Кровь на буквах

На вокзал, как и предлагала Ирина, нас отвез ее муж. Мы сели в поезд и отправились до дома. В поезде я-то писала книгу, то спала. Роман был почти закончен, и я была очень довольна собой. Всего месяц назад я не знала, как быть, что делать? Роман получается весьма интересным, я попробовала себя в новом жанре. В нем присутствует не только любовная линия, но и расследования. Думаю, что мои читатели будут удивлены.
Я закрыла глаза и вновь погрузилась в глубокий сон, а проснулась уже когда мы прибыли в Сочи. Мы вышли на улицу и увидев автомобиль Валентина запрыгнули в салон.
— Привет, как съездили? — спросил дядя Глеба.
— Нормально.
— Что-то узнали?
— Да. Много чего на самом деле.
— Как там Ирина и остальные?
— Им тяжело. Очень тяжело, но они продолжают надеяться на лучшее.
Валентин с грустными глазами взглянул на нас и автомобиль наконец тронулся.
— А вы как?
— Каждый час ждали хоть какой-то новости, но ничего.
Я поникла, глядя в окно. Скоро будет месяц, как нет Агаты. А мы так ничего и не узнали, жива она или нет? Страшно представить, что она испытывает сейчас.
Приехав домой я первым делом ушла в душ. Капли теплой воды начали капать на мое тело. Я закрыла глаза и расслабилась. Некоторое время я так и простояла, ни о чем не думая, а потом мысли снова вернулись к няне. Я перебирала в голове все то, что мы выяснили. Все что нам известно. Выйдя из душа, я села на кровать и начала складывать все детали вместе. Пазл складывался сам собой. Этот кто-то находится неподалеку от нас. Сообщение было отправлено в районе дома Евгения. Но он клялся, что не виновен. А если этот человек всегда был рядом с нами, но мы просто не замечали некоторых вещей. Евгений определенно что-то знает, либо же его решили подставить, но я склоняюсь ближе к первому варианту. Что если это...
Я вскочила с кровати и сбросив полотенце с мокрых волос побежала к Глебу, но открыв перед собой дверь, увидела Валентина. От неожиданности я вздрогнула. Сердце в груди сделало кульбит, по позвоночнику пробежал словно ток. Я тяжело сглотнула и выдавила улыбку.
— Кристина, как раз хотел к тебе зайти, — мужчина неловко хмыкнул.
— Что-то хотели?
— У тебя есть скотч?
— Э, нет, но я вроде видела его на первом этаже.
— О... опять спускаться.
Я прикусила нижнюю губу и кивнула. Желудок от напряжения начало сводить.
— Сейчас принесу.
— Благодарю.
Я быстрым шагом пошла к лестнице и увидев Евгения пошла к нему. Этот особняк сводит с ума, у каждого здесь есть тайны, одна из которых связана с человеком. У меня уже нет сомнений, что это он. Жаль, что я не поняла этого раньше.
— Тут скотч лежал.
— А, кажется он на журнальном столике, — Евгений окинул меня подозрительным взглядом.
Я обернулась и подошла к столику, но не успела сделать и шага, как почувствовала, что кто-то хватает меня и прикладывает к лицу белую тряпку. Через пару секунд я начала терять сознание, земля из-под ног ушла, и я отключилась. Словно опустилась на глубину океана и не могу выбраться. Как бы я не пыталась грести, у меня ничего не получилось. Тьма все сильнее охватывала меня, не давая выплыть...
***
Голова сильно кружилась, когда я начала постепенно приходить в сознание. Было ощущение, что кто-то со всей силы сдавливает мою голову или чего похуже. Это невыносимо. Когда я хотела поднять руку к глазам и потереть их, то не смогла этого сделать. Что происходит? Меня привязали? Я распахнула глаза и увидев, что мои руки привязаны к подлокотникам стула, начала еще сильнее нервничать. Я задергалась, пытаясь высвободится, но все попытки были тщетны. Страх парализовал мое тело. В тишине и темноте я почувствовала биение собственного сердца. Надо держаться себя в руках. Я не позволю панике, а владеть мной. Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, я попыталась оглядеть помещение. Единственный предмет излучающий свет находился в дальнем углу. Где я? В подвале? Я хотела крикнуть, но в последний момент остановила себя. Если здесь кто-то и есть, то он явно недоброжелательный.
Я начала вспоминать, что было до того, как я потеряла сознание. Я спустилась на первый этаж и... Евгений схватил меня. Они действовали вместе. Он и Валентин.
Валентин.
Грудь начало сдавливать от тревоги, тошнота подступила к горлу. Глеба он тоже поймал?
Я вновь осмотрелась по сторонам, было слишком темно, почти ничего не видно. Может здесь есть что-нибудь, что поможет мне высвободится, но кроме мусора и каких-то деревяшек, которые мало чем помогут, я ничего не нашла. Мне бы что-нибудь острое... Стекла валяются, но они не помогут. Точнее они помогут, но я не смогу ими воспользоваться. От веревок руки начали ныть. Все тело болело. Я посмотрела налево и увидела какое-то шевеление. Что это? Я прищурила глаза, пытаясь рассмотреть. Человек. Да, точно человек.
— Голова... — послышался женский голос.
Тетя, это тетя!
— Тетя! — громким шепотом крикнула я.
— А! Кто здесь?
— Тише, это я. Кристина.
— Кристина? Что происходит?
— Не знаю.
— Здесь кто-то еще есть?
— Без понятия. Ты помнишь, как попала сюда?
— Нет. Я помню, как поливала цветы, а потом... оказалась здесь.
Я хотела кое-что сказать, но услышала шаги. Я громко сглотнула и вжалась в стул. Волосы на затылке встали дыбом, а коленки начали дрожать.
— О, проснулись.
Вдруг появился свет, и я прищурила глаза. Валентин. Это Валентин.
— Боже, милый, это ты, помоги нам.
Валентин глянул на Розу и начал громко смеяться. Тетушка сидела в страхе, ничего не понимая.
— Знаете, всего этого могло не быть.
— О чем ты?
— Это все она. Идиотка! — рявкнул Валентин.
