Из Пепла Клана Близнецов

Я быстро шагала по ночному лесу, отбиваясь от назойливых веток деревьев, их острые края цеплялись за платье, оставляя мелкие зацепки на ткани. Эмоции, что я сдерживала эти дни в дороге за асцендентом, пряча их за сарказмом, начинали переполнять меня и грозились вырваться наружу, грудь сжималась от их тяжести. Я почувствовала, как каждый вдох давался всё труднее, а глаза наливаются слезами, горячими и жгучими. Кол должен был уйти вместе со всеми и оставить меня здесь одну в покое! Я выпустила мощный шар энергии перед собой, стараясь вложить в него всю злость, сгусток света с шипением пронёсся вперёд, но не помогло — несколько деревьев с треском рухнули, запахло дымом и палёной корой, но боль внутри не утихла. Я пошла дальше, за спиной раздались приближающиеся шаги, быстрые и уверенные. Я скрыла себя заклинанием невидимости, шепнув: Invisique, и растворилась в ночи, оставив после себя лёгкий ветер.

Я оказалась в центре Мистик Фоллс, луна заливала всё ярким серебристым светом, освещая пустынные улицы, а прохладный воздух немного остужал разгорячённый ум, но не сердце. Я нашла какой-то бар, его вывеска едва держалась на ржавых петлях, и ногой выпнула дверь, дерево треснуло, обнажая щепки. Нашла бутылку какого-то виски за стойкой, пыль покрывала её этикетку, и налила себе стакан, устраиваясь на полу, надеюсь, хоть здесь меня этот кретин не найдёт. Спустя несколько стаканов рассудок начал затуманиваться, горький вкус алкоголя обжигал горло, я прислонилась головой к деревянной стойке бара и прикрыла глаза, её прохлада немного успокаивала. В воспоминаниях всплыл образ Джулии... её улыбка, русые волосы, сияющие глаза. А потом — как она перерезает себе горло во власти Сангвисара, защищая своих детей, её кровь заливает пол, а взгляд гаснет. Горячие слёзы хлынули из глаз, взрывая копившееся напряжение, я закричала, голос разорвал тишину, и швырнула бутылку, она разбилась о стену, заливая пол алкоголем, его резкий запах наполнил воздух.

Почему я провела с ней так мало времени, когда отыскала её? Почему не нашла её раньше?! Почему он забрал её у меня?! Я разрыдалась, всё тело пылало в агонии, терзаемое душевной болью, грудь сжималась, а дыхание стало прерывистым. Почему ты оставила меня, Джулия... Я не знаю, что мне делать, я просто хочу... снова увидеть тебя, просто хочу, чтобы ты была рядом! Я не хочу жить без тебя, сестра. Немой диалог, разворачивающийся в мыслях, начинал душить изнутри, каждое слово резало острой болью. Я так не могу...

Я встала, приложив немалые усилия, ноги дрожали, взяла деревянный стул и со всей силы ударила его о пол, дерево раскололось с громким треском, подобрала отколовшийся кусок, его острый край был неровным, и приложила его к сердцу, я почувствовала его учащённый ритм, всхлипнула и прикрыла глаза, слёзы всё ещё текли по щекам. Вдруг ощутила чужое касание на своей руке, его тепло обожгло кожу, и, не открывая глаз, произнесла: — Кол, проваливай.

— Не-а, — твёрдо произнёс он и попытался вырвать кусок дерева, его пальцы сжались вокруг моего запястья, но я сжала его лишь сильнее и начала всаживать в грудь, остриё пронзило кожу, яркое платье начало окрашиваться моей кровью, а к душевной боли добавилась физическая, но она казалась такой ничтожной по сравнению с ней.

— Мне это нужно, — отрешённо произнесла я, голос был пустым, лишённым эмоций.

— Нужно что, Грейс? — он сдавил мои ладони сильнее, задерживая кол, его голос был полон напряжения.

— Умереть, — сухо сказала я, — я... я должна увидеть её, — я посмотрела на него, его взгляд был напряжённым, между бровей легла складка, в глазах мелькнула тревога.

