Долина пепла

❗️ Для тех, кто в замешательстве. На своём канале в тг я рассказывала, как и что происходит в фф. История затрагивает арку «Бонтен» и все ключевые события, повлекшие за собой эту часть будущего, так или иначе происходят в фф, пусть и не в той последовательности, которая представлена нам в манге. ❗️

人生は悲しいです。 悲しい運命が与えられます
私たちのすべての死すべき者。 私たちは他のシェアを知りません
そして、何が残されますか？
ただの青い霧,
火が畑の灰の上に上がること。

Печальна жизнь. Удел печальный дан
Нам, смертным всем. Иной не знаем доли
И что останется?
Лишь голубой туман,
Что от огня над пеплом встанет в поле.

                                          • Оно-но-Комати

Холодный дождь лил безостановочно. Шустрые капли бились о поверхность крыш, лавочек, тротуаров и прочего, разбиваясь после на мельчайшие частички. Уже битый час Лия сидела у могилы своего друга, жгла пятую палочку для благовония и говорила с холодной каменной плитой, на которой красовалась фотография её друга. На первый взгляд могло показаться, что она с Баджи не была особо близка, но на деле всё было не так. Первое время они действительно не ладили. Огненный характер парня и взрывной нрав девушки сталкивались лбами в вечном противостоянии «Кто прав», но со временем находили частичку себя в другом. У них было много общих интересов, так что эти двое никогда не могли молчать в присутствии друг друга, а тема для разговора находила себя сама.

— А помнишь, как мы впервые встретились? — посиневшие от холода губы растянулись в тяжёлой улыбке. — Я ещё никогда не дралась с кем-то за последний пряник.

Девушка хихикнула, роняя очередную слезу из покрасневших и опухших глаз. Держа в руке зонтик, она достала второй платочек. Дрожащая рука прикоснулась к фотографии парня, платком вытирая капли дождя.

— Та книга, что ты мне дал... я ведь её так и не вернула тебе. Тогда я оставлю её себе? Она мне очень понравилась. — Протерев фото, Лия убрала платочек. — Мне тяжело без тебя. Но Чифую наверняка ещё хуже. Ты умер у него на руках... Он уже третий день не выходит из комнаты, его мама очень переживает за него... Как и я.

Ветер усиливался, как и дождь. С характерным звуком он тарабанил по поверхности красного зонтика. Капли, падая на него, скатывались вниз, свисали с краёв и падали. Упав на землю, эти капельки исчезали, впитываясь либо в землю, либо сливаясь с лужей на бетонной поверхности тропинки. Сбоку послышались чьи-то ленивые шаги. Этот кто-то подошёл к Орихаре и, похлопав по мокрому зонтику, сел рядом, протягивая горячую рыбку тайяки.

— Я так и думал, что ты тут, — сказал парнишка, всучая рыбку в крафтовом пакетике прямо в руку. — Поешь, а то руки ледяные.

Взяв мягкое печенье, девушка сначала долго вглядывалась в глаз рыбки, а потом повернула голову в сторону прибывшего. То был Сано. На его лице красовалась лёгкая улыбка, а вот глаза были как у куклы — безэмоциональные и неживые. Под глазами расплылись тёмные синяки, кожа была бледной и сухой. По состоянию Майки можно было сказать, что он на грани. Он, возможно, подумал, что улыбка скроет его состояние, но глаза никогда не утаивают правду.

— Ты как? — тихо спросила девушка.

— Ни рыба ни мясо, — хихикнул тот, облизывая крошки с губ.

— Мне не нравится твоё состояние, Майки. Тебе следует записаться к психологу.

— Он мне уже не поможет, — буркнул парнишка, откусывая голову тайяки.

— Почему ты так считаешь? — последовав примеру светловолосого, Лия откусила кусочек от печенья, как живот тут же начал урчать.

— Не хочу рассказывать. Но я всё же скажу тебе кое-что... — он выдержал небольшую паузу, а потом продолжил. — Я не знаю, когда это произойдёт. Завтра, а может, уже сегодня. Но когда я сойду с ума — не приближайся ко мне и не ищи. Я знаю, что ты очень добрая девочка и всем спешишь на помощь, но я прошу тебя: не пытайся найти меня и помочь. Мне поможет только смерть.