— Да что происходит! — крикнула тетя.
— Заткнись! — Валентин подошел к ней вплотную и нанес удар по щеке. — Да-да, вот всего этого могло бы и не быть. Но эта дура не смогла так жить, ей нужно было обо всем рассказать.
Тетя с паникой глядела на своего мужа боясь вымолвить и слова.
— О, да ладно, вы до сих пор не догадались?
— Он про Агату, — произнесла я и мои слова эхом раздались по помещению.
— Что?
— О, милая, не беспокойся. Ты ведь, наверное, и не знаешь ничего, — он мерзко хмыкнул. — Твоя милая племянница ничего тебе не рассказала? Наверное, это очень печально находиться рядом с людьми, которые врут.
— Что ты несешь?! — разозлилась я.
Валентин подошел ко мне.
— Я ведь предупреждал тебя, чтобы ты прекратила искать, но ты ведь ни черта не поняла.
Я сжала зубы.
— Ну, так сама расскажешь тете или это сделать мне?
— Да ты же больной на голову.
— О'кей, значит это сделаю я.
— Расскажешь, что? — голос тети дрожал.
— Месяц назад мы с Агатой начали встречаться. Да, я тебе изменил с домработницей, — посмеялся он. — И спустя месяц тайного романа, она заявила, что устала скрываться. Устала прятаться и хочет во всем сознаться, а потом уехать.
***
— Доброй ночи, любимая. — пожелал я ей, как хороший муж.
Она улыбнулась и закрыв глаза начала засыпать. Я поглаживал ее по спине, чтобы она не сомневалась ни на долю секунды в том, ценю ли я ее. Я снова поцеловал ее в плечо и через пятнадцать минут она уснула. Тогда я поднялся с кровати и ушел, оставив ее одну. Она не заметит того, что я больше не испытываю к ней прежних чувств. Ведь я веду себя как хороший, верный муж, любящий и уважающий свою жену. Она не должна догадаться, я не допущу этого.
Спустившись на первый этаж, я наполнил стакан водой и опустошил его. На террасе сидела она. Я проверил, нет ли кого рядом и пошел к ней. Хотелось поскорее вновь увидеть ее.
Что с ней?
Агата сидела и горько всхлипывала. Слезы текли по ее щекам, и она тут же смахивала их. Ненавижу, когда она плачет. Точнее я ненавижу того, кто заставил ее рыдать.
— Агата? — позвал я ее, но она даже не шелохнулась. — Все в порядке?
Она еще раз шмыгнула носом и прочистив горло ответила:
— Да, конечно.
Да уж, врать она совершенно не умеет.
Тяжело вздохнув я подошел к ней и сел рядом. Я постараюсь сделать все возможное, чтобы успокоить ее.
— Рассказывай, что случилось, — потребовал я, глядя на нее.
— Ничего не случилось. Все хорошо, правда.
— Агата, я ни за что не поверю, что ты так горько рыдала от счастья.
И тут она наконец посмотрела на меня. Ее глаза покраснели, губы припухли. По щекам текли слезы, а рукава были мокрыми.
— Валентин, вам не стоит беспокоиться.
Я сжал челюсть так, что напряглись желваки.
— Говори.
Ее брови собрались вместе, и она снова расплакалась.
— Андрей.
Ох, так она из-за своего никчемного мужа так плачет?
— Изменил мне.
Рука, что лежала на скамье, начала сжиматься в кулак. Как он посмел с ней так поступить?!
— Я думала он ездит туда-сюда по работе. Верила ему, а сейчас узнала, что он ушел к другой.
Я положил ладонь на ее плечо и зарыдав еще сильнее она прижалась ко мне.
— Ну, и чего ты рыдаешь? Да и хорошо, что он ушел. Зачем тебе такой неверный муж? Зачем тебе рядом человек, который не любит и не ценит тебя?
Как иронично. Сижу здесь, успокаивая другую женщину, пока моя любовь мирно спит в постели.
— В этом вы правы. Но мне тяжело от того, что человек, которого я любила, которому я доверяла — предал меня.
— Ну, здесь нет твоей вины. Во всем случившимся виноват он. Ведь это он ушел к другой.
— Да, это так, вы все верно говорите, но я просто не понимаю почему он так поступил... — она всхлипнула. — Что ему так не нравилось во мне? Что его не устраивало во мне? Неужели я недостаточно красива или недостаточно умна?
— Агата, не смей искать минусы в себе. Я ведь сказал, что ты не виновата. Это он и только он. Ищи минусы в нем, но только не в себе.
— Но...
Я взял ее за плечи и развернул, чтобы заглянуть ей в глаза.
— Никаких но! — воскликнул я. — Глянь на себя. Ты невероятно красивая, умная. Очень талантливая, а еще с потрясающим чувством юмора.
Слова, которые я должен говорить своей жене, но почему-то я даже вины не чувствую. Совсем. Неужто совесть не замучает меня? Это делает меня ужасным мужем? Нет, я ведь по-прежнему верен ей, уважать и ценить ее я не перестал. Ведь поэтому я на ней и женат. Я люблю Розу, но уже не так, как раньше, но люблю. Отпустить ее я не могу, я не хочу. У меня шикарная жена. У нас крепкая любовь, но что я делаю сейчас? Почему сейчас я лежу не с ней, а сижу и успокаиваю другую женщину? Нет, пора перестать оправдывать себя, я отвратительный муж. И надо бы ей признаться в том, что я больше не люблю не, но я не могу. Я не хочу отпускать ее.
Я отстранился от Агаты и вытер слезы с ее щек.
Ее губы приоткрылись, и моя взгляд невольно переместился на них. Агата нервно потерла ладонями и не сводя с меня своих глаз приблизилась ко мне и поцеловала. И вместо того, чтобы остановить это я углубил наш поцелуй, прижимая ее ближе к себе. Ее руки неуверенно бродили по моим плечам. Я взял ее за шею и поцеловал ее так, как должен был целовать только свою жену. Только ее, мою любовь. Мою Розу.
— Валентин. — она отстранилась тяжело дыша.
