Врезавшийся в память

Пара одновременно обернулась, и перед их взором предстала кучка парней, которые явно настроены на мордобой. Любому человеку хватит лишь одного взгляда, чтобы понять, что это последние люди на этой планете, с которыми стоило бы связываться. Трое неплохого телосложения мужчин, среди которых был их недавний «приятель» начали прожигать взглядом Гришу.

— Слушай, нашему боссу понравилась твоя девушка, — начал один из громил, смотря на парня сверху вниз, как на мусор.

  — Выбирай: либо ты отдаёшь девку, а сам идёшь гулять, либо мы заберём её силой, — по-хамски завершил другой, с битой, парень же, которого они видели раньше лишь самодовольно улыбался, своим видом говоря: «Ну, и кого ты теперь пошлёшь?»

Аня была в жуткой панике. «Кто? Что? Зачем? Кому?» — вертелось у неё в голове. Все мысли смешались, поэтому девушка растерялась.

Аня точно не хотела иметь дело с якудза, но также она осознавала, что Гриша ничего не сможет сделать против трёх мерзких бандитов. Если он заступится за неё, его просто изобьют, а если попытается выиграть время, дав девушке сбежать, русоволосая себе этого никогда не простит. Было очень страшно от осознания, что выход только один — сдаться без боя.

Как бы сильно у неё это не вызывало отвращение, ради безопасности Гриши она готова, если не на всё, то на очень многое, как и другие влюблённые женщины. Она даст время убежать и вызвать полицию Грише, нежели подвергнет его опасности.

Что выберет девушка, которая по уши влюбилась: пойти на жертвы, но зато уберечь любимого, или сбежать, оставив свою любовь на избиение, которое скорее всего закончится летальным исходом? Думаю, по-настоящему любящие не оставят возлюбленного в беде. Только собравшись с мыслями, Аня хотела сказать, что исход этой битвы предрешён и парню стоит бежать, но посмотрев на лицо Гриши, она проглотила язык.

— Никакая она вам ни девка! — дерзко заявил он, — Она — прекрасная принцесса, которую ни вы, ни ваш босс и пальцем не тронете!

— На драку нарываешься?! — перешёл почти на рык их недавний «приятель».

  — Думаешь я убегу, поджав хвост? Ошибаешься! — всё также уверенно продолжал Гриша, поразив своей храбрость Аню.

Что происходило потом казалось девушке просто невероятным. Смущённую Аню словно парализовало от страха перед предстоящей дракой, но она глаз не могла отвести от своего возлюбленного.

Мужчина с битой получил хороший внезапный удар в висок и сразу отключился. Со вторым, быстро подоспевшим, бой был более серьёзный. Кулак бандюги успел не раз съездить по лицу Гриши, но это не были односторонние атаки, соперника тоже успели нехило побить.

И вот Вишняков почти победил, но сзади нарисовалась тёмная фигуру, которую «занятый» Гриша не замечал. Это определённо был их знакомый парень с татуировками, который, как уже заметила пара, был ещё той крысой, поэтому и сейчас нападал сзади, подобрав биту первого.

Аня быстро опомнилась и попыталась защитить Гришу, своим телом закрывая его. Неудивительно, что её больно ударили битой, к счастью, Карницкая успела сделать что-то похожее на блок из своих рук, поэтому весь удар пришёлся не по голове. В этой ситуации ободряло лишь то, что, если бы не она, коллега лежал уже на безжизненном асфальте, не шевелясь. Ещё один ловкий удар и второй бандит готов, но Гриша серьёзно вымотался. Разозлившись, третий попытался ещё раз со всей дури ударить девушку, которая лишила их победы, но её толкнул в сторону Вишняков, тем самым защитив.

Сейчас начался ещё один бой, в котором с каждой секундой у Гриши оставалось меньше шансов. Парень был уже изрядно измотан, пока дрался с предыдущими двумя, поэтому у бандита, следовавшего нечестной тактики, шансов было больше. Девушка понимала это, поэтому быстро начала оглядываться вокруг, чтобы позвать помощь, но было безлюдно, звонить в полицию — слишком поздно. Зато взгляд Ани зацепился за пустую стеклянную бутылку рядом с мусорным баком. В Японии улицы были чище, чем, например, в России, поэтому эта бутылка была настоящей удачей. Взяв её, Карницкая подкралась к нападавшему на них уроду сзади, играя по «его» правилам, и что есть силы треснула ему по голове. Незнакомец после такого удара сразу же вырубился.

