Fallout Equesrtia

«У меня есть такая дурь, которая может возбудить тебя и твою кобылку, от которой ты можешь загрузиться, которая может сделать тебя счастливым и сильным, классным... И, конечно, у меня есть такой наркотик, который заставит тебя ЛЕТАТЬ... Дэш.»
БАХ!
Кровокрыл завопил, когда пуля моей снайперской винтовки прошила его брюхо насквозь. Тёмный силуэт, сложив крылья, штопором устремился вниз и исчез в буре.
Капли дождя барабанили по Небесному Бандиту. Я больше полагалась на З.П.С., чем на своё зрение. Стоя на крыше, СтилХувз делал то же самое. Ритмичные взрывы его автоматического гранатомёта и визги кровокрылов заполнили воздух.
- Откуда, чёрт возьми, они прут? - крикнул Каламити, стреляя из своего боевого седла, когда тёмный силуэт одной из гигантских летучих мышей пролетел прямо перед нами. Их было куда больше дюжины, как я сперва подсчитала. Тут была вся их чёртова стая.
Я услышала глухой удар, когда одна из тварей накинулась на СтилХувза, в тщетной попытке пробить броню, кусая его. Ещё один кровокрыл вылетел из дождя и врезался в кузов Небесного Бандита, качнув его и опрокинув меня с сиденья. Моя снайперская винтовка звякнула об пол.
Зелёное пламя вспыхнуло по всему борту Небесного Бандита. Горящий кровокрыл оглушающе взвизгнул и беспорядочно закувыркался к земле. Паерлайт промелькнула в воздухе и, издав боевой клич, нырнула вслед за ним. Я удивлённо моргнула, впечатлённая яростью жар-феникса, несущего отмщение крылатым тварям.
Другой кровокрыл вцепился в противоположную сторону фургона, яростно просовывая голову в окно и лязгая зубами. Боевой дробовик Вельвет Ремеди взревел, и меня всю забрызгало содержимым его черепушки.
Когда Ксенит отбросила бездыханное тело кровокрыла, я вскочила на ноги и, убрав снайперскую винтовку, вытащила Малый Макинтош. Стая плотным кольцом окружила нас. И верный маленький револьвер Эплджек был самым шустрым и мощным оружием, что у меня было. На мгновение мне стало обидно за нашу зебру; в данной ситуации её навыки боя были малоэффективны.
Я прыгнула к окну, скользнув в З.П.С., и прицелилась в первую тёмную тень, которую увидела.
БАХ! БАХ!
Первая пуля попала в спину кровокрыла, вторая оставила рваную дыру в левом крыле. Монстр устремился в последнее пике, но заместо выбывшего к моему окну рванулся другой.
БАХ! БАХ! БАХ!
Тело кровокрыла по инерции влетело в борт Небесного Бандита с характерным звуком. Я услышала удар мяса о металл и скрежет. Два кровокрыла тёмной массой свалились в пелену позади нас, утаскивая за собой СтилХувза, и пропали в потоках ливня.
Я закричала, бросив телекинетическую сеть, но было слишком поздно... он исчез. Мгновение спустя ещё несколько кровокрылов закружило вокруг нас. Один из них вспыхнул зелёным пламенем со стороны брюха.
Позади меня Ксенит пинком распахнула дверь пассажирского фургона и вгляделась сквозь дождевую завесу в многочисленные тёмные силуэты, окружившие нас. И прежде чем я поняла, что она собиралась сделать, зебра выпрыгнула из фургона и спланировала на спину гигантской летучей мыши. Она вонзила шип своего адского шлема в затылок крылатой твари и ещё до того, как монстр перестал подавать признаки жизни, прыгнула к следующему противнику.
И я чувствовала жалость к ней, подумала я, смотря, как она разрывала своим "рогом" крыло ещё одного кровокрыла, в то время как другие твари даже не подозревали о новой угрозе. Мне стоило пожалеть её врагов.
Гигантская летучая мышь спикировала на Каламити и обхватила его крыльями, чуть ли не больше его самого. Я развернулась, прицелилась и открыла огонь.
БАХ! клик клик
Последняя пуля Малого Макинтоша попала в тварь. Она завизжала. Каламити пытался сбросить её с себя, но летучая мышь обнажила свои длинные, острые как бритва клыки и вонзила их в тело пегаса. Каламити завопил.
Мимо меня промелькнула Вельвет Ремеди, непрестанно паля по монстру и разнеся его на куски, прежде чем тот успел выпить хоть каплю. Небесный Бандит завалился на бок. Каламити был сильно ранен, а обезображенный труп летучей мыши до сих пор висел на нём. Но главное - Каламити был жив.
Мгновение спустя я увидела, насколько ужасающе близко он оказался к смерти. Бандит ушёл в пике, его сотрясала турбулентность, а Каламити упорно пытался посадить его. Перед нашими глазами возникла земля, и я увидела две фигуры, на выручку которым мы стремились. Две молодые зебры, не старше той кобылицы с меткой Арбы, Клирглас. Я перезаряжала Макинтош, когда на одну из них бросился кровокрыл и придавил своим весом к земле. Я торопилась как могла, но на всё ушла всего лишь секунда. Монстр вонзил клыки в бок зебры и втянул в себя кровь. Зебра превратилась в пустую высушенную оболочку раньше, чем её покинуло сознание.
- Нет! Чёрт возьми, нет!
Я завыла. Защёлкнув барабан Малого Макинтоша, я прицелилась в монстра с З.П.С., как он вдруг метнулся в сторону, уйдя с линии огня. Но он не смог уйти от Ксенит и был разорван на части, прежде чем я успела нажать на спусковой крючок.
* * *
- Я не понимаю, - сказала Ксенит. - Почему вы втроём путешествовали по этой опасной местности? Да ещё в такую бурю.
Мы столпились под сияющим куполом магического щита Вельвет Ремеди. Я наблюдала за тем, как дождь нескончаемым потоком обрушивается на барьер света, завороженная необычной красотой этого зрелища.
Выживший зебрёнок высох после многократного применения чистящего заклинания Вельвет, как и все мы, и сидел, закутавшись в одеяло, взятое из нашего багажа (которому тоже не помешала бы подобная сушка).
Ксенит развела огонь и сидела напротив зебрёнка, а между ними уже закипала кастрюлька с супом (на сто процентов вегетарианским!). На глазах юнца только что самым страшным образом погибли два друга детства. Ему нужно было нечто большее, нежели какое-то одеяло. Я понимала, что это сделало бы не так много, но я начала верить в чудодейственную силу объятий.
Ксенит, однако, не стала обнимать жеребёнка. Она никогда никого не касалась, только если не хотела причинить кому-нибудь боль. Вельвет Ремеди хлопотала над ранами Каламити, используя собственную магию и кровоостанавливающую настойку Ксенит. Прежде чем применять целебные зелья, сперва нужно было вытащить из спины застрявшие клыки. Никто не видел и следа нашего Рейнджера Эплджек. Встав, я подошла к зебрёнку и легла около него.
- Прости, - прошептала я. - Мы... Я должна была быть быстрее. - Я замолчала, неуверенная в том, являлось ли внезапное объятие лучшим утешением для него. И к моему стыду, маленькая часть меня напомнила, что я уже обманывалась и помогала злому народу. Я мысленно уронила на эту частичку наковальню, а затем сослала на луну.
Я мягко поставила на одно из его копыт своё. Он вздрогнул и поднял на меня взгляд, и первоначальное удивление в его глазах сменилось благодарностью.
- Мы были должны, - сказал он наконец. - Мы были слишком взрослыми. - И, посмотрев на Ксенит, спросил: - Ты не из Глифмарка?
- Глифмарка? - переспросила Ксенит. Зебрёнок кивнул. - К сожалению, я ничего не знаю об этом месте. Это деревня зебр?
- Чё ты подразумеваешь под "слишком взрослый"? - проворчал Каламити. Он стиснул зубы, когда Вельвет вытащила второй клык и обработала открывшуюся рану настойкой Ксенит.