Она больше не плакала, что меня безусловно порадовало.
— Мы не можем. У вас жена, ведь выходит, что и мы поступаем не лучшим образом. Извините, поступила на эмоциях, совсем не подумала.
Она действительно сделала это на эмоциях или же соврала, потому что давно мечтала так сделать?
— Да. Так нельзя.
Я поднялся со скамьи.
— Доброй ночи, Агата. — пожелал я и ушел, больше не глядя на нее.
Вернувшись в спальню, я лег на кровать, обняв жену. Она так и спала, мирно дыша. Чувствовал ли я себя ужасно? Нет. Я даже не чувствовал стыда за сделанное. Я только что предал свою любовь и не стыжусь этого.
Ужасно.

Два дня мы не общались с Агатой. Делали вид, что ничего не произошло. Словно той ночью мы просто говорили и никакого поцелуя не было. Когда мы с ней сталкивались, то кроме «доброго утра» ничего друг другу не говорили. Меня это мучило и медленно убивало, однако я не стал показывать этого Розе. Она не должна беспокоиться обо мне. Я сделаю все, чтобы она продолжала жить счастливо.
Однако я сомневаюсь, что только я один что-то почувствовал тогда. Уверен, она тоже. Я обязан с ней поговорить. Сегодня. Сейчас же.
Я допил чай и пошел в ее спальню. Точнее я едва ли не побежал. Хорошо, что Роза сейчас не дома. Подойдя к двери, я громко постучал. Неожиданно, даже для меня, дверь открылась тут же.
— Агата.
Она хотела закрыть дверь, но я остановил ее.
— Давай поговорим.
— Нам не о чем говорить, — оскалилась она.
Я вздохнул, и толкнув дверь вошел в ее комнату.
— Что ты творишь! — буркнула она.
— Нам нужно поговорить, — повторил я уже злобным тоном.
— Хорошо, давай поговорим.
Она закрыла дверь и села на кровать.
— Слушаю.
Да ладно, она серьезно?
— То есть, ты хочешь сказать, что только я один почувствовал искру?
— Да, — неуверенно ответила она.
— Тогда зачем ты старалась как можно реже сталкиваться со мной?
Ее глаза раскрылись, и она замолчала.
Так и знал, что она снова врет.
— Я ведь говорил тебе, что ты не умеешь врать, — я начал медленно шагать в ее сторону. — Я уверен, что не я один это почувствовал. Ты тоже, но боишься признаться в этом.
И с этими словами я остановился напротив нее. Она шумно сглотнула и подняв голову посмотрела в мои глаза. Мои пальцы коснулись ее подбородка.
— Валентин.
— Помолчи, — прошептал я и наклонившись поцеловал ее.
И вот я снова целую ее. Обнимаю ее. Ласкаю ее. Делаю то, что должен бы делать только со своей любовью, но ведь мое сердце принадлежит Розе. Только ей. Она находится в нем. Только она. И никто другой не сможет его занять.
Агата тихо вздыхала и покусывала свои губы. Ей было хорошо. И я мечтал о том, чтобы ей было хорошо. Я не могу смотреть на то, как она ноет по этому кретину. Он ее не заслуживает. И я добьюсь того, чтобы она выкинула его из головы. Мне нравится смотреть на то, как она наслаждается. Наслаждается тем, как я ее целую. Делаю все, чтобы ей было приятно. Хочу, чтобы место в ее голове занял я, а не он. Я не хочу, чтобы она думала о нем. Хочу, чтобы она думала обо мне. И только обо мне. Я сделаю все, чтобы этого добиться, но придется делать это скрытно. Ведь я не хочу, чтобы моя любовь узнала об этом. Не хочу расстраивать Розу. Уж если она будет расстроена, то я буду ненавидеть себя. Вот тогда совесть замучает меня.
Я провел в спальне Агаты час, а может и больше. Самое главное, что ей намного лучше, она чувствует себя прекрасно. Я в этом уверен. Она смотрит на меня и больше не грустит. Да, значит я сделал все правильно. А теперь мне следует уйти к своей жене, встретить ее, как хороший муж. Поцеловать и обнять ее. Чтобы она знала, как сильно я люблю ее.
Именно так я и сделал. Я встретил Розу как подобает того. Узнал, как ее дела, как дела на работе. Я заварил ей чай и сделал массаж. Ведь так и поступает муж, который любит свою жену, уважает ее. Она довольна. И это самое главное. Вечер я провел с ней, со своей любовью. Она смеялась и улыбалась, а я был рад.
Так продолжалось неделю, две. Так продолжалось в течении целого месяца. Все было хорошо. Я был счастлив. Все были счастливы. Никто больше не грустил. Разве я плохо поступаю? Ведь Агата счастлива и Роза тоже. Ведь всем хорошо. Разве это плохо?
Но счастье мое длилось не долго.
— Послушай, Валентин. Мы должны это прекратить.
От этих слов все внутри сжалось. Эти слова я боялся услышать больше всего. Но что не так? Она ведь была счастлива. Неужели я что-то натворил?
— Мы взрослые люди, а прячемся как глупые подростки. У тебя жена, я не хочу разрушить ваш брак.
— Нет, Агата, все хорошо. Ты его не разрушишь.
— Валентин, хватит.
Я понимаю, что она права, но я не хочу ее отпускать. Я не хочу, чтобы она грустила.
— Я собираюсь рассказать обо всей Розе, а после уйду.
От услышанного я едва не потерял дар речи.
— Нет. — я замотал головой.
— Иначе я не смогу жить спокойно.
— Нет! — крикнул я и Агата испугалась.
Нет. Нет. Я не хотел испугать ее.
— Прошу, не делай этого.
Она отошла от меня.
— Валентин, я расскажу ей.
От злости, что захватила меня, я ударил стену с такой силой, что костяшки пальцев пронзила острая боль. Ярость бурлила в крови. Какого черта она творит?
— Прошу, Агата. — я вдруг едва не зарыдал. — Не делай этого.
— Валентин, — она выдохнула.
Я не знал, что еще сделать, а потом...
— Это сделаю я.
Она вскинула брови.
