Глава 38
Его не было.
Учебный год закончился, и мне не пришлось отвечать на вопросы одноклассников, даром что Ханна никак не хотела оставить меня в покое. Итан же понимал меня без слов.
В тот день, что мне предстояло еще раз наведаться в школу, на парковке я столкнулась с Филипом. Он резко сменил улыбку на скорбное выражение лица, едва увидел мою машину.
— Как дела? — спросил он учтиво, увязавшись за мной по дороге к аудитории. — Не хочешь сходить в кино?
Над городом ярко светило солнце. Температура поднялась до восьмидесяти градусов, не меньше. Я думала только о том, что по глупости надела кофту с длинным рукавом и теперь зажарюсь. Слова Филипа пролетели мимо моих ушей.
— Джейн, ты меня слышишь?
Я тряхнула головой и обернулась к парню.
— Повтори.
— Пойдем в кино? Может... отвлечешься.
Я хотела было сказать Филипу, куда он мог засунуть свои развлечения, но вовремя подоспела Ханна, а при виде нее Филип в мгновение ока испарялся. Ханна хотела погладить мое плечо, но я увернулась и вошла в аудиторию. Мне показалось, что я вернулась во времени. Уже забывшие о моем существовании студенты, вновь перешептывались, завидев меня. Я быстро заняла последний стол и уставилась на мистера Коулза.
— Привет, ребята, — с улыбкой сказал он. — Как живется без занятий?
Ответом ему были радостные возгласы и веселый свист. Мистер Коулз прекратил галдеж взмахом руки.
— У школы есть для вас прощальный подарок — работа, — с воодушевлением сообщил учитель. Послышался общий протяжный стон. — Эй, не ленитесь.
Мистер Коулз начал раздавать задания. Меня определили в одну группу с Итаном, Лизой и Питером. Нам предстояло принимать и сортировать книги в библиотеке. Мы с Итаном переглянулись, а Ханна надулась, ведь ее отправили вместе с Филипом и его новой подружкой в учительскую.
Я не горела желанием сидеть в библиотеке и давать возможность всем и каждому глазеть на меня, но решила не спорить с мистером Коулзом. Во всяком случае, рядом будет Итан и лояльная Лиза.
— Так, Нейт и Лили уехали, Найджел тоже, — донеслось бормотание мистера Коулза и я ощутила легкий толчок изнутри.
Значит, уже уехали. С выпускного прошла неделя, и я ни разу не встретилась с Нейтом за это время. Если честно, я не сильно об этом переживала, пока не услышала его имя. Эта неделя была полна других, важных событий.
Пока я смаргивала слезы, поймала на себе взгляд Итана. Если он и заметил блеск в моих глазах, то не подал виду, за что я была ему очень благодарна. Мне хватало и вздохов Ханны.
Едва мистер Коулз закончил распределение, все поднялись с мест и возобновили болтовню. Когда я проходила мимо преподавательского стола, мистер Коулз окликнул меня:
— Джейн, — обернувшись, я встретилась с уже опостылевшим сочувствием, но выражение лица учителя показалось мне искренним, — спасибо, что пришла.
Я кивнула и вышла из аудитории вслед за Итаном. Отчего-то вспомнилось, как я шла по этим самым коридорам к своей смерти. Тогда они были безмолвными и ужасающими, сейчас — яркими и полными отчаяния. Мне хотелось бы знать, сколько раз он шел этим путем на занятия, как часто сидел на этих подоконниках.
Чтобы избавиться от тягостных мыслей, мне пришлось тряхнуть головой. После освещенных коридоров мрачная обстановка библиотеки успокаивала меня. Итан и Лиза предусмотрительно заняли места на приеме книг, оставляя нам с Питером сортировку в дальних отделах зала. Мне нравилось работать с Питером, с ним можно было говорить только по делу, и он не смотрел на меня с сожалением.
