, тебя можно обвести вокруг пальца не прилагая усилий,—он нажимает вторую кнопку и на этот раз мои цепи неумолимо прячутся за толщей стены. Этот скрежет отдаётся болью в висках, сердце стучит как бешенное, перекачивая кровь по организму с невероятной скоростью. Каждая клетка моего организма дышит той ненавистью которая закипает в венах, каждая секунда лицезрения его омерзительного лица придаёт ещё больше агрессии.

—Зачем ты это сделал? Зачем похитил, зачем удочерил?  Ты потратил семнадцать лет на моё воспитание и два года на обучение делу. Тебе не жалко потраченого времени?—непонимающе верчу головой, отходя от стекла.

Всё затихает слишком быстро, цепи перестают скользить оставив лишь какой-то щелчок напоследок. 

—У тебя было преимущество. Ты Лунная волчица и тебя невозможно выследить, ещё ты монстр. Машина для убийств. И это не моя заслуга, а работа твоей природы. Признай, тебе же понравилось лишать жизни?— он вздымает бровь, но я лишь опускаю голову. Больно осознавать,  что он действительно прав, мне действительно нравилось то, что я делаю, но всему приходит конец. Люди неизбежно меняются и этот процес не остановить, не изменить. Человеческая природа настолько эгоистична, что хочет всегда быть лучше кого-то. Главное, чтоб в этот момент, рядом оказались нужные люди.

—Теперь самое интересное,—мужчина ехидно улыбается и потирает ладони, готовясь к грандиозному шоу. Судя по запаху, в помещение входит женщина полностью облачена в белый комбинезон, словно для работы с химикатами. Её лицо закрыто прозрачными очками и респиратором, но взгляд выдаёт всю жалость и страх, который витает невидимой сферой вокруг неё.  Из под капюшона выбивается несколько прядей золотистых волос, испуганый взгляд старается не пересекаться с взглядом Айрис и кажись, я даже слышу, как она сглатывает комок подкативший к горлу.

Дёргаю цепи в надежде выбраться из этой камеры и наконец исполнить то, о чём так долго мечтала, но серебро никак не поддаётся. 

Девушка быстро вводит Айрис непонятную прозрачную жидкость и, не теряя ни минуты, покидает помещение. За стеклом никого, лишь дымящаяся сигара, которую Дориан оставил в пепельнице и пустой стакан. Он наблюдает, я чувствую его взгляд с нескрываемой заинтересованостью и оглянувшись по сторонам,  замечаю камеру в углу и за стеклом. Картинка его омерзительного лица застывает перед глазами, я могу представить всё до мелочей. Слегка прищуреные глаза, в уголках которых небольшие морщинки, двухдневную щетину и лёгкую ухмылку. Будто он находится прямо передо мной. Будто сидит на моём плече, споря с ангелом о дальнейшей судьбе. 

—Эвелин ты должна это сделать,—говорит Айрис, вырывая меня из мыслей. Удивлённо гляжу на неё не вникая в  смысл её слов, но затем разум проясняется  и я отчётливо понимаю о чём она просит. Слёзы сами собой выступают на глаза. Раньше я  с удовольствием запустила бы в неё когти, но сейчас... Что-то изменилось, я больше не хочу мстить за то, что она сделала, это был её выбор и она оказалась права во всём, что делала и говорила. 

—Ты спятила? Как я потом буду смотреть в глаза Чарльзу?!—повышаю на неё голос, но она только отрицательно вертит головой не желая принимать моего решения.—Должен быть выход, мы все должны выбраться отсюда,—вновь дёргаю цепи со всех сил и за стеной слышится звонкий щелчок. Уже не сдерживаю слёз, не могу смириться с тем, что Дориан способен на такое. Домашнее насилие и в подмётки не годится тому, что он приготовил напоследок.

—Ты должна помочь остальным, ты можешь спасти всех, а если я убью тебя, то мы обречены,—устало вздыхает она, опустив грустный взгляд в пол. Её лоб покрыт капельками пота, а вены на шее раздулись, выражая напряжение которое Айрис пытается сдержать.

