Гарри Поттер и враг сокола.

Гарри появился в гостиной Гриффиндора и сразу ощутил на себе множество любопытных взглядов. К нему подбежала Джинни и увела в тот угол, где на диване лежал Рон.

— Ну как ты, Гарри? — спросил он.

— Ничего, пока держусь, — Гарри сел рядом с другом.

— Что с тобой сделала Жаба? — обеспокоено спросила Джинни.

— Если выпорола, то ... — Рон, кряхтя, извлек из кармана мантии пузырек. — Заживляющее зелье... У Люси Луш купил. Со Снейповым не сравнить, но хоть что-то...

— У Люси Луш? — переспросил Гарри.

— Да, Гарри, — усмехнулась Джинни, — эта свинья такой бизнес развернула! Знаешь, сколько народу авроры выпороли? А Люси тут как тут со своим зельем. Ума не приложу, где она его столько набрала, ведь у неё по зельям дохлое «посредственно».

— Так зелье помогло? — спросил Гарри.

— Да, — уныло ответил Рон. — Спина заживает, но я отдал почти все свои карманные деньги.

— А что с тобой, Гарри? — спросила Джинни, внимательно глядя на его лицо. — У тебя очень измученный вид.

Гарри коротко рассказал о своем наказании.

— Я ее ненавижу! — гневно произнесла девушка.

— Джинни тоже наказали, за то, что она — моя сестра, — подал голос Рон.

Гарри резко повернулся к ней.

— Пустяки, завтра буду мыть полы, Филч потребовал, чтобы всех наказанных девушек присылали к нему.

— Но как Амбридж определяет, кто виноват? Ведь ты, например, ничего не сделала! — воскликнул Гарри.

Джинни хмыкнула:

— Плохо ты меня знаешь, Гарри! Я взрывала какобомбы и раздавала малышне свистки-руганки и рвотные конфеты. Амбридж с аврорами сейчас допрашивает школьников и если надо, применяет сыворотку правды. Но младшие курсы раскалываются только от одной обстановки в ее кабинете.

— Она что, совсем озверела? — возмутился Гарри.

— Да, совсем, — согласилась Джинни. — Так что Гермионе очень повезло, что она заболела, у Амбридж на неё были такие планы...

— Что с Гермионой? — Гарри почувствовал, что его сердце опускается, а в животе холодеет.

— Мадам Помфри говорит, похоже, нервная горячка. Неудивительно! Ведь когда дементор склонился над тобой, я тоже думала, что уже конец.

— Мне интересно, почему на эту кикимору пучеглазую они не действуют! — подал голос Рон.

— А что у нее высасывать? — ответила Джинни. — У неё вместо души — болотная жижа!

— Я должен идти к Гермионе, — Гарри поднялся.

— На всякий случай используй мантию-невидимку. Мало ли... — посоветовал Рон.

*

Гарри сел возле кровати Гермионы и снял с себя мантию-невидимку. Девушка спала. Лоб ее горел, щеки пылали. Гарри взял ее за руку.

— Поттер! Это ты? — появившаяся мадам Помфри всплеснула руками. — Ты меня напугал.

— Я пришел узнать, что с Гермионой, — ответил Гарри.

— Дожились, дементоров натравливать на детей! Я бы на месте профессора Макгонагалл написала ее родителям, что их дочь заставили пережить нервное потрясение!

— Ее родители магглы, — с горечью ответил Гарри.

— Да, — согласилась мадам Помфри и растерянно поморгала.

*

Гарри проснулся словно от толчка. Скрипнула дверь. Гарри быстро вскочил с кровати и исчез под мантией. В больничное крыло вошли Снейп и Амбридж.

— Вы же лучший зельевед! Министр Магии так лестно отзывался о ваших способностях. Неужели вы не можете вылечить мисс Грейнджер? — возмущенно выговаривала директриса.

— Я могу сварить зелье, которое собьет температуру, я могу дать успокаивающих капель, и мисс Грейнджер будет ходить умиротворенная, как мудрец, но я не могу вернуть ей сейчас душевное равновесие и способность адекватно воспринимать окружающий мир и те наказания, которые вам не терпится ей назначить!

Амбридж разочаровано фыркнула.