Время от времени я ловила взгляд Итана, но благо он был слишком занят, чтобы подойти и заговорить. Сердитый голос библиотекаря, отчитывающего кого-то за небрежное отношение к учебникам, почему-то нравился мне. Захваченная книгами, я на короткое время забыла о реальности, но тут появилась она.
Я почувствовала ее резкие духи и подняла взгляд. Эмбер смущенно сжимала в руках учебник по биологии.
— Прием книг там. — Я указала на спину Итана и вернулась к списку, который мне вручила библиотекарь.
Эмбер явно замялась, и я сделала глубокий успокаивающий вдох. Чтобы пережить разговор с ней, мне понадобятся силы. Поднимая взгляд, я наткнулась на грустное выражение лица и слезы в глазах. Сдерживаясь, чтобы не врезать ей, я поднялась на ноги.
— Эмбер, что? Чего ты хочешь? — Памятуя все ее «добрые» дела я не собиралась быть вежливой.
Девушка мрачно улыбнулась, одна слезинка скользнула на ее щеку.
— Неужели я правда доставила тебе столько неприятностей?
— С какой стороны посмотреть.
Эмбер снова невесело улыбнулась, уже дважды за минуту, а ведь раньше я никогда не видела ее улыбку — самодовольный оскал не считается. Мы молча смотрели друг на друга, и я уже подумала, что она ждет как бы я начала ее успокаивать.
— Найджел уехал с твоими Сноу, — сказала Эмбер слабым голосом.
Я не могла поверить, что она подошла только чтобы поговорить о Дэвисе. Меня начало трясти от злости. За ее спиной я увидела встревоженное лицо Итана, но вмешиваться он пока не стал.
— Эмбер, я не знаю, где они сейчас. Мы с Нейтом расстались. — Я поняла, чего она хочет. Видимо, Дэвис не оставил ей координаты и теперь она намеревалась узнать у меня хоть что-то.
Известие явно удивило Эмбер, и она сделала какое-то странное выражение лица. Она, что, думала будто случившееся делает нас подружками по несчастью?
— Это больно, — едва выговорила Эмбер.
Мое негодование возрастало с каждым ее словом. Я не могла поверить в то, что Эмбер говорит со мной о своих чувствах. Какой бы измученной и слабой она ни выглядела в тот момент, мне не было жаль ее. Меня так и подмывало высказать ей все, вспомнить Итана и Лукаса, но какими-то нечеловеческими силами я удержалась.
Оболочка самодовольства и гордости вокруг нее треснула и показала еще более ничтожное и отвратное создание, которое способно было только ныть и плакать. Она опротивела мне как никогда, именно эта настоящая Эмбер Браун.
— Мы собирались в Нью-Йорк, а теперь я одна еду в Вашингтон. — Голос Эмбер звенел. — Я знаю, он сделал это ради моей безопасности, но...
Я едва не закатила глаза. Она думала, что наши ситуации похожи, что Нейт пожертвовал чувствами ради меня.
— Ты уверена? — резко спросила я, пытаясь причинить ей боль. Пусть сомневается.
Даже несмотря на все свои поступки, она ждала от меня поддержки. Это было вдвойне эгоистично, учитывая обстоятельства. Я же не была похожа на Нейта и не собиралась помогать ей, как он помогал Дэвису.
— Я знаю, ты считаешь Найджела ужасным человеком, но это неправда, — сказала она. Я не понимала ее стремления обелить того, кто так жестоко с ней обошелся. — Мы сделали глупость, но он боролся, не стал убивать.
Казалось, Эмбер пытается оправдаться, хочет прощения. Я начинала осознавать, к чему идет этот разговор, и у меня на миг потемнело в глазах. Мне не виделось ничего благородного в поступках Дэвиса, он просто хотел защитить свою шкуру.
Эмбер пыталась давить на жалость, но я едва ли была способна кому-либо сочувствовать. В особенности ей. Я вспомнила испытательный срок Итана, страдания Лукаса, свою собственную боль, когда мне пришлось бросить человека, который мне нравился. У меня были сотни причин злиться, но, глядя на нее сейчас, я поняла, что жизнь уже предъявила Эмбер счет.
