Глава 2
В голове стоял оглушающий шум. Я сказала, что земля ушла у меня из-под ног тогда, когда дедушка заговорил об учёбе? Забудьте. Это случилось сейчас. Внутри всё сжалось, и я не могла пошевелиться. Сердце так бешено колотилось, что казалось, оно сейчас выпрыгнет наружу.
«Как такое возможно» — крутилась в моей голове одна-единственная мысль.
Брак? Кажется, дедушка не совсем правильно понял мою мечту. Я хотела учиться и работать. Становиться «Рабыней» в мои планы не входило. Конечно, я понимала, что однажды мне придётся сделать этот шаг. Но я всегда думала, что это будет моим решением. Думала, что я свяжу свою жизнь с человеком, которого полюблю. Мысли смешались в голове, и я не могла проронить ни слова. Всё это было похоже на злую шутку, только вот никто не собирался смеяться. Дедушка прервал мои мысли.
— Мелисса, ты меня слышишь? — спросил он, внимательно посмотрев на меня.
Я покачала головой, надеясь, что сейчас всё закончится и я вернусь в реальность. В свою привычную жизнь, где единственной проблемой, было моё желание учиться. Я надеялась, что всё это, мне кажется, или снится, но нет. Всё происходило в действительности так, как я услышала с самого начала.
— Мелисса — он вновь назвал меня по имени.
— Дедушка, какой брак, ты о чём вообще говоришь? Я говорю, что хочу учиться, чтобы в будущем работать. В подобных семьях, как наша, такого варианта развития событий не существует.
— Мелисса, послушай меня. Человек, о котором я говорю, немного отличается от людей нашего круга... Это очень современный молодой человек. Женщины в их семье учатся, работают и даже живут одни, — сказал он, проведя рукой по волосам.
— Стоп, ты ведь сам говорил, что мужчина, который позволяет своей женщине работать — не мужчина. И что в такую семью ты не выдашь ни одну женщину из своего дома. Что изменилось? — спросила я, пытаясь понять его.
— Я и сейчас так считаю. Но этот контракт очень выгоден обеим сторонам.
Услышанное не укладывалось у меня в голове. Несколько секунд я просто смотрела на него, пытаясь осознать смысл сказанного.
— Контракт? Я для тебя всего лишь сделка? — сказала я, встав с кресла.
— Мелисса, ты уже не ребёнок, — произнёс он спокойно — Мне не надо объяснять тебе, как устроена жизнь. Подумай, взвесь всё и приходи. Но это останется между нами. Ты меня поняла?
Я даже не смогла ему возразить. В голове крутилась лишь одна-единственная фраза: «Этот контракт выгоден обеим сторонам». Едва сдерживая слёзы, я вышла из кабинета. Казалось, что ноги вот-вот подкосятся и я упаду. Я шла по коридору, не замечая ничего вокруг. Мысль, что мой близкий человек хочет продать меня как товар на аукционе, выбила меня из колеи. Внутри будто что-то сломалось. В какой-то момент всё потеряло смысл. Я остановилась возле двери в свою комнату и просто смотрела в пол. Вдруг кто-то резко схватил меня за руку, и я пришла в себя. Подняв глаза, я увидела брата.
— Мелисса — раздался встревоженный голос Натана.
Я быстро вытерла слёзы и натянула на лицо дежурную улыбку.
— Когда ты вернулся?
— Минут десять назад, — сказал он, внимательно посмотрев на меня.
— Как съездил к маме? — спросила я, пытаясь перевести тему.
— Не переводи тему — сказал он тут же — Почему ты плачешь?
— Ты ведь знаешь, разговоры с дедушкой порой пробивают на слёзы.
Я отвела взгляд, чувствуя, как внутри всё сжимается. Но сделав глубокий вдох, быстро пришла в себя.
— Он обидел тебя?
Натан приблизился, ожидая ответа.
— Я же сказала — разговоры. Мы говорили о прошлом, он рассказывал о своих разбитых мечтах, потерях и предательстве близких..
Я с трудом сдерживала слёзы и вновь попыталась перевести тему.
— Как съездил к маме?
— Нормально. Почему ты не захотела поехать со мной?