— А что потом? — произнёс он, глядя мне в глаза, его голос стал тише, но твёрже.

— Потом я буду готова уйти насовсем, — правда неожиданно сорвалась с губ, он замер, затаив дыхание, — не переживай, в следующее полнолуние я вышвырну тебя отсюда, — я едва заметно ухмыльнулась, но улыбка вышла горькой, — а потом уничтожу этот мир и себя...

— А как же близнецы? — осторожно спросил он, его тон был мягким.

Я отбросила кол, дерево отлетело в сторону, звякнув о пол, и отошла от него к бару, — Я им не нужна, — резко ответила я, открывая новую бутылку, пальцы дрожали, и отпила с горла, неприятный вкус обжёг горло, — никому не нужна, ясно? — процедила я с отвращением, — никто даже не заметит, если я умру. А единственный человек, которому было бы не плевать — мёртв, — на губах застыла истеричная улыбка, из глаз снова потекли слёзы, он замолчал, — так всем будет только лучше, — я снова сделала пару глотков и поморщилась, виски обжигал изнутри.

— Когда ты умерла... — начал Кол, — ты видела сестру? — его голос дрогнул, в нём мелькнула печаль.

Я кивнула, слёзы всё ещё катились по щекам, — Я просто хочу быть с ней... — тихо сказала я и снова села на пол, ноги подкосились, — я всё решила.

Кол задумался и сел рядом, его плечо слегка коснулось моего, он протянул руку к бутылке, я вложила её ему в руку и отпустила, разжав холодные пальцы. Тишина начинала давить, и я снова заплакала, ненавижу плакать при ком-то! Но сейчас так наплевать... Он протянул руку к куску дерева и подобрал его с пола, протянул мне, я подняла на него затуманенный взгляд, его глаза были полны сожаления.

— Если ты готова так легко сдаться... ладно, — он поджал губы, — я считал тебя куда сильнее, — его голос был тихим, но в нём чувствовалась горечь.

Я выхватила кол из его руки, но он не сразу отпустил его, задержав на мне взгляд, его глаза были полны сомнений, но в итоге он сдался. Я снова приложила его к сердцу, но руки тряслись, тело начинало лихорадить, как от яда, а слёзы не переставали литься из глаз, застилая зрение. Кол притянул меня к себе, его руки обняли меня сзади, и снова обхватил мои ладони, но в этот раз он не пытался меня остановить. Я ощутила спиной его тепло и его сердцебиение, его дыхание с запахом алкоголя прошлось по моему уху, и он шепнул: — Надеюсь, завтра ты изменишь своё решение, — его голос был полон печали, он сжал мои ладони и надавил, всаживая кол в сердце.

Я всхрипнула от неожиданности, глаза на мгновение распахнулись, острая боль пронзила грудь, словно раскалённый металл, кровь снова пропитала ткань платья, а потом я закрыла их, проваливаясь в темноту, тело обмякло в его руках.

Я очнулась в темноте. Здесь было так пусто, тишина давила на уши, как тяжёлый груз. Мне стало холодно, и я инстинктивно обхватила плечи ладонями, пытаясь унять дрожь в теле, но это не помогло, холод пробирался до костей. Я осмотрелась вокруг, но глаза словно были закрыты, непроглядная тьма окружала меня, густая и непроницаемая. Я почувствовала, как к горлу начал подступать неприятный ком, мне стало не по себе от этого места, животный страх начал зарождаться где-то глубоко внутри, разрастаясь и пуская свои корни, словно живой организм. Неизвестность пугала сильнее любой опасности, у меня запульсировало у висков каким-то гулом, низким и настойчивым, я потёрла виски, но он только нарастал, отдаваясь в голове. Как я тут оказалась? Что это за место? Я пыталась вспомнить, что произошло, но ничего не выходило, воспоминания ускользали, будто насмехаясь над моими жалкими попытками ухватиться за них.