— Ты?
— Да. Лучше я расскажу ей, спокойно поговорю с Розой. Не хочу, чтобы она кричала на тебя.
Агата замолчала. Обдумывая мое предложение.
— Хорошо, я согласна.
Отлично. Я спас свой брак. По крайней мере я надеюсь на это. В любом случае я сделаю все, чтобы спасти его. Чего бы мне это не стоило.
— Тогда я просто скажу Розе, что возвращаюсь в Анапу.
— Хорошо.
Последняя неделя Агаты в особняке проходила спокойно. Я надеялся, что все будет в порядке, но нет. Роза сказала, чтобы Агата осталась еще, ведь приезжают Кристина и Глеб. Мой план рушится. Нужно было раньше ей уйти! Так, ладно, зачем паниковать? Мы ведь договорились с Агатой, все будет в порядке. Мой брак будет спасен.
Через два дня, как и сказала Роза, приехали Кристина и Глеб. Я старался вести себя как обычно. Придется носить маску, чтобы ни у кого не возникло подозрений на счет меня. И, кажется, у меня это получалось. Я встретил своего племянника. Да уж, я его даже не узнал. Повзрослел и, надеюсь, поумнел. Кристина тоже изменилась. Она стала практически копией своей матери.
Я позволил Агате неделю провести с ребятами. Все снова стало хорошо. Моя жена была счастлива и Агата тоже. Она больше не думала о своем бывшем муже. А может она просто хорошо скрывала это. Нет, я уверен, что она больше не думает о нем. Я вижу, когда она врет или, когда пытается скрыть свои эмоции.
Однако за день до отъезда Агаты, я узнал, что оказывается она ни черта не поняла. Она все же собирается рассказать все моей жене. Какая же она идиотка. Ну мы же с ней договорились, что я все расскажу. Что ей не понятно?! Зачем она пытается разрушить мой брак? Хочет сделать все, чтобы и я страдал?
Мне нужно было все спланировать. Я не позволю ей. Ни за что. Я не дам ей этого сделать.
Ни за что!
Мне потребовалось пару дней, чтобы все обдумать. Я спасу Розу и наш брак. Я сделаю все возможное.
К вечеру того самого дня Роза собралась к своим друзьям. Идеально. Я обожаю свою жену. Сегодня идет все по плану! Я отвез Розу и проехал по строительным магазинам, купил все необходимое и вернулся, но пришлось делать это скрытно. Ведь я якобы уехал на два дня решать вопросы по работе. Когда я подъезжал к дому агрессия, ненависть снова атаковали меня. Я был невероятно зол на нее. Какая же она тупая.
Но одна вещь сумела меня порадовать: ребят нет дома. Как же хорошо, что они ушли в театр. Иначе пришлось бы сложнее. Я оставил машину около особняка и поскорее побежал к входу. Подойдя к дому, я увидел, что в особняке темно. Надеюсь, что она еще не уехала. Я подошел к охране и спросил:
— Агата еще в особняке?
— Да.
— Вы решили пораньше вернуться?
Какой любопытный, однако.
— Это не твое дело. Никому не говори, что я приезжал. Даже Розе. Никому!
— Понял вас.
Отлично.
Я побежал по лестницам в ее спальню. В ней был пусто. Кроме... На столе лежал лист бумаги. Я подошел и схватив, начал его читать.
— Сука! — проорал я.
Эта дура написала письмо, да вот только имен не указала. Все же боится мою жену. Интересно, она специально его забыла или случайно? Идиотка, решила сбежать, а в итоге ее план провалился.
Я сложил лист и сунул в карман, выбежав из ее комнаты. Остановившись у лестницы, я увидел, как она убегает. Не тратя ни минуты, я побежал за ней. Далеко все равно не убежит. Я не допущу этого.
— Все, что ты сейчас видел и слышал - забудь об этом! — предупредил я.
— Понял, — кивнул охранник.
Я залез в карман и дал ему сумму за молчание.
— Повтори, что понял меня, — приказал я.
— Я понял. Я ничего не видел и не слышал.
Я кивнул и бросился за Агатой. Она уже села в такси и поехала, поэтому я, как можно скорее, запрыгнул в салон автомобиля и рванул следом. Мне потребовалось несколько попыток, чтобы заставить этого гребаного таксиста остановиться. Из-за нее едва не произошла авария! Я вышел из машины и пошел к ним. Агата вдруг распахнула дверцу и побежала прочь. Вручив деньги водителю, я извинился и поскорее побежал за ней. Что-то я совсем не экономлю, пока осуществляю план по спасению брака. В этот момент я почувствовал, как адреналин захлестывает меня. Догнав ее, я схватил Агату железной хваткой. Она кричала и била меня. Ее глаза были наполнены яростью и страхом. Неужели она не понимает, что я делают это потому, что просто хочу спасти свой чертов брак!
Когда я потащил ее в свой автомобиль, то таксист не отстал. Пошел за мной, пытаясь остановить меня. А он первый, которого даже деньги не заставили молчать.
— Отпусти ее.
Я остановился и обернувшись к нему получил удар в челюсть. Не больно, но достаточно неприятно. Самое главное, чтобы синяка не было, чтобы не заставить свою любовь волноваться. Схватив таксист одной рукой, я оттолкнул его, но он не остановился. Надо же, какой герой. Уверен, он бы понял меня, когда узнал, почему я похищаю его пассажирку. Пришлось отпустить Агату, чтобы утихомирить этого урода. Я бил его так, чтобы он наконец отвалил и не лез к нам. Я бил его по челюсти, по щекам, пару раз ударил в нос, но он оказался крепким, продолжал давать отпор. Все мои пальцы были уже в крови, да и его лицо уже было не узнать. Пришлось остановиться. Урод наконец успокоился, не в силах подвигаться. Обернувшись я увидел, как Агата убегает прочь. Вот дура, неужто не могла догадаться залезть к таксисту в автомобиль и позвать на помощь? Идиотка.