—Почему я всем что-то должна?! Меня достали эти слова! Эвелин ты должна то...Эвелин ты должна это! Мне это надоело!—резко дёргаю рукой, вырывая цепь. На несколько секунд словно впадаю в ступор, а затем поднимаю взгляд на Айрис, она уже не в силах сдержать агрессию. Янтарные глаза блестят от наступившей злости и клыки с когтями тоже желают впиться в чью-то плоть и к сожалению, кроме меня здесь не за что зацепится. Злобный рык расплывается по комнате, заставляя кожу покрыться мурашками. Это уже не Айрис, а чудовище в её оболочке. В глазах нет ничего, кроме желания убивать.

—Айрис, борись с этим слышишь меня? Ты же сильная,—пытаюсь достучаться до неё, паралельно дёргая вторую цепь. Айрис с лёгкостью обрывает одну цепь, а затем и вторую. Медленно шагает ко мне, нагнетая ужас, её волчица любит поиграть, чем безусловно даёт мне какую никакую фору. Идея приходит мгновенно, правда исход может быть совсем непредсказуем. Айрис всегда делает всё наперекор и возможно, это единственная нить за которую можно зацепиться. 

—Ты слишком рано сдалась. Слабачка Айрис, которая не может противостоять какой-то синтетической дряни!— как можно правдивее говорю я. Лицо девушки выдаёт неподдельную удивлённость и я понимаю, что на верном пути.

—Ты не достойна звания защитницы если настолько уязвима,— выплёвываю я направив всю злость на неё. Лишь те воспоминания в которых она делала мне пакости, придают больше правдивости моим словам. 

Айрис резко подаётся вперёд, обрывая мою цепь острыми когтями, но затем швыряет меня к противоположной стене. От удара о бетон сознание на секунду покидает меня, а по стенам идут трещины. Ещё одна привелегия оборотней — притупление боли. Эта способность явно мне на пользу.

Айрис вновь подходит ко мне и не медля ставит на ноги, поднимая за шиворот. Смотрит прямо мне в глаза пытаясь ещё больше запугать, но я вижу, как она пытается побороть злость.

—Ты не достойна Чарльза если перестала бороться,—говорю я, злобно ухмыльнувшись ей в лицо. 

—Сделай это! Я смогу вернуться куда бы не попала. Это моя способность, я смогу вернуться,—шипит она, вновь сдерживая порыв злости. 

—Я не могу,—вырываюсь из её хватки и отхожу на несколько шагов, но это не спасает меня от ещё одного оглушительного удара.—Ты не можешь быть уверена в своей способности пока не проверили её, а я не хочу стать злейшим врагом для Чарльза.

—Сделай это чёрт возьми! Доверься мне! —выкрикивает Айрис, сбивая меня с ног.—Выпусти волчицу Эвелин!—ещё один удар, но я намеренно терплю всю боль, прекрасно понимая, что если сделаю это — Айрис покойница.

—Нет!—резко отбрасываю её от себя поражаясь силе, которая пробудилась в руках и ногах. Айрис отлетает от меня, несколько раз переворачиваясь,но не проходит и секунды, как она тут же поднимается. Она вправляет сломаную кисть с характерным хрустом и немного ухмыльнувшись двигается навстречу. Волчица в полной готовности противостоять кому угодно, но я не решаюсь отдать ей контроль.

—Тогда умри,—девушка хватает меня за шею пригвоздив к стенке. Её когти погружаются в плоть в районе сердца и меня вновь обдаёт жаром. Боль волной накрывает всё тело, а сердце трепещит будто пытается скрыться от её когтей.

—Выпусти её!—рычит Айрис продвигаясь всё ближе к сердцу. Боль вновь пронизывает тело и я сдаюсь.

 Боль делает людей уступчивыми, подчиняет себе ломая силу воли и разрушая все принципы. Я сдалась. Снова наступаю на те же грабли, снова пускаю всё на самотёк. Стены, которые держали волчицу взаперти, теперь сдерживают меня и кто знает, что она сделает, выбравшись наружу после стольких лет заточения...