Все подавленные страхи и эмоции начали выползать наружу, в темноте мне померещились красные глаза, их зловещий блеск мелькнул и тут же растворился, я в ужасе отшатнулась, но упёрлась спиной во что-то металлическое и твёрдое, холод металла обжёг кожу. Я обернулась — это был Джереми, он стоял с каменным лицом, не выражающим никаких эмоций, направляя на меня пистолет, его глаза были пустыми. Он спустил курок, и пуля вошла мне в голову, резкая боль пронзила череп, я закричала, потирая лоб, агония разлилась по голове, но крови и раны не было, лишь эхо боли. — Да какого чёрта тут происходит?! — крикнула я в пустоту, не ожидая получить ответ, мой голос отразился от невидимых стен.

Следующие минуты превратились в настоящую пытку. Меня терзали мой брат Чарльз, Сангвисар, Кол, Сара — их образы возникали один за другим, атакуя меня, я только успевала уворачиваться от их ударов, сердце колотилось, как бешеное. Я упала на пол, слёзы уже не текли, я захрипела, потирая глаза руками, надеясь очнуться от этого кошмара, дыхание было рваным. Рядом раздались шаги, мягкие и медленные, я устало подняла голову, но тут же резко подскочила, сердце замерло.

— Уильям? — мой голос дрогнул от неожиданности, его лоб был разбит, по виску стекала кровь, а в груди зияла кровавая рана от пули, ткань рубашки пропиталась алым.

Я подбежала к нему и, не думая, обняла, прижимаясь к его холодному телу, его кожа была как лёд, но он резко оттолкнул меня, его руки были сильными, несмотря на раны. Я замерла, вглядываясь в его глаза, они были пустыми, устремлёнными в никуда. — Прости меня, — прошептала я, слёзы подступили к горлу, но он даже не посмотрел на меня, грудь сдавило, словно тисками.

Внезапно всё озарилось ярким светом, я прикрыла глаза, не в силах его выдержать, он резал зрение и когда он угас, я оказалась уже в совершенно другом месте. Я сидела на деревянной качели во дворе нашего дома, её скрип был знакомым и успокаивающим, я провела рукой по своему белому платью, ткань была мягкой и чистой, и задумалась. Родители ещё не вернулись, из дома вышла Джулия и улыбнулась, увидев меня. Она выглядела, как в нашу первую встречу после долгой разлуки — морщинки у глаз, джинсы и светлая кофта с длинными рукавами, её образ был полон тепла. Я поднялась, сделав шаг к ней навстречу, и улыбнулась в ответ, сердце дрогнуло.

Она взяла мои руки, её пальцы были тёплыми, и посмотрела на меня с едва уловимой грустью, её взгляд был глубоким. — Почему ты здесь, Грейс? — от её вопроса мне стало неловко, я опустила глаза вниз, — Что случилось... ты не должна... — она запнулась, подбирая слова, и провела рукой по моему лицу, одинокая слеза покатилась из моего глаза, блестя на щеке.

— Я хочу быть с тобой, — ответила я, заставляя себя взглянуть на сестру, и обхватила её ладонь, прижимая к щеке, её тепло успокаивало.

Её лицо наполнились печалью, слёзы заблестели на глазах. — Грейс... — с болью протянула она, — я тоже хочу этого... но твоё время ещё не пришло. И не тебе решать, когда оно придёт, — её голос стал твёрже, — прошу тебя, ты сильнее этого, моя дорогая сестра.

— Нет, — я мотнула головой, слёзы потекли по щекам, губы задрожали, я обняла её и уткнулась ей в плечо, её запах был таким родным.

— Как бы ни было там сложно... ты обязательно со всем справишься, — она погладила мою спину, как обычно делала, успокаивая меня, её рука была мягкой, — и когда придёт время, мы обязательно встретимся вновь. Обещай мне, что будешь сильной, Грейс, — требовательно произнесла она и отстранилась, держа меня за плечи, серьёзно посмотрела на меня.

— Я не... — начала я неуверенно, голос дрогнул.

— Нет, Грейс! — она слегка тряхнула меня, — ты же совсем не такая. Ты всегда была для меня примером! Сильная, смелая, стойкая, упёртая. Посмотри на себя, ты не похожа на ту, кого я знала, — последняя фраза сквозила разочарованием, мне стало не по себе, её слова резанули по сердцу.