— Мне кажется, — продолжил Снейп, — мисс Грейнджер и так достаточно наказана. Она очень испугалась за своего мужа, и теперь больна.

— Пожалуй, вы правы, профессор, — Амбридж внимательно посмотрела на Гермиону и даже коснулась ее лба своими короткими пальцами.

— Честно говоря, я и профессор Макгонагалл пребываем в растерянности. Возможно, следует сообщить ее родителям, что их дочь больна, — предложил Снейп.

— Не нужно, — отрезала Амбридж. — Они магглы. Я сама пошлю им письмо с описанием того, что вытворяла мисс Грейнджер в школе, только подожду, когда она выздоровеет.

Амбридж растянула рот в злорадной улыбке.

А кто тебе даст это сделать! — ясно услышал Гарри мысль Снейпа. — Нет, уважаемая директриса, девочку ты не получишь. Отрывайся на Поттере!

Амбридж ушла. Снейп задержался. Подождав, пока хлопнет дверь, профессор извлек из кармана флакон и вылил его содержимое в бутылочку с лекарством для Гермионы.

— Извините, мистер Поттер, я не знаю, как помочь вам, стойкий вы наш, так что терпите, — произнес он, глядя в сторону невидимого Гарри.

— Что с Гермионой? — спросил Гарри, снимая мантию.

— Она сейчас спит, — ответил Снейп. — Это гораздо лучше и полезнее, чем порка у авроров и мытье туалетов.

Снейп бросил на Гарри сердитый взгляд и направился к выходу.

— Спасибо, — произнес Гарри.

Снейп остановился. Но только на несколько секунд, и Гарри услышал, как закрылась дверь.

*

После обеда Гарри снова стоял с поднятыми руками. На этот раз он решил попробовать отключиться, пока боль в онемевших руках не началась и следовательно не могла отвлечь его.

*

Над ним склонились лица его родителей. Лили ласково провела по его щеке.

— Джеймс, как я люблю его...

— Да, малой у нас славный получился, — согласно улыбнулся Джеймс, беря крохотную ручку сына. — Я тоже иногда не удерживаюсь и раскисаю над ним...

Лили взяла Гарри за вторую руку, и он охотно обхватил два теплых пальца мамы.

— Я даже больше скажу, — шепнул Джеймс, щекоча Гарри за подбородок. — Сири тоже обожает нашего Бэмбика, и спорю на свой школьный Нимбус, что тоже хочет себе такого.

— Я догадывалась, — ответила Лили, целуя цепкие детские пальчики. — Джеймс, он улыбается мне! Ну смотри, как славно! Джеймс...

Резкое падение вниз оборвало грезу. Гарри изумленно огляделся. Он сидел на каменном полу. Рядом с ним стоял Добби. Эльф сиял, как начищенный пятак, и был одет в новые шорты, пестрый галстук и разномастные носки.

— Добби, — изумленно проговорил Гарри. — У тебя закончился брачный период?

— Хозяин Добби страдает, Добби спасет Гарри Поттера! — провозгласил эльф.

— Спасибо, Добби, — шипя от ощущений в руках, проговорил Гарри.

— Добби виноват, что не помог раньше! — эльф неожиданно громко шлепнул себя по лбу.

— Добби, не надо, не бей себя, — зажмурившись, попросил Гарри. Но эльф уже упоенно бился головой в стенку. Гарри хотел удержать его, но ощутил, что не может пошевелить пальцами, по которым бегали кусачие мурашки.

— Мне и так больно! — воскликнул Гарри. — А ты еще мучаешь себя на моих глазах! Прекрати, Добби! Скажи лучше, как там Винки?

— О-о-о, — Добби прекратил самоистязание и с обожанием посмотрел на Гарри. –У Добби и Винки скоро будет маленький эльфенок!

— Я рад за вас, — ответил Гарри, начиная потихоньку шевелить пальцами.

Увидев это, Добби схватил Гарри за руки и крепко прижал их к своему лицу.

— Добби! — крикнул Гарри: ощущения в зудящих пальцах были ужасными.

— Добби поможет, сэр, — воскликнул эльф и принялся мять Гаррины руки своими длинными пальцами.

Гарри крепко зажмурился, сцепив зубы, но вскоре ощутил, что кровь начала нормально циркулировать по сосудам и жутко неприятные мурашки утихли. А ещё спустя некоторое время стало совсем хорошо.