— Благодарю, — сказал избитый Вишняков, приводя дыхание в норму.

  — Гриша! Ты как? Я вызову скорую! — паниковала девушка, страх за его здоровье усилился троекратно, когда Аня смогла получше разглядеть его разбитый нос и нижнюю губу, также она была уверенна, что на его теле сейчас куча синяков.

  — Я в порядке, — ответил он, отмахнувшись, показывая, что это всё пустяки.

— Но ты плохо выглядишь! Тебе срочно нужна медицинская помощь! — не унималась девушка.

— На фоне тебя все плохо выглядят, — отшутился он, — слишком уж ты красива, даже вон, смотри, — парень указал на валяющихся нападавших, — якудза оценил.

— Ты мне зубы не заговаривай, — Аня решила, что сейчас не самое лучшее время вестись на комплименты.

— Я, правда, в порядке, — заверил он ещё раз, — лучше скажи, как ты, тебе ведь тоже досталось, — Вишняков немного сник, — Прости, это всё из-за меня, я не знал, что всё так выйдет.

— Совсем что ли дурачок?! — возмутилась Карницкая, — Ты спас меня только что! Если бы не ты, то я даже боюсь думать, что со мной было!

  — Но ведь в клуб тебя притащил я и... — Грише не дали договорить.

 — И благополучно вывел из него тоже ты, не испугавшись и не убежав, — перебила его Аня, — это был мой лучший вечер за последнее время, давно я так не веселилась, — девушка весело улыбнулась, — а эти парни всего лишь пару острых ощущений, чтобы окончательно запечатлеть этот вечер на очень долго, — было неясно переубеждает она себя или его, но парень, в любом случае, оценил это, — Карницкая протянула ему руку, — Думаю, лучше я провожу тебя до дома.

— Спасибо, — у парня словно гора с плеч упала, — но я и сам дойду, — ответил Гриша, взяв руку, — да и не кавалерское это дело, когда не ты девушку провожаешь, а наоборот.

— Тебе нужна помощь! Так что это не обсуждается! Выбирай: либо я тебя провожаю, либо вызываю скорую, — Аня была полна решительности.

  — Ладно, понял, — согласился парень, — но ты останешься ночевать.

  Вспомнив слова Ксюши, у русоволосой вмиг вспыхнул румянец и она посмотрела на Гришу, требуя объяснений. Порой Карницкой казалось, что подруга точно может видеть будущее, но скептицизм не позволял верить в это слишком сильно.

— Что? — удивился Вишняков, — На тебя только что напали трое громил! Неужели ты думаешь, что я пущу тебя домой одну?

Девушка замешкалась, начала рассматривать альтернативные варианты. Если одну он её не отпускает, то может следовало позвонить Юре? Но так ли ей это надо? В случае чего, сошлётся на то, что не хотела его тревожить.

— Я сплю на диване, — продолжал уговоры Гриша, — двухместная кровать в твоём распоряжении.

  — Ну, уж нет, — не согласилась Аня, парень уже начал думать, что девушка не хочет или боится находиться с ним так близко и искал весомые аргументы в пользу своей «безопасности» для  неё, — я сплю на диване, а кровать твоя, не хочу злоупотреблять твоим гостеприимством, — она улыбнулась, и все тревоги парня рассеялись ежесекундно.

По дороге домой к Вишнякову пара спорила о том, кто же будет спать на кровати. Гриша настаивал, чтобы гостья хорошо выспалась на мягкой кроватке, но Аня считала, что и так она в гостях без, скажем так, предупреждения, да ещё и на лучшем спальном месте будет, слишком нагло с её стороны. Девушка убеждала, что такая роскошь не нужна, ей было немного неловко перед другом. Дойдя до дома, который находился совсем близко, Аня начала осматривать неплохую квартиру, но мысленно дав себе подзатыльник, она осознала, что занимается совсем не тем.