Зебрёнок странно посмотрел на нас.
- Кто же вы?
- Друзья, - ответила я мягко.
Он посмотрел на меня с подозрением, а затем с грустью.
- Мой друзья мертвы. - Он повернулся к Ксенит. - Куос и Зуна были моими друзьями с тех пор, как мы научились ходить. Мы всё делали вместе. Мы даже... Мы даже метки получили вместе. - Он запинался, а слёзы катились по его юному лицу. - И-и из д-д-деревни т-тоже и-изгнаны вместе...
И тогда я его обняла. Я прижимала его к груди, позволяя заливать меня слезами.
* * *
Ливень начал успокаиваться, оставляя после себя моросящий дождик. Мой взгляд скользнул в сторону хребта. Там, по сторонам узкой долины, укрывались тёмные шпили Руин Кантерлота. Мы бы уже были там. Но нас ждала другая дорога.
Над пологими холмами разносился прекрасный голос Вельвет Ремеди:
- Нет сил больше сидеть взаперти
Под замком в позолоченной клетке.
Я готова со сцены сойти,
Свободной птицей взмыть с этой ветки.
Каламити вступил, превосходно попав в ритм. Его тембр приятно дополнял роскошный голос единорожицы:
- Я закрыл глаза, бродя, как слепой,
Что говорили, то и видел точь-в-точь.
Я сыт по горло всей ложью тупой,
Брошу всем вызов, вскину крылья и прочь!
Вместе они сплели себя в дуэте, и было полным безрассудством свинцовому небу и неутихающему дождю сопротивляться их хору.
Мне этого не хватало.
Мы шли в сторону Глифмарка. Неподалёку от меня Каламити тянул Небесный Бандит. Он удерживал его на уровне головы пони от земли. Одна лишь мысль о посадке в летающее "нечто" вызывала у юнца приступ паники. Так что мы пешим ходом сопровождали зебрёнка к его новому дому.
Я считала, что так даже лучше. Я и так провела целую кучу дней, зажатая в четырёх стенах этого фургона, восстанавливаясь физически после травмы головы и психологически после того душераздирающего Самого Худшего Дня В Моей Жизни. Физически-то я теперь была здорова, а вот психически... Я была способна продолжить путешествие. Но то, что я натворила, уже нельзя было исправить.
Осознание этого направило поток моих мыслей к СтилХувзу. Ещё одна причина пешего похода: я была уверена в том, что он нас искал. И когда он нашёл бы нас, было бы лучше нам находится на земле, а то он и ракету пустить мог, чтобы привлечь наше внимание.
- Я чуда не жду, сам кую свою судьбу.
- Я не спасу никого, если сдамся и умру.
- Целый мир лежит под ногами,
- Само небо взирает на нас...
Когда Вельвет Ремеди и Каламити объединили свои голоса на последней строчке стиха, воспламеняя свой хор с новой силой, я обратилась к своей спутнице-зебре. Ксенит шла рядом со мной, юный же жеребец шёл между нами.
- Ты всё ещё хочешь найти своё племя?
- В этом нет необходимости, - серьёзно ответила Ксенит. - Моя дочь больше не с ними.
Раз начав, зебрёнок уже был не в силах остановиться оплакивать своих погибших друзей. В редкие моменты, когда он успокаивался, он рассказывал, как они оказались в этом треклятом месте. Я начала представлять картину произошедшего.
Троица друзей происходила из родного племени дочери Ксенит. Его основали те, кто пережил нападение работорговцев на деревню Ксенит. Среди выживших и не попавших в рабство были только жеребята.
Мне вспомнились слова Ксенит: Мои родители и муж погибли в сражении. Моя дочь была слишком мала в качестве раба для Стерн, и она была не пони, чтобы отправить её в одну из школ Красного Глаза. Так что Стерн оставила её там, вместе с другими детьми.
Целое племя детей. Постоянно живущих с единственной мыслью: взрослые - это добыча для работорговцев. Взрослые могли привлечь новую атаку. И факт того, что работорговцы не забирали детей, не означал, что они не сделали бы с ними более страшных вещей.
- И как же они решают, когда зебра вдруг становится слишком взрослой? - поинтересовался Каламити. Ответ был очевиден. Дело было не в днях рождения. Всё зависело от зрелости. Ты становишься слишком взрослым, когда получаешь свою метку.
Как в Стойле Два. Получив свою кьютимарку, ты считался взрослым. И с этого момента ты становился рабочей силой. Здесь же, в племени зебр, получение метки было страшным событием.
Я кивнула Ксенит. С тех пор как атаковали деревню зебр, она долгие годы страдала в рабских ямах. Её дочь была юна, но едва ли младенцем, и зебрёнок с нами лишь смутно помнил, когда ту кобылку изгнали из племени.
- Моя дочь находится в Глифмарке, если она всё ещё жива.
* * *
В Глифмарке было... отстойно...
Я посмотрела вниз склона, на ряды унылых, обветшалых лачуг с продавленными крышами, ведущие к наполовину разрушенному зданию на площадке, забитой мусором. Весь город был окружён стеной мусора, не способной остановить даже радсвина. Земля превратилась в чёрную безжизненную грязь. Горстка зебр, выглядевших избитыми и удручёнными: их головы опустились, глаза смотрели в землю, гривы и хвосты запутались и стали неопрятными.
Это было похоже на город, где только и ждут, чтобы умереть.
Из букв на фасаде разрушенного здания я могла составить "АНГЕЛ", последнее оставшееся слово из забытого названия. Какой бы ангел ни присматривал за этим городом, он пал.
Стоило нам подойти, зебры посмотрели на нас с ужасом. Я заметила, как две из них вытолкнули третью вперёд. Кобылица ступила к нам.
- Мы сдаёмся! Только... только не убивайте нас, - крикнула она. - У нас ничего нет... но берите всё, что хотите!
Я почувствовала, как рухнуло моё сердце.
- Это... Глифмарк? - недоверчивым тоном спросила Ксенит.
Зебрёнок кивнул нам, слегка покачиваясь на копытах, застигнутый врасплох.
Вельвет рысцой выбежала вперёд.
- Здравствуйте, - ласково сказала она успокаивающим голосом. - Не бойтесь, мы не причиним вам вреда. Мы всего лишь путешественники, которым посчастливилось встретить только что получившего свою метку жеребца и предложить ему свою помощь, а именно сопроводить его сюда в целости и сохранности.
Лица зебр выражали противоречивые чувства. Я-то знала, как они нуждались в путниках, что не имели бы злого умысла в посещении их деревни, но, тем не менее, им было уж очень нелегко поверить в такое чудо.
- Но теперь, когда он здесь, мы можем тотчас удалиться отсюда, если пожелаете. Хотя я всё равно хотела бы попросить вас об одолжении. У нас был долгий путь в поисках безопасного места для стоянки.
- Безопасного? - спросила зебра, в голосе её прозвучала горькая усмешка. - Леди-пони, безопасностью тут и не пахнет. Мы тут сидим как на пороховой бочке, день и ночь ожидая работорговцев. Весь вопрос только в том, останется ли здесь хотя бы кто-нибудь после набегов рейдеров и монстров к тому моменту, когда работорговцы придут.
Но она всё равно пригласила нас в город. С каждым шагом городишко становился всё хуже и хуже. Унылее. Как если бы отчаянье и безнадёжность въелись в каждую прогнившую доску обшивки жалких лачужек, подобно Облаку заставляя их навевать это состояние окружающим.
- И как же вы тут выживаете? - спросила Вельвет, её голос уже был похож на плач. Я знала, в чём было дело. Тут не было ни полей с урожаем, ни садов. Зебры были вооружены грубыми копьями да пистолетами, чьё состояние оставляло желать лучшего, а сами пистолеты были тварям вроде кровокрыла что слону дробина. Охотников тоже было не видать. Разве что они ставили капканы на мелкую дичь.
