28 глава
Учитель Рауж шёл в сторону дворца, как его окликнул солдат в белой форме.
- ... - напрягся, смотря, что в стороне у леса, стоит принц в плаще, его скрывает, капюшон на голове.
Подойдя к принцу, оглянулся на его солдат, что пришли его сопровождать, потому что заметили, что Сандора крался один в лес. Пришлось брать стражу с собой, - ваше величество? – посмотрел в глаза принцу и сразу расслабился, смотря на него теплым взглядом, что был только для него.
- Господин учитель, - скромно шагнул к нему, - скажите мне, прошу, уже прошёл отбор? Оливин будет моим солдатом?
- Для такого отбора ещё рано, их просто рассмотрели к дальнейшему распределению. Но я хотел вам сказать... - отвел взгляд, - раз вы пришли, то есть неопределенная информация, навряд ли хорошая.
- Что случилось? – заволновался.
- Оливина позвали во дворец к Повелителю...
- Что? – испугался, схватился за сердце, - когда? Почему?
- Он ещё не вернулся,
прошло может уже пять часов.
Я не знаю почему...
- Но как же так?
Почему он позвал именно моего Оливина?
- Может вам лучше знать?
- Я не знаю! – побледнел, - зачем, скажи мне ты?
Что сказал Повелитель?
- Он ничего не сказал, просто осмотрел всех и Оливина приказал привести к нему,
его забрали солдаты.
Я не знаю, но может... - прошептал, - просто потому что он не такой как все?
- Он чистокровный... - побледнел.
- Скажите мне честно, - огляделся и наклонился ближе, - он сын Полководца Хамона?
- Почему? – шире открыл глаза.
- Оливин признался мне,
что он его сын, есть и внешние сходства...
- Оливин так сказал? – отвёл взгляд, - о нет... - в панике повернулся в сторону замка и побежал.
- ... - смотрел ему в след,
как побежали следом и его солдаты, - бедный Сандора, только бы ваше добродетель не причинила вам вреда. Из-за этого дерзкого Оливина ведь может быть столько бед...
***
Оливин открыл глаза, все шло кругом. Сразу вспомнил о яде, что выпил, думал это все из-за него, но яд не причинил ему вреда. Его отключила сила Императора.
Посмотрел в красный потолок, моргнул и присел, спустив ноги с высокой, красной кушетки.
Посмотрел на руки, что были в светящихся, серебряных оковах. На ногах тоже были оковы с цепями, что уходили прямо в алый пол.
От красной комнаты стало ещё больше не по себе, стало давить виски. Закрыл глаза, чувствуя, что его словно зажали стены, что трудно было даже шевелиться.
- Сандора... - прошептал, опуская голову, - любимый мой. Я молю всех Богов природы, неба, воды, космоса... - медленно лег, чувствуя как его словно поток тяжёлого воздуха придавил к кушетке, - молю о встречи с Сандорой, хоть последний раз, увидеть. Я не могу так умереть, не попрощавшись. Не хочу прощаться, не смогу...
***
Полководец Хамон, отправив Оливина в особую темницу, долго стоял в коридоре у окна. Всё думая, что с солдатом Оливином не так?
Это слишком странно,
если Повелитель отправил простого мальчика, ученика, в такую «закрытую зону».
Где красный цвет скрывает пентаграммы, которые должны удержать самые сильные, могущественные,
Высшие Души...
И Хамон снова вернулся в красную комнату, уже через полчаса. Открыл двери и тихо вошёл, смотря, как ученик лежит на кушетке.
Увидев его, Оливин присел,
а после резко встал, смотря смелым взглядом, готовый защищаться. Он думал, что всё пошло не так, его поймали и разоблачили. Принял для себя один выход, что будет сражаться, пока не умрет...
Я лев... - уверял себя Оливин, - я альвами, хищный зверь.
Я как Амрит, несокрушим.
Я как Амрит... - смотрел, как подходит высокий Полководец Хамон,
вдруг вспомнил, что у них есть общие цвета: волосы, глаза и конопушки.
Прищурив глаза, присмотрелся к его красивому лицу, у него было пять точек на лице и они особо не бросались в глаза, только внимательные глаза могли их увидеть. Но факт, они есть.
Хамон подошёл близко и взял его пальцами за лицо, поднял голову, рассматривая его лицо. Очень заинтересовала Душа Оливина, что не смог просто уйти.