— Гриша, а где у тебя аптечка? — спросила девушка, после того, как парень провёл небольшую экскурсию по своему жилищу.

  — Там, — быстро ответил он, показывая пальцем на шкафчик в спальне, — у тебя что-то болит? — взволновано поинтересовался парень.

— Нет, но тебе всё-таки требуется помощь, — тоном, не терпящим возражений, сказала она.

Девушка достала небольшую коробочку, и пара села на край кровати. Аня начала помогать раненому бойцу, её защитнику. Она применила все свои знания, которые когда-то получила от своей бабушки-врача. Уж что, а первую помощь она могла оказать парню. Продезинфицировав все раны, заклеив нужные пластырем, отмыв кровь и убедившись, что переломы и других значительных последствия, которых она так боялась, отсутствуют, девушка заявила:

  — Тебе повезло, серьёзных ран нет, но всё же тебе бы не помешало показаться врачу на всякий случай.

— Есть, — сухо ответил Гриша, посмотрев девушке в глаза, — есть одна рана.

  — Что? Где болит? — Аня серьёзно забеспокоилась.

На несколько секунд в комнате воцарилась полная тишина. Гриша сидел на кровати, не зная, как начать разговор, а сидевшая рядом девушка, которая только что закончила обрабатывать раны парню, не понимала, что именно друг хочет ей сказать, поэтому волновалась.

— Вот здесь, — он взял нежную руку Карницкой и прислонил к своей груди, к месту, где у него находилось сердце.

Аня не совсем поняла, что имеет ввиду парень, поэтому вопросительно посмотрела на него, но встретившись с его печальным и одиноким взглядом замерла, не в силах сказать и слова.

— Извини, наверное, сейчас не самый лучший момент, но мне надоело тебе врать и молчать, — резко прервал тишину парень, — плевать, если ты потом вновь возненавидишь меня и уйдёшь сейчас же, но моя совесть будет чиста, — с каждым словом Аня понимала, что забывает, как дышать.

— Прости, что обманул, но я тот, кто издевался над тобой в средней школе, тот, кто подкалывал, доводил до слёз, тот кого ты ненавидела, я твой бывший одноклассник — Гриша Вишняков. Всю ересь, которую я вытворял при тебе — только потому что я не знал, как ещё быть с тобой рядом. Понимаю, что ты сейчас скажешь, что это очень глупое оправдание, но в тот момент я даже не мог нормально говорить с тобой. Всё внутри сжималось, дрожало, но я боялся выглядеть в твоих глазах слабаком, который не может нормально разговаривать. Я хотел быть крутым парнем, в которого ты влюбишься, но всё пошло наперекосяк: я стал заходить слишком далеко, а ты возненавидела меня. Я... я не знал, как всё изменить, и просто сбежал, — парень встал перед девушкой на колени, опустившись с кровати, — я знаю, что уже поздно во всём признаваться, но умоляю, прости меня. Давай начнём все с самого начала? Всё заново? Я думал, что эта возможность представилась мне тогда, когда ты не узнала меня, но с каждым днём мне казалось, что я обманываю тебя. Прошу дай мне шанс! Я буду делать всё, чтобы твоя ненависть ко мне исчезла, я правда не причиню больше зла, потому что я не смог забыть тебя даже спустя столько лет! Я люблю тебя! И... — парень поднял свой взгляд на лицо своей возлюбленной, чтобы сказать что-то ещё, но больше не мог подобрать слов.

Из глаз русоволосой текли слёзы. Она редко плакала на людях, но это было ещё одно исключение. Девушка просто не могла поверить в то, что услышала. Сейчас её переполняли эмоции: хотелось радоваться, ликовать, обнять, поцеловать и остаться навечно с парнем, но она не могла заставить себя пошевелиться, боясь испортить момент.