Лия с недоверием посмотрела на друга, пытаясь найти намёк на шутку, но Манджиро в этот момент был крайне серьёзен. И тогда, смотря в его пустые глаза, девушка вспомнила слова Хаяси: «Майки сходит с ума...» Но почему? Что послужило причиной, и почему никто не может ему помочь? Этот парнишка - светлый и тёплый, словно лучик утреннего солнца, и он может погаснуть? Как человек, который готов пожертвовать собой ради близкого, который не щадит своего здоровья и всегда поддерживает, может стать опасным? Лии не хотелось в это верить. Майки - мягкий плед в хмурое время, горячий шоколад в дождливую погоду и согревающий чай в холодную зиму. С ним всегда комфортно и легко, с ним можно скоротать время за хорошим разговором. Разве он может сойти с ума? Почему именно он?

— Остальные знают? — тихо поинтересовалась Орихара, вытирая слёзы с щёк.

— Нет. Я не знаю, стоит ли рассказывать им. Они ведь у меня такие - упёртые бараны. Но я думаю, что смогу продержаться ещё немного, — Манджиро улыбнулся, пытаясь скрыть за ней более глубокие чувства.

— Что будет с Казуторой? — она решила сменить тему, хоть и знала, что одна другой не лучше.

— Он отсидит в колонии десять лет, а когда выйдет на свободу, ему помогут ребята... — Майки, вытащив из-за пазухи палочки для благовоний, поставил их в курильницу, а после поджёг. — Поначалу я хотел убить его, но в моей голове голос Баджи сказал: «Он не виноват в том, что заблудился во тьме. Он тоже жаждет быть нужным и любимым». Поэтому я решил простить его, хотя и не хочу... Но если получится, и Казутора встанет на верный путь, он будет хорошей опорой для ребят, как это было когда-то.

— Рана, что нанёс Казутора Кейске, не была смертельной... Баджи такой идиот... — прошептала Лия, шмыгая носом.

                                 ⋆˖⁺‧₊☽◯☾₊‧⁺˖⋆

— Я возьму его! — твёрдо сказала Лия, указывая пальчиком на серого котёнка.

В начале месяца она, Юи, Чифую и Баджи наткнулись на него, когда пришли кормить дворовых котов на одной из своих прогулок. Серый сорванец сразу же покорил сердце Кейске, но тот не мог взять его к себе, поскольку матушка его была против животных в квартире. Лия никогда не задумывалась о том, чтобы обзавестись питомцем, но, смотря на то, как Юи любит своего пса, и на то, как Чифую восхваляет своего кота, девушке стало любопытно: «Неужели можно настолько сильно любить животное?». Возможно, она долго бы ещё думала над этим, но сегодня ей приснился сон... На безлюдной поляне, рядом с журчащим ручьём, сидел Кейске. Держа в руке палочку с примотанным на ниточке пушистым шариком, он играл с тем самым котёнком. Баджи как-то обмолвился, что этот котёнок чем-то похож на Лию. Как и девушка, он был своенравным, шкодливым и любопытным. Он мог ластиться к тебе, а через минуту махнуть хвостом и уйти, как бы сказав: «Я устал от вашего внимания. Дайте мне отдохнуть от вас». Именно из-за того сна Орихара и пришла в этот питомник.

— Точно его? У него сломана лапка, и, возможно, он всю оставшуюся жизнь будет хромать, — поправив коричневый фартук, подошла к ней девушка-работник.

— Мне всё равно, хромает он или нет. Этот котёнок слишком ценен, чтобы его значимость упала из-за такого пустяка, — улыбнулась брюнетка, с лаской и любовью смотря в зелёные глазки хвостатого.

Время подходило к вечеру, но на улице всё ещё было душно и жарко. Держа на руках маленькую переносную сумку для животных, Лия прижимала её к себе, чувствуя, как мирно мурчит котёнок. Приют находился рядом с домом Мацуно, а напротив стояла детская площадка, на которой они вчетвером частенько коротали время. Ни Чифую, ни Юи, ни даже Иширо не знали, что сегодня она решит забрать котёнка домой. Кеджи - имя, которое она дала пушистику. Девушка недолго думала над ним, главное, чтобы оно было связано с тем черноволосым сорванцом, который так переживал за судьбу котёнка.

