т/и.. прошу подойди ко мне...
Но не долго та спала, будто почувствовав обеспокоенное состояние юноши, та лениво открыла глаза и посмотрела на парня, пытаясь сфокусировать свой взор на нем, разглядеть его эмоции и чувства.
-Пять, что-то случилось?..
Тихо спросила девушка, положив ручку на его щеку, нежно поглаживая её, что бы успокоить киллера, желая увидеть его улыбку, такая нежную и добрую.
-Просто плохой сон. Да?..
Вздохнула, беспокоясь за него и его состояние, в особенности в последнее время.
Мир будто замер, воцарилось вечное молчание, окутанное тьмой и удушающими мыслями. Гул людей, постоянно несущихся по широким улицам в надеждах обогнать время и познать неизведанное счастье, постепенно увеличивался, и это начинало порядком раздражать брюнета. Наивные глупцы, они ещё не подозревают как на самом деле бессмысленно всё это, однако у них хотя бы имеется время на осознание сего факта, Пятого же не удостоили и этим. Он давно понял, чему подобна будет его ничтожная жизнь, чувствовал наперёд, к чему всё это приведёт. Какая причина по-прежнему заставляла его ноги ступать по грешной земле? Кто или что удерживало его походку стойкой, а слёзы невидимыми? Об этом знал лишь сам парнишка, как и знал о том, что жизнь сей причины вскоре оборвется.
Прийти в тёплый дом, где тебя ожидает та, при виде которой твоё сердце начинает биться чаще, после сложного и напряжённого дня, когда на улице во всю бушует неподвластная стихия - было самым отвратительным и болезненным для него событием. Тот просто не мог вынести этой пусть даже и слабой, но чертовски милой улыбки, что словно сулила славные времена, которым не суждено сбыться. Слова Петтерфер ножом вырезали на его грудной клетке договор, он сам выбрал этот путь, ему придётся смириться, однако отвратительно прелестная радость, невыносимо чарующие глаза и ужасно нежный голос, будто жертвы, пытающиеся умолить своего палача. Время длилось так изнурительно долго, что выдержать оглушающую все адекватные мысли тишину было настоящей пыткой. Необходимо сделать что-то, иначе собственное сознание поглотило бы героев в своё небытие, шансы выбраться из которого с каждой секундой становились всё меньше. И способ нашёлся - бар.
- да плохой сон.. просто хотела предупредить что хочу прогуляться. Вернусь через часа два или три. - Диалог был вялым и принудительным, как это обычно ощущается, когда вы находитесь в гостях, прекрасно осознавая, что вам никто не рад. Однако лучше, чем просто ничего, лучше, чем напрасное гадание по глазам друг друга, что же настолько сильно беспокоит их души, раз они пришли к сей обострённой атмосфере.
- извини если разбудил.- Тихо произнёс Пятый, отстраняясь от лодони девицы, которую он так не хотел отпускать. - Пятый смотрит на неё, прищурившись, но так же быстро теряет интерес, предпочитая расмотреть дождь за окном.. Он знает чего хочет его организм. Его мысли. Его садиское "я" но он не хочет этого.
-.. Хорошо. Только будь внимательнее и аккуратнее, а я ещё посплю немного. Пол ночи какие-то кошмары снились
Вздохнула и обрала от того руку, зарывшись в мягкие обьятия постели, но все ровно без объятий Пятого это было не то.
-вещи по теплее надевай и зонтик с собой на всякий случай, не хочу что бы ты мучался с температурой и кашлем. Люблю тебя..
Тихо договорила та и тут же задремала, поджав ушки к себе
***
Перед глазами вспыхивали отрывки, краткие воспоминания о прошедшем вечере в хаосе неонов и басов, сулящих пробить ушные перепонки. Алкоголь хлестал гланды, змеился на языке, шипел и обжигал горло, подавляя внутреннюю гниль эмоций.
Проходящие мимо фигуры двоились. Каждая напоминала её, и потому, не зацикливать своё внимание на их причудливых волосах цвета яркого лучика и точно бездонное море глаза, стало невозможным. Стеклянный взгляд дырявил сознание, взамен не позволяя ему отказываться от реальности. Пять не мог принять действительности и теперь вынужден справляться с клятвопреступной беспомощностью, проделывающей глубокие дыры в груди, залпом процеживая терпкий вкус янтарной сладости. Он ненавидит себя за это, и поэтому вновь позволяет себе захлебнуться в коньяке. Реальность становится невозможной, взгляд туманится, а гнусные мысли отползают назад, дав волю свободному действию. Черепная коробка, после очередной рюмки пустеет. В ней больше не жужжат надоедливые идеи, не складываются алгоритмы бесконечных формул, ответы на которые всегда равны знаку вопроса. Организм слабеет, Пять облегченно вздыхает, ощущая толику блаженного хладнокровия. Он устал. Устал размышлять, понимать и ненавидеть.