— Чего ты хочешь, Эмбер? — устало повторила я, желая вернуться к работе.
Похоже, Эмбер и сама не знала ответ на этот вопрос.
— Только ты можешь меня понять, — прошептала она.
Наступила пауза, во время которой голос библиотекаря стал звучать громче и злобнее. Я едва улавливала суть происходящего, глядя на плачущую Эмбер. Она поняла все по моим глазам и развернулась, чтобы уйти, но внезапно замерла.
— Мне жаль Лукаса. Я правда... — Она не нашла, что продолжить и поспешно ушла.
— Джейн, — позвал Итан.
Я не ответила и пошла вдоль ряда, подальше от людей. Все оставшееся время, проведенное тем утром в библиотеке, я тщетно пыталась сдержать слезы.
* * *
На письменном столе в своем номере я обнаружила еще три конверта. Всюду «приняты», «зачислена». Письма приносил Итан. Я просила Майка бросать их в камин, но он продолжал передавать их моему другу. Видимо, надеялся, что какой-нибудь университет привлечет мой интерес, на что лично я нисколько не рассчитывала.
Я бесцеремонно выбросила их в мусорное ведро, забралась на кровать и сбросила на пол кроссовки. Одеяло помогало мне спрятаться от мира, в темноте я чувствовала себя уютно.
В одном Эмбер, несомненно, была права. Это больно.
Я лежала без движения, пока в дверь не постучали. Спустя минуту моего бездействия в замке что-то щелкнуло. Я обругала себя за то, что дала Ваетам ключ от своего номера. Послышался шорох открываемой двери, легкие шаги, и кровать прогнулась под весом Итана. Я стащила одеяло с головы и встретилась с его обеспокоенным взглядом.
— Даже спрашивать не буду, вижу, что все паршиво, — сказал он.
Я только нахмурилась. Казалось, когда-то давно Итан и был способен спасти меня от боли, но только не сейчас. Все это принадлежало другой, счастливой жизни.
— Майк сходит с ума после отъезда твоей мамы, — сообщил Итан. Внезапная боль в виске заставила меня поморщиться.
Мама исчезла сразу после похорон. Через несколько дней позвонила тетя Грейс, сказала, что по приезду нашла ее у себя дома. Майк постоянно работал, так ему было проще. Я могла бы вернуться домой, но боялась. В гостиничном номере мне ничто не напоминало о брате.
Эллен хотела перевезти его тело в Атланту, но я настояла на том, чтобы похоронить брата в Реймонде. Это вызвало очередной скандал, но я знала, что он бы этого хотел. Вспоминая церемонию и строчки на надгробии, мне хотелось уползти в самый темный угол комнаты и остаться там навсегда.
Впервые в жизни я не желала видеть Итана, от его поддержки было только хуже, но указать ему на дверь не хватало сил. Хотелось сжаться в комок, спрятаться от проницательности в его глазах.
— Джейн, тебе больно, но ты должна жить.
— Ты думаешь, так будет лучше? Мне будет лучше? — спросила я робким, детским голосом и мои губы задрожали.
Итан придвинулся вперед и взял меня за руку.
— Думаю, стоит попробовать.
Я горько вздохнула.
Мне казалось, что мое тело заполнено одними рваными ранами, а в органах не осталось жизни. Я не сопротивлялась, мне нравилась эта боль, ведь я ее заслужила. Очень поздно я осознала, что вред, причиненный другим, можно только искупить, за него нельзя мстить.
— Думаю, лучше уже не будет, — отозвалась я.
Итан сжал мои пальцы сильнее.
— Хуже тоже.
— Я не хочу бороться за то, чего нет, Итан.
— Как насчет того, чтобы побороться за то, что будет? — предложил он и впервые за долгое время улыбнулся.
Мне казалось, что со смертью Лукаса вся радость ушла из мира, поэтому вид чьей-то улыбки поразил меня до глубины души. Я смотрела на Итана с болью и непониманием, начиная ненавидеть его за попытки привести меня в чувство. Как он не поймет, что я не нуждаюсь в его заботе.