Зебры были так истощены, что я могла легко различить кости, проступающие сквозь шкуру. Все они умирали от голода.
Когда Вельвет высказала свои наблюдения, ближайшая к ней зебра сразу же ответила:
- Здесь ничего не растёт. Земля, на которой стоит город, была заражена Облаком из Кантерлота. - Увидев наши встревоженные взгляды, она добавила: - Не переживайте, мы достаточно далеко от него, воздух здесь чистый.
Зебра, что впустила нас в город, объяснила:
- Вон то здание - это ветеринарная лаборатория...
Я была удивлена её познаниями. Племя детей было куда более состоятельным, нежели те, кого они выгнали. Но меня всё равно интересовал вопрос, как долго собиралась просуществовать эта "идиллия". Без взрослых племя не могло пополняться. Пару лет, и племя-то племенем бы уже не было. Остался бы лишь один ребёнок, отсылающий другого, уже повзрослевшего, куда подальше.
- ...Там в подвале есть гидропонный отсек. По большей части там выращивали ядовитые растения. - Сказав это, зебра посмотрела на землю, и её пробила сильная дрожь. - Нам довелось узнать это не самым лучшим способом. Но мы выживаем за счет тех растений, что оказались съедобными, и за счет того, что осталось в торговых автоматах. Но эти запасы почти закончились. Мне очень жаль, но нам нечем вас накормить.
Вельвет Ремеди взмахнула копытом.
- Забудьте об этом. У нас есть провизия. Давайте уж лучше мы вас накормим.
Я обменялась взглядом с Каламити и кивнула. Этими припасами мы собирались питаться во время нашего путешествия по Кантерлоту и по пути обратно. Но эти зебры, очевидно, нуждались в них куда больше, чем мы. Да и по сравнению со мной, они и заслуживали их куда больше. Они ведь в последнее время не вырезали целый город, обуянные слепой яростью. А мои страдания на фоне их выглядели совсем уж незначительными.
- Ветеринарная лаборатория? - спросил Каламити, как только мы приблизились к зданию.
То, что выглядело мусором издали, продолжило выглядеть им и вблизи. Правда, этот металлолом определённо принадлежал военным. Сломанные роботы сгрудились вокруг боевых колесниц, все они так проржавели и обветшали, что были едва узнаваемы. Кучи пустых коробок из-под боеприпасов были свалены в одном из углов вместе с останками турелей различных видов. Тут даже было то хитроумное летающее устройство, вроде того, что мы нашли в Старом Олнее, только это было на порядок больше. Оно занимало пол-площадки и валялось вверх тормашками.
Каменные столбы окружали скудные остатки дороги, ведущей во двор здания. Растрескавшаяся табличка гласила: "Фармацевтическая компания Ангела-зайки". Что же, в конце концов, это имя было ещё не всеми забыто. Я вспомнила заявление Ксенит о том, что ручной кролик Флаттершай изобрёл боевой наркотик "Стампед[1]", и задумалась о том, уж не Ангел ли как-то сумел создать эту компанию. Затем я ударила себя копытом в лоб, осознав всю глупость своего вопроса. Зная Флаттершай, можно было предположить, что Министерство Мира имело подразделение, посвящённое благополучию животных. И, конечно же, она назвала бы его в честь своего любимого зверька.
- Захват военными, - предположила я, заметив остов часового робота. Мне стало интересно, уж не переделали ли часть этой лаборатории для производства Стампеда.
С содроганием я осознала, что несчастные зебры жили здесь в тени Смерти... Зайки Смерти. Ирония была столь горька, что мне пришлось воздержаться от смешка.
- А как же торговля? - спросил Каламити?
- Караваны здесь не останавливаются, - сказала нам зебра. - Здесь нет ничего, нужного пони, и нам не на что купить припасы.
Вельвет Ремеди ахнула от ужаса, когда из какой-то лачуги, балансируя на трёх ногах, проковыляла зебра. Остатки четвёртой явно были поражены гангреной.
- У вас что... и врача нет, да?
- Больше нет.
Мы обошли всё. Смотреть в городке было особо не на что. Наша провожатая махнула копытом.
- Спите, где хотите.
- И это... все? - медленно спросила Ксенит у проходящей мимо зебры, с любопытством глазевшей на нас. Я поймала себя на том, что уставилась на эту зебру; она подвела свои полосы углём, поэтому выглядела так, будто бы её шкурка была чёрной в белую полоску, а не наоборот.
- Не обращайте внимание на Глум[2], - пренебрежительно сказала наша проводница.
Ксенит мотнула головой.
- Тут что, нет ещё других зебр?
Зебра покачала головой. Другая зебра, Глум, повернулась:
- Найтмэры Мун забрали их. Шесть ночей назад. Теперь они все мертвы. Хотела бы и я.
- Найтмэры Мун... забрали их? - спросила я.
Наша провожатая кивнула.
- Они пришли и забрали половину из нас. Не знаю зачем. Прежде они никогда не обращали на нас внимания.
Ксенит это явно задело.
- Была ли похищена та, что откликалась на имя Сефир?
Полосатая кобылка уставилась на Ксенит.
- Да. - Видя, как Ксенит изменилась в лице, другая зебра отвернулась, устремив взгляд вместо неё на Вельвет Ремеди. - Она была нашим доктором.
Я подалась вперёд, ловя взгляд зебры.
- Куда они ушли?
* * *
- Вы не обязаны отправляться на их поиски только из-за того, что среди них моя дочь, - сказала Ксенит, когда я перезаряжала оружие. - Или из-за твоей необходимости загладить вину за город каннибалов.
- Нет, - согласилась я, вложив Малый Макинтош обратно в кобуру. - Мы должны, потому что это правильно.
- Агась, - добавил Каламити, подойдя к нам в броне Анклава, но без шлема. Большую часть свободного времени с самого Старого Олнея он провёл, пытаясь найти способ вести огонь из своих Прибоев, не надевая его. - К тому же, хотел бы я оказаться неправ, но, быть может, мы сами к этому причастны.
Чего? Я остолбенело уставилась на Каламити.
- Я думаю, что Богиня не так-то глупа, - объяснил Каламити. - Она поняла, что у неё есть слепое пятно, и вот... экспериментит себе.
Это... Это же было связано с теми воспоминаниями, что я извлекла из себя, так ведь?
- Ну, тогда и обсуждать нечего...
- Я остаюсь здесь, - внезапно сказала Вельвет.
Я в недоумении повернулась к ней. Единорожица мотнула головой.
- Им нужен врач. И сейчас, а не когда ты вернёшь им своего. С атаки аликорнов на Глифмарк прошло пять дней, а это на целых пять дней больше, чем они могут ждать.
Её глаза говорили за неё. В них была убеждённость, что ей есть, о чём сожалеть. И она теперь не собиралась отворачиваться ни от кого, оказавшегося в нужде - будь то пони или зебра.
Я шагнула к ней и обняла.
- Береги себя.
- Это я должна сказать тебе это, - ответила она. Паерлайт села рядом на ржавый бочонок и издала вопрошающий крик. Вельвет прижалась мордочкой к прекрасной птице и сказала ей: - Пожалуйста, лети с ними, Паерлайт. Береги их. - Птица кивнула и салютовала ей крылом.
Глядя на Каламити, Вельвет строго наказала:
- Верни их мне без лишних дыр.
- Не пожалею сил, - пообещал он и надвинул шляпу на лоб.
Я отпустила Вельвет Ремеди и повернулась к Ксенит и Каламити.
- Ну что, кто-нибудь из вас двоих хоть что-нибудь знает о цели нашего похода - Зебратауне?
В ответ от обоих, что и неудивительно, я услышала "нет". В очередной раз мы отправлялись навстречу неизвестности.
* * *
У меня было такое чувство, будто этот дождь лил уже целую вечность. Задыхаясь после подъёма на очередной холм, я начала переосмысливать идею пешего похода в Зебратаун. Услышав, что до него всего полдня рыси, Каламити предложил отправиться на своих четырёх. Я согласилась, ибо Небесный Бандит был бы очень заметным объектом для аликорнов.