Из мыслей её прервал знакомый голос и чужая рука, что дёрнула её за собранный высокий хвост.

— Ты что тут забыла? — спросил её ослабший и хриплый голос парнишки.

— Я тебя!... — прошипела та, оборачиваясь, но тут же успокоилась, когда увидела его. — Чифую!?

На глаза вновь навернулись слёзы. Словно ходячий труп перед ней стоял её друг. Его глаза до сих пор были красными и опухшими, лицо сильно осунулось, и волосы потеряли блеск. Он выглядел как увядающий цветок, который вот-вот погибнет, потеряв все лепестки. Очень сильно по нему ударила смерть лучшего друга. Он слабо улыбался подруге, хоть глаза до сих пор были на мокром месте.

Сегодня на детской площадке было довольно тихо. Две девочки лет семи строили из песка что-то похожее на башню, но на деле это выглядело как просто наваленная кучка песка. Набрав камни и цветочки, девочки украшали своё творение, восхищаясь. Лия и Чифую сидели на качелях, раскачиваясь ногами туда-сюда. Парень, пусть и пытался выглядеть как обычно, но по его состоянию было всё понятно. Вероятнее всего, он практически ничего не ел и очень мало спал.

— Это тот кот, которого мы нашли тогда? — поинтересовался светловолосый, рассматривая свои грязные кеды.

— Да. Это он. Он очень полюбился Кейске, так что я решила приютить его, чтобы тот смог покоиться с миром...

— Ты молодец. Баджи будет рад этому. — он слабо улыбнулся, поглядывая на переноску. — Как назвала его?

— Кеджи. — хмыкнула Орихара.

— Кеджи? — кажется, Мацуно сразу понял, как девушка пришла к этому имени. — «Ке» из Кейске, а «Джи» из Баджи? Я правильно понял?

— Всё верно! — подмигнула ему Лия, озаряя яркой улыбкой, искрящейся теплом.

Тёплый вечерний ветерок разгулялся по городу. Он слегка тревожил зелёные листья на деревьях, раскачивая их, игрался с волосами гуляющих. Впервые, спустя некоторое время после похорон, Лия ощутила лёгкость и спокойствие. Мацуно попросился проводить девушку до дома, а заодно и поболтать с ней, дабы не сидеть дома. Стены квартиры давили на парнишку, дышать там стало тяжело. Он пытался отвлечься разными способами: разговаривал со своим котом, читал комиксы, смотрел сериалы и фильмы. Но ничего из этого не помогало. Тогда Чифую не понимал, что человека лечит человек. Нет лучше лекарства, чем разговор по душам с другом во время прогулки. Рассказать ему, что гложет душу, тревожит сердце, беспокоит разум. Просто поделиться с кем-то своими переживаниями - оказалось достаточно, чтобы наконец ощутить спокойствие. Неторопливые шаги, лёгкий разговор, вид алого заката над головой и верный друг рядом. Чифую и Орихара понимали, что их жизнь неизбежно меняется, а время, как быстротечная река, ускользает сквозь пальцы. Потери, горе, страхи - неизбежное в жизни. Однако в любом случае нужно двигаться дальше и всегда помнить, что то, что есть у них сегодня, может не быть завтра. Отсюда вытекает простое правило: «Цени и люби прямо сейчас. Прямо сейчас говори всё, что у тебя на душе, и не утаивай свои искренние чувства!».

У домов зажглись фонари, освещая крохотное пространство вокруг себя. Управляющим компаниям уже давно пора заменить лампочки, но те совсем не торопились это сделать. Обняв на прощание друг друга и простившись, Лия забежала в подъезд, а Мацуно лениво побрёл в сторону дома. Эта короткая прогулка помогла освежиться и вспомнить, что они всё ещё живы, как и другие важные для них люди. Котёнок в переноске сладко спал и то и дело морщил носик и забавно двигал ушками.