— Она позвала тебя, а не меня — сказала я, слегка улыбнувшись.
Он нахмурился, явно расстроенный моим ответом.
— Но тебя позвал я.
— Натан...
— Каждый раз, когда я еду к ней, то чувствую себя самым ужасным человеком в мире. Чувствую, что предаю тебя.
Натан всегда говорил эти слова, всякий раз, когда возвращался домой. Чувство вины не отпускало его. Он долго не хотел верить в то, что мама не любит меня. Однако, сколько бы я ни говорила ему об этом, он отчаянно продолжал предпринимать различные попытки примирить меня с ней.
— Ты самый лучший в мире человек, — сказала я, поцеловав его в щеку.
Открыв дверь, я зашла в комнату и просто упала на кровать.
Я больше не могла контролировать поток слёз, да и не хотела. Мысли в голове переплетались вместе с голосами. Я столкнулась с жестокой реальностью, о которой раньше читала лишь в книгах. Впервые в жизни я задумалась о том, действительно ли я хочу учиться и работать. Впервые эта мечта была одновременно так близко и так далеко. И впервые я осознала, что могу добровольно отказаться от неё.
Я чувствовала себя преданной. Мой дедушка, которого я так сильно любила, воспользовался моей слабостью. И я даже не могла ни с кем поговорить об этом.
Лёжа на кровати и смотря в потолок, я размышляла о жизни. Не понимая, что будет дальше, я мечтала лишь о том, чтобы папа как можно скорей вернулся домой из очередной командировки. Только он мог помочь мне справиться с дедушкой, но звонить ему в таком состоянии я не хотела. Я просто не знала, как сказать об этом по телефону. Да и что сказать? «Папа, я выхожу замуж?» — это даже звучало ужасно, не говоря уже о том, чтобы быть правдой.
Я не могла понять, как можно выйти замуж за человека, которого ты не знаешь, не любишь, и с вероятностью в 99% никогда не полюбишь. Один процент я оставила на случай, если этот человек окажется тем идеальным мужчиной, которого однажды я придумала в своей голове. Человек, в котором соединились образы всех настоящих мужчин, о которых я читала и на которых смотрела, и которых так сильно полюбила. В детстве я много читала. Каждое лето, когда Натан уезжал на каникулы к маме, а я оставалась одна с дедушкой, я находила утешение в книгах. За всё время я перечитала почти все книги, что были у нас в библиотеке.
С возрастом мои интересы стали меняться, и помимо чтения книг, я стала смотреть фильмы и сериалы. Одним из моих любимых способов справляться с депрессией было закутаться в тёплое одеяло и вновь окунуться в мир любимых историй. Эти фильмы и сериалы стали для меня больше, чем просто развлечением и пустой тратой времени, как считала моя мать. Но они были для меня убежищем, местом, где можно было забыть о реальности и сбежать от всего и от всех.
Я открыла для себя магию Гарри Поттера, следила за вампирскими страстями в Сумерках и Дневниках вампира, также наблюдая за кровавыми схватками в От заката и до рассвета. Признаться, сумерки так и остались для меня чем-то особенным. Позже моё сердце завоевали Зачарованные и мир моды и интриг Сплетницы. К окончанию школы я безумно полюбила Унесённые ветром и с головой погрузилась в завоевание Вестероса вместе с персонажами Игры престолов.
Однако всё это время, особое место в моём сердце занимали исторические сериалы и детективы. Я могла без конца пересматривать истории правления великих домов, и это лишь усиливало моё желание, ещё больше узнавать и читать об этом. Детективы пробуждали во мне, жажду разгадывать самые сложные головоломки вместе с главными героями. И все эти запутанные расследования, тайны и поиски правды лишь сильнее завораживали меня. Отчего моё желание стать адвокатом становилось лишь сильней.
Я восхищалась сильными женщинами, благодаря любимым персонажам. В Дейнерис Таргариен меня завораживала целеустремленность. В Блэр Уолдорф — умение держать себя с достоинством и добиваться своего. Наташа Романофф и Сантанико Пандемониум вдохновляли меня своей смелостью, а Прю Холливел — ответственностью и преданностью семье. Они откликались во мне больше всего, потому что что-то из их характера было близко мне — решительность, умение оставаться верной себе и бороться за свои мечты.