Теперь я поняла, что идея нестись назад по этим скользким холмам с освобождёнными зебрами на буксире и, возможно, аликорнами на хвосте была просто глупа.
Я услышала свист над нами (Каламити всё-таки не буквально шёл на своих четырёх). Взглянув вниз, я увидела ещё одну маленькую долину с пятнами асфальта почти исчезнувшей дороги. Там среди разрушенного забора стояла древняя каменная хижина. На её крыше распластался труп кровокрыла, а на железной распорке бывшей ветряной мельницы был насажен ещё один. От двери хижины к нам скакала фигура в металлической броне со знаком Эплджек.
- Огромная пустая долина вокруг, а ты умудрился врезаться в единственную хижину! - крикнул ему Каламити, ухмыляясь.
Я мчалась вниз навстречу к нему, Ксенит - за мной, но поспокойней.
- Поосторожней, - предупредил Каламити, когда я достигла СтилХувза. - В последнее время её так и тянет обниматься.
- Насколько я помню, в прошлый раз именно ты обнимал её, - дружелюбно съязвил обычно немногословный Рейнджер Эплджек.
Через несколько минут мы зашли в маленькую двухкомнатную хижину, чтобы уйти из-под непрекращающегося дождя.
- Тпру! - изрек Каламити, подтвердив мои опасения, останавливаясь на пороге; потоки воды лились с полей его чёрной шляпы.
Я уже видела достаточно коррозии, гнили и мусора, оставленного поколениями мародёров. Но тут было иначе. Картины были искромсаны, мебель разломана копытами, маленькие сокровища осквернены.
Я видела и последствия разорительных зверств рейдеров. Разруха в доме гораздо больше походила на дело их копыт, но она была старше, по всем признакам предшествуя апокалипсису: картины выцвели настолько, что нельзя было разобрать ни одного силуэта, мебель гнила, а набивка порванных подушек обратилась в пыль (думаю, изначально они всё-таки были наполнены не пылью).
- Дальше - хуже, - предупредил СтилХувз. Я ступила дальше во внутрь, из-за поворота показались обломки скелета на полу под висящей петлёй. Любая зацепка относительно того, повесился ли владелец этого скелета или был линчёван, была утеряна в далёком прошлом.
Каламити опрокинул ударом копыта груду сломанных стульев, затем понёсся в кухню, чтобы глянуть, было ли что-либо стоящее внимания в холодильнике. Минуту спустя я услышала знакомые хлопок и шипение открытой бутылки газировки. Любопытство снова принесло плоды.
Я ткнула в лежавший среди щебня терминал с экраном, разбитым чьим-то копытом. Потом пригляделась. Это была одна из тех более новых моделей, которые я встречала повсеместно. Присмотревшись получше, я поняла, что он ещё работал. Кто бы ни сломал его, терминал пал жертвой всеобщего и глупого заблуждения о том, что поломка экрана может хоть как-нибудь повлиять на его матрицу заклинаний.
Каламити вернулся, держа в зубах бутылку Рассветной Сарсапарели и опустошая её содержимое большими глотками.
Я левитировала несколько инструментов и присела рядом с терминалом.
СтилХувз внимательно посмотрел на Каламити и сказал:
- Мы что, на свидании?
Каламити аж поперхнулся и брызнул своей сарсапарелью прям через зажатую в зубах бутылку.
- Чего?! - сказал он, выронив бутылку, на его глаза навернулись слёзы.
Я прекратила своё занятие и посмотрела, что там творилось, затем засмеялась во всё горло. Так ему и надо!
- Я предполагал, что вы заметили украшения на крыше и пришли, чтобы найти меня, - отметил СтилХувз. - Но теперь-то я вижу, что вы все при параде.
Пегас бил себя копытом в защищённую бронёй грудь и тряс головой, откашливаясь. И как только ему удалось восстановить дыхание, он ответил:
- Не, всё не так. Мы держим курс на Зебратаун, собираемся спасти пленников из копыт аликорнов. - Я заметила, что Каламити не упомянул того факта, что пленники-то были зебрами. - Так ты с нами, могучий охотник на аликорнов?
Я почти забыла этот титул.
СтилХувз был на удивление молчалив. Я посмотрела на него, задумавшись, должна ли я беспокоиться. Неужто он снова думал про Арбу?
- Зебратаун, - проговорил СтилХувз медленно.
- Агась!
- Я бы... пожалуй, отказался. - В его голосе чувствовалось неприятное напряжение. Я посмотрела на Ксенит, она только грустно покачала головой и ушла в дождь.
- Но всё же соглашусь. - СтилХувз звучал очень недовольно. - Эплджек бы хотела, чтобы именно так поступали её Рейнджеры.
Я кивнула, чувствуя и гордость, и скорбь в нашем гуле-компаньоне. Затем я вернулась к терминалу, подключила его к своему ПипБаку и запустила быструю диагностику. Я подняла брови, осознав, что терминал имел довольно сложную магическую систему противодействия взлому. Я была совершенно уверена, что могла взломать её, но ценой ошибки в данном случае была бы не только простая блокировка.
Я абстрагировалась от всех остальных и сконцентрировалась на взломе терминала через свой ПипБак. Пару минут спустя пришлось отключиться и попробовать снова. В последний раз терминал с подобным уровнем защиты встречался мне в мэйнхэттенском Министерстве Морали.
Меня очень заинтересовало, зачем бы это пони или зебре, живущей в простой хижине, мог понадобиться терминал с уровнем защиты, что мог соперничать с защищенностью терминала главы Министерства Морали?
Ещё пару минут спустя мне пришлось снова отключиться. Я едва избежала срабатывания магической системы защиты, встроенной в терминал. Это безумие! Чёртов пароль был аж тридцатидвухзначным. Пиздец!
Я пробовала и в третий раз. И в четвёртый. Когда я взламывала его в пятый раз, я уже начала подозревать, что этот треклятый терминал существовал лишь затем, чтобы ткнуть меня в грязь лицом.
Вернулась Ксенит, во рту у неё болталось несколько полосок кожистых перепонок с крыльев кровокрылов. Она отряхнулась, обрызгав нас, и, игнорируя негодующий взгляд Каламити, положила их в сумку.
С шестой попытки я его наконец взломала. Пароль был "АстрономическийАльманахАстронома". Разделяю чувства того, кто разбил экран... Годы не пощадили этот терминал, в отличие от других экземпляров похожих моделей, но что ещё ожидать, если его внутренности были обнажены. По крайней мере, в нём осталась куча файлов, которые я могла загрузить на свой ПипБак, включая несколько записей из дневника.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер[3]
День первый:
"Итак, сегодня первый день моего 'изгнания' из изысканных чертогов Кантерлота, в которое я была отправлена в соответствии с заданием. В восемь утра я уже была в Зебратауне, вернее рядом с ним, где меня со всеми моими чемоданами оставили королевские стражи, так что пришлось немного пройтись пешком. Впрочем, я их нисколько не виню за нежелание приблизиться к городу. Тем более, день был словно создан для прогулки: с гор веяло прохладой, а в небе ярко сияло солнце Селестии. Моих способностей к левитации было достаточно, чтобы самой донести все свои пожитки, к тому же идти было совсем недалеко и я не сильно устала. Хотя должна признать, я немного беспокоилась за безопасность доверенной мне на хранение бесценной реликвии.