— Спасибо, Добби, — благодарно произнес Гарри.

Добби радостно продолжал растирать предплечья хозяина.

— Все, спасибо, — Гарри попытался забрать руки, но эльф счастливо прижал их к себе и не отпускал.

— Спасибо, Добби! — Гарри выдернул свои руки из цепких лапок эльфа и посмотрел на расстегнутые цепи, висящие на стене.

— Как ты меня сумел освободить? — спросил он.

— Магия эльфов, сэр, — с готовностью отозвался Добби.

— Но тебе придется повесить меня на место, иначе Амбридж накажет меня ещё сильнее.

— Добби ненавидит эту волшебницу, она мучает хозяина Добби, — печально вздохнул эльф. — Добби вернет хозяина на место, когда его придут отпускать.

— Спасибо, Добби, — улыбнулся Гарри.

Увидев улыбку на лице хозяина, Добби радостно подпрыгнул на месте и неожиданно шкодливо посмотрел на Гарри.

— Добби хочет что-то сказать Гарри Поттеру, — эльф начал виновато чертить ногой круги возле сидящего на полу Гарри.

— Говори, Добби.

— Винки теперь жена Добби... Поэтому будет работать на вас, сэр, но она ещё не может брать деньги, потому что она приняла вас за своего нового хозяина.

— То есть как? Винки теперь тоже моя эльфиня? — удивился Гарри и не удержался от смеха.

— Да, — ответил Добби, счастливо улыбаясь, — Винки очень переживала, что у неё больше нет хозяев. Они отпустили ее, а потом умерли. Поэтому когда Добби предложил Винки стать его женой, она согласилась и обрела нового хозяина.

— Ничего себе, — Гарри смеялся все больше и больше, — как я понял, эльфенок тоже будет моим?

— О, да, когда Видди родится, он тоже будет служить Гарри Поттеру, — с благоговением сообщил эльф.

Гарри зажмурился от нового приступа смеха.

— И Добби... Добби хотел просить, — осторожно напомнил о себе Добби.

— Что? — сквозь смех спросил Гарри.

— Чтобы хозяин отдавал зарплату Винки Добби, — аккуратно произнес эльф.

Гарри перестал смеяться.

— Винки хватит и одного галеона в неделю, — тут же начал оправдываться Добби.

— Я бы платил больше, но я сам пока не работаю, — ответил Гарри. — И в сложившейся ситуации... даже не представляю, смогу ли я найти работу после школы.

— Если Гарри Поттер не сможет платить Добби и Винки, Добби будет работать бесплатно! — воскликнул Добби.

— Я постараюсь платить, — пообещал Гарри, вспомнив Гермиону и ее до сих пор не прочитанную рукопись.

Рядом с Добби появилась Винки, одетая в новую блузку, юбку, расшитые сничами носки Добби и шапочку, связанную Гермионой ещё на 5 курсе. Эльфиня вежливо поклонилась Гарри.

— Добби, сюда идет сын твоего бывшего хозяина с другими господами, — сообщила она.

— Сэр Гарри Поттер, Добби просит вас встать, — Добби почтительно прижал уши к голове.

Гарри быстро вскочил и поднял руки. Эльф щелкнул пальцами, и Гарри ощутил, что цепи обвили его запястья.

Дверь открылась и впустила Малфоя и его свиту.

— Все ещё висишь, Поттер? — насмешливо протянул Драко.

Гарри ответил ему неприязненным взглядом.

— А мы пришли посмотреть, как себя чувствует Хогвартская легенда, — продолжил Малфой, явно удовлетворенный реакцией Гарри. — Госпожа директор как-то упомянула при мне, что на цепи наложено заклинание, и ты не сможешь применить магию, чтобы защититься.

Гарри испуганно дернулся: Драко явно предвкушал развлечение.

— А что ж ты задергался, а, Поттер? — прищурился тот.

Люси с жадностью смотрела на Гарри, едва не подпрыгивая на месте. Кребб и Гойл улыбнулись так, что Гарри забыл дышать.

— Начнем, пожалуй, с заклинания ватных ног, — провозгласил Драко.

— Не смей, — снова дернулся Гарри и тут же повис в цепях: заклинание Малфоя попало в цель. — Я убью тебя!