- ... - напрягся,
что Император и теперь Полководец, так хватают его за лицо, захотелось уже ударить по руке.
- Кто ты?
- Оливин... - нахмурил брови.
- Хм, - усмехнулся, - очень красивое лицо, но кого-то мне реально напоминаешь...
- Может вас? – чуть приподнял брови.
- В смысле? – не понял.
- Вы мой отец, - вдруг выпалил Оливин, второй раз, чувствуя как уже правдиво врёт.
Но почему-то решил как-то так выбираться, а может это поможет и даст хоть какие привилегии? Ведь демоны любят свой род...
Хамон резко принял информацию, он сразу погрузился в шок, что не смог пошевелиться.
Сразу стал припоминать возможные варианты того, от кого у него мог родиться сын?
- Ты что несешь щенок?
- Я лев, - случайно возмутился, - я как лев, я вам не щенок...
- Ты нахал, как ты смог придумать такое слово – отец? И сказать его мне...?
- Потому что вы мой отец, - отвёл взгляд, и тяжко вздохнул... - моя мама демон, она выросла здесь во дворце, а когда ее отдали замуж, она была беременна мной от вас, - уверенно сочинял, так как уже знал факты и о девочках демонах, что отдают с шестнадцати лет замуж высшим персонам, чтобы продолжали их чистый род. После в основном забирали у них детей и воспитывали сами, а уже после могли вернуть родителям, - она меня подкинула сюда, сказала, чтобы я шёл к своему отцу полководцу Хамону, теперь я его забота.
- ?! Кто это!? – отпустил его лицо, отвернулся, смотря в красную стену, вдруг как нарочно вспомнил один инцидент, что и взял его в оборот, и он попался в спонтанную ловушку Оливина...
Хамон вспомнил как примерно лет восемнадцать назад, примерного возраста сейчас Оливина.
Шёл по коридору дворца в хорошем настроении и готовился отдохнуть, после долгого похода. В коридоре у стены стояла девочка демон, очень красивая как все они. Но к ним нельзя было прикасаться и смотреть,
но обычно они были под присмотром и взаперти от всех глаз.
И Хамон нарушил тогда правила и покусился на запретное.
Прекрасная девочка просто вышла от любопытства в коридор и потерялась, а Хамон взял её на руки и не отнес в их класс, а отнес к себе в покои. После он ещё несколько раз встречался с прекрасной,
она даже влюбилась в него.
Но Хамон постепенно отвадил её от себя, чтобы она его уже не сдала. Он даже не помнил её имя, но помнил, что спал с ней. И не боялся, что она родит ему ребёнка, потому что Хамон не мог иметь детей, как и его Повелитель Астарот.
Не просто потому, что это было правило высших – не создай себе наследника, что свергнет тебя.
Они просто были бесплодны, потому что Вселенная сама подвела черту Могущества,
а дети уже Высших могли быть только сильнее.
И что было бы со Вселенной?
Потому их "семя" уже внутри них при появлении уничтожалось самим организмом, как самозащита самой системы Вселенной.
Так Вселенная держала,
как могла свое равновесие в мире сильных Властелинов. Ведь если каждый будет все сильнее и сильнее, система рухнет, Вселенная просто сама будет смертельно больна...
Потому Великие Души за свою власть и силу платили бесплодием. И в основном, если кто хотел детей, они их создавали, но не рожали естественным путем.
И Хамон жил уже тысячелетия, и впервые в жизни был застегнут врасплох, когда ему в глаза сказал мальчишка – ты мой отец.
Это был шок, но и очень странно ощущение, которого так - же испугался и не смог распознать. Он оглядел Оливина и сразу нашёл сходств больше, чем оно было на самом деле. После развернулся и ушёл, хлопнув дверью.
Оливин только выдохнул и присел, положил руки в оковах и цепях на колени. Смотрел на дверь, словно ожидая теперь результата.
А что будет, если они поверят? Ведь можно получить привилегии, только если сам Полководец не против сына?
А главное, надеялся все поверят, что он чистокровный.
Ведь если поймут, что он смешенной крови, то у них правило одно, убить – не зависимо кто отец.
***
Сандора прошёл по коридору, держась за стену, встал перед дверью Императора. Выдохнув, поправил взъерошенные волосы и вытер со щек слезы, опустил дрожащие руки.
Спустя пять минут постучал и вошёл, смотря на пустые покои.