Однако образ моего идеального мужчины складывался из черт тех героев, которые покорили моё сердце. Ретт Батлер, мистер Дарси, Элайджа Майклсон, Деймон Таргариен, Эдвард Каллен и Деймон Сальваторе — все они были разными, но обладали теми качествами, которые я ценила больше всего. Самодостаточные, умные, с хорошим чувством юмора и харизматичные. Способные совершать ошибки, но умеющие их признавать и исправлять. Они любили до последнего вздоха, защищали и отстаивали свою любовь, не боясь идти против всего мира.
Мне всегда казалось, что подобный мужчина — это лишь плод моего воображения и в реальности его не существует. Именно поэтому я заложила на любовь в этом «браке» лишь один процент.
Однако я задумалась, лишь на секунду, пытаясь понять, стоит ли моя мечта таких жертв? У меня не было ответа на этот вопрос. Учиться и стать кем-то в этой жизни — было единственным моим желанием, но цена была слишком высока. И вдруг я пришла в себя и осознала, что действительно начала об этом думать и даже позволила себе допустить подобные мысли.
Размышляя обо всём, я не заметила, как на улице уже стемнело. Встав с кровати, я подошла к окну и задвинула шторы. Оглядевшись по сторонам, я решила отвлечься и немного прибраться. Моя комната была оформлена в стиле Парижа прошлых эпох, в мягких пастельных и светло-розовых оттенках. В центре стояла большая круглая кровать, на которой было бежевое покрывало и несколько подушек. Сбоку у окна располагался туалетный столик с зеркалом, на котором были расставлены флаконы моего любимого парфюма и шкатулка с украшениями. Ванная комната и гардеробная также находились в моей комнате, и порой я могла не выходить все выходные, наслаждаясь своей небольшой, но очень уютной «квартиркой». Лишь Натан нарушал мой покой и заставлял меня спуститься, чтобы я поела.
Собственно, что он сделал и сейчас. Постучав в дверь, он дождался, когда я отвечу, и вошёл в комнату.
— Идём ужинать — сказал он с улыбкой.
— Я не голодна, Натан.
— Что произошло, пока меня не было?
— Ничего — ответила я спокойно.
— Не ври, у тебя глаза красные. Ты плакала.
— Я немного расстроилась. Ничего серьёзного.
Натан подошёл ближе и несколько секунд смотрел в мои глаза. Он знал меня слишком хорошо, чтобы поверить в моё неубедительное «ничего».
— Это из-за того, что я уехал?
— Не говори глупостей. Ты здесь абсолютно ни при чём. Просто... скоро экзамены, и вся эта тема с поступлением меня очень расстраивает.
Натан сделал ещё шаг, и, прижав меня к себе, обнял.
— Я постараюсь ещё раз поговорить с дедушкой, только не плачь больше, хорошо?
— Это бесполезно.
— Я постараюсь.
— Не надо. Я поговорю сама после ужина, не делай ничего, ладно?
— Но если он ещё раз доведёт тебя до слёз, то даже твои красивые зелёные глаза не заставят меня замолчать — сказал он улыбнувшись.
— Твои такие же, — сказала я, подняв голову и посмотрев на него.
От отца Натан унаследовал не только нрав и доброе сердце, но и красоту. Мы были с ним очень похожи, но Натан был точной копией отца в молодости. Такие же тёмные, густые и вечно взъерошенные волосы. Широкие брови, которые придавали его лицу строгий вид, но на фоне его невероятно красивой улыбкой всё это меркло. В старших классах Натан пользовался популярностью и считался самым красивым парнем школы. Девочек привлекали его зелёные, изумрудного цвета глаза и слишком полные для парня губы, о которых они не уставали шептаться в коридорах школы, во время большой перемены. Отличительной чертой его характера было терпение. Натан был сдержанным и очень терпеливым человеком. Он никогда не говорил на повышенных тонах, даже когда этого требовала ситуация. Порой его чрезмерное спокойствие выводило дедушку из себя, который был его полной противоположностью.
