Светлое Завтра Изабеллы ( ЗАМОРОЖЕНО )

«Любовь — это когда

 ты в ком-то находишь

 себя»

(Фридрих Ницше)

Я спустилась к остальным, облачившись в платье, словно в доспехи, готовые к бою. Каждый шаг по старым, скрипучим ступеням был наполнен тихим трепетом, словно я касалась истории этого дома. Но внезапно я перепрыгнула через несколько ступеней, словно пытаясь сбежать от прошлого. И тут, в этот момент, Кевин поймал меня за талию. Его руки были крепкими, как сталь, но в них я почувствовала тепло и защиту.

— Как всегда прекрасна, — сказал он, его голос был мягким, как шёпот ветра, но в нём слышалась сталь. — Не могу оторвать от тебя взгляд.

Я почувствовала, как краска заливает мои щёки, но не отвела глаз. Его слова были как музыка, которая тронула самые глубокие струны моей души. Я крепко обняла его, и этот момент показался мне вечностью.

Когда я наконец отпустила его, я вошла в столовую. Тетушка Миранда нервно постукивала пальцами по столу, её взгляд был прикован к часам. Казалось, она ждала чего-то важного, и это ожидание висело в воздухе, как туман над болотом.

-— Тетушка? — тихо окликнула я Миранду, и её взгляд остановился на мне. Она выглядела иначе — словно другой человек. — Ты приоделась. Отлично. Скоро придут гости.

Миранда направилась к входной двери, её шаги были уверенными, но в них сквозила тревога. Она открыла дверь, и в комнату ворвался свежий осенний воздух, смешанный с запахом дождя. На пороге стоял Кевин.

— Можете остаться, Мур, — её голос звучал мягко, но в нём проскользнула нотка неприязни. — Я знаю, какие вы хорошие друзья с Изабеллой. Оставайся. Тем более что тебе делать одному? Вся родня в Коннектикуте.

Кевин ответил сухо, но в его глазах мелькнуло что-то, что заставило меня напрячься. Он подошел ближе, и его рука мягко коснулась моей.

В тот же момент раздался громкий стук в дверь. Миранда вздрогнула, поправила платье и натянула на лицо искусственную улыбку.

— Здравствуйте, мистер Ривера! Проходите, — её голос звучал неестественно бодро.

В проеме появился мужчина. Высокий, с военной выправкой. В его руках блестела трость с серебряным набалдашником, а на груди сияли несколько медалей. Его холодный взгляд скользнул по комнате, задержавшись на мне, а затем метнулся к Кевину. Я почувствовала, как его рука сжала мою, и страх ледяной волной пробежал по моему телу.

— Кто это? — его голос был глубоким, словно из самого сердца тьмы.

Миранда попыталась ответить, но слова застряли в горле, как ком. Напряжение в комнате стало почти физически ощутимым, словно невидимая сила сдавила воздух. Наконец, она заговорила, её голос дрожал:

— Это друг детства Изабеллы... Проходите... Ох, Рей. Как же ты вырос... Заходи...

Из-за её спины появился юноша. Он выглядел так, словно мир вокруг него был лишь тенью реальности. Робко, почти неохотно, он поднял взгляд на меня. Его ярко-голубые глаза, полные боли, словно пытались пронзить меня насквозь. В них читалась не усталость, а глубокая, неизлечимая рана.

Кевин сжал мою руку так крепко, что пальцы заныли. Его взгляд, полный тревоги, был устремлён вперёд, словно он пытался защитить меня от невидимой угрозы. Моё сердце колотилось, но я знала, что должна взять ситуацию под контроль. Я мягко, но решительно высвободила свою руку из его хватки и сделала шаг вперёд.

— Изабелла Уэверли, — произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, несмотря на внутреннюю дрожь.

Мистер Ривера окинул меня ледяным взглядом, словно оценивая мою смелость. Его глаза, холодные и пронизывающие, скользнули по моему лицу, а затем медленно опустились к фигуре. Я почувствовала, как воздух вокруг нас сгустился, наполнившись напряжением.

— У скромной женщины не должно быть друзей противоположного пола, — произнёс он, его голос звучал холодно и отстранённо. — Так ведь, Миранда?

— Отец, но... — тихо попытался возразить Рей, но его голос утонул в потоке слов, которые извергал мистер Ривера. Отец не обратил на сына никакого внимания, что лишь усилило моё раздражение и решимость.

— Да-да, Спенсер, — подхватила Миранда, её голос звучал с деланным участием, но глаза выдавали полное равнодушие.

Я почувствовала, как внутри меня поднимается волна гнева. Этот человек, этот мистер Ривера, не имел права так обращаться со мной. Я должна была что-то предпринять.

