Глава 71. Лиса смерти
*Есть внутри некоторых душ —
тихий пепел древнего огня.
И если ветер перемен силён,
пламя может вспыхнуть вновь.
И тогда рождается та,
что принесёт разрушение...*
---
Система гудела тревогой.
Красные лампы вспыхнули вдоль коридоров,
словно капли крови,
разлитые по стенам.
— «Быстрее!» — скомандовал Грэм,
ведя их вглубь комплекса,
где серверы уходили в потолок,
а шум механизмов
переходил в низкий рёв.
Они спустились глубже в подземелья центра Polaris — туда, где ни один следователь, ни один доктор не осмелился бы ступить без разрешения. Гул ламп, трещащие провода, запертые двери — всё казалось забытым, оставленным.
В это время
Брамс и Кори нашли зал наблюдений.
На одном из мониторов —
живой объект.
Мальчик.
Бледный.
Подключённый к трубкам,
в подвешенной капсуле.
— «Они заморозили его сознание...» — сказал Кори,
— «Это Роан. Один из первых. Он может знать многое.»
— «Но за ним идут...» — добавил Грэм,
глядя на радар приближающихся сигналов.
Но Лилит знала: здесь не было забвения. Здесь рождались монстры. Здесь умерла она... прежняя.
Но Лилит вдруг остановилась.
Сквозь пыль и ржавчину её рука нащупала дверцу из чёрного металла. Брамс держал её за плечи, но она, дрожа, шагнула вперёд. За дверью была комната без окон. На пьедестале, посреди бетонного зала — маска. Фарфор, расчерченный фиолетовыми узорами, острые ушки, взгляд зверя. Лиса.
— Это... моя, — выдохнула Лилит. — Моя маска.
В Лилит вспыхнуло воспоминание —
нечёткое,
мелькающее,
как вспышка света за века:
— *«Ты защитишь нас, Лиса. Ты — наша охотница.»*
Словно вихрь из воспоминаний обрушился на неё. Переезд. Центр. Жестокие тесты. Голоса: *"Она идеальна. Генетика стабильна. Программа Кицунэ активирована."* — и боль. Непередаваемая, дикая.
Она помнила, как рвала. Помнила, как её глаза наливались ядом, и сердце холодело. Как ей дали имя: "Лиса Смерти". Она помнила всё.
Маска дёрнулась. Затрещала. Сама встала ей навстречу, как будто узнала её. Пульсация, гудение — материал начал восстанавливаться, будто откликнувшись на присутствие хозяйки. Когда она коснулась маски, та вплавилась в кожу, обволакивая лицо и голову. Боль пронзила её, но Лилит не закричала — она зарычала.
*Система активирована. Идентификация: Кицунэ. Геном подтверждён. Ограничители сняты.*
Из воздуха появилась её главная сила: огромная фиолетово-чёрная коса. Лезвие пульсировало тьмой, а при каждом её вдохе воздух становился плотнее от ненависти и боли.
— Они идут, — прошептал Грэм, прижимая Кори к груди, — слышишь, они пробиваются через южную дверь.
— Долго не продержимся, — хрипло выдохнул Брамс, кровь текла из раны на плече. — Если только...
— Я вас прикрою, — раздалось от входа.
Лилит стояла в полутьме. В глазах — бездна. Маска была на лице. Но теперь она не была просто маской. Она слилась с ней.
Брамс и остальные отступили, ошеломлённые. Её тело трансформировалось. Глаза загорелись фосфоресцирующим лиловым светом, а на спине выросли энергетические ленты — будто хвосты лисы, дрожащие от ярости.
— Лилит? — тихо прошептал Брамс, но она уже была другой. Её разум заволокло — страсть к защите, жажда мести, без остатка.
В ней разгоралась сила. Она ощущала металл под кожей, и в то же время чувствовала, как разум очищается. Прежняя Лилит — с чувствами, с жалостью, с теплом — отступала. Оставалась лишь ярость. Лишь мстительная тень, созданная уничтожать тех, кто причинил боль.
— Не подходите ко мне, — прошипела она, — пока всё не закончится.
И тут всё произошло одновременно.
Двери комплекса взорвались изнутри. Из коридоров вырвались машины Polaris — охранные андроиды, с шипами, режущими руками, багровыми линзами. Не менее десятка.
Тяжёлые автоматизированные дроны
в броне,
вооружённые импульсными винтовками,
заполнили зал.
Они открыли огонь.
Она бросилась в бой.
И это был не бой. Это была резня. Красота и ужас, сливающиеся в одну симфонию. Лилит пронеслась сквозь них как смерч — её коса с шипящим звуком разрубала металл. И каждый раз, когда один из врагов пытался схватить её — она исчезала, как тень, перемещаясь мгновенно и без предупреждения.
Один из роботов схватил Грэма — и Лилит, с криком, пронеслась над полом, разрубив его пополам в одно движение. Её голос — нечеловеческий, полный ярости и боли, отдавался эхом по залу. Она рычала, орала, будто умирающий зверь, у которого отняли всё, что дорого.
Лилит...
...была ими пуганым чудом.
Она рычала. Орала. Бросалась.
Разрезала. Молотила. Ломала.
Её движения были нереальны. Словно ветер, как бешеная стихия, пульсирующая в агонии боли и гнева.
Брамс, отбиваясь от одного из автоматов, обернулся — и замер.
Он не мог понять.
— Лилит...?
Но это была она. Та же. Иная. Ужасающе красивая.
Несокрушимая.
Каждый её крик — словно крик и его собственного сердца. Он чувствовал, как снова влюбляется. Сильнее. Глубже. До боли. До дрожи.
Брамс не мог оторвать взгляда. Он смотрел на неё — ужасающую, великолепную, трагичную. Она была как стихия, которая не знала границ. И в этой стихии — вся её любовь, вся её боль.
— Лилит, — прошептал он, — Боже, какая ты...
Она, обезумевшая от боя, всё ещё чувствовала их позади. Она защищала их. Неосознанно. Инстинктом.
С последним ударом она пронзила центральный ядро одной из самых крупных машин. Позади остались тела. Металл, кровь, дым. Пыль поднялась до потолка, и наступила тишина. Лилит стояла среди искорёженного металла, облитая масляной кровью, её дыхание рвалось из груди, глаза всё ещё горели.
Брамс подошёл, трясущимися руками обнял её со спины.
— Всё хорошо... я здесь. Ты здесь. Ты — ты.
Лилит дрожала. Маска треснула и медленно растворилась на её коже, оставляя лицо измученное, но её.
— Ты... ты помнишь нас?
Она кивнула.
— Но не все эмоции мне ещё доступны. Я только учусь... любить. Чувствовать.
Он прижал её к себе.
— Мы научимся вместе.
Она устало улыбнулась, глядя на них:
— Я смогла вас защитить. И теперь... всегда буду рядом. Это тоже мой бой.