Мы с Натаном спустились, где за столом нас уже ждали дедушка и дядя. Мы молча заняли свои места. Дедушка сидел во главе стола с невозмутимым видом, как будто ничего не произошло. Я практически ничего не ела и лишь водила вилкой по тарелке. Натан то и дело переводил взгляд с меня на дедушку, пытаясь понять, что между нами происходит. Дедушка спокойно ужинал, а дядя казалось, даже не замечал напряжения, которое витало в воздухе. Он спокойно ел утку, медленно разрезая её и обмакивая в соус. Время от времени я чувствовала взгляд дедушки на себе.
— Мелисса, ты даже не притронулась к еде, — вдруг заметил дядя, который наконец-то смог оторваться от утки.
Я пожала плечами, не зная, что ответить.
— Очень вкусно, попробуй — сказал он.
— У меня совсем нет аппетита — сказала я, отодвинув тарелку — Мика уже вернулся домой?
— Он прилетает завтра утром — сказал дядя с улыбкой.
Мика, сокращённо от его полного имени Микель — мой двоюродный и самый близкий брат, после Натана. У меня много братьев по отцу, но лишь он всегда был рядом. Мы с детства были вместе. С первого класса сидели за одной партой и всегда защищали друг друга. Учитывая особенности моей семьи, я могла ходить куда-то только с братом. И Мика всегда делал то, что я просила, даже если это противоречило правилам.
Родиться в консервативной семье — это всегда следовать строгим правилам, которые касались практически всего. Здесь не было места для личных желаний, да и целом не было своего «Я». Все решали старшие члены семьи, и их слово было законом. Я не могла носить слишком откровенные вещи, всё должно было быть сдержанным и скромным. Однако некоторые послабления благодаря маме у меня всё же были. Единственное, что она сделала для меня — это смогла отстоять у дедушки право на ношение одежды, которая мне нравилась, и всё же, это не должно было быть вызывающим. Важно было следовать традициям, а не выделяться среди остальных. Но я была единственной девочкой в семье, и это уже меня выделяло. Встречаться с парнями и иметь с ними какую-либо близость, также было под запретом. Но это было наименьшим из зол, потому как, подобное меня совсем не волновало. В приоритете была лишь учёба и ни о каких парнях я даже не думала.
Признаться честно, раньше меня очень злили все эти правила и традиции. Всё казалось таким ограниченным, что я часто чувствовала себя, как в клетке, где каждый шаг был под контролем. Поэтому я всегда мечтала о свободе, но дедушка говорил, что так нужно для порядка и безопасности, а я долго не могла понять, почему сама не могу принимать решения. Прошли годы, но я так этого и не поняла.
Когда все разошлись по комнатам, я направилась в кабинет дедушки.
— Можно? — спросила я, постучав в дверь.
— Проходи, садись — ответил он, указав рукой на кресло.
Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.
— Ты уже подумала?
— Здесь не о чем думать, дедушка — сказала я решительно.
— То есть ты... — склонив голову набок, он внимательно посмотрел на меня.
— Не согласна — прервала я его на полуслове — Как ты мог подумать, что я соглашусь на подобное? Ты воспринял мою мечту как слабость, но благодаря тебе я вынесла урок.
— Ты совершаешь большую ошибку. Я не позволю тебе учиться.
Разгневанный моим ответом, он встал с кресла и подошёл ко мне. В прошлом у нас были конфликты. Мы часто не сходились во мнениях и спорили друг с другом, но никогда прежде я не видела его таким. Передо мной стоял совершенно другой человек. Он несколько минут просто смотрел на меня, а потом прервал молчание.
— Я пытался поговорить с тобой по-хорошему, дал право выбора, но ты этого не оценила. Мой отец, твой прадед всегда говорил одну фразу: «женщина понимает только один язык — язык страха». Не согласишься добровольно, тогда я сам выдам тебя замуж, но не за этого парня, а за человека наших правил и традиций и тогда ты узнаешь цену тому, что я тебе предлагал. А теперь пойди и подумай ещё раз.
— Здесь не о чем думать. Я приняла решение и не изменю его. Делай, что в твоих силах. Однако кое-что ты упустил. У меня есть отец и братья, которые этого не допустят. Также, есть ещё и дяди. Ты не сможешь этого сделать.