— Вишняков, ты — идиот, — выдавила она из себя, вытирая слёзы, Гриша хотел вновь извиниться, но губы девушки расплылись в улыбке, — только ты всегда был в моём сердце, но я всё это время думала, что противна тебе, поэтому у нас с тобой не складывались отношения, думала, что сейчас только я чувствую к тебе симпатию, думала, что только я делала вид, что не помню тебя, думала, что ты забыл... — голос девушки дрожал, она периодически всхлипывала, но парень всё равно мог разобрать каждое слово Ани, не веря, что это всё реальность, а не его очередной сон, — Я, как и ты, хотела начать всё сначала, но боялась, что ты вспомнишь меня и вновь будешь чувствовать отвращение — сейчас у Ани была лёгкая истерика, весь мир для неё перевернулся, а сердце бешено стучало.

— Я никогда ничего подобного к тебе не испытывал! Выкинь это из головы! — настоял парень, — Но почему тогда ты ходила на свидание с Юрой? В том парке я был уверен, что видел вас, беседующих об отношениях, — спросил Гриша, — разве ты не влюблена тайно в него?

— А? — девушку удивил этот вопрос, — Я была Ксюшей в тот момент, — увидев, что парень ничего не понял, Аня объяснила кратко предысторию этого «учебного» свидания, — а почему ты в автобусе сказал, что ничего не чувствуешь ко мне? — сегодня Карницкая решила расставить все точки над «i».

— Но ты же сама оттолкнула меня балконе! Я принял это за отказ и решил, что мои чувства не взаимны, поэтому и соврал, чтобы не выглядеть безответно влюблённым дураком, — честно ответил Гриша, — хотя сейчас решил, что иначе никак, но всё вышло намного лучше, чем я предполагал, — парень улыбнулся, — кстати, об этом зачем ты это сделала?

— Ксюша слишком неожиданно ворвалась, — Аня покраснела, — Я неосознанно это сделала, правда, извини.

— Думаю, мы оба идиоты, — сделал умозаключение Вишняков, который за всё это время даже и не догадывался, о чувствах подруги.

  — Не могу не согласиться, — с такой же нежностью ответила она.

— Чёрт, ты даже не представляешь какой ад мне пришлось пройти из-за этих недомолвок, — Гриша усмехнулся, — одно моё признание того, что поцелуй был лишь «глупым недоразумением», чего только стоило, — похоже только сейчас парень понял, как много упустил из-за своей попытки «начать всё заново».

— Поверь, услышать подобное от любимого человека тоже не самый безболезненный момент в моей жизни, — ответила Аня, ещё раз осознавая, куда привел её «отличный план», — на обмане действительно не построишь новых отношений, — подытожила Карницкая, вспомнив слова своей лучшей подруги.

  — Аня, я могу тебя поцеловать? — спросил парень, скорее всего чисто для галочки, ведь после сказанного ранее он уже знал ответ.

— И после всего нашего разговора ты ещё спрашиваешь? — она улыбнулась, притягивая его к себе.

Через мгновенье нежные губы девушки накрыли такие желанные горячие губы Гриши. Сначала поцелуй был нежный и хрупкий, будто партнёры боялись нарушить какую-то идиллию, но с каждой секундой он ставился всё страстнее и требовательнее. Сердце Ани трепетало, она была безумна счастлива почувствовать Вишнякова рядом. Уже явно недвусмысленно целуясь с языком, парень повалил на кровать девушку, о которой так долго грезил. На секунду он заставил себя оторваться от сладких губ Анны, задавая немой вопрос. Девушка, сразу его поняв, кивнула, давая своё согласие. Хотя, она разве могла отказать? Отказать человеку, о котором раньше можно было только мечтать?

Руки Гриши начали расстегивать её рубашку, а страстные губы уже изучали шею, оставляя свои синие "метки". Избавившись от ненужного на данный момент предмета одежды, Вишняков начал расстегивать лифчик, но тот не сразу поддался умелым рукам парня. Тихонько хихикнув, Аня помогла Вишнякову, но выражение его напряжённого лица в этот момент навсегда останется в её памяти, пожалуй, она даже вспомнит его как-нибудь в шутку.

Наконец, справившись с этой «нелегкой» задачей, парень начал ласкать соски девушки, которые оказались весьма чувствительными. Аня не пыталась подавить все свои стоны, ведь и так знала, что все попытки будут тщетны, поэтому уши Гриши ласкали приятные возгласы.

