От Пешки к Королю

Снейп продолжал общаться со слизеринцами, познавая всё новые и новые для себя знания. Он узнавал о том, что недоступно магглорождённым, если они не вникали в саму сущность Магии и её законов. Хоть к нему и относились, всё ещё, без доверия, но явно проявляли больше уважения. Это даже приятно, хотя Северус и не пытался пользоваться подобным, и оставался всё таким же тихим, и много учился, читал.

Иногда, конечно, чтобы не стать, снова, ещё большим изгоем, он поддерживал некоторые шутки или смеялся вместе с ними, но старался уберечь от этого Лили. Конечно, многие слизеринцы этого не понимали, но считали, что он просто играется, и Снейп, отчасти, поддерживал эти слухи среди своего факультета, чтобы его подругу не трогали.

Мародёры также не отставали. Они продолжали свои глупые, и не очень приятные шутки, иногда нападая на Северуса. Конечно, он старался им не уступать, из-за чего они вместе, или порознь оказывались в Больничном крыле Хогвартса. Из-за этого Лили то злилась на Снейпа, то на Мародёров, но была часто рядом. Это не могло не радовать.

Северус начинал думать, что всё будет хорошо, и больше не возникнет проблем с тем, что какая-то компания не нравится Эванс, но периодически от неё проскальзывали не одобрительные слова о Слизеринцах, что очень задевало Снейпа.

Была, конечно, какая-то девушка с Пуффендуя, которая взглядом поддерживала слизеринца, но она ему не была интересна. У него всегда перед глазами была лишь одна девушка — Лили Эванс.

Более крупная ссора настигла их под конец четвёртого курса. Тогда один из компании «Главных змей» Cлизерина — Бельфегориус Мальсибер, подшутил над подругой Лили — Мэри Макдональд, и Северус, немного привыкнув к шуткам своих софакультетников, подхихикивал над девушкой. Это было замечено самой Эванс, и в следующую их встречу между ними страсти накалились.

— Ты смеялся вместе с этими змеями! Северус, как ты мог?! — возмущалась Лили.

— Да что я не так сделал? Я же не участвовал в той шутке! — возмутился Снейп. — К тому же, разве она не сама виновата в том, что с ней произошло такое?

Лили непонимающе посмотрела на Северуса, будто перед ней сидел не её лучший друг.

— Северус... Я не узнаю тебя. Что с тобой произошло? Раньше ты не считал, что такие шутки — это нормально!

Снейп лишь фыркнул на подобное заявление. Отчасти, он продолжал так считать, но при этом думал, что та гриффиндорка сама виновата, что позволила такому произойти.

— Но она, и правда, сама виновата! Нашла кому раскрывать свои чувства, — не унимался Северус, явно не собираясь соглашаться с Лили. — К тому же, раз она позволила себе расслабиться, и поверить в подобное, то, как можно винить лишь слизеринцев?

Конечно, ничего криминального не произошло, и девушка не пострадала. И Северус считал, что гриффиндорка, действительно, сама виновата, что она открыла своё сердце, признавшись в своих чувствах. Да, тот привёл её в заброшенный класс, где было ещё несколько слизеринцев, явно давая особый подтекст того, что там должно было произойти. Но её никто не тронул! Просто все дружно посмеялись и спокойно её отпустили, не применяя ни одного сдерживающего или сковывающего заклинания.

Поэтому Северус не понимал столь сильной обиды от Лили.

— Ты стал похож на них, Северус, — холодно произнесла Эванс, сжимая кулаки. — Воспринимаешь их шутки, как нормальные!

— Так же, как и ты, нормально воспринимаешь то, что делают Мародёры! — вспылил, наконец, Северус, не выдержав.

«Почему она делает виноватым лишь меня? Я вообще в той шутке не участвовал, а поддержал смех софакультетников, которые в красках описали лицо той гриффиндорки!» — мысленно возмущался Снейп.

