Игры с тенью
🖤 Глава 17: Игры с тенью 🪞
Он вышел из душа с полотенцем на плечах, капли воды стекали по шрамам на спине — свежим и старым. Его глаза блестели смесью усталости и озорства. Он знал, что вернулся не таким, каким уезжал. И решил проверить — осталась ли она прежней.
Как он нарочно снял полотенце?
Он медленно провёл рукой по полотенцу, будто поправляя его, а затем резко сбросил на пол.
— Жарко после душа, — произнёс он с лёгкой усмешкой, зная, что стоит к ней спиной. — Или тебе холодно?
Как он дразнил её?
Он повернулся, не спеша, давая ей время увидеть всё — и шрамы, и его уверенность, и ту игру, которую он затеял.
— Что, никогда не видела мужчину без полотенца? — спросил он, и в его голосе звенел вызов. — Или только в своих книжках?
Как Сериз спряталась в его блокнот?
Она ахнула, закрыла лицо руками, а затем — будто ища укрытие — схватила первый попавшийся предмет. Им оказался его старый кожаный блокнот. Она прижала его к груди, сжавшись в клубочек на краю кровати.
— Рейм, пожалуйста... оденься... — прошептала она, и голос её дрожал.
Как он стал шутить про плакаты?
Он рассмеялся — низко, почти беззвучно.
— А что, у тебя в комнате нет плакатов с голыми парнями? — подошёл ближе. — Все девчонки вешают. Музыкантов, актёров... а ты что, только книги читаешь?
Как Сериз призналась, что образы в книгах живее?
Она выглянула из-за блокнота, щёки пылали.
— В книгах... они говорят. Чувствуют. А на плакатах — они просто... смотрят. Пусто.
Как он узнал, что она не видела обнажённых мужчин?
Он замер. Его насмешливость вдруг улетучилась.
— Ты серьёзно? Никогда? — спросил он тише.
Она покачала головой, всё ещё пряча за блокнотом разгорячённое лицо.
Как он нехотя одел джинсы и рубашку?
Он вздохнул — уже не игриво, а с лёгкой досадой на самого себя. Поднял с пола джинсы, натянул их, не глядя на неё. Затем накинул чёрную рубашку, не застёгивая.
— Довольно? — спросил он, и в его глазах читалось что-то похожее на защиту. — Теперь я не такой... голый, как твои книжные герои.
Он сел рядом на кровать, отодвинул блокнот от её лица.
— Но они, наверное, хотя бы не пугали тебя шрамами, да? — произнёс он уже без насмешки.
Она медленно опустила руки. Смотрела на него — на влажные волосы, на расстёгнутую рубашку, на тень боли в его взгляде.
— Ты живее, — прошептала она. — И страшнее. И... настоящий.
Он улыбнулся — впервые за этот вечер по-настоящему.
— Настоящий, — повторил он. — Вот и привыкай.
---
P.S. Он не стал говорить ей о долгах, о ноже, о больнице. Вместо этого он позволил ей увидеть себя — без прикрас, без масок. И maybe, именно это стало началом чего-то нового между ними.
Продолжаем? 🌘👁️