В квартире никого. Брат поспешно сорвался на работу, оставляя на столе кружку с недопитым кофе и обкусанную печеньку. Кеджи, почувствовав незнакомые запахи, тут же проснулся и начал мяукать, прося поскорее выпустить его. Этот серый хвостик был не из пугливых, и как только открылась переноска, он тут же приступил к осмотру территории. Сначала он бодро прошмыгнул на кухню, где сосредоточилось много разных ароматов, затем забежал в зал и там остался. На комоде стоял среднего размера аквариум, в котором плавали четыре рыбки скалярии, две рыбки гуппи и шесть данио. Увлечённый созерцанием подводных прелестниц, которые суетливо плавали по всему периметру аквариума, Кеджи запрыгнул на комод и уселся рядом, всё время дотрагиваясь до стекла лапкой. Лия, улыбнувшись, направилась в комнату с надеждой, что этот серый сорванец не удумает нырнуть туда и примерить на себя роль подводного жителя.

Плюхнувшись на кровать, Лия сладко потянулась, вытягивая "ля" второй октавы голосом. Было наслаждением вытянуться во весь рост после суматошного дня. Закрыв глаза, Орихара протяжно зевнула, представляя, как она сегодня будет хорошо спать. Даже если сегодня её братец удумает остаться в своём кабинете на работе, она будет не одна. Из фантазий девушку вырвал гудок под ухом, а через секунду телефон начал громко вопить, мелодией оповещая о входящем. Медленно открыв глаза, Лия вмиг сменила безмятежное выражение лица на обречённое. Фыркнув, про себя зачитав проклятия в сторону звонящего, девушка, не глядя на экран, раскрыла раскладушку, принимая звонок.

~ Да? — незаинтересованно спросила она.

~ Я думал, ты мне не ответишь...

~ Ран? — Услышав знакомый голос, Лия тут же села, напрягаясь. — Почему я не должна была отвечать?

~ Я подумал, ты обиделась на меня из-за вчерашнего, — парень выдохнул с облегчением, словно часть груза на его плечах испарилась.

~ Ну, так то оно так. Мне действительно было обидно... Ты перегнул палку, — сжав губы, девушка повернулась к окну, встречаясь взглядом с луной, что медленно поднималась на самую вершину неба.

~ Извини...

Глаза Лии вмиг округлились, по размерам сравнившись с золотой медалью, что висела на стене. Солнце встало на западе или завтра на город обрушится снегопад? Шестеренки в голове девушки крутились то вперёд, то назад, словно мозг коротнуло.

~ Что молчишь? — спросил её Ран, устав от минутного молчания.

~ Я просто пыталась понять, послышалось мне или я просто сплю... — заторможенно ответила она, всё так же таращась с круглыми глазами в окно.

~ Ты что, пьяная? Не заставляй меня повторять это, — раздраженно произнес Хайтани, открывая ящик с документами в столе.

~ Ты что, обкурился? Я несовершеннолетняя, мне нельзя пить спиртное, — она наконец вышла из гипноза, тихо фыркая и закрывая глаза.

~ Ну, не знаю. Я и до двадцати уже хлебал, — Ран хмыкнул, вытаскивая нужную папку. — Ты в целом как?

~ Ну... Мне всё ещё тяжело, — Лия задумалась и подняла голову на потолок, где красовались наклейки из светящихся в темноте звезд. — Но так или иначе, после нашего разговора вчера я будто всё осознала и наконец-то сняла розовые очки. Я и правда ничего не могу сделать. Я всего лишь песчинка в этом бескрайнем мире.

~ Ты не можешь изменить то, что уже случилось. Но ты вполне способна предотвратить то, что ещё не произошло, — кинув папку на стол, парень откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза. — Я лишь пытался донести до тебя, что ты не виновата в решении твоего друга, как и не виновата в том, что случилось с Яхито. Самобичеванием ты не сделаешь лучше ни себе, ни другим, и уж точно не сможешь повернуть время вспять. Двигайся дальше и думай о том, как защитить то, что у тебя осталось.

~ Спасибо... Ран... — прошептала Лия, чувствуя, как неприятно начало щипать глаза.