— Интересно, как? — осведомился Драко, подняв брови.

— Я же не буду здесь висеть вечно, Малфой, — зло процедил Гарри. — Поэтому по-хорошему предупреждаю: не смей меня трогать! Я из тебя потом зелье сварю!

— О-хо-хо, как мы испугались, — закатил глаза Драко. — Трогать тебя? У меня нормальная ориентация, Поттер!

Кребб и Гойл угодливо загоготали. Люси прихрюкнула.

— Но вот тут есть девушка, которая, типа, тобой интересуется, — растягивая слова, проговорил Малфой. — Я не могу ей запретить тебя трогать, правда, Люси? Расскажешь потом всем, какой секс-символ водится на Гриффиндоре.

Люси что-то согласно взвизгнула. Сердце Гарри готово было выскочить из груди. Он был абсолютно беспомощен перед Инквизиторским отрядом. Он попытался освободиться при помощи магии, но ощутил острую боль в руках, которая мешала сконцентрироваться.

— Не дергайся напрасно, Поттер, мне отец рассказывал про эти цепи, — с удовольствием произнес Драко. — Магия бессильна, так что ты попал!

Люси захихикала, и Гарри подумал, что никогда в жизни не слышал более мерзкого смеха. Руки, на которых он висел всем телом, снова начали болеть.

— Люси, ты уже знаешь про раздевающее заклинание? — осведомился Драко, и у Гарри потемнело в глазах. Он был согласен выдержать ещё сто порок и полгода каждый день стоять с поднятыми руками, лишь бы Малфой и компания убрались сейчас из подземелья.

— Ты не смеешь трогать Гарри Поттера! — услышал Гарри голос Добби.

Эльф, появившийся возле ног своего молодого хозяина, грозно смотрел на Инквизиторский отряд.

— Кого я вижу, умереть, не встать, мой, типа, бывший домашний эльф, — изумился Драко.

— Теперь Добби — свободный эльф и служит Гарри Поттеру, и Добби помнит, как мистер Драко Малфой бил Добби, — глаза эльфа горели решительным огнем. — Добби больше не боится сына Люциуса Малфоя и защитит своего нового хозяина!

— Да я тебя сейчас...— Драко выхватил волшебную палочку, но в следующую секунду невидимая сила подхватила его и несколько раз подбросила. Кребб и Гойл растерянно смотрели, как староста школы смешно шмякается на пол. Люси пронзительно завизжала. Добби угрожающе поднял свой длинный палец.

— Что здесь происходит? — в комнату вошел Снейп.

Драко, громко стеная, раскинулся на полу. Люси и Милисент бестолково суетились возле него, Кребб и Гойл озадаченно смотрели на эльфа, который расправил уши и был готов сражаться ещё с сотней волшебников.

— Меня кидал этот мерзкий эльф! — завыл Драко, закидывая голову.

— В чем дело, Добби? Почему ты напал на волшебника? — резко спросил Снейп.

— Добби защищал Гарри Поттера! — гордо ответил эльф.

— Драко? — Снейп вопросительно повернулся к стонущему и вздыхающему Малфою. Но тот сделал вид, что ничего не услышал и застонал ещё громче, обхватив голову руками.

— Мисс Луш? — зельедел повернулся к Люси. Та виновато хрюкнула. — Я спрашиваю, что случилось? — Снейп сверлил Люси недобрым взглядом.

— М-мы-мы-мы...— начала она.

— Внятнее, — потребовал Снейп.

— Мы хотели поиздеваться над Поттером, — призналась Люси и крепко зажмурилась.

— Драко? — Снейп снова повернулся к охающему Малфою.

— А что тут такого? — он приподнял голову. — Отец разрешил его травить, сколько мне вздумается! Вы же сами его ненавидите! Его отец издевался над вами, так дайте я за вас отомщу!

Снейп побледнел и сделался страшным.

— Я прикажу выпороть этого домового урода! Ты ещё вспомнишь моего отца, Добби! — продолжал Малфой.

— Добби может наказать только его хозяин! — пронзительно завопил эльф.