Прошёл дальше в красивую комнату, услышал, как шумит вода в ванной комнате, медленно пошёл к двери.
Не хотел сейчас беспокоить Астарот, особенно когда он в ванной, это как самому напроситься. Но он нигде не нашёл Оливина, солдаты ему не ответили на его вопрос,
что он задал им смело – где ученик Оливин?
Не смог ждать, словно потеря времени может быть во вред. Не знал, как спросит теперь Астарот об Оливине?
Но не мог и подумать, что может его потерять!
Только сейчас осознал, как сильно его любит, слишком, что впервые готов даже сражаться, даже зная, что проиграет...
Перед глазами пролетела, словно вся жизнь – но жизнь с момента, когда на него словно с небес посыпался дождь из земляники. А после Оливин спрыгнул с дерева к нему на лошадь и протянул ему в руке рисунок. Сандора уже серьезней и бережней стал вспоминать каждый момент, проведённый с ним.
Сначала с ребенком, что был, смел и весел, и так привязан к нему, словно он ему самый родной. Помнил, как носил его на руках, как они мирно спали рядом, когда он сбегал из своих учебных классов.
Оливин всегда сбегал, и может, это было опасно,
но если бы не так, то иначе потеряли бы время быть вместе.
А так всегда были вместе, тайно но часто, это были лучшие моменты в его жизни. Где добрая любовь к ребенку Оливину, переросла в серьезную любовь к юноше, что не сомневался, любит его не меньше.
И какова ценна любви, когда её вдруг касается, страх разлуки? Сандра ощутил, что можно отдать без раздумий и жизнь...
Сандора вошёл в большую ванную комнату, здесь было тепло. И много белых и алых роз в кувшинах, что наполняли комнату приятным ароматом.
Пошёл вперёд, смотря на бассейн вдали, он был пуст. Прошел дальше и выглянул из-за роз на большую, деревянную ванную с лепестками роз, где лежал Астарот, кажется, дремал с ароматной повязкой на глазах.
Сандора закрыл глаза и ощутил нервную дрожь по телу, чуть приоткрыл глаза, где вокруг зрачка чуть засияло алое солнышко, осветив сине-зеленые глаза.
Последнее время Астарот раздражал его, от простого касания хотелось бежать. Бежать к Оливину, словно он, правда, может защитить его. Но если включать разум, то Оливин сейчас только жертва.
Сандора подошёл и протянув руку, коснулся пальцами его плеча. Смотря, как Астарот снял мокрую повязку с глаз, посмотрел на него темно-фиолетовым, удивленным взглядом.
После взял его за руку и притянул к себе ближе, поцеловал его пальцы.
- Сандора, последнее время ты стал, наконец, скучать по мне?
- У меня болит голова... - опустил ресницы и присел на край ванной, - прошу вас повелитель, дайте мне свет...
- Хорошо, что ты не скрываешь от меня, когда болеешь, потому заслужил награду... - поднял руку и между его пальцев засиял свет энергии, он создал его в небольшую сферу и протянул к его губам. Сандора открыл полные, красивые губы и прикрыл ресницы, когда он просунул ему в рот энергию, что он проглотил.
Сандора ощутил, что энергия прошла по горлу и в груди, ниже в живот и расслабило его, успокоило и дало сил.
Сандора был лишён жизненной энергии – самого истока жизни, то, что душу создаёт, и то, что перерождает душу после смерти...
И если Астарот забрал самое важное для жизни из уже восьмилетнего ребенка,
то это уже была и полноценная Душа Сандоры с сердцем из истока жизни. Потому в теле Сандоры не было его личной Души.
И без дополнительной, живой энергии Сандора начинал страдать, сильно болеть, терять даже память и это ещё цветочки...
Ведь всё это было не единственным его недугом,
на самом деле Сандора был в ловушке своих "болезней" от потери Души и ещё "подарков", которыми взамен его наделил муж.
И только "бессмертие" спасало его, но это не помогало ощущать себя нормальным и не болеть порой до смерти...
И Сандора понимал гнетущий факт, что без Астарот он может войти даже в кому.
Он действительно зависит от него, ведь был надёжно "привязан" к Астарот.
И без него не знал, как остаться собой...
А сам Астарот спокойно носил, не снимая кулон лотоса, в который и вселил Душу Сандоры.
Но Сандора за свою жизнь один раз набрался смелость и смог подменить этот кулон всего лет двенадцать назад, когда хотел разбить его и покончить с собой навсегда...