Догнать ее не составило труда. Я схватил ее и наконец посадил в салон. Заблокировал двери, чтобы она никуда не побежала и, после того как посадил таксиста обратно в автомобиль, мы двинулись. Всю дорогу она пыталась узнать, зачем я это творю. Пыталась вылезти, но у нее ничего не получилось. Истеричка. Я ведь не хочу ее убивать, я просто хочу спасти свой брак.
— Да заткнись ты уже! — оскалился я, схватив ее за запястье.
Она наконец замолчала. Ей страшно, ну, конечно. Хотя нет, я не понимаю. Я монстр? Я ведь не собираюсь причинять ей боль.
Когда мы наконец приехали, Агата вжалась в сиденье. Я вышел на улицу и открыв дверь с ее стороны попытался вытащить ее из салона.
— Нет! — крикнула она, начав рыдать. — Отпусти меня, урод!
Она оттолкнула меня ногами, я попятился назад и она, выскочив из автомобиля, убежала. Что же, хочет побегать? Ну хорошо.
Я позволил ей убежать на небольшое расстояние, а после побежал за ней. Она пыталась кричать, звать на помощь, когда я снова догнал ее и схватил. Мы находимся на пустыре. Где кроме птиц и насекомых ее больше никто не услышит. Ну, пусть покричит, может полегчает. Я сильно схватил ее и понес в дом. Пусть посидит там какое-то время и подумает. Хочу, чтобы до нее дошло, что я просто хочу спасти свой брак.
— Ты ведь понимаешь, что меня будут искать?
— О, а за это не переживай. Давай свой телефон.
— Нет, — она замотала головой.
— Хочешь, чтобы я его вырвал у тебя?
Я позволил Агате залезть в карман. Вытащив телефон она, вместо того, чтобы отдать его мне, кинула на землю и схватив камень ударила им по смартфону несколько раз.
— Нет! — крикнула она.
Я шумно втянул воздух сквозь зубы. Да уж... что же, придется попотеть и всем видом показывать, как же тяжело после исчезновения Агаты.
— Я не позволю тебе делать вид, что со мной в порядке, тем более врать близким! Они будут искать меня!
Я нервно облизнул губы, схватил ее сильнее и повел дальше. Когда мы наконец подошли к старому домику. Я отворил дверь и вошел внутрь.
— Где мы? — спросила она рыдая.
Я не ответил, лишь повел ее дальше. Мы прошли по дому, который уже как... даже не знаю, долгое время заброшенный, а после спустились в подвал. Мне пришлось его немного отремонтировать. Совсем немного. А еще из-за этой дуры пришлось врать своей жене.
— Ты же не оставишь меня в этом подвале? - всхлипнула Агата.
Мы прошли вглубь подвала, и я отпустил ее.
— Именно это я и сделаю.
— Нет... — произнесла она, не веря моим словам.
— Ты попыталась разрушить мой брак. И пока я не буду уверен в том, что ты больше этого не желаешь, я тебя не выпущу.
Глаза Агаты расширились.
— Да ты же больной кретин!
Она попыталась на меня наброситься, но... единственное что у нее получилось это слегка поцарапать мое лицо. Вот черт, придется придумывать оправдания, чтобы моя любимая не переживала.
Я перехватил ее руки, чтобы она не могла ими махать.
— Не ори! Я ничего с тобой делать не буду, я просто хочу убедиться, что ты больше не планируешь разрушать мой брак.
Она вдруг начала истерично смеяться.
— Ты же понимаешь, что после этого я уж точно попытаюсь разрушить твой брак?!
— Ну, значит именно такой жизни ты хочешь. Провести здесь, в одиночестве.
— Нее-ет, ты этого не сделаешь, — она начала мотать головой.
— Я уже это сделал, — ухмыльнулся я. — Но ты не переживай, выйдешь отсюда ты или нет — полностью зависит от тебя.
И я этими словами я ушел. Она побежала, попыталась выбраться, но у нее ничего не получилось. Она кричала, стучала, нет, она пыталась выбить дверь. Звала меня, звала на помощь. И я вот-вот хотел развернуться и выпустить ее, но я этого не сделал. Я ведь просто хочу спасти свой брак, уберечь свою Розу, помочь Агате не совершить ошибку.

Мне пришлось отлучиться на целый день. Пришлось соврать Розе о том, что я якобы уехал по работе. А когда на следующий день я услышал, как моя жена плачет от того, что кажется Агата пропала, я немедленно вернулся в особняк. Из-за нее пришлось ночевать в машине. Все из-за Агаты, она во всем виновата! Ничего, все закончится, как только она скажет, что не собирается разрушать мой брак. Но ярость внутри меня усилилась, когда я узнал, что Кристина и Глеб занялись собственным расследованием. Они нашли те проклятые письма, в которых Агата призналась, что завела роман, и отдали моей жене. Они все портят! Но я держался из последних сил, чтобы не ранить их, вел себя как полагает, чтобы не вызвать подозрений. Я даже ходил на поиски, которые проходили на том пустыре, к счастью вдали от заброшенного дома. И я был просто в ярости, когда узнал, что они нашли цепочку Агаты. А когда все же мы получили подтверждение... я не находил себе места.
Но что-то в моем плане пошло не так. Когда я узнал, что Кристина и Глеб уезжают в Анапу, я был в панике. Тогда я понял, что к тому времени они уже выяснят, что я монстр. Ведь именно таким они будут меня видеть. Мне нужно было действовать быстро, сделать все, чтобы не стало слишком поздно, и я сделал.
Само собой, я вновь не показывал того, что волнуюсь. Ох, точно! Пришлось попросить о помощи. Евгений готов сделать все что угодно ради денег, так что проблем с ним не возникло. И кого только моя жена наняла? Где она таких отрыла?
Пришлось обдумать с ним план, от начала и до конца несколько раз. Я не мог позволить им довести дело до конца.
Не мог.
В моей голове родились мысли, как остановить их. Для этого я должен был действовать решительно. Каждый шаг был как прыжок в бездну, и я чувствовал, как почва уходит из-под ног. Я несколько раз прошелся по плану, все получится.
***
— Но ты не дал ей этого сделать...
— Бинго!
— Поэтому ты и похитил ее, чтобы она молчала.
