украсить это тело несколькими.. порезами ножа?
От ее прикосновений Харгривз изнеможенно стонал страдая от желания и возбуждения. Он пытался сдерживать стоны, кусая губы и скрывая их в поцелуях, но это не всегда получалось и стоны были слышны, но немного приглушенно. Иногда он начинал покусывать ее кожу, но после зализывал и целовал укусы, что в эту же секунду наливались красным цветом
Он еще раз пробежался глазами по ее телу, что казалось самым красивым, изящным и соблазнительным, что он когда либо видел. Белая кожа без изъянов блестела в свете и становилась еще белее и глянцевей чем была в жизни, что ему безумно нравилось. Это были те воспоминания, что он бы предпочел запомнить до конца своих дней и запечатлеть у себя в памяти все до мельчайших подробностей.
Он понимал, что возможно первый раз за всю жизнь его чувства к человеку были настоящими и совершенно искренними. Ему не приходилось притворятся и думать, что в этот момент чувствуют другие люди. Сейчас все эмоции мог почувствовать он сам. А в его случае это было особенно ценно. Последние несколько лет Пятому было трудно почувствовать себя человеком, ведь после его исчезновения он больше не был человеком способным на чувства. Тогда можно было подумать, что он совсем разучился испытывать настоящие чувства. Но сейчас парень чувствовал себя живым. По истине живым.
Ее громкий стон отскочил от стен комнаты и снова раздался в его ушах. Сладостней чем любая музыка слышался ее изящный и тонкий стон. Ему так понравилось, что она стонала из-за него, что этого стона смог добиться он. Джим непременно хотел, что бы это повторилось. Он с ухмылкой взглянул на покрасневшую лисицу. Брюнет не переставал додумывать что будет дальше и невольно вырисовывал у себя в голове картинкы, о которых стыдно было бы кому-то рассказать.
Пятый не сопротивлялся ее действиям и подчинялся, но для него было важно немного помучить ее и не сдаваться сразу. Поэтому он сдерживал стоны и на удивление у него получилось это исполнять достаточно долгое время, кусая губы. Он закрывал глаза, пытаясь оторваться от грязных мыслей, но ничего не выходило. Когда он прокусил губу до крови, брюнет все же издал стон. И с удовольствием стал слизывать языком кровь со своей губы.
Он уже даже перестал пытаться делать вид, что может сдерживаться и просто ждал момента, когда лампочка в его голове взорвется. Когда стало ясно, что терпеть уже просто невозможно, парень прижал руки девушки к кровати. Брюнет стал совершать плавные движения бедрами. Он тяжело и часто дышал, постепенно набирая темп.
Прижалась ближе к нему, обвивая горячими руками его туловище, продолжая стонать от каждого толчка в ней, все громче и чаще. Её спинка выгибалась от детородного органа Пятого внутри неё, пока грудь плотно прижималась в телу юноши.
~как же я Л-люблю т-т-тебя, Пятый.. Очень с-сильно..
Простонала девочка томно вздыхая под ним, закатывая глазки от блаженства. Горячий пальчики ласкали, изучая сново и сново его тело, будто стараясь запомнить его и эти невероятные ощущения с ним.
Целовава шею парня, иногда оставляя небольшие укусы, впиваясь клучками в его нежную кожу и слизывая капельки крови с небольших ранок. Эти укусы ей нравились как знаки, что он только её, но и необычный вкусного крови, все же лиса это хищное животное и иногда это сказывается в её ласках.
На секунду Пятый застыл на месте, смотря на лисицу зрачками по размеру с бисер. Казалось будто он неожиданно изменился всего за секунду. Почему-то в голову начали лезть пугающие мысли о том как же он хочет украсить это тело несколькими.. порезами ножа? Что за херня?! Он моментально похмурился сжав челюсть до появления желваков на скулах.
Но когда светловолосая стала прогибаться ему навстречу и больше стонать, парень распылся в жуткой улыбке, так как для него это являлось доказательством, что она тоже получает удовольствие, как и он сам.
Его имя, что девушка шептала потом еще несколько раз отзывалось у него в голове ее голосом. Эхом. Пятый никогда не мог задуматься, что это будет настолько приятно слышать от любимого человека. Для парня было скорее предметом гордости, что он смог довести лису до такого. И если когда-то брюнет боялся, что у него могут отобрать лисицу, то теперь был уверен, что ей некто не нужен кроме него самого. Эта уверенность пришла потому что он думал тоже самое. Ему было безразлично все вокруг и только т/и увлекала его. Так было всегда.
Он тихо и нечасто стонал уже не сумев отвести взгляд от голубоглазой, но все же иногда закрывал глаза. Машинально парень положил руку под ее поясницу и не слишком настойчиво подталкивал ее в свою сторону. Пять положил ее ногу на свою спину тем самым сминив угол и принося больше удовольствия и себе и ей.
Харгривз искренне старался расслышать, что девушка пыталась сказать ему но сам стонал в унисон с ее речью, что скорее можно было назвать несвязным набором звуков, ведь из ее рассказа он понял лишь некоторые отрывки. Но нельзя сказать, что это его слишком расстраивало. Ему наоборот нравилось как лиса обращалась с ним и нравилась ее реакция.
Харгривз понимал, что если бы кто-то увидел его спину или шею после этой ночи, то вопросов бы возникло много. Он не чувствовал особенной боли и только удовольствие. Ощущение, когда он разрывается между стоном и вдохом. Парню безумно нравилось, как она покрывала его чувствительную шею поцелуями и укусами.
Постепенно они оба подходили к пику. И сделав несколько финальных движений Пять застонал громче чем обычно, но заглушил этот стон. В сладких конвульсиях он мелко задрожал и упал на спину рядом с светловолосой, пытаясь привести сбившиеся дыхание в порядок. Более менее отдышавшись он перевернул взгляд на девушку, разглядывая ее лицо и устало улыбнувшись. Холод и безумие во взгляде пропало, а желание причинять боль исчезло словно по щелчку пальца.. но на долго ли?
Чувствуя как ноги немеют, а влагалища немного разбугает, сжимая член парня со всех сторон, что позволяло прочувствовать его намного лучше, девушка застонала громче, что наверное даже на первом этаже можно было услышать, ведь звукоизоляции, как не было, так и нет до сих пор в академии, только если в подвале. Юное тельце чуть задрожало от головокружительного удовольствия, пока в голове пумались мысли, растворяясь в их стонав наслаждения. От финансовым движений парня лисичка чуть ли не задыхается в собственных вздохах и стонах, утопая в сладострастных ощущениях, пока тельце продолжало малость дрожать. Чувствуя как парень лёг рядом, юница аккуратно прижалась ближе к нему, уложив своей пушистый хвост на ногу, пока сама пыталась восстановить напрочь сбитое дыхание. Тонкие горячие пальчики девушки вырисосывали узоры на груди парня, продолжая восхищаться им во всех смыслах
Ее шрамы.. В коем веке она забыла про них, чувствуя в полной мере, что Пятому плевать сколько порезов оставили свои следы на её теле. Может после всего девушка будет носить более свободную одежду? Хотя может быть такое, что она продолжит их стесняться, скрывая под тканью.
-тебе не больно было?.. Мои укусы..
Тихо сказала девочка, немного поджав ушки к себе, волнуясь, что могла перестораться, надовить слишком сильно и вообще сделать ему слишком больно. Подняла свои ярко-голубые глазки, которые чуть блестят после полученного удовольствия, спустя столько времени.
I'll bite you too if you don't put an asterisk