— Мистер Ривера, я не знаю вас или не помню, но позвольте представить вам того, кто стоит за вашей спиной. Похоже, это ваш сын, не так ли?

— Вы удивительно проницательны, — с легкой улыбкой ответил мистер Ривера. — Похоже, это качество передается в вашей семье по наследству... Изабелла, это мой единственный сын, Рей. — Он легонько подтолкнул юношу вперед, и тот сделал шаг навстречу, словно под гипнозом.

— Рад познакомиться, Изабелла, — голос Рея был мягким. Он бросил взгляд на Кевина, который молча наблюдал за происходящим.

— Кевин Мур, — представился тот, стараясь сохранить невозмутимость, но в его глазах мелькнуло любопытство.

— И вам приятно познакомиться, — ответила  я, слегка склонив голову. В воздухе повисло напряжение, которое, казалось, можно было разрезать ножом...

— Думаю, не стоит больше тянуть, — произнёс Спенсер, его голос был твёрд, но в нём слышалась скрытая дрожь. Он прошёл по комнате, словно искал что-то, а затем опустился на стул, стараясь унять волнение. — Да, Миранда?

Тетушка Миранда открыла рот, чтобы возразить, но Спенсер опередил её, не давая произнести ни слова. Его голос стал глухим и холодным, как зимний ветер.

— Рей и Изабелла...смотрятся очень хорошо, — продолжал он, его взгляд был устремлён куда-то вдаль, словно он видел что-то, недоступное другим. — Даже есть это... как там любят называть? Гармония...

Каждое его слово падало на меня, как тяжёлый камень, разрывая мою душу на части. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног, и мир вокруг меня начал кружиться, словно я оказалась в водовороте.

— В общем, что ж мне томить? — Спенсер внезапно выпрямился, его лицо осветилось жестокой улыбкой. — Рей, она твоя невеста. Ну а для Изабеллы, думаю, понятно, кто её жених...

Я пошатнулась, словно меня ударили под дых. Мир вокруг меня рухнул, как карточный домик, и я почувствовала, как стены комнаты сжимаются вокруг меня, лишая воздуха. Я сделала шаг назад, но ноги не слушались меня, и я чуть не упала. Спенсер смотрел на меня с холодным безразличием, словно он считал что имеет право управлять чужими судьбами.

Его голос был подобен грому, он разорвал тишину, заставив меня вздрогнуть. Это был Кевин. Его лицо исказилось от ярости, глаза пылали, как два костра, готовые испепелить все вокруг. Он сделал шаг вперед, его грудь тяжело вздымалась, а пальцы сжимались в кулаки.

— Да кто вы такой?! — выкрикнул он, и в его голосе звучала не просто злость, а нечто большее — ярость, смешанная с отчаянием. — Кто вы, черт возьми?!

Я почувствовал, как воздух вокруг нас сгустился, словно мы оказались в эпицентре бури. Кевин был неузнаваем — его обычно сдержанный вид исчез, уступив место буре эмоций. Он смотрел на Спенсера, как на личного врага, и его взгляд был полон презрения.

— Мур, — медленно произнес он, словно пытаясь вспомнить что-то важное. — Эта фамилия мне кажется... она мне знакома.

Его голос дрогнул, но он быстро взял себя в руки. Кевин сделал еще один шаг вперед, его лицо исказилось от гнева.

— Скоро, — прошипел он, — моя фамилия будет сниться вам в страшных снах. Эти медали, которые вы так гордо носите, больше никогда не будут украшать вашу грудь. И мне плевать, кто вы и как вы их получили!

Он сделал еще один шаг, и его голос стал еще громче, эхом разносясь по комнате. Его слова звучали как приговор, и в них чувствовалась решимость, которая пугала.

— Я заберу их у вас, — продолжал он, его глаза сверкали яростью. — Заберу все, что вы считаете своим. И вы больше никогда не сможете их вернуть.

Его лицо было бледным, но глаза горели огнем. Он был готов на все, чтобы достичь своей цели. В этот момент я понял, что передо мной стоит не просто человек, а настоящий боец, готовый идти до конца.

Моя голова ужасно заболела и я сдерживая слезы выбежала из комнаты и побежала к себе по лестнице. Переступая несколько ступеней. Я слышала как Кевин еще сорился с этим мужчиной, а затем меня схватили за руку как только я оказалась  уже в своей комнате. Пытаясь одернуть руку я повернулась и увидела Рея.

— Изабелла, всё в порядке? Прости, я... не могу! Я тоже тебя понимаю!

Он посмотрел на меня с болью, которая словно разрывала его изнутри.

— Я тоже не хочу... — прошептала я, мой голос дрожал, как осенний лист на ветру.

Я рухнула на колени, словно под тяжестью собственных мыслей. Слезы хлынули из глаз, как бурный поток, который невозможно остановить.