— Зайдешь ко мне в кабинет, Драко, — тяжело произнес Снейп, и Гарри почувствовал, что Малфой испугался. От декана исходила такая мощная волна едва сдерживаемой ярости, что Гарри стало снова нечем дышать. Люси мелко дрожала и тихонько скулила. Кребб и Гойл испуганно сжались и даже уменьшились в росте.

— Придется провести воспитательный час об этикете чистокровных волшебников. Завтра, после уроков, — скривив губы, произнес Снейп.

Вошел Филч.

— Что здесь опять происходит? — рявкнул он.

— Я уже разобрался, — отрезал Снейп и вышел, взмахнув черной мантией. Филч вытолкал попавшихся под руку Люси и Гойла и отвязал Гарри.

— Завтра в то же время, — напомнил сторож, — и смотри мне! Не опаздывать!

Гарри растирал запястья, потрясенно глядя перед собой. Добби преданно заглянул ему в глаза.

— Спасибо, Добби, — шепотом произнес Гарри.

Лицо эльфа расплылось в широкой, во весь рот улыбке.

— Добби любит своего нового хозяина! — эльф обхватил Гарри своими тонкими лапками, радостно взвизгнул и с треском исчез.

*

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Добби сделал наказания Гарри безболезненными, а чтобы хозяин не терял понапрасну время и мог учить уроки, приносил ему в подземелье учебники. Гермиона постепенно приходила в себя и вскоре попросила Гарри принести учебники и ей, чтобы не отставать от других семикурсников в учебе.

Амбридж несколько раз заглянула в больничное крыло, чтобы посмотреть, как проходит выздоровление мисс Грейнджер. Но мадам Помфри строго заявила, что девочка ещё слаба и должна соблюдать постельный режим. Школьные заботы захватили госпожу директрису в такой круговорот, что она вскоре утратила интерес к пострадавшей Гермионе. Расписание по-прежнему не желало утрамбовываться в рамки, установленные Амбридж, и директриса часто бегала по коридорам Хогвартса, пытаясь усадить детей, учитель которых уверял, что никак не может раздвоиться. Оставлять учеников без присмотра после недавних событий было нельзя, поэтому часто в погоне за порядком Амбридж сажала вместе разные курсы или пол урока бегала в поисках кабинета, не разгромленного Пивзом. Однако не смотря на ее старания, уроки все равно пропадали или проводились так безобразно, что разгневанная директриса ругалась с учителями и яростно стучала кулаком по столу.

Кроме проблем с расписанием, у Амбридж было много хлопот, связанных с внедрением новой политики. Так, письмо из Министерства Магии, принесенное важной совой, потребовало обсуждения с учениками нового законопроекта про оборотней. Правительство предлагало поселить оборотней в резервации и обязать их проходить перерегистрацию раз в полгода, поскольку участились случаи нападения оных волшебных тварей на мирных волшебников. Помимо этого оборотням не разрешалось работать, вступать в брак и плодиться. «ВГП» разразился статьями про ужасы, вытворяемые оборотнями, а один номер даже посвятили «Истории Ремуса Люпина, преподавателя хогвартского». Некоторые ученики безропотно согласились, но почти весь Гриффиндор, знавший когда-то профессора Люпина, не захотел ставить свои подписи и писать хвалебные отзывы о будущем законе. Не помог даже проведенный воспитательный час с недвусмысленными угрозами. Несколько вялых отзывов написали только младшекурсники. Гарри, произнесший короткую, но пламенную речь в глаза Амбридж был снова наказан на следующую неделю.

— Моя свадьба отменяется, — расстроено произнесла Тонкс, когда встретила Гарри и Гермиону. — И главное, старая вонючая Жаба! — Тонкс всхлипнула и тихо, но очень сочно выругалась. — Извините, но это самое нежное, что я могу сказать в ее адрес! Новый закон о запрете оборотням вступать в браки она преподнесла мне, когда все учителя собрались за столом, и я хотела объявить о своей помолвке!

— Какая тварь! — негодующе произнесла Гермиона.

Гарри зло смотрел перед собой.

— Она нарочно меня травит, — пожаловалась Тонкс. — Из всех оставшихся учителей она больше всех ненавидит меня и Макгонагалл. Но Минерва ей спуску не дает, она очень строгая и умная, Амбридж старается с ней не связываться, а кусает исподтишка. Но меня она просто со свету сживает! Если бы не ты, Гарри, уже давно бы меня уволила.