И Астарот ещё не знал, что жизнь Сандоры, теперь в руках другого.
Но больше бы его расстроило то, что не только Душа Сандора в руках Оливина, а еще и его любовь.
Настоящая, первая любовь Сандоры, что Астарот понимал, ему и так не принадлежит.
Но его тешило ещё то, что Сандора не мог больше никого полюбить, всю жизнь он был достаточно ограничен и запуган.
- Благодарю вас... - встал Сандора, скромно смотря в мокрый пол, где лежали лепестки белых и красных роз.
- Раздевайся, - положил руки на кроя ванной, с удовольствием наблюдая, как он не сразу, но стал раздеваться, - не буду сегодня тебя мучить, пощажу твою голову, пусть боль проходит. Залезай ко мне, полежим вместе в горячей воде.
Сандора снял белую тунику из цветов лотоса, что теперь носил постоянно. Положил ее аккуратно и бережно на стул рядом. Провел по волосам руками, перемещая длинные пряди черных волос вперёд, чтобы скромно в них скрыть обнаженное тело, обернулся на Астарот.
Сандора подошёл и несмело залез в ванную, встал как вкопанный. Вздрогнул, когда он схватил его за колени, согнув его ноги, и Сандора упал на него. Ощущал, как он его подтянул ваше и крепко обнял. Сандора положил голову на его мокрое, широкое плечо, смотря на его чёрные волосы в воде.
- Повелитель... - прошептал, бледнея, - а почему к вам приходил ученик?
- ? Почему спрашиваешь?
- Я не видел раньше, чтобы к вам приходили ученики...
- Ты может, ревнуешь муж мой?
- Наверное... - сжал пальцы на его плечах, ощущая, его "большое" возбуждение и как Астарот раздвинул ему ноги, садя на себя верхом... Скользнул пальцами по его бедрам и сжал его округлые, упругие ягодицы, что Сандора простонал с болью и приподнял голову, смотря в сторону двери, - всё же мне интересно Повелитель...
Астарот взял его рукой за шею и отстроил от себя, смотря, как вода потекла по его чёрным волосам. Рассматривал его красивое лицо и снова не мог налюбоваться...
Подумал редкую мысль, а полюбил бы его Сандора, если бы он не причинял ему боль в сексе, и боль моральную и физическую?
Но Астарот и понимал, что не смог бы жить иначе, в своей жизни он не контролировал только одно - свою "тайную месть" за которую расплачивался бедный Сандора.
Сначала его месть была более жестокой, он холоднокрлано уничтожал Сандору.
После его уже возбуждало, когда прекрасный Сандора проходил через все его эксперименты, потому что его было не жалко.
Главное было видеть его "лицо" и то, что Сандорой можно удовлетворить себя и свою месть. Но в итоге понимал, что если продолжает это делать и пока Сандора будет с ним, в душе он не решит свою проблему и сама месть мучает и его.
- Просто особенный ученик, - ответил Астарот, - в нём есть высшая сила, и я пока запер его в темнице, чтобы подумать о его судьбе.
- И что вы подумали? – поднял руку, чуть коснувшись его руки, которой он сжимал его горло, уже причиняя боль удушья.
- Ты стал любопытен мой мальчик, - провел пальцами по его подбородку и запустил указательный палец ему в рот, проведя по влажному языку, - но мне нравится, что ты хоть разговариваешь.
Это привлекло меня, хочу подумать и о тебе муж мой... - довольно ухмыльнулся, -
но поговорим потом в постели... - резко присел входя глубже и причиняя резкую боль. Обхватив Сандору руками и не дал закричать, впился жадно в его губы, проникая языком в его рот, страстно целуя, не давая и вдохнуть.
- А.... - простонал, ощутив, как по подбородку уже потекла блестящая слюна, а он только сильнее впился в его рот губами, проникая языком до горла. Даже его поцелуи были больными, а теперь для Сандоры отвратительными. Все после Оливина стало отторгающим, но приходилось снова терпеть...
А когда Сандора так напрягался не только телом, но и разумом, он иногда резко погружался даже в забвение, которое теперь стал серьёзно бояться...
Сандра очень стал бояться того, что забудет Оливина. Хоть и на время, но за это время может многое произойти. Можно и потерять за секунды, а вспомнив, увидеть только пустоту потери и сожаления о жизни и любви...