— Ты даже не навестила меня в последний раз, после того как этот «золотой» Джеймс напал, бросив в меня проклятье! Это, по-твоему, нормально, что я два дня находился в Больничном крыле, и ты меня ни разу не навестила? Джеймсу и его дружкам, даже ничего не было за это, и ты им ничего не выговаривала!

Спор набирал обороты, и Снейпу, отчасти, становилось больно от мысли, что они ругаются. Не такого он хотел. Но собственное эго не давало ему отступить, как и принципы, которые он выработал за время обучения здесь. Хотя Лили ему была всё так же дорога.

— Как это вообще относится к нашему разговору, Северус? — возмутилась Лили, хотя Снейп заметил, как слегка порозовели её щёки.

Всё же девушка испытывала долю вины за то, что не навестила Северуса, и, можно сказать, он отчасти манипулировал подобными словами, вызывая в ней чувство вины. Правда, сам парень этого не понимал.

— Относится тем, что ты выставила меня ужасным человеком просто за то, что я пытаюсь не быть мишенью на собственном факультете! Мне хватает и твоих софакультетников, которые поняли, что им ничего не грозит за то, что они вытворяют.

Холодно произнеся это, Северус встал со своего места, и отправился прочь. Ему хотелось пройтись перед тем, как он отправится в гостиную факультета, и решил направиться к чёрному озеру. Голова, казалось, кипела от различных мыслей, и все были связаны с Лили и не пониманием того, почему она и не пытается его понять.

Уже возле Чёрного озера, сидя на берегу, Северус увидел снова ту самую пуффендуйку, которая иногда с интересом смотрела на него. У них завязалась небольшая беседа, но во время неё Снейп понял, что он совершил ошибку. Отчасти, помогла ему в этом эта самая Вордсворлд. Она подсказала, что Лили не могла знать о его ситуации на факультете, ведь он ей об этом не рассказывал. Пуффендуйка была в этом очень уверена, хотя, откуда ей было знать? Но она попала в самую точку, сказав о том, что Северус не делился с Эванс о своих проблемах.

И извинившись, Снейп отправился обратно в сторону школы. Ему нужно было срочно поговорить с Лили, извиниться за то, что он повысил на неё тон, обвинил в том, что она, якобы, бросила его. Ведь, по сути, она пыталась ему помочь. Просто... Не знала чем.

Лили нашлась в библиотеке в их тайном закутке. Там они часто делали задания по предметам. По покрасневшим векам он понял, что Эванс плакала, и от этого стало ещё больше горько на душе. Северус не знал, куда себя деть, чтобы избавиться от гнетущего и разъедающего чувства вины.

— Пришёл ещё обвинить в чём-то? — спросила Лили, когда увидела друга, вышедшего из-за стеллажа.

Северус замер на мгновение. Он понимал, как сильно обидел подругу, и не хотел оставлять их отношения такими.

— Нет... Нет-нет, Лили. Я пришёл извиниться, — последнее слово прозвучало, казалось, тише шёпота, но громче крика.

Снейп не привык извиняться, ведь они с Эванс всегда мирились как-то сами собой. Но сейчас... Он, и правда, был очень виноват перед ней.

— Лили, я... я совершил ужасную ошибку, — произнёс Снейп, пройдя, и присев в небольшое читательское кресло, за которым сидел, когда они тут занимались. — Я... я обвинил тебя в том, что ты... Меня не поддерживаешь, но... Сам же виноват в подобном.

Слова давались тяжело. Северус, и правда, не привык извиняться, и теперь ему приходилось с трудом подбирать правильные слова. Ему хотелось, чтобы Лили поняла, почему именно он так поступал.

— Я... я никогда не объяснял тебе, почему так поступаю, и «поддерживаю» шутки слизеринцев. Но... Лили, первые года три моего обучения здесь были ужасны! Не только из-за Джеймса и его дружков. Меня... Меня на собственном факультете считали чужим, словно, я пустое место.