— Ага, именно так я и сделал. Но ведь все могло быть иначе. Я предлагал ей ничего не рассказывать, но она отказалась и поплатилась за это. У нее был выбор, и она сделала его.
— Ты убил ее? — спросила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.
— Нее-ет, — протянул он, замотав головой и его глаза сверкнули безумным блеском. — Ты считаешь меня монстром Кристина? Обидно слышать от тебя такое.
— Что ты с ней сделал?
— Я заставил ее замолчать, — он начал дико смеяться.
От его смеха по моему телу пробежала неприятная дрожь.
— Хотите ее увидеть?
Я тут же начала смотреть по сторонам, неужто Агата здесь? О господи. Мы с тетей переглянулись, и в ее глазах я увидела тот же страх и ужас. Шок накрыл нас, и мы ничего не ответили.
— Я задал вам вопрос, — произнес он неистово злым голосом. — Ну, раз не хотите... — он пожал плечами.
— Хотим, — четко ответила я.
— Идемте, — он начал отходить от нас, а после остановился. — Ах, точно, вы же к стулу привязаны. Сейчас сам ее приведу, — он дико улыбнулся и ушел вдаль подвала. Через несколько секунд шаги вновь послышались.
Пробираясь сквозь тьму к нам вышел Валентин с Агатой, но она была... Что он с ней сделал?! Агата стала совсем худой, кости выпирали, под глазами виднелись синяки. Она была одета в потрепанную одежду. На ее лице был страх, паника, злость. Она пыталась высвободиться из хватки, но Валентин не давал ей ни единого шанса.
— Не дергайся, — его голос сменился на более жестокий.
Ее растрепанные волосы были собраны в небрежный хвост. Руки были в синяках и ссадинах. Как ее не смогли найти... Почему мы не смогли раньше понять, что этот монстр все время жил с нами под одной крышей. Этот человек ведь сам помогал с поисками и нагло скрывал правду. Он врал нам все это время. И никто из нас не смог понять, что зло находилось рядом. Видя все это и наконец понимая, по моим щекам потекли слезы.
— Вот, глядите, она пока что жива. Пока что...
— Агата... — прошептала я, чувствуя, как сердце сжимается от страха.
Няня глядя на меня начала тихо плакать.
— Ты больной ублюдок, — обратилась я к Валентину.
— Ну, она сама виновата. Если бы она не написала те письма, все было бы нормально, — он вновь дернул Агату за руку.
Я снова оглядела няню. Видя ее в таком состоянии - я начала винить себя. Винить себя за то, что я так долго не могла понять правды. Ведь я могла спасти ее.
— Что ты сделал с Глебом? — начала кричать тетя. — Ты самый настоящий монстр. Жаль, я не поняла этого раньше.
— О, за Глеба не переживайте. Скоро должен очнуться. Вы же не думаете, что я бы навредил своему племяннику? — он замолчал, ожидая ответа. А когда его не получил, то продолжил. — Выходит, думаете. Что же, печально это слышать. Я же сказал, что я просто хотел спасти Розу. Спасти свой брак. Разве это плохо? — задал он еще один вопрос.
Тетя начала плакать сильнее, ее плечи задрожали.
— Любимая, нет-нет, только не плачь. Я тебе не наврежу. Я никогда не сделаю тебе больно. Я ведь твой муж, и я обязан любить и оберегать тебя. Ведь я дал клятву.
— Я тебя ненавижу, — прошептала она.
— Когда ты поймешь, то вновь полюбишь меня, и все у нас будет хорошо.
Агата продолжала стоять и ничего не говорить. Страшно представить, что она пережила. Ее не было больше месяца. Никогда бы не подумала, что мой приезд к тете закончится так.
— Ну, Агата, поздоровайся хотя бы. Ты ведь соскучилась по ним, не так ли?
Она глянула на Валентина с ненавистью и вдруг плюнула ему в лицо.
— Гореть тебе в аду, — прошипела женщина сквозь зубы.
Валентин вынул из кармана брюк платок и вытер свое лицо.
— Знаю, ты злишься, — ответил он, и, замахнувшись, ударил ее по щеке.
Шлепок эхом раздался по подвалу.
— Не смей ее трогать! — крикнула я.
— Заткнись.
Валентин схватил Агату и повел ее к стене. Чтобы привязать ее руки к трубе. Когда он закончил с ней, то подошел ко мне.
— Знаешь, я еле держался, чтобы не прикончить тебя, когда ты начала искать. Даже интересно, что мой племянник нашел в тебе? Наверное, кроме того, что у тебя личико милое, — он взял меня за подбородок. — Ну и, может... — он пробежался взглядом по моему телу. — Да и все, наверное.
Я дернула головой, пытаясь сбросить его руку.
— Что, черт возьми, происходит?! — послышался голос, который я мечтала услышать, и внутри меня наконец появилась надежда на спасение.
Глеб.
— Дядя, какого хрена?
Валентин обернулся и наконец отошел от меня.
— О, а вот и Глеб.
Парень вошел в подвал и оглядел его.
— Агата! — крикнул он и бросился к няне.
— Если сделаешь еще шаг, то твоя подружка пострадает, — пригрозил Валентин.
Глеб остановился, его глаза расширились от ужаса. Он взглянул на меня и поник, в уголках его глаз начали собираться слезы.
— Что ты творишь! Выпусти их.
Валентин вновь посмеялся и подошел к нему.
— А что не так-то? Ведь все живы. Вон твоя няня, и с Кристиной тоже все о'кей.
— Дядя, ты... — Глеб вновь бросился к Агате, но Валентин остановил его.
— Я сказал не лезь, — он сжал руку и что есть силы толкнул Глеба.
Парень полетел назад, но не смог удержать равновесие и упал на бетонный пол. Валентин не успокоился, продолжал идти на Глеба.
— Что с тобой?
Глеб поднялся на ноги и тогда Валентин нанес ему еще один удар. Я посмотрела на Агату, которую Валентин привязал рядом со мной, она дрожала от страха, ее голубые глаза были полны ужаса.
