Долина пепла

Очередной лист тетради исписан. Многострадальческий карандаш девушки на последнем издыхании, от него уже практически ничего осталось.

– Блин... Придётся новый покупать, – сказала она себе под нос, откидываясь на спинку стула.

Время почти одиннадцать, а она только треть от всей кучи разгребла. Голова беспощадно болела, отдавая звон в ушах. За сегодня она так и не выпила ни одной таблетки, что ей прописали. Кстати говоря, в больницу она всё же сходила. Там ей только подтвердили диагноз – ушиб головного мозга средней тяжести. Новость эта не обрадовала её, но всякого лучше, чем проломленная черепушка. Неделя прошла, а голова всё так же беспокоит. Тошнит уже не так часто. На терапии ей сделали массаж, который помог избавиться от частых белых мух в глазах, но головная боль и тошнота так и не намеревались уходить. Запрокинув голову назад, девушка шумно выдохнула, прикрывая глаза. Спать хотелось безумно, но уроки не ждут, а учителям плевать, голова у тебя болит или ещё что-то. На то она и старшая школа. Никто жалеть тебя не будет.
Еле уловимый щелчек входной двери заставил девушку вздрогнуть, мгновенно открыв глаза. Иширо вернулся... Девушка незамедлительно пододвинулась к столу, почти утыкаясь носом в учебник по химии. Тяжелые шаги становились всё громче, приближаясь к входной двери комнаты Лии. Ручка повернулась, позволяя открыть дверь.

– Сестрёнка, я могу войти? – тихо спросил Иширо, приоткрыв дверь.
– Д...да... – слегка запинаясь сказала девушка, всё так же смотря на карбонильное соединение.

Дверь со скрипом распахнулась, впуская в комнату старшего. Что-то ворча под но, он направился к окну, дабы закрыть его. На улице не тепло, чтобы открывать окна на растопашку.

– Химию делаешь? – парень подошёл к письменному столу, становясь рядом с сестрой, – никогда не любил химию. Всегда по ней заваливал промежуточные, – с грустной улыбкой сказал старший.
– Ты поздно сегодня, – поднимая голову, Лия всё же решила посмотреть на брата.

Сейчас он выглядел совсем по-другому. Ни как на собрании. Как будто это совершенно другой человек сейчас перед ней. Он смотрит на неё с теплом, согревая ещё своей лёгкой улыбкой. Рука его теплая, гладит шелковистые волосы, так заботливо, как будто она самое дорогое что у него есть. Верно... Сейчас перед ней не глава Рёкуган, сейчас перед ней стоит её старший брат. Это пугало её. Всё ли впорядке с головой у Иширо и нет ли у него пограничного расстройства личности? Сейчас девушка задумалась об этом в серьёз.

– Да. Прости. Пришлось задержаться на работе. Рэй умотал по каким-то срочным делам и оставил меня одного разгребать гору бумаг. Ахах, – тихо посмеялся он, легонько взъерошив младшей волосы, – Так что замуж за него не иди. А то будешь как я. Хотя у тебя же этот... Рюгуджи есть.
– Иши. Давай не будем об этом, ладно? – девушка убрала руку брата от своей головы, тяжко вздохнув.
– Хорошо. Ты давай закругляйся и спать. Время много уже, – парень на последок поставил лёгкий щелбан на лбу девушки, после медленно направился к двери, – Заранее спокойной ночи, сестрица, – сказал он тихо, закрывая за собой дверь.

Девушка грустно выдохнула, потирая лоб подушечками пальцев. Лия видела, что Иширо что-то тревожит. Она чувствовала, как душа его изнывает. Это было заметно по его улыбке и взгляду. Бесспорно, он и сам не хочет этой войны, но неможет закрыть глаза. Легонько шлёпнув ладонями по своим щекам, девушка оставила на них обжигающие следы, что заставили её собраться с мыслями и сесть за ненавистную химию.

Пол первого на часах, девушка наконец покончила с домашкой и может со спокойной душой ложиться спать, но перед этим ей нужно собрать вещи в школу. Последний учебник успешно закинут в сумку, и тут настольной лампа приспичило перегореть, лишая комнату единственного источника света.

– Ну замечательно, блин, – тихо выругавшись, Лия выключила лампу из разетки. 

Свет луны за окном смог наконец засиять в полную силу, освещая комнату девушки. Выкрутив лампочку, брюнетка поднесла стеклянную форму к луне. С лампочкой всё впорядке, выходит, что сама лампа отказалась работать, но ведь ей всего два года. Опустив руку с лампочкой вниз, девушка как завороженная осматривала луну. Она казалась такой холодной и безразличной, но в то же время такой красивой и яркой, прямо как его глаза. Чувство, как будто она его знает, не даёт ей покоя. Как будто бы глава, столь важная для сужета, была вырванна из книги, вводя читателей в замешательство. Вот и она, стоит сейчас перед окном и не понимает, откуда это чувство. Его запах показался ей таким родным. Но если бы она его знала, то точно бы вспомнила, так?... Хотя это можно выбросить из головы, с учетом того, как старший Хайтани к ней относится. Рядом с ним, под его давящим взглядом, она чувствует себя нечтожно.

Поёжившись от неприятного чувства, девушка убрала лампочку на стол, а после направилась к своей кровати, где она пролежала ещё пол часа. Сейчас, закрыв глаза, она вспомнила чьи-то слова... «Я запомню тебя! И ты меня запомни». Но лица его она не видела. Он был как будто под размазанным фильтром. Она видела лишь детскую площадку и деревья, что её окружали. Их тонкие веточки колыхались из-за ветра, шурша листочками. Волосы его развивались так красиво, будто в замедленной съёмке. Что это? Сон или же воспоминания, которые она когда-то хотела спрятать глубоко глубоко, похоронить внутри себя, чтобы больше не плакать, вспоминая этого человека?