— Я? — удивился Гарри.

— Ты у неё — первая и главная любовь, она не может уследить за нами двоими одновременно. Одно время Амбридж сидела почти на всех моих уроках, а сейчас у неё этот курс новейшей истории, расписание и, конечно, ты. Ты уже хронически наказан!

— Ничего страшного, — шепотом произнес Гарри, — мне Добби помогает.

— Да, — гордо и радостно подтвердила Гермиона. — И Добби, и Винки очень помогают нам.

— Везет же, — вздохнула Тонкс, — а я со своим Кричером воюю не хуже, чем с Амбридж. Мне приходится все время нагружать его работой, потому что он уже несколько раз норовил использовать свое свободное время с пользой для Темного Ордена — рассказывать все, что знает, Нарциссе. Слушай, Гарри, давай я его тебе подарю на перевоспитание, — пошутила Нимфадора.

— Четвертого эльфа я не вынесу, — рассмеялся Гарри.

— Тебе нужно его отпустить на свободу, — горячо заговорила Гермиона.

— Нет, Герми, извини, не могу, тогда он станет совсем неуправляемым. Служа мне и сыну Сириуса, он вынужден подчиняться моим приказам.

— Ты говоришь точно так же, как Сириус! — возразила Гермиона. — Вспомни, что именно предательство Кричера его погубило!

— Я учусь на старых ошибках, Герми, поэтому этот мерзкий эльф теперь знает то, что безопасно, — ответила Тонкс.

— Ты не знаешь того, что он знает про тебя и Орден Феникса! — воскликнула Гермиона. — Я так боюсь, что он навредит и тебе!

— Если так, то тогда его лучше убить, все равно уже старый, — усмехнулась Тонкс.

Гермиона испуганно отшатнулась.

— Послушай, Герми, — терпеливо сказала Нимфадора. — Я понимаю, что у вас с Добби полная гармония, дружба, взаимопомощь и все такое. Но эльфы, как и волшебники, тоже разные! Кричер ненавидит меня и моего сына! И я могу ему читать хоть каждый вечер твою брошюрку и предлагать свою любовь и дружбу, он все равно останется верен старому роду Блеков! Он любит Беллатрикс и Нарциссу точно также, как Добби — твоего Гарри! Он готов помогать им, нанося вред мне и Сириусу, а через меня — тебе и Гарри. Поэтому лучшим выходом было бы его убить. Но я же, как выражается Драко, типа, гуманная, жалостливая, не могу убить это существо. Но и отпустить его я тоже не могу. Свободный эльф становится опасным. У Кричера уже не будет передо мной никаких обязательств, он расскажет все наши тайны Беллатрикс и Нарциссе, а он много кое-чего подслушал из наших собраний. И кто знает, что эти добрые сестрички прикажут ему сделать! Может быть, убить меня или тебя, или Гарри! На войне как войне, Герми! Поэтому оставь свои эльфолюбивые теории для мирного времени, а Кричер пусть и дальше убирает, стирает и моет туалеты. Пока эльф работает, он безопасен!

Гермиона потрясенно смотрела на Тонкс. Гарри даже приоткрыл рот.

— Прости меня, Герми. Я не хочу, чтобы мы с тобой ссорились из-за несовпадения взглядов на рабство эльфов, просто ты видишь эту проблему в несколько упрощенном виде. Это и понятно. Ты — молода, наивна, да и выросла среди магглов. Иногда ваши идеи неприменимы в нашем мире.

После этого разговора Гермиона сидела задумчивой весь вечер, а Гарри быстро убежал читать книгу «Хотят ли эльфы быть рабами» — пора иметь собственный взгляд на проблему порабощения эльфов.

В комнате за сэром Кэдоганом убирала Винки. Увидев вошедшего хозяина, эльфиня поклонилась и исчезла. Гарри удобно устроился на подушках и развернул рукопись Гермионы.

*

После долгих размышлений, взвешиваний за и против, похода на кухню и общения с хогвартскими эльфами Гермиона пришла к выводу, что Кричер — жертва жестокости рода Блеков, но из-за одного такого злобного и опасного экземпляра нельзя остальных домовиков оставлять в унизительном рабстве.