В этот момент, немного подрагивающие от волнения руки девушки пытались стянуть футболку с партнёра. Заметив это, парень усмехнулся, ненадолго оторвавшись от груди девушки, распрямился и снял с себя верх. Пунцовые щёчки Ани раскраснелись ещё больше. Она робко потянулась за поцелуем, обнимая за шею своего возлюбленного. Потратив ещё немного времени на такие формальности, как медленное раздевание и разглядывание друг друга, Гриша стянул остатки одежды с них обоих.

Теперь между возлюбленными не оставалось никаких преград. Парень хаотично целовал тело девушки, его жадные губы путешествовали по каждому миллиметру её кожи, от чего та задыхалась от наслаждения.  Он наклонился вперёд, и Аня замерла, стоило очаровательной паре глаз встретиться с её. Она покраснела пуще прежнего, стоило Грише оставить мокрый поцелуй на бедре. Поцелуями и мягкими укусами парень спускался ниже, пустив в ход юркий язык. Он ласкал женскую грудь, пока второй рукой, касаясь нежной кожи, вёл пальцами по женским изгибам.

Каждое прикосновение заставляло Аню выгибаться и стонать. На несколько секунд Грише пришлось прервать ласки и найти в прикроватной тумбочке презервативы.      

Девушка приподнялась на локтях и устремила взор на рельефное тело парня, чья красота не была обременена ни татуировками, ни пирсингом, ни чем-то похожим, что в современном мире уже являлось не редким явлением. Чистота, мужественность, красота... Всё являлось именно тем, что привлекало её. Всё, что она видела перед собой, попадало под любые её желания, напрочь отметая сомнения по поводу «правильности» всех действий.    

Аня усмехнулась собственным мыслям. Тем временем, её возлюбленный достал необходимый инвентарь и пустил его в действие: нетерпеливо и немного нервно раскрыв полупрозрачную шелестящую упаковку, он осторожно раскатал латексный круг по своему возбуждённому до предела члену. Твёрдые розоватые соски, создававшие контраст с молочно-белым животом, сексуально расставленные ноги, тоже невероятно светлые, почти прозрачные, маленькие нежные руки, сжимающие простынь по обе стороны от горячего тела, светлые пряди волос, всё застилающие лоб, грудь, вздымающаяся вверх и вниз, — всё это безумно заводило парня.

На секунду Карницкая пожалела, что не родилась хамелеоном, который одновременно может смотреть на две «цели», ибо она совершенно не знала, куда направить взгляд. С одной стороны, ей было интересно наблюдать за движениями сильных рук, но, с другой... Гриша был настолько прекрасен, что им нельзя было не любоваться. Впрочем, если бы она всё же родилась хамелеоном, то не делила бы постель с таким красавчиком, что было бы весьма прискорбно.      

Парень лёг на неё сверху, выводя девушку из размышлений о личной жизни хамелеонов, и надавил рукой на грудь, заставив ровно лечь на спину. От такого напора Аня раскинула руки в стороны, показывая, что отнюдь не возражает. Вишняков нежно обхватил её бёдра и, приподняв над кроватью, вошёл, оставшись стоять на коленях. Карницкая хотела к нему прикоснуться, к такому идеальному, но не могла, потому что тот был слишком далеко.

«Как и полагается идеалу, чёрт возьми», — промелькнуло в голове. 

Сначала парень делал всё невероятно медленно, толкаясь внутри лишь небольшой частью члена, чего, конечно, катастрофически не хватало, однако, даже несмотря на это дыхание обоих заметно участилось, на лицах и оголённых телах стал проступать пот, а глаза заискрились, сами собой закрываясь от удовольствия.     

— Гриша... — простонала она спустя несколько толчков. — Войди глубже, — уже чуть ли не умоляла Карницкая.

Он хитро улыбнулся, заведомо зная, что девушка этого не увидит, и с очередным толчком резко вогнал член полностью в свою партнёршу, которая тут же испустила громкий гортанный стон и выгнула спину. Гриша опустился к ней, продолжая двигаться медленно, растягивая удовольствие. Аня извивалась под ним, легонько царапая ногтями спину от позвоночника к лопаткам, пока парень продолжал двигаться в ней, ещё больше возбуждаясь от вида любовницы, раскрасневшейся, потной, стонущей и такой великолепной. Русые волосы словно потемнели, завились и облепили виски и лоб, глаза зажмурились, губы от многочисленных поцелуев по оттенку красноты стали уступать разве что прекрасным алым розам, а Вишняков не мог желать большего. Ему просто хотелось, чтобы это длилось вечно.      