Я бы сказала, что по эквестрийским стандартам это неплохой город, но разве про Зебратаун можно сказать, что он придерживается этих стандартов? Впрочем, я ожидала, что жить придётся в какой-то лачуге, так что всё не так плохо. Я слышала, что где-то в глухой глубинке Эквестрии есть город, который земные пони построили едва ли не за год. Если это действительно правда, тогда, наверное, в каждой зебре живёт такой маленький земной пони (и я не имею в виду ничего оскорбительного или мятежного по своему духу), поскольку всего за несколько лет они превратили бедные донельзя трущобы у подножия гор Кантерлота в довольно впечатляющий город. Особенно поражает вознёсшийся ввысь на высоких опорах акведук, о котором я просто обязана рассказать, ведь, взбегая по горам, он тянется до самого Кантерлота. Вода из окружающих нашу славную столицу источников отводится не только в город зебр, но и на близлежащие поля.
Подумать только, ещё не так давно этого города и в планах-то не было. Впрочем, необходимости в сегрегации тоже не было, пока зебры не убили в Литлхорне наших детей. Я, однако, не настаиваю на том, чтобы свезти сюда всех зебр-честных-граждан Эквестрии. Много зебр живёт и в самом Кантерлоте. У меня даже есть подруга-зебра. Но учитывая всевозрастающее в более отсталых, глухих частях королевства враждебное отношение к зебрам, для них самих становится небезопасно находиться среди обычных пони. Так что в итоге всем будет лучше.
Тем не менее, я была рада узнать, что хижина, которую Принцесса Луна выделила мне на время моих исследований, расположена в нескольких километрах от города как такового. Сама же хижина была... уютная. Конечно, она не шла ни в какое сравнение с роскошью и комфортом Кантерлота, к которым я привыкла; но я научный сотрудник, а не изнеженная дворянка. Я вполне могу пережить отсутствие золотых унитазов и обойтись минимальным набором удобств.
День я провела, раскладывая вещи и исследуя новый терминал. Почему всегда новое техномагическое оборудование геморройнее стандартного? Ну конечно, справедливо предположить, что трудности могут возникнуть с установкой новейшей подматрицы безопасности, но учитывая деликатность моих исследований, не можем же мы допустить, чтобы кто-то из полосатых с нездоровым любопытством начал ковыряться в моих делах, так ведь?
Завтра сбегаю в Зебратаун и попробую познакомиться с городом и его жителями. Очень важно наладить хорошие отношения, перед тем как начать исследования."
* * *
- Что ты можешь сказать о Зебратауне? - спросила я у СтилХувза, срываясь на крик, чтобы он смог услышать меня сквозь рёв бурлящей воды.
- Посмотри вверх, - ответил Рейнджер Эплджек.
Я подняла голову и копытом прикрыла глаза от ливня. За последние несколько часов дождь усилился, превращаясь в бурю.
Над нами возвышались тёмные скалы. Когда мой взгляд поднялся, я увидела Кантерлот. Разрушенный замок с прилежащим городом выступал из горы над нами. Я ожидала увидеть розовый туман вокруг них, но дождь окрасил руины в такие же унылые серые цвета, в которые была окрашена вся Эквестрия. Множество водопадов, жадно пивших дождь, яростно низвергали потоки воды с рёвом тысячи мантикор.
- Проследи глазами за самым большим водопадом, и он приведёт тебя к Зебратауну, - сообщил нам СтилХувз.
Я наблюдала за падающим параллельно отвесным скалам потоком, затем встречающимся со странной многоарочной конструкцией (напоминавшей мне филлидельфийские горки) и с нескончаемым диким рёвом переливающимся через неё. Хотя предгорья загородили от нас Зебратаун, до деревни было уже копытом подать.
- Как там? - спросила я.
- Плохо, - с прежней, не менее зловещей краткостью ответил гуль.
- А я-то думал, что он скажет чё-нить ещё более бесполезное, навроде "мокро".
СтилХувз проигнорировал выпад.
- Тебе не рассказывали, что случилось с Кантерлотом? - произнёс он. - Когда первые ракеты были на подходе, принцессы объединили усилия, чтобы создать щит вокруг всего города. Щит был огромен. Он и должен был быть огромен. Они не просто защищали замок. Там, наверху, целый мегаполис, который снизу так просто не увидеть.
Я кивнула. Королевский замок - это всего лишь самая видная снизу достопримечательность. В Кантерлоте находилась Министерская Аллея, так же как и школа принцессы Селестии для одарённых единорогов, да и мало ли что ещё. Я могла различить останки вьющейся дороги, высеченной в склоне горы для подъёма колесниц и экипажей.
Я представила себе: огромный мощный щит принцесс бомбардируется, сотрясается взрывами и купается в огне. Я знала, что щиты аликорнов препятствуют распространению звука и затрудняют наблюдение сквозь них, но всё же интересно, о чём думали пони, съёжившиеся внутри.
- Когда активировалось мегазаклинание зебр, щит заполнился Розовым Облаком так плотно, что нельзя было разглядеть даже силуэта замка внутри.
Теперь на месте Кантерлота перед моим внутренним взором предстал массивный розовый пузырь, будто бы выдутый из исполинской жвачки.
- Их щит продолжал сдерживать Розовое Облако на протяжении часов, пока Стальные Рейнджеры и другие эвакуировали города у подножия. Зебратаун располагается прямо под Кантерлотом. Ему досталось больше всего, когда щит пал.
СтилХувз посмотрел на меня.
- Можешь считать это пробным походом в сам Кантерлот.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День второй:
"Во время моих первых попыток подружиться с жителями Зебратауна на меня хоть и смотрели с подозрением, но общались вежливо и невраждебно. И, учитывая положение дел здесь, я считаю, что это маленький триумф с моей стороны.
Если забыть про различия в архитектуре и, конечно, вопиющую полосатость местных, я почти могла бы поверить, что была в чрезвычайно бедном провинциальном городе пони. Может быть, как в Понивилле. Из двух вещей, бросившихся мне в глаза, первой была осторожное радушие, которое и следовало ожидать от жителей практически любого населённого пункта, ещё не достигшего высот общества, на которых разрежённость и холод атмосферы вынуждают вас забиваться в оболочку снобизма.
Другая вещь была ещё более красноречива. Она заключалась в том, какой след оставила Война на Зебратауне. Ну, помимо самого факта существования этого места. Во-первых, я не нашла здесь никаких патриотических плакатов или рекламных щитов, в отличие от Кантерлота, забитого ими до отказа. Я, конечно, не ожидала тут увидеть плакатов, напоминающих жителям, насколько они лучше и добродетельнее зебр, или призывов сделать свой вклад в военную экономику, но я была удивлена, не найдя ни одного плаката, касающегося хоть какого-нибудь Министерства. Собственно, единственный след Министерств во всём Зебратауне - это спрайт-боты с разными зацикленными патриотическими песнями, летающие повсюду. Я видела пару-тройку в окрестностях города. И так же, как и кантерлотские пони, зебры не обращают на них внимания. Если честно, песня, внушающая патриотизм в первые сто прослушиваний, неизбежно перестаёт воодушевлять после первой тысячи.
Другой след - это присутствие здесь пони-солдат. Насколько я поняла, это было нововведением. После покушения на принцессу Селестию жители Зебратауна начали подвергаться гонениям со стороны пони окрестных городов. Принцесса Луна приняла решение разместить часть Эквестрийской Гвардии в Зебратауне для защиты и безопасности жителей."
* * *
Дорога к Кантерлоту превратилась в бушующую реку. Каламити нёс меня над грязными волнами, а я левитировала обломок каменного арочного моста со СтилХувзом и Ксенит на нём. Столетия бурь сорвали мост с его первоначальных швартов и смыли в долину, где я нашла его почти похороненным под грязью. Паерлайт летела снизу под защитой навеса, её периодические огненные выдохи отражались от бурлящей снизу воды.
Смотря на реку, которой стала дорога, я ещё раз пересмотрела своё решение обойтись без Небесного Бандита. И этот небольшой мост стал моим компромиссом в этом вопросе: он был достаточно большим, чтобы на нём уместились пленные, которых я намеревалась освободить. И если улицы Зебратауна от этого шторма затопились, то вероятность того, что каменный мост мог бы уплыть, была крайне мала, в отличие от пассажирского фургона.