Вновь обретя почву под ногами, Гермиона поискала взглядом Гарри, чтобы поделиться с ним своими мыслями. Но в гостиной его не было. На их любимом диване возле камина сидел Рон и тихо ругался с Парвати. Гермиона прислушалась. Парвати не хотела больше встречаться с Роном, потому что из-за ее связи с ним ее лишили должности старосты школы и дали понять, что если Парвати и дальше будет общаться с другом Гарри Поттера, то неприятности продолжатся.

— И кто же теперь у нас госпожа староста школы? — осведомилась Гермиона, подойдя к Рону и Парвати.

— Милисент Булстроуд, кто же ещё! Выслужилась, стерва, перед Амбридж и Малфоем!

— Долго же выслуживалась! — фыркнула Гермиона. — Неужели ты наивно полагаешь, что тебя сместили из-за Рона?

— А из-за кого же ещё? — огрызнулась Парвати. — Директриса мне очень ясно дала понять это!

— Ты не угодила ей тем, что не подлизываешься и не наказываешь понапрасну школьников, ты — нормальный человек, а не такая, как Люси Луш или эта Милисент, поэтому тебя и лишили должности! — горячо возразила Гермиона.

— В любом случае я уже не староста и не хочу, чтобы и дальше у меня были проблемы, поэтому, извини, Рон! — Парвати встала и, гордо задрав подбородок, ушла.

Рон расстроено посмотрел ей вслед.

— Я же говорила тебе, что она — не твоя пара! — произнесла Гермиона.

— Слушай, Гермиона, заткнись, пожалуйста, и без тебя тошно, — скривился Рон.

— Я пытаюсь утешить тебя, объяснить, что если бы Парвати тебя по-настоящему любила, то не бросила бы сейчас! Ведь я не отвернулась от Гарри, когда на него начала охоту Амбридж. Более того, я собираюсь помогать ему и дальше бороться с этой Министерской Жабой! И Гарри не бросает меня только из-за того, что я — грязнокровка! — горячо возразила Гермиона.

Рон ничего не ответил, и Гермиона с радостью отметила, что он задумался.

*

Гермиона вошла в комнату за сэром Кэдоганом и приятно удивилась, увидев читающего Гарри.

— Ну как? — ласково спросила она, присаживаясь рядом.

— Угу, — не отрываясь от страниц, ответил Гарри.

Гермиона довольно улыбнулась, увидев, как много он уже прочитал, и достала вязание.

— Ну, хорошо, я очень рада, что ты читаешь, а я пока свяжу Винки кофточку. А ещё хочу связать ей платье. В замке холодно, а она — в положении.

— Угу, — ответил Гарри, явно не слыша, что говорит Гермиона.

Девушка заглянула ему через плечо, чтобы посмотреть, до какого места он дочитал. Глава посвящалась истории жизни Добби у Малфоев. Сердце Гермионы забилось чаще.

— Кошмар, — пробормотал Гарри. — Поили сливочным пивом и огневиски на банкетах... Придурки!

Гермиона счастливо кивнула.

— Спал в углу кладовой на газетах! Неужели даже тряпки не нашлось? Драко... ну конечно, хорек. Тебя бы кто подвесил за ноги!

Гермиона снова покивала.

— Поддавал ногой, если просыпался в плохом настроении, ну точно, как мой дядюшка, — Гарри на минуту оторвался от чтения, чтобы посмотреть на Гермиону.

— Да, Гарри! — она энергично покивала.

Парень снова углубился в чтение.

— Что? — потрясенно воскликнул он. — Гермиона! Ну это... это вообще!

Гермиона ещё раз понимающе покивала.

— Это... это правда?! — Гарри пораженно посмотрел на неё. — Заставлять эльфа такое делать?.. Извращенец! — лицо Гарри перекосила гримаса отвращения.

— Да, Гарри, — Гермиона снова кивнула.

— Какой ужас...

Гермиона вздохнула.

— Добби, — позвал Гарри.

Эльф с треском появился перед ним.

— Да, сэр!

— Добби... это правда... то, что заставлял тебя делать Люциус Малфой? — запинаясь, выговорил Гарри.

Счастливые глаза эльфа мгновенно наполнились слезами.

— Добби не хотел! Но Добби должен был слушаться хозяина!

— Кошмар, — Гарри схватился за голову.