Лили, посмотрев на Северуса, чуть поджала губы, но продолжала молчать, толи всё ещё обижалась, толи хотела выслушать все объяснения Снейпа.

— Но, когда они заметили, что я могу быть на их уровне, стали на меня обращать внимания. И учитывая... Какие они тёмные, я не хотел бы быть проклят, — продолжал парень, вздохнув. — Возможно, я трус, но... Я правда не хотел на тебя кричать, и я не поддерживаю ту шутку, но считаю, что и она виновата, раз призналась в своих чувствах. Она же, наверняка, видела, какой этот парень?

Лили, наблюдая за Северусом, чуть отвела взгляд. Она, в принципе, понимала его, ведь он оказался на довольно враждебном факультете. Да, ей не нравилось увлечение Снейпа тёмной магией, но вдруг его заставили? От подобной мысли было страшно. Но и глупой она не была. Взвесив все действия друга, его рассказы, взгляды, увлечённость...

Эванс чуть встряхнула головой. Нет, его не заставляли. Северус, действительно, сам захотел углубиться в подобные знания, изучать их. Возможно даже опробовать, и это ей совершенно не нравилось. Оставалось лишь надеяться, что он вернётся к тому, кем был когда-то, пока не заинтересовался тёмной магией.

— Хорошо, — вдруг произнесла Лили, снова посмотрев на Снейпа. — Я понимаю, что ты не хотел бы остаться один. Да и... Я, действительно, поступила неправильно, проигнорировал твоё нахождение в Больничном крыле.

Пока Лили говорила, Северус посмотрел на подругу с надеждой, словно, она единственная тут столь светлая, добрая и понимающая. И она, кажется, простила его. Это очень его радовало, хоть он всё также не показывал этого, лишь улыбнулся уголками губ.

— Лили, — тихо позвал он, не сводя с неё взгляда, — спасибо большое. Я... Правда, не должен был кричать на тебя. Ты... Не виновата.

Эванс, тяжело вздохнув, всё же дружелюбно улыбнулась ему. Она не могла на него долго злиться, но держала в голове факт того, что Снейп читал о тёмной магии, даже подумывала о том, чтобы рассказать об этом директору Дамблдору. Вдруг, он мог бы как-то подействовать на него, уговорить прекратить заниматься подобным. Хватит одного Тёмного лорда.

После извинений Северуса, всё вроде вернулось на круги своя. Конец года прошёл довольно-таки спокойно, и без проблем. Экзамены были сданы, и все ученики отправились домой на Хогвартс-экспрессе.

Северус в течении каникул старался часто бывать вне дома в течении дня. Пьяный отец его очень злил, а совершать какие-либо ужасные вещи ему не хотелось, хотя несколько раз он думал о том, что стоит сварить какой-нибудь яд и отравить Тобиаса, но останавливал себя от подобных идей.

Почти под конец лета к ним домой, в Спиннерс-Энд, заявился волшебник, которого Северус совершенно не ожидал. Люциус Абраксас Малфой — выпустившийся ученик Хогвартса, и теперь работающий в Министерстве магии. Было непонятно, что сподвигло его прибыть сюда, для чего?

Причина оказалась ещё больше неожиданной: Малфой предложил своё покровительство Северусу, обещая ему помощь, достойное воспитание, знакомство с нужными волшебниками, и даже слова о том, что он не достоин подобной чести, пытаясь отгородиться от такой «щедрости», хотя Снейп понимал, насколько это было бы удобным. И тогда Люциус объяснил причину своей заинтересованности и, некоего, вложения.

Всё оказалось достаточно простым и прозрачным как вода. Многие слизеринцы, учащиеся сейчас, общались с Малфоями, и рассказывали ему множество слухов. И, конечно, неожиданные успехи Северуса дошли и до него. Люциус заинтересовался, и поэтому пришёл к нему, чтобы взять под свой контроль, позволить научиться тому, чему он научился бы лишь к тридцати годам своей жизни.