Вчера, когда она сидела на кладбище у могилы Баджи, ближе к вечеру её нашёл Ран. Весь злой и красный, он тогда сильно накричал на девушку за то, что та ушла из дома в дождливую погоду, при этом надев на ноги только тапочки. Она весь день не отвечала на его звонки и сообщения, что тот невольно начал прокручивать в голове самые ужасные сценарии. Ран говорил, что не умеет любить, но сам того не понимая, он любил, заботился и оберегал, пусть и по-своему. Язык любви у каждого человека разный. Кто-то свою любовь выражает открыто, а кто-то не может показать это напрямую. Вчера, в порыве злости, он многое ей наговорил, но особенно сильно её зацепили следующие слова: «Очнись, дура! Ты до сих пор не понимаешь, в какой мир ввязалась? Разукрашенные морды, переломы и прочее — это лишь вершина айсберга. Сними ты уже свои розовые очки и перестань думать, что бой кулаками на этой стороне жизни решит всё и на этом все успокоятся. Нет! Тут каждый идёт на драку с мыслью "убить". С каждым годом всё становится только хуже! Я понимаю, что ты чувствуешь после потери друга. Но что ты сможешь изменить, пока сидишь тут и рыдаешь?!». Слышать эти слова было больно и неприятно, но в какой-то степени они были своего рода пощёчиной, отрезвляющими. Ран напомнил ей, где она оказалась. Он также напомнил ей о её решении избавить мир от криминальных группировок, из-за которых и появилось это кровавое пятно в её жизни, что не выводится никакими средствами.

~ Я знаю о твоём стремлении посадить за решётку убийц отца, но пока ты не поймёшь, сколько крови увидишь дальше, твоя психика не выдержит. Ты так сломалась из-за смерти друга, а что будет, когда твоего коллегу убьют у тебя на глазах? — взяв в руки рокс с янтарной жидкостью, он покрутил, перемешивая виски с водой от подтаявших кубиков льда. — Ты должна быть устойчива эмоционально к тому, что будет в будущем, а иначе дорога твоя приведёт в психдиспансер.

~ Я знаю... — тихо ответила Лия. — Но я всего лишь школьница... Разве я не слишком мала для этого? В силу возраста мне сложно справиться с этим...

~ Да. Ты ещё слишком мала... Но как иначе ты сможешь поймать убийц отца?

~ Ладно... — сказала она и вновь упала на кровать, вздыхая.

~ Замани завтра эту Аману куда-нибудь после школы. Я хочу поговорить с ней. — пригубив спиртное, Ран облизнул губы.

~ Я, конечно, попробую, но ничего не могу обещать.

~ Ничего страшного. Я знаю, от какого предложения она не сможет отказаться.

                                   ⋆˖⁺‧₊☽◯☾₊‧⁺˖⋆

この人生は何ですか？
露のように消えます！
そして、私は会議のためにそれを離れて与えることができれば
あなたと一人で、私の愛。
私は彼女を失ったことを後悔しないだろう！

             Что эта жизнь?
             Исчезнет, как роса!
            И если б мог ее отдать за встречу
            С тобой наедине, любимая моя.
           Я не жалел бы, что ее утрачу!

                                          • Ки-но Томонори

Поздний вечер. Солнце уже совсем село за горизонтом, оставляя на границе неба и земли еле уловимую полосу заката. Она постепенно размывалась с основным фоном ночного неба, растекаясь, как пролитая вода на столе. Лия торопливым шагом поднималась на крышу библиотеки, что находилась совсем рядом со школой. Совсем скоро Ран и Риндо должны были подъехать, но перед этим девушка и сама не против поговорить с Аманэ. Поднявшись на шестой этаж, что вел как раз на крышу, Лия дернула ручку двери, распахивая её. Крышу освещал слабый свет от гирлянды, натянутой от столба к столбу, опоясывая всю территорию. За столом, спиной к ней, сидела девушка в школьной форме. Её короткие волосы по плечи развивались на ветру, а в руках она держала книгу. Услышав скрип позади, Аманэ обернулась.

— Спасибо, что пришли. — Лия поклонилась в знак благодарности и приветствия.

— Я бы не пришла, если бы это не касалось моего отца и Соты. — Девушка захлопнула книгу, решив пропустить приветствия.

— Господин Томимуро ведь не ваш отец.

— А какая разница? Он воспитал меня, значит, он мой отец.

— Где сейчас Томимуро Сота? — спросила Орихара, нащупывая в карманах спортивных штанов шокер.

— Без понятия. Он уже как год дома не появляется, не отвечает на звонки и SMS. — Аманэ закатила глаза, фыркая. — Ты лучше расскажи мне, откуда знаешь моего отца?