— Добби не хотел! Не хотел! — зарыдал эльф.

— Тебе, наверное, было противно, бедненький? — на глаза Гермионы навернулись слезы.

— Да, моя госпожа! — воскликнул он и принялся биться головой об пол.

— Ты что делаешь, Добби! Прекрати! — изумленно крикнула Гермиона.

— Не выгоняйте, Добби! — завопил эльф, выкручивая себе уши.

— Как мы можем выгнать тебя, Добби! — воскликнул Гарри, хватая его за лапки, чтобы эльф прекратил себя мучить.

— Гарри Поттер прощает Добби? — с надеждой спросил эльф.

— За что тебя прощать? Это Люциуса Малфоя нужно наказать! — ответил Гарри. — Ты — жертва, Добби!

— Когда-нибудь мы подадим в суд на этого негодяя, — пообещала Гермиона и погладила всхлипывающего эльфа по голове.

— Бедный Добби, — Гарри снова потрясенно покачал головой. — Кажется, теперь я понимаю, что Дурсли не были плохими. Да, они были часто ко мне несправедливы, заставляли меня, как домашнего эльфа, убирать, мыть полы, но... никогда... ничего подобного, — Гарри глотнул подкативший к горлу комок. — Добби... — Гарри обнял эльфа, который зарыдал своему новому хозяину в плечо.

*

— Слушай, Гарри, что с тобой? — потормошил его Рон. — Что случилось? — Они сидели в гостиной и пытались учить уроки. — Ты уже наказание отбыл?

— Нет, забыл, сейчас иду, — невнимательно пробормотал Гарри.

— Ты что? Если Филч доложит Жабе, что ты опоздал, то она назначит тебе ещё одно наказание! — испугался Рон.

— Я занят на всю следующую неделю. Так что... одним разом больше, одним меньше... Послушай, Рон... ты же читал книгу Гермионы...

— Этих рабов ее, что ли? — уточнил тот.

— Да.

— Ну, читал... — пожал плечами Рон.

— И ты... так спокойно на неё отреагировал? — изумился Гарри.

— Ты чего, старина? — опешил Рон.

— Я потрясен, Рон, мы обсуждали эту книгу почти до утра! То, что некоторые волшебники вытворяют с эльфами... Это невозможно, Рон!

— Подожди, Гарри, ты чего? С катушек съехал? Ты теперь тоже активный борец этой РВОТы или ГАВНЭ, как там ее?

— Рон, я поражаюсь! Как ты на это спокойно смотришь? А если бы с тобой так обращались, как с Добби?

Рон ошалело уставился на Гарри. Наконец его рот растянулся в ухмылке.

— Так эта тяга к освобождению, она что, половым путем передается? Или Гермиона тебя зельем опоила?

Гарри покачал головой:

— Послушай, Рон. Я понимаю, что эльф — это не волшебник, что это другое существо, но он так же, как и мы, способен радоваться, быть счастливым или несчастным, страдать!..

— Ты чего, Гарри? — обалдел Рон.

— Как чего? Ты же читал книгу Гермионы!

— Ну я только первую главу, чтобы она отстала, — сознался Рон.

–Тогда прочти эту главу, — Гарри протянул ему рукопись Гермионы.

— Чего? — Рон пробегал глазами строки. Наконец его лицо скривилось так, что Гарри отодвинулся, ожидая, что его друга сейчас стошнит.

— Ну и придурок, — с чувством выговорил Рон. — Обалдеть можно! Фу! Нет, Гарри, я знал, что эти Малфои — законченные идиоты, но чтобы так! Ну все, Малфеныш, ты попал! Теперь я знаю, как тебя дразнить! — Рон загоготал.

— Более тупого и бессердечного существа, чем ты, Рон, я никогда не встречала! — воскликнула неожиданно появившаяся Гермиона.

— Неужели тебе не жалко Добби? — изумился Гарри.

— Ну не повезло Добби, да, — согласился Рон. — Но Малфой! Умора! Фу! Бе! — Рон согнулся пополам, выказывая все свое отвращение к благородному волшебному семейству.

Разогнувшись, он увидел два одинаково сверлящих его осуждающих взгляда.

— Ну все, — захохотал он, — привет! У вас, похоже, теперь полная гармония!