На секунду остановившись и дав Ане небольшую передышку, парень потянул её за плечи на себя, усадив на колени. Крепко схватив её ягодицы, он начал направлять в движениях, не прекращая целовать и покусывать гладкую кожу везде, куда мог дотянуться. Аня продолжила стонать, сжимая то шею любовника, то его густые тёмные волосы, и поддаваясь его рукам. Гриша уже не мог сдерживать себя. Звуки влажных шлепков кожи о кожу, стоны, вздохи, горячие тела, прижатые друг к другу, мокрые волосы на лице Ани — всё это только сильнее возбуждало, так что постепенно он стал подталкивать Карницкую вверх за её упругую задницу и опускать всё чаще, а та, соответственно, чаще стонала, полностью отдаваясь чарующим ощущениям.      

Уже не останавливаясь, парень откинулся назад, выпрямив ноги и таким образом заставив девушку сесть поверх себя. Та сразу же опёрлась на крепкие плечи и потянулась за очередным поцелуем. Он ускорил темп, девушка буквально не могла держаться, как и Гриша — вид такой Ани над собой заставил его бурно кончить спустя ещё несколько частых тяжёлых толчков, вышедших рваными и резкими, но невероятно приятными для обоих партнёров.

По чувствительному женскому телу тоже пронеслась волна удовлетворения, от которой закружилась голова. На пару мгновений живот приятно потянуло вниз, пульсация точь-в-точь повторила ритм биения сердца в течение последнего получаса.

Девушка медленно слезла с Гриши и упала на кровать рядом с любовником, пытаясь отдышаться. Тот, в свою очередь, сняв и бросив на пол использованный презерватив, нежно обнял Карницкую, ложась рядом и утыкаясь в её плечо. От цвета кожи Ани просто кружилась голова — этот чистейший молочный оттенок, нежный и мягкий, как сама девушка, как её улыбка и глаза, сводил с ума.

Впрочем, девушка вовсе не сомневалась, что Гриша останется с ней на чуть более долгое время, чем просто на одну ночь (может быть, на всю жизнь?), а парень, в свою очередь, не сомневался, что не покинет эту русую нежную красотку, пока та сама этого не захочет. А захочет ли? — уже другой вопрос.

— Нас ведь можно считать парой после этого? — хихикнула Аня, вновь окунаясь в этот омут глубоких тёмных глаз.

— Разумеется, — ни секунды не сомневаясь ответил парень.

Девушка положила голову на плечо Гриши и уткнулась носом в шею, обнимая парня. Слишком долго она мечтала сделать это. Шею немного щекотал чужой нос, но в целом парень был невероятно доволен, ведь он только что переспал с самой желанной девушкой, а теперь к нему прижимался невероятно тёплый мягкий комочек нежности с волшебной улыбкой и не менее волшебными глазами, к которому за их долгое время знакомства парень проникся теплейшими чувствами. 

Он не знал, уснула ли Аня, но дыхание её заметно замедлилось, а движений никаких не происходило на протяжении нескольких минут, так что Гриша осторожно приподнял одну руку и положил её на талию девушки, а другой рукой начал бережно водить по русым волосам — мягким и приятно пахнущим, впрочем, как и сама Карницкая.

Что бы там ни было, он точно ещё долго не собирался уходить от девушки и, словно в доказательство своих слов, поцеловал её в висок. Аня улыбнулась сквозь сон и сильнее прижалась к возлюбленному, пока Гриша продолжал безотрывно глядеть на неё. Теперь понадобится проблема посерьёзней, чем апокалипсис, чтобы разлучить их, ведь теперь они наконец разобрались в своих отношениях и нашли друг в друге всё, что так давно искали. Теперь ничто не спутает их воспоминания из прошлого, на которых они непременно смогут построить своё светлое будущее вместе.