Глава 14 - Тени прошлого
Ты нашла в себе острое желание понять не только Вадима Александровича, но и того, кто наблюдает за ним из тени. «Давай навестим Еву Юрьевну», - сказала ты, обмениваясь проницательным взглядом с Марком. Его выражение лица, когда ты произнесла её имя, выражало как надежду, так и тревогу.
Ты: «Вот мы и на месте. Это дом Евы Юрьевны. Знаешь, она всегда была для меня загадкой. Никогда не понимала, почему она так часто сидит у окна, как будто кого-то ждёт».
Марк: «Да, помню, и у нас с ней был короткий разговор у почтового ящика. Она кажется очень застенчивой, но я что-то чувствую, что под её внешностью скрывается много чего интересного».
Ты: «Давай попробуем подойти, может, она согласится поговорить? У нас есть важные вопросы, и ее мнение может быть полезным».
(Вы стучитесь в дверь. Небольшая пауза. Потом открывается дверь, и появляется Ева Юрьевна.)
Ева Юрьевна: «Здравствуйте... О, это вы, молодые люди. Как я рада вас видеть! Заходите, давайте поговорим».
Ты: «Спасибо, Ева Юрьевна! Мы хотели узнать о Вадиме Александровиче. Я заметила, что вы довольно близко общаетесь, возможно, вы что-то знаете о нём?»
На самом деле ты просто провела последнюю лекцию с пользой для дела и проверила, как вообще могут быть связаны Ева Юрьевна и Вадим Александрович чем-то кроме соседства по дачам. И узнала, что они Вадим Александрович является постоянным инвестором фонда Евы Юрьевны. Он достаточно редко появляется на всех светских встречах, которые так любит проводить Ева Юрьевна, но иногда его можно заметить на фотографиях с их собраний в компании таки же безумно деловых людей.
Ева Юрьевна: (вздыхая) «Он всегда был довольно закрытым человеком. Но... в последнее время я замечала значительные изменения в его поведении...»
Марк: «Именно это нас и беспокоит. Не могли бы вы поделиться, что именно вас настораживало?»
Ева Юрьевна: (приглашая вас войти, ведет в уютную комнату, на столе чашки с чаем) «Садитесь, пожалуйста. Я со временем заметила, что он всё чаще задерживался дома и реже выходил на улицу. Временами у него был какой-то странный вид, будто он что-то скрывает».
Ты: «Скрывает? Вы имеете в виду какие-то тайны или... что-то более серьезное?»
Ева Юрьевна: (немного колеблясь) «Трудно сказать. Каждый раз, когда я его видела, у него был такой... потерянный взгляд. Я даже думала, что он переживает что-то, с чем не может справиться один. У него стали появляться подруги, которых я никогда раньше не видела».
Марк: (заинтересовавшись) «Вы помните, кто эти женщины? Может, они как-то связаны с его изменениями?»
Ева Юрьевна: «Да, одна из них была... более всего запомнилась. Она приходила поздно вечерами, у них были разговоры, которые казались глубокими. Иногда даже слышала, как они спорят. Это не обычные споры, а такие эмоциональные, наполненные страстью».
Ты: «Странные изменения, действительно. А давно это началось? Можете уточнить?»
Ева Юрьевна: «Наверное, около года назад. Как-то раз я заметила, что он часто оставляет окна открытыми, а внутри играет какая-то музыка. Я её не слышала до этого. Всё это было так нереально... Может, он искал утешение?»
Марк: (мысленно) «Именно это меня и беспокоит. Папа всегда был строгим и уравновешенным. Если у него есть тайны, они могут быть гораздо глубже, чем я думал».
Ты: «Ева Юрьевна, спасибо, что делитесь своими наблюдениями. Это может быть очень важно для нас. Мы хотим понять, что происходит, чтобы не потерять его окончательно»
Ева Юрьевна: (что-то вспомнив, понижает голос) «Вы знаете, у Вадима была интересная история из его юности. Он родился в сложной семье, где от него ожидали совершенства. Отец был строгим методистом, а мать всегда стремилась к успеху в обществе. Я помню, как он рассказывал, что чувствовал себя заключенным, как будто не мог дышать полной грудью».
Ты: (заинтересованно) «Неужели? И как это повлияло на него?»
Ева Юрьевна: «Это закладывает основу его характера. Он был талантливым ребёнком и, возможно, когда-то мечтал о большем. Но когда он стал взрослым, страх перед ожиданиями и давлением привели к тому, что он перекрыл свои настоящие желания. Это всё накапливалось в нём, и я думаю, что он всё больше закрывался от мира».
Марк: (задумчиво) «Это объясняет его дистанцию. Всё время он поддерживал образ идеального человека и юриста, при этом внутренне страдая».
Ева Юрьевна: «Да, и, как я уже говорила, когда он начал ссориться с людьми, которых он ценил, я заметила разрушение, сопровождающее это. Иногда мне казалось, что он словно искал врагов, чтобы оправдать свои неудачи и страхи. Но, если честно, он был довольно одиноким человеком».
Ты: «А были ли у него близкие друзья или, может быть, кто-то, кто мог бы поддержать его в трудные времена?»
Ева Юрьевна: (вздыхает) «К сожалению, у него не было настоящих друзей, которые могли бы понять его. Иногда он упоминал о старом друге, с которым в детстве вместе занимались спортом, но со временем они потеряли связь. Я видела, как одиночество высасывало из него силы».