— Я люблю тебя, Лоуренс, — сказал он с нежностью, и я почувствовала слезы в глазах.
Эти слова больше не пугали меня, ведь теперь я понимала их смысл. Нас связывала добрая и непоколебимая дружба. Мне было за что ухватиться, если я захочу выбраться из болота печали. Но я не хотела и отпустила руку Итана.
— Итан, уходи.
Друг отвел взгляд, осмотрел письменный стол, задержался на мусорной корзине, сквозь решетки которой проглядывали конверты.
— Ты выбросила все письма? — спросил он мрачно. — Джейн, ты понимаешь, что это важно?
Отворачиваясь, я думала лишь о том, как было бы здорово не иметь лучшего друга. Всего за секунду я перешла от теплой благодарности к злостному раздражению.
— Это твое будущее, — настаивал Итан. — Все, что ты сейчас чувствуешь, уляжется, но вернуть время назад ты не сможешь. Лукас...
— Чушь собачья! — воскликнула я, сжимая кулаки от негодования.
Итан долго и терпеливо наблюдал за моей вспышкой, после чего встал и подошел к столу. Он достал письма из корзины и сложил на крышке ноутбука.
— Можешь забрать их с собой! — крикнула я.
— Не будь так категорична.
— Если не выбросишь эти проклятые письма, я с тобой больше не заговорю, — пригрозила я, ощущая, как по щекам текут слезы.
Итан не обратил на мои слова никакого внимания.
— Подумай об этом.
Я резко вскочила с кровати и бросилась к столу. Хватая конверты, я начала рвать их на мелкие кусочки, но руки так дрожали, что большие куски бумаги падали к моим ногам. Я пребывала на грани истерики, и спокойный вид Итана только распалял мой гнев.
— Вот что я об этом думаю! — рявкнула я, бросая в него хлопья бумаги.
Итан спокойно наблюдал за моими действиями, не пытаясь остановить, но я видела, что каждая черточка его лица исказилась от злобы. Я не понимала, почему эти письма вызывали у меня столько эмоций. Просто мне не хотелось слушать всякого, кто говорил, будто жизнь продолжается. Как такое возможно, если время остановилось?
— Уходи, Итан, — повторила я сквозь зубы.
Мы с яростью смотрели друг на друга, пока Итан не обернулся. Я обессилено опустилась на пол, проламывая взглядом дверь, за которой скрылся мой любимый лучший друг.
В спальне было холодно, хотя вечер стоял летний, бархатный. Мое воображение играло со мной, в последнее время это случилось постоянно.
Может он и прав, только вот я не хотела это признавать. Никому из тех, кто уговаривал меня жить дальше, не понять мои чувства. Меня раздражали даже эти глупые, ничего не несущие в себе слова.
Жить дальше.
Как благородно, как трогательно и заботливо просто сказать: «Живи дальше». Уделить чужому горю меньше минуты, а потом наблюдать за тем, как человек отказывается принимать тот факт, что время движется.
И оно двигалось. Стрелка часов никого не жалела, и все это чушь, что время лечит. Каждая прожитая секунда наедине с собственной болью зашивала раны колючими нитками, только и всего.
Время приносило больше боли, больше страданий.
Я бы могла уговорить себя не сдаваться и попытаться жить дальше, но разве в этом был смысл? Для себя я всегда искала что-то особенное, пыталась любыми способами изменить свое будущее, не думая о близких. Мои эгоистичные попытки отомстить за отца обернулись смертью брата. Так в чем был смысл?
Так же как и кольцо, подаренное Нейтом, никогда не примет тепла моего тела, так и я не смогу принять радость жизни от других людей. Безнадежность поглощала меня с каждой секундой все сильней.
Единственное, что спасало — это безразличие ко всему, но сколько можно прожить на одном только равнодушии?
Продолжение: https://ficbook.net/readfic/6038811