— Агата, — тихо позвала я. — Помоги мне высвободиться, попробуй дотянуться и развязать.
Няня глянула на драку Глеба и Валентина, а после вновь на меня. Она так исхудала... бедная. Агата кивнула и подошла ко мне насколько это было возможно, но она смогла лишь дотронуться кончиками пальцев.
Я обессиленно выдохнула.
— Ладно, тогда я попробую подвинуться к тебе.
Я напрягла мышцы и попыталась двинуться на стуле в сторону Агаты. С первого раза ничего не вышло, а вот со второго я смогла сдвинуться на несколько сантиметров. Теперь Агата могла спокойно дотронуться до моих веревок. Одной рукой она медленно освободила одну мою руку, следы от веревок оставили красные следы, которые чесались и ныли. Я подняла взгляд, чтобы посмотреть на лицо няни, но увидела, как Валентин стоит за спиной женщины и мерзко ухмыляется.
— Агата, сзади!
Она не успела обернуться. Валентин схватил ее за волосы и силой отбросил к стене. Она ударилась головой и потеряла сознание. От страха я вся сжалась и, пока Валентин проверял, есть ли пульс у Агаты, я дрожащей рукой попыталась высвободить вторую руку. Это было практически невозможно, но все же у меня получилось. После я развязала свои ноги.
Глеб вновь поднялся на ноги, его губы начали кровоточить. А из носа побежала кровь. Его силы были на исходе, но он не сдавался.
— Далеко собралась? — спросил Валентин, увидев, что мои руки и ноги свободны.
Не успела я ответить, как Глеб уже стоял за спиной Валентина и, схватив его за шею, крикнул:
— Кристина, беги!
Я вскочила со стула и бросилась к тете.
— Нет, Кристина, зови на помощь, я смогу выбраться.
— Тетя...
— Кристина, — нахмурилась Роза.
Я кивнула и бросилась к выходу из подвала, но и тут ничего не вышло. Неожиданно в проходе появился Евгений.
— Ну, привет.
Злость захлестнула меня. Я схватила лежавшую на полу заржавевшую трубу и со всей силы ударила его по коленям.
— Пошел к черту!
Мужчина выругался и упал на пол. Я бросила трубу и побежала прочь. Перед этим я успела оглянуться. Валентин с Глебом дрались. Страшно, дико. Валентин бил его, пинал, но Глеб не отступал. Отвечал ему тем же, а иногда делал это с особой злобой. Агата все также лежала неподвижно.
Я побежала вверх по лестнице. Выйдя на первый этаж, я побежала к телефону и вызвала помощь. А потом тихо пошла обратно. Нужно помочь Глебу и Агате. На кухне я попыталась найти хоть что-то для защиты. Но, кроме ножа, я ничего не нашла. А сейчас у нас каждая секунда на счету. Я понимаю, что все может обернуться иначе и тогда пострадаю я. Обернувшись, я увидела Евгения.
— Не глупи, девочка, — произнес он надвигаясь на меня.
— Это ты не глупи, старый индюк. Я уже вызвала полицию.
— Дура.
— Зачем ты это делаешь?
— Деньги, красавица. Ты даже не знаешь на что готовы люди ради крупной суммы.
Евгений злобно улыбнулся и побежал на меня.
— Брось нож, глупышка, — с этими словами он достал пистолет.
Я бросилась прочь.
— Далеко все равно не убежишь, Кристина. — прокричал он.
Я хотела выбежать из дома, но дверь оказалась заперта. Черт!
— Я ведь сказал не убежишь.
Тогда я глянула в сторону и побежала к окну на кухни, открыла его и перелезла. В эту секунду я услышала выстрел, и схватившись за голову закричала. Евгений побежал за мной. Добежав до бассейна, я остановилась и обернулась. Он шел за мной, направляя пистолет точно в меня.
— Тебе больше некуда бежать, — Евгений рассмеялся. — Следующая пуля полетит в тебя.
Я побежала дальше и услышала следующий выстрел. Пуля пролетела совсем рядом. От адреналина я бежала так быстро, как не бегала никогда.
— Кристиночка, я ведь догоню тебя, — зловеще крикнул мужчина.
Я добежала до ворот и остановилась. Сердце в груди бешено стучало, казалось оно вот-вот выпрыгнет. Я не знала куда бежать дальше. Неужели это конец?
— Твои последние слова? — его голос разнесся по двору.
Вдали мы вдруг услышали пронзительные полицейские сирены.
— Теперь тебе некуда бежать, — ответила я и обернулась.
Евгений остановился, его глаза расширились от испуга, а пистолет выпал из рук. Он выругался и бросился прочь.
— Считай, что тебе повезло, — крикнул он напоследок.
Немедля я бросилась в дом. Когда я заглянула обратно в подвал, у меня перехватило дыхание. Глеб лежал на полу, а Валентин, нависая над ним, сильно сжимает его горло. О господи... он ведь убьет его сейчас. Совершенно не подумав я бросилась к Валентину, держа нож в дрожащей руке.
— Отпусти его сейчас же, — закричала я, поднося лезвие к его горлу.
Валентин лишь рассмеялся и, отпустив Глеба, схватил меня. Перехватил мою руку и выхватил нож. Тогда я набросилась на него и запрыгнула на спину, начав бить.
— Тварь, — прорычал он и попытался сбросить меня со своей спины.
Мужчина подбежал к стене и, оттолкнувшись от нее, ударил меня. Я пискнула от боли, и моя хватка ослабла. По телу, словно электрический разряд, прошлась боль. Он еще раз дернулся, и я упала на пол, ударившись головой.
— Кристина, — позвал меня Глеб, не в силах пошевелиться.
— Я люблю тебя, Глеб, — произнесла я со слезами на щеках. — Я должна была давно сказать тебе это.
— И я тебя люблю, малышка. Не плачь, у тебя еще будет время.
Я заплакала только сильнее.
— Может, и нет, — прошептала я.
Валентин вновь взял нож и подошел ко мне.
— Правильно говоришь, это твои последние секунды, — его голос был холоден и жесток. — Нужно было сразу тебя прикончить.