— Может, я просто устала притворяться сильной, — спокойно сказала я, убирая её руки с плеч, и вернулась на качели, их скрип заполнил тишину, она прошла следом и села рядом. Я слегка оттолкнулась ногой, качели нехотя начали покачиваться. — Может, я просто уже хочу сдаться, я устала бороться, — мой голос стал безжизненным, а взгляд отстранённым, — какой в этом смысл?

— Грейс... — начала Джулия, её тон стал мягче.

— Что, Джулия? — раздражённо перебила я, — ты не согласна со мной? Ради чего всё это, я не понимаю...

— Может, нам и не нужно это понимать, — спокойно ответила она, игнорируя мой тон, её слова повисли в воздухе. Я задумалась, судорожно подыскивая контраргумент, но остановилась. Может, она и права. Но это вовсе не значит, что я с этим согласна, сомнения всё ещё грызли изнутри.

— Прости, — мой голос стал теплее, я взяла её за руку, её пальцы сжали мои, — я слишком эгоистична...

Джулия улыбнулась и положила голову мне на плечо, её вес был лёгким и успокаивающим. — Это не так, — мягко сказала она, — ты можешь это отрицать, но ты умеешь заботиться о других. Просто когда это не ценят, ты закрываешься в себе, натягиваешь эту свою маску и никого долго не подпускаешь к себе потом. Но я уверена, ты ещё встретишь человека, который будет безумно счастлив этой заботе и ответит тебе тем же. Или, может, ты его уже встретила, просто не поняла это. Кто-то, кто не будет тебя душить ею, а будет давать ровно столько, сколько тебе нужно. И тогда ты расцветёшь рядом с ним.

— Спасибо, — ответила я, наклонив голову на её, дыхание стало ровнее, я впервые за последнее время испытала что-то вроде... покоя? Лёгкость разлилась по телу.

— Ты здесь одна...? — неуверенно спросила я, Джулия ухмыльнулась.

— Нет, — мягко сказала она, — я хоть и разорвала связь с кланом... но я не лишилась нашей магии... наверное, потому что у меня её не было, — она рассмеялась, намекая на нашу способность поглощать магию, её смех был лёгким, — я соединилась с нашим кланом. Встретилась с нашими родителями, братом... — она начала с теплом рассказывать о них, о тёплых воспоминаниях, о месте, где их души наконец-то обрели покой, её голос был полон нежности. Мы были в месте, что являлось чем-то вроде перехода. Джулия сказала, что её притянуло сюда невидимой силой, и, увидев меня, она поняла почему... она видела, что моя душа застряла между мирами. Мы просидели так какое-то время, и как бы ни хотелось её отпускать... наше время истекало.

— Тебе пора, — с теплом сказала сестра, поднимаясь, её глаза сияли любовью, — у тебя все будет хорошо, милая, — я кивнула,

— Надеюсь, — ухмыльнулась я и крепко обняла её напоследок, её объятия были тёплыми и родными.

Мне хотелось остаться в этом моменте, но потусторонний мир начал растворяться, его края таяли, прогоняя заблудшую в него раньше времени душу, свет начал меркнуть.

Я проснулась на большой кровати в просторной незнакомой комнате, простыни были мягкими, но мятыми. На мне всё ещё было цветное окровавленное платье, ткань прилипла к коже, я осмотрелась, на улице уже был рассвет, первые лучи солнца пробивались сквозь шторы. Я спустилась вниз, ноги едва держали, это было поместье Сальваторе, запах старого дерева и кофе витал в воздухе. С кухни доносились звуки и приятный аромат, живот скрутило от голода, слюна собралась во рту. Кол стоял за плитой и что-то готовил, пар поднимался от сковороды, он двигался уверенно. Я замерла, осматривая его, его спина была напряжённой, но движения спокойными.

— Доброе утро, — бросил он, не оборачиваясь.

— Доброе, — вымучено ответила я, горло всё ещё саднило, слова давались с трудом.