Побледневшие хрустали под поникшим веером ресниц разбегаются по бару. Сухой воздух не поддаётся лёгким, из-за чего в горле встаёт ком удушья, а под хлопковой рубашкой с распущенным галстуком стекает ручей липкого пота. Помещение с ядерно - жёлтыми светодиодами и надписями, напоминало коробку непредсказуемых пыток, сплавляющих меж собой пьяную толпу; всех, кто под крышей звенящих цепей и вип-зон с горячими штучками в бикини на маслянистых шестах. Возможно, не сиди Харгривз в одиночестве тёмного угла, одна из обнаженных девиц, та что посимпатичнее, проскользнула бы в его интимную зону и завела диалог ни о чем: о делах, работе, желании выпить или заняться непристойностями в узкой кабине зловонного туалета. И тогда, юноша избавился от неё лёгким нажатием пальца на спусковой крюк, как только та опустилась бы перед ним на колени. Но этого не случится, пока он способен на самоконтроль, который, с каждой залитой в организм рюмкой, медленного покидал его.
Спустя часы проведённые в шуме, криках, сладком шепоте и громких протестах, вусмерть пьяный мальчишка, очутившись у порога мраморных плит особняка, помнит лишь отрывки, леденящие душу и стирающие к чертям его гордость. Вернее то, что от неё осталось.
Он помнит хриплый голос детского трепета; промокшие руки, заставившие непослушное тело приподнятая. Нетрезвый рассудок даёт невидимую пощёчину недовольству, вызывая рвотные позывы, вставшие поперёк горла, решив вывернуть наизнанку внутренние органы. Вся чопорность промокшего до нитки шатена, так же, как дождь, превратился в выбившуюся из берегов реку, уносящуюся свои устья в мрачное море забвенья. Точно ее никогда и не существовало.
- Как скоро он протрезвеет?
- К часам тринадцати, если хорошенько проспится.
Повисло неловкое молчание, которое умело прервал мужчина с инфантильными чертами лица:
- Думаешь, они поссорились?
- Думаю, у них давно не было секса.
- Думаю, вы оба выглядите разумнее, когда молчите. - Раздаётся нетрезвый голос, сложившегося пополам в руках «старшего» брата, машинально зажмуривающего глаза.
Дождь не прекращал лить, точно пытаясь смыть ещё не пришедший в осознание киллера позор. Прозрачные капли неба отрезвляли и холодили. Плакали и резвились в шустром танце ветра, убаюкивающего ветви деревьев в приятном шепоте.
Как сознание изменяло пространство, прогоняло остатки минувшего вечера и приглушало звуки бесконечных битов электронной музыки, воодушевляющих криков и капель дождя, разбивающихся об старые крыши. Как братья, услышав крики темнокожей сёстры по шипящему динамику телефона, в порыве цепенеющего страха, опустили пьяное тело на пол, оставив его в замершем холле, до краев заполненным горьким послевкусием сурового порицания. Как из лёгких вырывается облегченный вдох, отскакивающий от одиноких стен холла.
Как неприятно облегала и морозила промокшая рубашка, позволяя резвым ручьям прозрачных капель сползать с тела и плюхаться на пол, образую небольшую лужу. Как волосы липнут к лбу. Как он чувствует одиночество, подкрадывающееся сзади, будто давно дожидаясь его визита. Как алкоголь тормозит поток ответсвенности. Как он приподнимает уголки губ, ухмыляясь собственным мыслям, и то, как улыбка разрезает лицо, когда его взгляд перехватывает знакомый азор голубых глаз.
- т/и.. прошу подойди ко мне... - тот расставляет руки в сторону желая притянуть к себе юное тело, расцеловать его, признаться сотню раз и убить. Его не самые благие намерения выдавала жутка улыбка и сияние его глаз. Все безвозвратно утеряно.
-Пятый. Пятый..
Вздыхая проговорила та, уже размышивая в стакане тому таблетку от похмелья, что бы парню стало легче, по крайней мере немного.
-одежду поменяй, заболеешь ещё. Ты говорил что на два - три часа уйдёшь, а в итоге что? Сиди волнуйся тут за тебя. Ты мог хотя бы написать или же позвонить, что будешь в баре.
Отчитывая того, быстро размешивала, пожвимая свои лисьи ушки, переживая за его состояние, надеясь что не заболеет, после такого дождя
-говорила же. Надень что-нибудь потеплее, возьми зонт, нет же. Попёрся в одной рубашке под ливень и холодный ветер. Лекарство выпей, пожалуйста, не хватало, что бы у тебя ещё голову ломало потом. Я тебе за одеждой, в душ и стать пойдем
Поставила стакан на столик рядом с ним и пошла на второй этаж в их комнату, потирая виски и веляя хвостом, что-то шепча себе под носик.. Самое пугающее для неё было, желание скрыться, уйти сейчас от того, уйти от его взгляда, закрыть и спрятаться где-то в глубине дома, где видемо ей не будет спасения. Уверенность девушки улетучилать, так же быстро, как и её сомнения о непонятном состоянии Пятого, его глаза...
Unexpected, huh?