И Снейп, понимая, насколько это замечательное предложение, согласился. И на остаток летних каникул Люциус забрал Северуса в Малфой-мэнор. Конечно, там он не стал купаться, как сыр в масле, его не осыпали галеонами, и не одаривали дорогими подарками. Снейп этого и не ждал. Но зато ему стали доступны некоторые гримуары по Зельеварению, с необычными и тайными рецептами. Уже это можно было назвать самым прекрасным даром, который ему дал покровитель. И Северус «пропал».

Во время трапез он общался с Люциусом и его женой — Нарциссой, и узнавал многое о мире чистокровных волшебников, об их правилах, о Магии. Несколько раз к трапезе присоединялись какие-то «друзья» и знакомые Малфоя, однажды к трапезе присоединилась и Лиранель Салазар с родителями, что несколько удивило Северуса, который помнил, что она дружна с Юнис Вордсворлд, но решил, что его это не касается, и поэтому не задавал лишних вопросов.

И постепенно, Снейп даже не особо заметил это, ему стали рассказывать о неком Марволо Реддле, который активно проявлял себя в Министерстве, баллотировался в Министры, и продвигал правильные вещи. Северус с ним не виделся, но с интересом слушал, и мысленно анализировал, рассуждал о правильности действий этого волшебника. Точного вердикта о своих мыслях и отношению к нему он ответить не смог, и поэтому Люциус дал ему одну книгу, написанную самим Марволо Реддлом: о мире магии, и всех тонкостях, которые следует учитывать.

Снейп книгу взял, пообещав прочитать. Но стоило ему оказаться в поезде, то и вовсе забыл о данном обещании, так как он снова встретился с Лили, которая была удивлена тому, что на платформу его проводил сам Малфой, а не его мама.

Учебный год пошёл своим чередом. Первые недели были привыканием к новым расписаниям, а также осознание, что в этом году они будут сдавать СОВ[1]. Можно сказать, что углубление в обучение, в попытках вспомнить то, что проходили последние четыре года, а также, умещая в своих головах новые знания, не давали особо расслабиться и баловаться. Хотя Мародёров, кажется, это не касалось.

Северус всё так же мучился и отбивался, или страдал из-за их нападок. Правда, Люпин теперь старался сдерживать своих друзей, ведь теперь он носил значок Старосты, как и Лили, но Джеймса, словно, ещё сильнее подстёгивало то, что друг их прикроет. А значит, проблем не будет.

Снейп был очень зол и мечтал отомстить им, но сдерживающим фактором являлась Лили и Люциус. Ведь теперь каждая его ошибка отражалась на его репутации, и поэтому, оставалось лишь продумывать план и изощрённые действия. Правда, постоянно что-то сбивало, особенно учёба.

Так же, ещё Северус помогал Лили в Зельях. Он подсказывал ей о правильности действий, как правильно выбирать ингредиенты, резать, добывать сок. И, конечно, это позволило добиться больших высот, и профессор Слизнорт пригласил их двоих на ужин его клуба Слизней. Обычно профессор приглашал туда лишь выдающихся учеников, и Снейп был горд подобным.

Правда, после этого самого «ужина» и вечера общений он несколько разочаровался. Там было невыносимо скучно для него, хотя Лили была в полном восторге. И поэтому сам Северус поубавил пыл, уже не показывая столь выдающиеся результаты на зельях, хотя и по взглядам профессора было похоже на то, что его пожелают пригласить вновь, а вот Лили удостоилась повторным приглашением.

И, казалось, всё идёт как обычно, пока однажды Снейп не подслушал разговор Сириуса и Джеймса. Они с хитрыми улыбками разговаривали о том, что сегодня они встречаются в Визжащей хижине ночью. Конечно, они выглядели так, будто специально дали Северусу подслушать их, хотя он остался незамеченным, но злоба застилала ему глаза. В этом он увидел свой шанс отомстить, ведь никакому ученику не позволено гулять после отбоя, а уж тем более оказываться за пределами стен Хогвартса.