Внезапно у меня потяжелела голова, а на рог словно гирю повесили. В глазах поплыли красные пятна. Я попробовала сосредоточиться, но нарастающая пульсирующая боль в голове вынуждала закричать.
Паерлайт издала пронзительный крик.
Я едва расслышала, как СтилХувз крикнул Каламити:
- Выше! Поднимись выше! Быстро!
Я почувствовала рывок, и Каламити, мучительно ворча, замахал крыльями сильнее. Ксенит испустила протяжный стон.
Мучения закончились так же внезапно, как и начались. Кричащая боль в голове исчезла, слух прояснился. Я задыхалась, щурясь от слёз и плавающих пятен. Я утёрла слезы и в ужасе уставилась на копыта: дождь смывал с них красную муть. Из глаз моих текла кровь...
- Ч-что?..
Я почувствовала, что Каламити расслабился, его полёт стал более свободным. Позади меня дрожащим голосом Ксенит пробормотала:
- Колючие мошонки тысячи звёздных чертей, кто только что уронил на нас луну?
Н-нда, ругательство зебры было просто возмутительным. Хотя её описание было как нельзя более уместным.
- Передатчик. - По голосу СтилХувза было ясно, что, в отличие от нас, он совершенно не пострадал от невидимой атаки. - Возможно, осталось несколько разбросанных по округе, вымытых из Кантерлота дождями.
Я оглянулась на пересечённую нами реку. Передатчик был где-то под волнами. Мы и не смогли бы увидеть его, к тому же из-за непрерывного рёва водопадов я не могла услышать каких-либо издаваемых им звуков. Ничто не могло предупредить нас, пока его излучение не начало нас убивать.
Я отвернулась и снова устремила свой взгляд вперёд, когда мы достигли вершины последнего холма. Зебратаун лежал перед нами. Руины остались нетронутыми, только чтобы на протяжении многих лет медленно втаптываться в землю и смываться наводнениями. Большинство хижин зебр было разрушено, и от них не осталось даже остовов. Маленький лабиринт из раскрошенных магазинов и выстроившихся вдоль торговых улиц блоков домов зебринской архитектуры вместе с несколькими массивными постройками сформировали серые массы, полускрытые за пеленой падающей воды.
Наибольший водопад из Кантерлота, напитанный бурей, врезался в расширяющийся горный утёс меньше чем в четырёхстах метрах от Зебратауна, его рёвом был заполнен весь воздух. По полуразрушенному акведуку, стоящему под водопадом, вода устремлялась к Зебратауну. Но конструкция после стольких лет воздействия потока разрушилась в нескольких местах внутри города, и теперь вода лилась прямо по улицам, вместо того чтобы течь к холмам, где у зебр были пахотные угодья.
Когда мы пролетали над улицами Зебратауна, я увидела розовые нити, кружащиеся в воде. Что ж, у каждой медали две стороны: противный ливень превратил Розовое Облако в Розовые Ручьи. Мы могли бы остаться снаружи в безопасности, но не осмелились бы и шагу ступить в мелкие озерца, некогда бывшие улицами.
По крайней мере, мы могли остаться в броне. Мне нужен был мой ПипБак, чтобы определить местоположение зебр.
Я взглянула на Руины Кантерлота над нами, задаваясь вопросом, во что же дождь превратил город выше. Ясно было, что дожди, вроде этого, шли много раз прежде и что Розовое Облако всегда возвращалось. СтилХувз сказал бы нам, если бы бывало иначе. Но сделала ли гроза нашу миссию в Кантерлоте менее или всё же более опасной?
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День третий:
"Я провела ещё один день в Зебратауне, знакомясь с владельцами парочки предприятий, в которых я позже могла бы провести некоторые исследования, а также представляясь зебрам-полицейским в местном полицейском участке. Местные стражи порядка тут же известили меня, что Зебратаун живёт по тем же законам, что и вся Эквестрия, и зебры вполне могут и сами следить за своими делами. Они даже предложили показать мне хранилище конфиската и контрабанды, дабы убедить меня получше.
Подозрительность вокруг меня усилилась, и я быстро постаралась убедить их в том, что я здесь для проведения персональных исследований для диссертации, а не по какому-нибудь делу Министерств или военных. В итоге на меня стали смотреть ещё более подозрительно. Также мне грубо намекнули, не провожу ли я исследования на тему 'врождённой зебринской неполноценности'. Как будто кому-то нужно было такое исследовать! Я заверила их, что нет, я просто изучаю их астрологию.
К моему удивлению и ужасу, это вызвало реакцию ещё худшую, нежели на исследование 'неполноценности'. Пришлось приложить максимум моих усилий и проявить неслыханные харизматичность и изящество, чтобы убедить их, что мои исследования совсем не во вред им. Тем не менее, я покинула их, потрясённая и немного встревоженная. Смогу ли я выполнить мою задачу?
Больше всего меня встревожили мысли о том, как отреагируют местные, если узнают правду, лежащую за моим исследованием."
* * *
- Ну, и где ж, думаете, они зебр держат? - спросил Каламити, когда мы пролетали над обширной территорией, занятой с одной стороны фонтаном. Сам фонтан украшала статуя принцессы Селестии. Давление воды из неуправляемого акведука заставляло фонтан хлестать потоками из глаз, концов крыльев и рога Селестии, словно из пожарных шлангов.
Мой Л.У.М. был включён, но показывал только зелёные маркеры (моих друзей) да появляющийся время от времени красный маркер. Тот факт, что я никак не могла засечь позицию врага (или врагов), которого обнаруживал мой Л.У.М., перед тем как тот бесследно исчезал, заставлял меня нервничать.
- В городе не так уж и много пригодных для этого построек уцелело, - сказала Ксенит. Зрелище разрушенного города зебр не производило на неё никакого видимого впечатления.
- Не думаю, что аликорны засели в каком-нибудь магазинчике, - отметил СтилХувз. - Это не в их стиле. - Это высказывание значительно сузило круг наших поисков. - С другой стороны, они могли бы воспользоваться городской канализацией. - А вот это - наоборот.
- Канализацией? - простонала я.
- Ну тогда понятно, почему город ещё сильнее не затопило, - оценивающе сказал Каламити. - Думаю, они её и построили, чтоб весенний паводок сдерживать.
- Среди прочего.
Мой компас опять предупреждающе замигал, когда мы пролетали над разрушенными крышами зебринских домов. Мы оказались рядом с городским амфитеатром (ныне же ставшим большим озером). Разбитые стены и арки обрамляли старый амфитеатр; немногие оставшиеся колонны были украшены каменными барельефами, изображающими маски злобных духов самых жутких форм. Я съёжилась от мысли присутствовать на спектакле в компании этих дьявольских масок, сверлящих тебя злобным взглядом с каждой колонны амфитеатра.
В тени арочного свода стояла чёрная аликорница. Мы заметили друг друга одновременно. Не успели мы ничего предпринять, как она тут же исчезла во вспышке света
Блять. Да это была одна из телепортирующихся!
- Ожидайте гостей, - предупредил СтилХувз.
* * *
Мы вынуждены были сесть: в воздухе мы были слишком лёгкой мишенью.
Каламити подлетел к самому большому нетронутому участку. Прежде чем самому приземлиться, он спустил меня на кусок треснувшей крыши. Паерлайт вылетела из-под каменного моста как раз перед тем, как он с шумом свалился на обветшавшую кровлю, сбросив СтилХувза и Ксенит. Рейнджер Эплджек неуклюже плюхнулся на крышу, в то время как Ксенит изящным гимнастическим кульбитом приземлилась на все четыре копыта. Наша спутница повернулась в сторону ворчащего гуля, на её лице читалась лёгкая ухмылка.
- Упс, виновата! - крикнула я поднимающемуся на ноги СтилХувзу.
Громкий треск раздался под моими копытами. Я сразу поняла, что вся эта конструкция собиралась вот-вот рухнуть. В течение десятилетий эта крыша ждала подходящего повода, и вот наше появление стало последней соломинкой.