Марк: «Интересно, что старый друг упомянут. Так может быть, контакты с ним - это то, что поможет Вадиму? Если он когда-то был ему близок, возможно, это откроет для него новую страницу?»
Ева Юрьевна: «Это точно возможно. Он всегда нуждался в ком-то, чтобы вернуться к своим корням. Но для этого ему нужно перестать сопротивляться и начать доверять людям».
Ты: «Мы должны дать ему понять, что никто не ожидает от него идеала. Может быть, это станет первым шагом к тому, чтобы снова стать самим собой».
Ева Юрьевна: (закончив рассказ, вздыхает) «Когда я думаю о нём, мне становится грустно... он так и не нашёл путь к себе. Быть может, ещё не поздно».
(Ты смотришь на неё и понимаешь, насколько эта история затрагивает вашу судьбу.)
Ты: (мысленно) «Как же часто мы проходим мимо людей, не замечая их боли, их борьбы... Я никогда не думала, что Вадим Александрович переживает такие испытания, что за его строгим лицом скрывается внутренний хаос. Но теперь, узнав всё это, я чувствую, как резонируют его переживания с личными страхами - быть не понятым, потерять себя».
(Ты продолжаешь размышлять о том, что нужно сделать.)
Ты: (вслух) «Ева Юрьевна, вы правы, возможно, он всё ещё ищет способ открыться миру. Если бы мы могли найти того старого друга... может быть, это станет для него путём назад к себе».
(Марк кивает, подпитывая твою решимость. Твой внутренний голос, полный эмпатии, говорит тебе о том, как важно быть рядом, когда человек сталкивается с собственными демонами.)
Ты: (добавляя) «Мы должны заставить его понять, что он не один. Кажется, все в его жизни сразу связаны: потери, ожидания, одиночество... Всё это соединяется, как порой относится к каждому из нас, даже к тем, кто кажется сильным и беспечным. Я обязана ему помочь, как никто другой.Психолог, как - никак. Это наша задача - вернуть его. Я не могу позволить страху взять верх».
(Ты чувствуешь готовность действовать и желание не оставлять его в одиночестве.)
Ева Юрьевна: (смотрит на тебя с пониманием) «Это прекрасное чувство, молодая леди. В вашем возрасте важно верить в силу связи и надежды. Иногда простое «я рядом» может спасти».
Ты: (с ощущением цели и решимости, остановившись на мгновение у окна с видом на улицу) «Мы должны поднять этот вопрос с Вадимом. Чему бы он ни сопротивлялся, важно показать ему, что мы готовы слушать и поддерживать... Просто быть рядом, как настоящие друзья».
Марк: (крутит в руках ключи, словно играя с ними, и вглядывается в твое лицо) «Согласен. И давай не забудем, что папа может быть в глубокой печали. Он не понимает, почему мы здесь. Нужно говорить с ним как с человеком, а не как с загадкой».
(Ты чувствуешь, как грудь наполняется тревогой. Воспоминания об их встречах, когда Вадим Александрович смеялся и шутил, наводят на размышления.)
Ты: (с ноткой нежности в голосе) «Это может стать переломным моментом для нас всех. Но ...» (выдыхаешь) «Чувствую, что это не только его путь к выздоровлению. Мне нужно это, тоже».
(Ева Юрьевна, сидя в мягком кресле в углу, смотрит на вас, в её глазах светится неподдельная надежда и забота.)
Ева Юрьевна: «Помните, действовать нужно осторожно, как будто вы ведете ребенка за собой. Вадим может насторожиться к попыткам вмешательства, но ваши добрые намерения могут подарить ему надежду, которую он так давно потерял».
Ты: (вздыхаешь, обдумывая, как важен этот момент) «Да, и мне страшно за него и за то, как он себя чувствует. Я хочу, чтобы он знал: он не один, и у него есть возможность выйти, поговорить, быть любимым таким, какой он есть».
(Вы оба обмениваетесь взглядами, преисполненными решимости и нежной поддержкой. На душе становится теплее - как будто вы встречаете новый рассвет.)
Марк: (вставая и поправляя куртку) «Давайте не терять время. Каждая минута может быть решающей. Он может именно сейчас нуждаться в нас».
Ты: (вставая рядом с ним, чувствуя его поддержку) «Поддержим друг друга. Если мы будем вместе, это поможет не только Вадиму Александровичу, но и нам самим. Не только этот разговор - это возможность для нас, понять, что происходит».
(Выходишь из дома Евы Юрьевны, ощущая теплое прикосновение весеннего ветра на коже. Он словно призывает к действию, подгоняя вперед, к тому, что ждёт впереди.)
Ева Юрьевна: (проводя вас взглядом с выражением тепла и заботы) «Я верю, что у вас всё получится. Помните, даже самое тёмное время может привести к новому началу. Удачи вам. И не забывайте - свет всегда есть, даже когда он почти не виден».
(На улице солнце прорывается сквозь облака, создавая яркие и теплые цвета, и ты чувствуешь, как внутри нарастает уверенность. Не стойкая, но твёрдая.)
(Ты шепчешь себе: «Он не одна, и сделаешь всё, что в твоих силах, чтобы дать Вадиму Александровичу это понять. Мы сможем вернуть его к себе, если он позволит нам».)
(По дороге к дому Вадима Александровича ваши мысли бурлят. Ты чувствуешь, как важно выстраивать мосты между людьми и как все мы, в конечном итоге, связаны нежными нитями дружбы и любви.)