Тем же вечером, воспользовавшись тайным ходом, Снейп выбрался из школы, а затем и за пределы защитного купола. Он направлялся в Визжащую хижину, надеясь разоблачить гриффиндорцев, доказать всем, что они не такие уж и хорошие.

Северус был в полнейшем предвкушении, до того момента, пока он не увидел оборотня, тот, рыча и брызжа слюной, почувствовав, а затем и увидев Снейпа, собирался накинуться на него. Прыжок, и следовало бы бежать, но ноги словно вросли в деревянный пол, окаменели. Ещё секунда, и его бы сожрали, искусали, убили. Это конец!

Неожиданно перед ним возник олень, выставляя собственные огромные рога, и не давая оборотню приблизиться к Северусу. Он был твёрд, и не позволял себе даже и отступить на шаг. Но... Откуда тут олень?

«Бежать!», — промелькнула мысль в голове, видя возможность спастись. И, наконец, отмерев, Северус отступил на пару шагов к выходу, и затем, не оборачиваясь, поспешил сбежать. Правда, почти у выхода из туннеля под корнями Дракучей ивы, он услышал шаги, что немного пугало, но это оказался, всего лишь Джеймс, который помог Северусу скорее покинуть тоннель, почти вытягивая его за шкирку, так как Снейп всё дёргался и ругался, пытаясь оскорбить или задеть Поттера.

— Да успокойся ты! — прикрикнул на него, наконец, Джеймс, отпуская одежду Северуса, и отходя от него на пару шагов, и тяжело дыша. — Я тебя из пасти Ремуса вытащил, а ты ещё тут огрызаешься!

Снейп замер, даже не произнеся планируемого оскорбления. Он был шокирован от открывшейся правды. Ремус Люпин — это тот самый оборотень, который его чуть не обратил. Всего лишь испуг. Но одна лишь мысль о подобной опасности — возмущала. Ведь все ученики были в опасности. А ещё его направили сюда!

— А всё из-за тебя и твоего придурошного пса! Мало того, что не зарегистрированные анимаги, так ещё и меня подбили на подобное. А я теперь ещё и виноват?!

Снейп был зол и напуган. Всё же, как ни крути, но он чуть не пострадал от когтей оборотня. Он решил, что обязательно расскажет всё директору. Теперь то он не сможет закрыть глаза на подобные выкрутасы, и Дамблдору придётся принять меры.

Но его планы не увенчались успехом. Директор пожурил Северуса, который поддался на хитрые разговоры, и отправился в Визжащую хижину. С него также сняли баллы, но немного больше, чем у Сириуса, да ещё и наградили Джеймса начислением очков за спасение «глупого» слизеринца. И на этом всё. Больше ничего не было предпринято, оставив Снейпа у взорванного котла[2].

Северус был очень возмущён подобным, ведь мало того, что его отругали, сделав виноваты, так ещё и взяли клятву о неразглашении. И теперь он не мог никому рассказать о подобном и поделиться своими возмущениями.

Люпин пытался извиниться, когда он вернулся к своему обычному состоянию, видимо, ему обо всём рассказали его друзья, но Северус не принимал, и даже не слушал его извинений, даже видеть кого-то из этой четвёрки не хотелось, а Ремус всё пытался извиниться первое время.

Отвлечением от плохих мыслей стала разработка заклинаний. Уж очень увлекла Северуса подобная тема, хоть и понимал, что подобное они будут пробовать лишь на Высших чарах, когда они будут на шестом и седьмом курсе, и записав парочку таковых в свой учебник, ещё и убедившись, что те работают как надо, Снейп был невероятно горд собой.