- Ненавижу крыши, - захныкала я, взглянув на компаньонов. Крыши, потолки, полы... всё, что могло уйти из-под копыт. Во всей чёртовой пустоши они были моими злейшими врагами. Я приготовилась сфокусироваться, намереваясь поднять в воздух себя и своих спутников... и, возможно, победоносно засмеяться.
Крыша обвалилась, накрыв нас снизу клубами розового дыма. Мой взор затуманился, пульсирующая головная боль вышибла из меня дух, мои лёгкие боролись за глоток чистого воздуха. Моё заклинание развеялось, и меня поглотил розовый туман...
* * *
Моё тело рухнуло на пол, весь зал был наполнен густой розовой дымкой. Розовое Облако просачивалось через трещины в потолке и накапливалось здесь. Заклинание медпомощи начало заполнять мой Л.У.М. предупреждениями, когда мои внутренние органы начали страдать от воздействия розовой гадости. Моё сердце било в лихорадке, а лёгкие изо всех сил старались достать хоть глоток воздуха. Я почувствовала, как в моих внутренностях происходит что-то ужасное.
Также вам будут встречаться карманы, где Розовое Облако осело и сконцентрировалось, - предупреждал нас СтилХувз. - Обходите их, если можете, или пробегайте их с максимальной быстротой, если нет. Хотя они и обладают лишь долей изначальной эффективности Облака, эти карманы могут убить вас за считанные секунды.
Я проверила карту на ПипБаке в поисках ближайшей двери.
- Сюда! - попыталась закричать я, но мой голос был практически беззвучен. - За мной! - Я ринулась к двери в надежде, что комната за ней была безопасна. Если же нет, то я быстрей скончалась бы, чем нашла ещё одну.
Пинком распахнув дверь, я выскочила в коридор, который, к моему ужасу, оказался заполненным этим чёртовым облаком от конца до конца. Половина открытых дверей на моём пути убили всякую надежду на спасение. Розовое Облако убило бы меня прежде, чем я достигла бы конца коридора.
Галопом добравшись до первой закрытой двери, я несчастно вскрикнула, обнаружив её запертой. Я была не в состоянии сейчас что-либо взламывать. Я рванула к следующей двери, моё сердце было готово взорваться. Лёгкие горели. Зрение затуманивалось.
Дверь открылась. Я рванула в комнату за ней, благодаря Селестию за отсутствие там облака, и рухнула на пол, с размаху налетев на каменный парапет. Мой Л.У.М. по-прежнему мигал предупреждениями, да ещё и красные маркеры заполнили весь радар. Мне нужно было срочно принять лечебное зелье, чтобы устранить вред, нанесённый Розовым Облаком, до того как начали бы отказывать мои внутренние органы.
С большой тревогой я поняла, что все наши медикаменты остались у Вельвет Ремеди.
В глазах всё ещё было темно, но зрение постепенно прояснялось. Каламити пролетел мимо и завис в воздухе чуть дальше парапета. Когда СтилХувз и Ксенит вбежали в дверь позади меня, я услышала под собой похрустывание. Осмотревшись, я поняла, что мы находились на полукруглом каменном балконе, выходившем на затопленную, пещеристую, выложенную осыпающейся плиткой комнату. В основном вода была достаточно мелкой, чтобы можно было перейти, но попадались и очень глубокие затопленные ямы. Розовые ручьи струились подобно лентам по всему полу. Комната под нами состояла из нескольких небольших ярусов, лестницы между которыми превратились в водопады. По периметру располагалось множество балконов и выходов. Дюжина зебр воззрилась на нас мёртвыми, злыми глазами при нашем появлении.
- Хороший выбор, - нараспев произнесла Ксенит. Её голос был ужасно слабым. - Если мы хотим избежать отравленной воды, то что может быть лучше бани?
Балкон начал уходить из-под наших копыт.
- Только не это, - простонала я, окружая заклинанием себя и своих друзей прежде, чем кафельный пол под нами наклонится слишком сильно.
Полукруглый каменный балкон оторвался от стены и обрушился на кафельный пол ниже, пробив в нём дыру. Мы же воспарили над внутренней частью бани, окружённые моей магией.
- ХА! - закричала я вниз на обломки балкона, игнорируя странные взгляды Каламити. - Ха, ха, ха!
В ответ снизу раздалось странное ржание, и несколько мёртвых зебр, сорвавшись с места, помчались к выходам в комнате под нами. Вода начала с бульканьем заливаться в дыру в полу, пробитую упавшим балконом.
Воздух заполнился взрывами, когда СтилХувз открыл огонь из автоматического гранатомёта, разрывая тела зомби-зебр. Комнату наполнили брызги воды вместе с летающими кусками плитки и бетона.
Три "мертвые" зебры прорвались к выходу, но большинство погибло при атаке СтилХувза. Ксенит вскрикнула, когда одна из сбежавших зебр пробежала по розовому коридору и выпрыгнула из всё ещё открытой двери позади нас. Клубы розового тумана кружились вокруг неё. В прыжке зебра столкнулась со СтилХувзом, выбивая его из моего левитационного поля. Зомби-зебра и гуль-пони с тучей брызг погрузились в один из нижних бассейнов.
- Что ж, ванна ему не помешает, - прокомментировала Ксенит, пока мы парили выше бассейна и смотрели на две тёмные фигуры, сошедшиеся в копытопашной под водой, где ни один из них не мог утонуть.
- Как думаете, ему нужна помощь? - спросил Каламити. Мы покачали головами.
- Где Паерлайт? - спросила я, внезапно осознав, что мы потеряли члена отряда.
Каламити нахмурился, слегка покраснев.
- Порхает снаружи, я полагаю. Эта птичка достаточно умна, чтоб не провалиться сквозь крышу, имея крылья за спиной. - Ради Каламити я постаралась сохранить серьёзную мину.
Потихоньку вода отступала. Немного поразмыслив, я вдруг заметила жёлтые медицинские ящики. Спасены!.. При условии, что там осталась хоть парочка лечебных зелий. С помощью телекинеза оттолкнувшись от остальных, я подлетела к медицинским коробочкам. Первая была не заперта и всё ещё была полна медикаментов. Зебратаун не разделил участь разграбления, в отличие от остальной пустоши, где дважды успели заглянуть под каждый камень. Если весь Зебратаун был полон подобных сюрпризов, то что же нас ждало в Кантерлоте? Я внезапно поняла беспокойство СтилХувза по поводу моего любопытства.
Моя голова всё ещё пульсировала, а дыхание было прерывистым и слабым. Мой извивающийся кишечник явно проталкивал что-то инородное, сжигая мои внутренности. Мне не были нужны указания заклинания медпомощи, чтобы понять, что я скоро отброшу коньки. И это при том, что я первой выбралась из Облака; моим друзьям, несомненно, было хуже. Найденные лечебные зелья я отправила Каламити и Ксенит, себе же я намеревалась достать из второй коробки. Она была заперта.
Мой взор опять затуманивался, пока я возилась с замком. Л.У.М. предупредил о новой опасности. Обернувшись, я увидела проталкивающуюся через дверной проём зомби-зебру, её безжизненные глаза потусторонним огнём уставились на меня.
Выхватив зебринскую винтовку, я всадила три пули прямо в голову монстра. Пфт. Пфт. Пфт. Я увидела, как мозг ходячего трупа вспыхнул оранжевым пламенем. Монстр оступился и упал, словно мешок муки.
Вернувшись к первоначальным задачам, я наконец открыла коробку. Вылижи меня Селестия с головы до хвоста! Там было супер-восстанавливающее зелье! Я выдула его, прежде чем могла бы окончательно потерять сознание.
Тотчас я почувствовала себя лучше: взгляд прояснился, дыхание облегчилось, моё сердце стало сильнее биться. Мои уши заполнились неестественным, скрежещущим звуком. Когда я обернулась, зомби-зебра вставала на ноги в водовороте нечестивой энергии.