— Я Орихара Лия. Мой отец дружил, учился и работал вместе с Томимуро Рейджи.

Взгляд кареглазой тут же поменялся, а её брови сильно нахмурились. В глазах за секунду разгорелась ярость, которую Лия не могла понять. Быть может, ей не всё известно о взаимоотношениях её отца и Томимуры, иначе почему Аманэ сейчас смотрела на неё так, словно готова была убить.

— Значит, ты его дочь? Как ты посмела явиться передо мной, ещё и так нагло требовать рассказать тебе о Соте?! — хлопнув по столу, Хироси тут же вскочила, роняя стул.

— Что-то произошло между ними? — Орихара продолжила говорить ровным тоном, пытаясь сохранить спокойствие.

— Что-то? Ты серьёзно?! Да из-за твоего отца я и Сота лишились семьи! — из глаз, полных ненависти, брызнули слёзы, а голос чуть заметно дрожал. — Томимуро Рейджи был единственным человеком, который заботился о нас. Как думаешь, какова причина нашей ненависти по отношению к вашему семейству?!

— А они-то тут при чём?

Позади Лии скрипнула дверь. Открыв её с пинка, так что та ударилась о стену, Ран и Риндо вальяжной походкой подошли к Орихаре, встав по бокам от неё.

— Дети не должны отвечать за проступки родителей, ты так не считаешь? — поправив рукава серого худи, Ран взглянул на Аманэ исподлобья.

— Это что ещё за клоуны? — сквозь зубы произнесла Хироси.

— Мы пришли сюда не за тобой. Нам нужен этот говнюк Томимуро Сота, — поправляя очки, сказал непринуждённо Рин.

— Приведи нам этого упыря, а иначе я за себя не ручаюсь, — взмахнув рукой, Ран развернул телескопическую трубу, сразу же указывая её в сторону девушки. — С меня хватит терпеть его выходки. Он же явится к нам, если я тебя отмудохаю?

— Ран! Не смей бить девушку! — крикнула на него Лия, хватая за руку, в которой он держал телескопку. — Аманэ, послушай. Я не хочу вредить тебе. Сота убил моего лучшего друга, думаешь, я просто так хочу с ним встретиться? Он доставил много вреда мне и другим людям, за что должен ответить по закону!

— Если бы я могла, то сама бы убила вас всех... — тихо прошипела Хироси, сжимая кулаки. — Я так понимаю, эти двое — братья Хайтани? Да вы ещё мало получили, уроды...

Аманэ отвернулась, вытирая слёзы. Её плечи чуть заметно дрожали, как и всё тело в целом. Медленным шагом она подошла к перилам, посмотрела вниз, а после перебралась через них, вставая на край. Лия тут же дернулась к девушке, но её попытку подбежать к ней прервал Ран, за руку притягивая обратно к себе. Хироси, держась одной рукой за железное ограждение, обернулась к троице.

— Я не расскажу вам ничего из того, что вы хотите знать. Знаю, вы двое, — свободной рукой она указала на братьев Хайтани, а после продолжила, — Вы не щадите ни девушек, ни детей. Я знаю, какие вы на самом деле гандоны. И уж лучше я умру, чем позволю схватить себя таким отбросам.

— Аманэ, слезай оттуда! — крикнула Лия, не прекращая попыток выбраться из рук парня, который обеими руками держал её.

— Лия, успокойся! — крикнул ей Ран. — Если ты подбежишь к ней, то она точно спрыгнет.

— Хироси Аманэ. Мы обещаем тебе, что не сделаем с тобой ничего. Нам просто нужно знать, где сейчас Томимуро, — сказал Риндо, делая шаг вперёд.

— Да пошли вы к черту! С чего бы мне верить вам? Я не позволю вам манипулировать мной. Вы просто возьмёте меня в заложники и будете словно приманкой его выманивать. Такие, как вы, только на это и способны!

— Нет! Аманэ! — срывая голос, позвала её Лия.