До окончания года всё было, вполне себе, спокойно. Северус, всё также, изучал всё, что ему могли предоставить более старшие и чистокровные слизеринцы. Он даже с интересом прочитал книгу, что ему дал ещё перед отправлением Люциус, отметив, что она довольно интересная, и рассказано понятным языком. Снейп ещё отметил, что такую книгу впору читать маггловоспитанным, полукровкам и магглорождённым. Даже хотел посоветовать Лили её почитать, но одна лишь фамилия автора книги очень удивило Эванс, и она наотрез отказалась от чтения этой книги.

И всё бы ничего, подготовка и сдача СОВ, скоро должны были начаться каникулы. За день перед последним экзаменом — Зельям, Северус находился на берегу чёрного озера, читая книгу. Погода была тёплой, солнце грело своими лучами. Лили должна была скоро подойти, но всё пошло совсем не по плану.

Мародёры, видимо недавно сдав какой-то экзамен, или после занятий в библиотеке, вышли подышать свежим воздухом, и увидев Снейпа, конечно, взялись за своё. Обычная перепалка грубостями, и Северус думал, что этим всё и закончится, пока в него не полетело щекочущее. Пришлось отложить книгу, и отбить заклинание, но его застали врасплох, выбив палочку обычным Экспелиармус.

Оставшись безоружным, злясь на то, что у него отняли палочку его матери, Северус высказался по поводу того, что Джеймс, всё также не может справиться с ним в одиночку, раз постоянно нападает со своими друзьями. Он собирался отправиться на поиски палочки, заметив, что кругом собирается толпа, и в следующий миг произошло то, что его злило потом ещё очень долго.

Взмах палочки, и Северуса повиновением магии вздёрнуло за ногу. Кверху ногами, от чего тот коротко вскрикнул от неожиданности и шока. Послышался смех со всех сторон, а вот Снейп висел кверху тормашками, при этом пытаясь удержать мантию, чтобы она не задиралась, и пытался сообразить, откуда Поттер узнал про это заклинание.

Левикорпус было записано у него на полях учебника по Зельеварению, который он пару дней назад доверил Лили, чтобы она смогла позаниматься, и запомнить его пометки.

После, его опозорили ещё сильнее, показав его подштанники, а ещё и Лили присоединилась, попытавшись прекратить подобную «шутку». Но Джеймс, будто, и не собирался её слушать, ещё и промыл рот Снейпа мыльным заклинанием, отчего он отплёвывался пеной, и злился лишь сильнее. Ведь Поттер мог узнать об этом заклинании, только если Эванс сама показала ему его книгу. И от этого осознания его ещё сильнее охватила злость и обида.

Ещё и сам факт того, что его отпустили только после того, как Лили его защитила, а не он сам справился, расстраивало ещё сильнее. И, поднимаясь на ноги, поправляя на себе брюки, Северус тут же огрызнулся на Эванс, назвав её грязнокровкой. Столько всего у него накопилось к ней, ведь она совершенно не пыталась его понять, как ему казалось, а вот для Лили это стало последней каплей.

Она молча развернулась и ушла прочь, тем самым ставя точку в их дружбе и общении. Больше она с ним не будет общаться, так как ей надоело, что Снейп увлекается тёмной магией, а теперь ещё и назвал её так же, как и эти самые тёмные маги. С того самого дня, сколько бы Северус не просил прощения, Лили не принимала его извинений, не общалась, не пыталась выслушать, даже просьбы Юнис, которая пыталась их помирить, не помогли. И в отчаянии, потеряв при этом ещё и маму, Северус принял метку Пожирателя, понимая, что мосты сожжены, и с Лили ему никогда не помириться.

[1]СОВ (Стандарты Обучения Волшебству) – экзамен, который в обязательном порядке сдают все учащиеся в конце пятого курса по всем изучаемым предметам, включая и выбранные на третьем курсе.

[2]«У взорванного котла» - аналог фразы «У разбитого корыта».