100💥
— Я ем, ем. И ты давай не отвлекайся. Или у тебя пост?
— Какой пост, ты о чем? — Милолика сковырнула ложечкой почти нетронутый шарик холодного лакомства.
— Обычный, который праведницы блюдут.
— Я похожа на праведницу?
— Еще как. Милок, наш альфа скоро лопнет от воздержания.
Холодный кусочек попал в не то горло. Она закашлялась, привлекая внимание посетителей кафе и охраны. Дмитрий и еще один его подручный. сидевшие за несколько столиков от них, побросали вилки и забывая о пасте, стоящей перед ними.
Милолика кое-как справилась с кашлем и аккуратно утерла глаза.
— Мы с Русланом… не спешим.
На самом деле не спешил только Руслан. Две недели самых романтичных свиданий в ее жизни и ничего больше, чем осторожная ласки ладони или нежный поцелуй в макушку. На него альфа расщедрился как раз после аквапарка.
Время пребывания в котором Руслан, оказывается, выкупил.
Весь огромный комплекс был только для них! Хотя большую часть времени они провели на детских горках. А потом. когда мужчина помог занести уснувшего сына в комнату, на прощание ей достался невесомый чмок, сдобренный настолько жарким и откровенным взглядом, словно ее сейчас развернут на сто восемьдесят, рывком спустят джинсики, и нагнут для совершенно развратного и грязного секса. Но Руслан ушел. А Милолика почему-то почувствовала себя обманутой.
День закончился в душе. В конце концов, она тоже живая женщина и два часа созерцать красивого и… мокрого мужчину, который самозабвенно играл с ребенком. это слишком. А ночью ей снились капли воды, ласкающие рельефные мускулы груди и плеч. Она им завидовала.
День за днём они проводили по несколько часов вместе. Иногда вместе с сыном, иногда наедине, но всегда узнавая и изучая друг друга. Исполнительность Руслана касалась не только вопросов его работы. Когда-то упущенное ими «поговорить» наверстывалось стахановскими темпами.
Теперь он действительно не скрывал ничего. Ну, почти. Тема родственников по-прежнему обходилась стороной. Зато Руслан мог часами говорить о работе. И не восхищаться его деятельностью и трудоспособностью было просто невозможно.
Мужчина был самым энергичным человеком, вернее оборотнем, которого она встречала. Не удивительно, что Стая смогла стать на ноги. Да, его методы были жесткими и порой ей не понятными. Но Руслан действительно жил всем этим. А не ее робкий вопрос, как можно вообще хотеть добровольно втягивать себя в этот водоворот постоянных проблем, коротко пояснил.
— Это моя Стая.
Стая, которая заменила ему семью. Так было бы вернее. Но Милолика не стала лезть в дебри психоанализа. И их разговор опять сполз на литературную тему. Один из подарков был именно таким. Сборник произведений Майн Рида. Руслан читал редко, в основном из-за нехватки времени, но если уж брался за книгу, то обязательно про «дикий, дикий Вест» Она же никогда не пробовала читать произведения подобной тематики, но с удовольствием это исправила.
Постепенно, факт за фактом, у нее складывалось новое представление о мужчине рядом. В нем было много контрастов, углов и резких, как его почерк линий.
Недостатки перетекали в достоинства и наоборот. Он не стеснялся этого, не старался понравиться специально, а просто был, давая время узнать себя и, по возможности, принять. И Милолика совершенно точно могла сказать, что некоторые вкусы, привычки, взгляды на жизнь у них оказались совершенно разные, и все же эти шероховатости не цепляли ни его, ни ее. С ними было возможно мириться или искать компромисс. Пожалуй, это и являлось главным.
Мороженое давно превратилось в бежевую кашицу А Руслан бы уже вторую порцию доедал… Сладости рядом с ним было оставлять опасно. Особенно шоколад. При этом в коттедже не наблюдалось завалов конфет и тортов.
— По моему скромному мнению. тебе стоит взять быка за рога, — вклинился в ее мысли голосок Киры, — Милок, ну. правда, чтоб меня так мужики обхаживали. Он уже хвост не просто укусил, а изгрыз.
Да уж, было бы очень глупо закрывать глаза на исполнительность Руслана. Это касалось вообще всего. Уж если решился ухаживать, то все пункты списка нужно прогнать по десять раз. Ну, что бы наверняка.
— А ты, я смотрю. альфу опять готова на постамент ставить, — перешла в наступление Милолика.
— Ой-ой, — Кира показушно схватилась за сердце, — Прости меня. Милок, дуру грешную. Только вот мы второй час с тобой платье выбираем, а еще ты первый свой аванс на шелковое кружевное белье спустила. Под рясу, наверное. носить удобно.
Милолика надулась. Подумаешь, белье. Да у нее стыд один, а не комплекты!
— Тяжко это все, — прицокнула Кира, — А бельишко-то используй. Скоро полнолуние, дорогая.
Могла бы и не говорить. Милолика отлично это помнила, и в первую очередь потому, что Руслан захотел взять на игры Стаи Олежку. И ее. Против первого Милолика не возражала, а вот второе…
Сожаление, которое она так старательно запихивала в самый темный закуток, сдавило сердце своей когтистой лапкой. Нет в ней больше омеги. Да хотя бы простая волчица! Как же ее вернуть хотелось! Потому что. чем больше она жила среди Стаи, чем чаще видела, как волчонок играет с Русланом, или думала о тех несчастных потеряшках, тем больнее было принимать себя такую.
— Эй, Милок, тебя опять штормить начинает? — всполошились Кира от ее скисшего вида, — Так проехали уже вроде…
— Нет, Кирюш. Платье — я тут подумала, а вдруг не найдем ничего?
Стыдно, но о своих сожалениях она не рассказывала даже подруге. Волчица отодвинула пальчиком мороженное, и скрестила ручки на, по-прежнему. шикарной, но теперь уже не оголенной глубоким декольте груди. С Максом не забалуешь, полярник оказался ревнив до жути.