— С меня хватит этого всего... Сначала мамаша скинула меня на шею своему новому мужу, а сама свалила себе спокойно заграницу. Потом из-за Орихары Касуги погиб тот, кто любил меня как родную дочь... Конечной точкой стало то, что теперь я и Сота в рабстве у какого-то бандита. Если бы ты, Ран, тогда не разрушил карьеру брата, он бы никогда не обратился за помощью к такому человеку... Он придёт за вами... — заливаясь слезами, девушка подняла голову к небу, пустым взглядом смотря на грязно-розовые облака, которые окрашивали остатки заката. — И лишь боль заставляет нас становиться сильнее... Так ведь? Я надеюсь, что впереди вас ждут муки, из-за которых вы пожалеете, что до сих пор живы... — сквозь зубы процедила девушка и, расправив руки подобно крыльям, устремилась вниз.

Всё внутри Лии похолодело, а земля будто ушла из-под ног. Широко раскрыв глаза, она смотрела, как фигура девушки скрылась из поля зрения, как Риндо рванул к ограждению. Всё происходило словно в замедленной съёмке, и окружающее казалось нереальным. Только что на её глазах человек, заливаясь слезами от безысходности и боли, покончил с собой. Она предпочла умереть, чем пытаться бороться дальше за своё будущее. Насколько же сильно человеку должно быть плохо, чтобы он решил шагнуть в пропасть? Разве есть в жизни ситуации, с которыми нельзя было бы справиться? Лия этого не могла понять. Пока что жизнь не завела её в тупик, из которого был лишь один выход - смерть.

Вой сирены, машины реанимации и несколько машин полиции. На холодных бетонных плитках, устилавших территорию библиотеки, под чёрным плотным покрывалом лежало тело Аманэ. Из-под покрывала постепенно показывалась лужа крови, что с каждой минутой становилась всё больше, больше и больше. Лия с пустым взглядом смотрела пристально на эту растекающуюся кровь. Руки, холодные и мокрые, казались ей запачканными этой самой кровью, а запах железа словно впитался в кожу. Ран и Риндо общались с двумя следователями совсем рядом, но их голоса доносились будто из-под толщи воды, так что сложно было различить хоть одно слово.

— Да говорю же я, никто из нас её не толкал! Она сама сиганула вниз! — Красный от злости, Ран в десятый раз объяснял всё следователю, который упорно отказывался верить парням.

— Ничего не знаю. Как принесут запись с камер, так и выясним, виноваты вы или нет. — Следователь пожал плечами, закрывая блокнот.

— И долго ждать? — поинтересовался Рин, массируя переносицу.

— Сколько надо — столько и будете ждать, — ответил он, а после направился на улицу к судмедэкспертам.

Выплюнув воздух, Ран развернулся в сторону девушки, которая всё тем же пустым взглядом смотрела в сторону улицы, где на плитках у входа лежало мёртвое тело Хироси. Медики установили, что травмы были несовместимы с жизнью и девушка умерла спустя десять-пятнадцать минут после падения. Ноги и руки были переломаны и вывернуты в неестественную позу, позвоночник и череп сломались как сухие ветки зимой, а часть сломанных рёбер пробили грудную клетку. Картина была ужасающей. Ран подошёл ближе к Лие, закрывая собой вид на труп под чёрным полотном, и, присев на корточки, взял её холодные ладони в свои.

— Лия, ты слышишь меня? — начал он, пытаясь вывести девушку из самокопания.

— Мои руки в крови? — спросила она тихо, почти неразборчиво, но парень всё же смог её понять.

— Нет.

— Что с нами будет?

— Подождём, как будут готовы записи с камер, а после, скорее всего, в участок заполнять документы.

— Ясно...

С того дня мир Лии перевернулся. Она, которая, несмотря ни на что, всегда двигалась вперёд с гордо поднятой головой и считала, что всё в этой жизни можно решить твёрдым упорством, стала свидетелем отчаяния, повлёкшего за собой непоправимое. В её голове прочный замок из твёрдых убеждений вмиг рухнул. Неужели есть в жизни ситуации, из которых будет лишь один выход - умереть? И те слова Аманэ... Они стали рабами кого-то, кто превратил их в пустых марионеток, без собственного мнения и воли. Он растоптал этих двоих настолько, что Хироси решила уйти из жизни. И этот кто-то нацелился на братьев Хайтани. Загадочный кукловод, который из тени дергает за ниточки, управляя своими марионетками, снова и снова встаёт у них на пути. Кто же он такой, чёрт возьми?..