Он присел на корточки и убрал с моего лица пряди. Нож в его руках смотрел прямо на меня.
— Не сиделось же тебе спокойно. Все надо узнать.
— Валентин, не трогай ее! — крикнула тетя.
— Роза, я делаю это ради тебя. Я спасаю нашу любовь.
— Если ты это сделаешь, то навсегда потеряешь меня.
Он хмыкнул и сжав нож в руке поднес его к моему горлу. Зажмурив глаза, я готовилась почувствовать острую боль, но ничего не произошло. Я услышала шаги, а потом голос:
— Оружие на пол!
Я открыла глаза и увидела полицейских.
— Оружие на пол! — повторили они.
Валентин сжал зубы и откинул нож в сторону.
— А теперь поднимитесь без резких движений.
Когда мужчина медленно поднялся, они быстро схватили Валентина, надели на него наручники и увели.
Мои руки задрожали, я начала рыдать еще сильнее. Еще бы одна секунда и я была бы уже...
Ко мне тут же подбежали врачи.
— Помогите женщине и парню, — прошептала я.
— Им помогут. Идти можете?
— Да, только голова кружится и тело ноет, — ответила я дрожащим голосом.
Мне помогли подняться на ноги. Агату вынесли из подвала на носилках. Глебу тоже помогали, он еле двигался.
— Она выживет? — спросила я сдерживая подступающие слезы.
— Врачи сделают все возможное, чтобы спасти ее.
***
— У вас легкое сотрясение мозга. Сейчас старайтесь больше отдыхать, отказаться от использования компьютера, от крепких напитков. Физические нагрузки тоже нежелательны.
Мне назначили необходимое лечение. В остальном со мной было все хорошо. И это я не говорю про мое психическое состояние. Дни, что я провела, отлеживаясь дома, длились вечность. Сны были тревожными, кошмары так и не прекращались. Я словно в ад попала и проживала тот страшный день вновь и вновь. Ушибы и царапины, что были на моем теле, а особенно на руках, я обрабатывала и становилось легче.
С тетушкой, к счастью, все было хорошо, практически. Она не пострадала физически. Несколько дней она провела в одиночестве. Даже из комнаты практически не выходила.
Глеб лежал в больнице. У него было много ушибов и ножевое ранения. Все же Валентин навредил ему. Он буквально был готов пожертвовать собой, собственно, как и все мы. Агату тоже положили в больницу и какое-то время она будет находится под присмотром врачей, пока ей не станет лучше. У нее было обезвоживание, и к тому же, за месяц она сильно похудела. Она была очень ослаблена. А еще у женщины сильное сотрясение мозга. Так что к ней никого не пускают, чтобы она лишний раз не тревожилась. Также врачи говорят, что у нее, вероятно, сильная психологическая травма. И неизвестно, как долго она будет восстанавливаться. Возможно, она не захочет ни с кем говорить, врачи предупредили нас обо всех последствиях.
Валентина держали под стражей. Он пытался уйти от обвинений, говоря, что на самом деле во всем замешан не он. Пытался оправдать себя повторяя одну и ту же фразу по несколько раз: «я пытался спасти свой брак». Евгений попытался сбежать и у него даже получилось, но только на пару дней. Его нашли в старой гостинице и задержали.

Когда мне стало лучше, я поскорее собралась к Глебу. Вызвала такси и отправилась. Меня кое-как к нему пустили. Пришлось хорошенько постараться, чтобы женщина согласилась.
— Ладно, но только на пару минут, — нахмурилась администраторша.
— Спасибо.
Я надела медицинский халат и зашла в палату к парню. Он лежал и смотрел в окно.
— Привет, — тихо произнесла я, и подойдя к парню села на стул.
Он обернулся, и увидев меня заулыбался.
— Как ты? — спросила я.
— Теперь хорошо, — он замолчал, разглядывая меня. — Знала бы ты, как я рад тебя видеть, Кристина.
Я улыбнулась и взяв его свободную руку переплела наши пальцы.
— Когда тебя выписывают?
— Завтра.
Глеб поднес к своим губам костяшки моих пальцев и поцеловал их.
— А ты то как?
— Мне уже лучше.
— Хорошо. Про няню что-то известно, как у нее дела?
— Сказали, что на следующей неделе мы сможем ее навестить.
— А Роза?
— Она так и сидит в своей комнате. Даже не ест толком. Я пару раз за день захожу к ней, чтобы проверить. — я тяжело вздохнула. — Она сказала, что собирается продать особняк. Больше не может в нем находиться. Хочет купить другой.
— Я ведь даже представить не мог, что все это время...
— Да, я тоже.
— Я в принципе до сих пор не могу поверить в то, что человек,которому ты доверял, твой близкий человек оказался настоящим монстром.
Я сильнее сжала пальцы Глеба.
— Я сделаю все, чтобы он получил свое наказание. Отец узнал, кем оказался его брат и долго не мог мне поверить. А потом прочитал в новостях и... — Глеб разозлился.
— Глеб, мы обязательно добьемся своего, добьемся, чтобы ему вынесли наказание.
— Кристина, я никогда не устану говорить и восхищаться тем, какая ты сильная.
— Кажется, я просто умею прятать свои настоящие эмоции за маской. Ведь под ней мне страшно. Каждую ночь мне снятся кошмары, и я боюсь оставаться одна. Я накручиваю себя и стала очень тревожной. Мне страшно, Глеб. — говоря это я едва не расплакалась. — Прости, я ведь пришла подбодрить тебя, а не наоборот.
— Все хорошо, малышка. Я ценю то, что ты поделилась своими истинными эмоциями.
Глеб проследил за моим взглядом и увидел, как я печально гляжу на его ранения.
— Не волнуйся, через некоторое время со мной будет все хорошо, — он улыбнулся. — Раны заживают.
Дверь в палату открылась.
— Так, все, время вышло, — заглянула медсестра.
Я кивнула.
— Иди, — прошептал Глеб. — Спасибо, что навестила.
Я улыбнулась и сильнее сжала его пальцы.
— Позвони мне завтра, я встречу.
— Хорошо. До завтра, моя девочка.