— Нет, Мелисса, кое-что упустила всё-таки ты, — на лице дедушки промелькнула ухмылка, — Никто из твоих дядей, братьев и даже отца, до сегодняшнего дня не пошёл против моего слова.
И в этот момент я застыла на месте. Сказанные им слова лишили меня последней надежды, и я столкнулась с реальностью. Он был прав. Никто раньше не осмеливался идти против него, и всё всегда было так, как он решил. И пытаясь вспомнить хотя бы одну ситуацию, когда было иначе, я поняла, что иначе никогда и не было. Его слово было решающим в любом вопросе.
— Подумай ещё раз, — сказал он и сел обратно.
Я вышла из кабинета, хлопнув дверью так сильно, что могла, разбудить весь дом. С трудом держась на ногах, я шла в свою комнату и не могла остановить поток слёз. Закрыв дверь, я села на кровать, прижав ноги к груди, и пыталась успокоиться. Я чувствовала себя беспомощной и не знала, что делать. Отчаявшись настолько, насколько это было возможно, в моей голове даже появились мысли о побеге. Вдруг раздался стук в дверь. Я вытерла слёзы с лица, встала и открыла. Это был Натан. Увидев меня в таком состоянии, он зашёл и закрыл за собой дверь.
— Что происходит? — спросил он, дотронувшись до моего лица. — С момента, как я вернулся, ты на себя непохожа. Всё время плачешь, ничего не ешь. Что с тобой, Мелисса? И не ври, я вс равно узнаю.
Я подняла глаза, пытаясь сдерживать слёзы, но ничего не получалось. У меня больше не было сил сдерживать себя. Закрыв лицо руками, я расплакалась и села на кровать. Натан сел рядом и молча обнял меня. Дождавшись, когда я немного приду в себя и успокоюсь, он снова спросил:
— А теперь рассказывай. Что случилось?
Скрывать больше не было смысла, поэтому я сказала как есть.
— Дедушка хочет выдать меня замуж.
Выражение его лица резко изменилось. Казалось, он был готов услышать что угодно, но не это. Резко встав с кровати и не сказав ни слова, Натан вышел из комнаты. Я побежала за ним и схватив за руку, попыталась остановить его.
— Натан, я прошу тебя, пожалуйста. Не ходи к нему.
— Ты себя слышишь? — спросил он, недоумённо посмотрев на меня.
— Слышу, но то, что ты собираешься делать — не поможет, а лишь усугубит ситуацию.
— Ты не знаешь, что я собираюсь делать.
Забрав руку, он стремительным шагом направился в его кабинет. Я снова преградила ему путь.
— Натан, пожалуйста. Не сейчас.
— А когда? Когда он продаст тебя, словно выгодный контракт?
— Когда вернётся папа — сказала я, сделав шаг вперёд — Он не станет тебя слушать.
Он сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться.
— Нужно быть умнее дедушки — продолжила я.
— Ты права.
Я подошла к нему и крепко обняла. Зная его характер, я была удивлена таким поступком. Натан никогда не шёл на поводу у своих эмоций.
— Пока я жив, этого брака не будет. Поняла? — сказал он тихо
— Я люблю тебя, — сказала я, обняв его ещё крепче.
— И я тебя люблю, Мелисса. Никто не посмеет выдать тебя замуж против воли.
Услышанное растрогало меня. В его словах я чувствовала любовь и защиту. Мне сразу стало легче, и я немного успокоилась. Он был готов сделать всё, чтобы защитить меня, и это было важнее всего.
Проводив до комнаты, Натан поцеловал меня в лоб и пошёл к себе. Я легла на кровать и прокручивала в голове всё то, что произошло со мной сегодня. Я так вымоталась, что совсем не заметила, как уснула. Всю ночь мне снилось что-то странное. Обычно я всегда запоминала все свои сны. Они были такими насыщенными, будто всё случившееся там, происходило наяву. Но не сегодня. Даже во сне я чувствовала всю тяжесть, прожитого дня. Я спала, как вдруг вскочила с кровати от криков. Впервые в жизни я услышала, как кричит мой брат.