Но... но я стреляла в её голову! Она ведь сгорела!
Она должна была сдохнуть! Жаль, что Кантерлотская зебра не знала об этом, когда с размаху ударила меня своим копытом. Весь удар пришёлся на мою броню, посылая моё тело в незапланированный полёт. Я ударилась головой об медицинские ящики, вызывая приступ головной боли. Перед глазами поплыли звёзды, когда я свалилась в воду. Я услышала, как Ксенит ухнула в воду, когда моя магия схлопнулась. Я почувствовала что-то липкое и тёплое в моей гриве, заклинание медпомощи сообщило о травме головы.
Учитывая моё предыдущее сотрясение и истощение от Облака, я боялась, что могла уже не выкарабкаться. Страх улетучился, когда я потеряла сознание.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День четвёртый:
"Принимая во внимание крайнюю защищённость терминала и деликатный характер графиков и документов, хранящихся внутри, я решила, что он достаточно безопасен, чтобы записать на него детали моего назначения и спор, который в итоге привел меня в культурную пустошь (под культурной пустошью я подразумеваю любое место вне Кантерлота). Я хочу сделать это сейчас, пока слова принцессы свежи в моей голове, пока время и события не испортили эти воспоминания. Я, конечно, могла бы создать шар памяти, но этим предметам страшно не хватает должной защиты. Любой единорог может заглянуть внутрь.
Сперва отмечу, что я приняла это назначение охотно, даже с нетерпением. Есть вещи, которые для пони важнее, чем подходящее окружение, правильное питание и хорошая компания. И прежде всего это их особый талант, как по волшебству украсивший их бёдра в виде кьютимарки. К сожалению, есть пони, чей талант - быть самодовольной выскочкой или фермером на ферме камней, или что-то не менее ужасное. Но мне особенно 'повезло', моя кьютимарка изображает событие, которое никогда не произойдёт в моей жизни.
Последний метеоритный дождь, случающийся раз в столетие, прошёл над Понивиллем за десять лет до моего рождения, и следующий случится спустя десятилетия после того, как я умру от старости. Так что шанс не только увидеть, но и прикоснуться к тому, что изображает моя кьютимарка, взять его в свои копыта - это слишком потрясающий подарок, чтобы просто отвернуться от него.
Жизнь Королевского Астронома имеет немало плюсов, не последний из которых - возможность быть рядом с принцессами. Я могла видеть их в более чем неформальной компании и даже годами имела возможность поговорить с принцессой Луной или принцессой Селестией по первому их зову. Таким образом, я верю, что смогла лучше понять характер обеих принцесс, чем кто бы то ни было, за исключением их королевской стражи, их самих и кое-кого из прислуги замка.
Например, принцесса Луна - младшая из сестёр. Она также меньше и милее. Я видела много пони, которых эти черты вводили в заблуждение, которые считали, что она слабее и беззащитнее сестры. И я видела, как принцесса не раз играла на этом заблуждении, обычно с огромной ловкостью. О Принцессе Ночи с уверенностью можно сказать, что она темнее своей сестры.
На мой взгляд, пони всё время склонны были подозревать принцессу Селестию в деяниях, на которые наша благосклонная принцесса никогда бы не решилась, а принцессу Луну, в свою очередь, наоборот - недооценивать.
Полагаю, многие в замке боялись того, что должно случиться после покушения зебр на принцессу Селестию. Принцесса Луна заперлась в своих апартаментах на несколько дней, отказываясь видеть кого-либо, кроме сестры. На четвёртый день Она созвала свой кабинет министров, и Шесть Кобылиц вместе с Ней провели совещание, длившееся остаток этого дня и весь следующий. Я была вызвана после того, как они ушли.
К моему удивлению, принцесса Луна не была разгневанной или холодной, или мучимой угрызениями совести. Она была, если можно так сказать, задумчивой. Она пригласила меня, предложила выпить и убедилась, что мне удобно (мне и было удобно, если не считать того, что я ужасно нервничала). И Она поведала мне то, чем, по-моему, Она ни с кем не делилась, не считая пони из Её ближнего окружения, хотя бы потому, что Ей не хотелось говорить на эту тему.
Постараюсь передать слова Её Величества так точно, как только смогу.
'Если вы слышали старые сказки пони, то вы должны думать, что конфликт между мной и Селестией произошёл за один вечер... и, в некотором роде, так оно и есть. Но это был не обычный вечер. Они написаны так, что кое-кто мог бы подумать, будто я впала в истерику. Или что сестра заточила меня в лунную тюрьму после ссоры за завтраком. Решение Селестии воспользоваться силой самых могущественных магических энергий во всей Эквестрии и обратить их против меня не было ни лёгким, ни быстрым. Она до самого конца не переставала пытаться убедить меня, но я в своём безумии не оставила ей другого выбора. Атака не была неожиданной и не застала меня врасплох.
Но все эти книги замалчивают, а мифы совершенно не обращают внимания на то, что утро, в которое я восстала, длилось более недели. Многие также ошибочно считают, что раз Селестия поднимала и опускала Мою луну в течение тысячи лет, Она, мол, могущественнее и Моё изгнание было совершенно незначительным и излишним, раз уж Она могла бы перехватить управление и Сама опустить Мою луну. Но дело обстоит не так. Она могла поднимать Мою луну в течение всех этих лет лишь потому, что меня тут не было. Я бы тоже смогла поднимать Её солнце в Её отсутствие. Но когда ночь наступала, говоря древним языком, балом начинала править Я. Я целую неделю удерживала луну высоко на небосводе, не давая Её солнцу полностью взойти, и Она ничего не могла с этим поделать.'
Не могу передать печали, горечи и сожаления, что были в голосе принцессы Луны. Тем не менее, сколько бы боли ей ни принесли эти воспоминания, Принцесса Ночи выдержала.
'Спустя неделю в Эквестрию пришла лютая зима, чей мороз убивал как растения, так и животных. И пони по всей Эквестрии страдали и умирали от голода и холода. Но мне было всё равно. С моей яростью ничто не могло сравниться, я горела желанием карать.
Мой гнев поразил не только наши земли. Перед концом грифоны и зебры отправили убийц по мою душу. Но у них не было шансов против моей силы и моей брони, я с лёгкостью победила их.
Селестия сделала, что должна была. Но даже она не могла вырвать Меня из лап безумия. Даже Моя Сестра не была достаточно могущественна или чиста сердцем, чтобы спасти меня. Ей нужна была помощь. Требуется... искра, чтобы использовать Элементы Гармонии на полную мощь, а её тяжело породить, действуя в одиночку.'
Слова не могут передать всю глубину эмоций, которые я чувствовала во время этих откровений. Изумление и ужас было трудно описать. Принцесса Луна дала мне время усвоить сказанное, и я рискнула спросить, почему она решила поделится этим с недостойной пони, вроде меня. Если честно, я начала беспокоиться за свою жизнь. Такие секреты были не для ушей астрономов, Королевских или каких-либо ещё.
'Я хочу, чтобы ты поняла, с чем предстоит столкнуться во время задания, которое я хочу предложить', - сказала она мне.
'Ты должна понять две вещи. Во-первых, конфликт между Селестией и Мной не был, если можно так сказать, 'одноночным'. Я планировала, готовилась. Я понимала, что рано или поздно Селестия использует Элементы против меня и что другие попытаются остановить меня раньше. У меня была броня, созданная специально для меня из крайне редкого магического сплава. Я не ожидала, что Сестра изгонит меня. Я предполагала, что Она попытается сразить Меня, Моя защита была построена на этом предположении. Я ожидала, что Моя Сестра будет такой же жестокой, какой стала Я, и потому проиграла.'
С этими словами она представила моему вниманию небольшой сейф. Она левитировала его на достаточном расстоянии, словно Ей была отвратительна мысль о том, чтобы прикоснуться к нему. Поставив сейф передо мной, Она открыла его ещё одним заклинанием, явив мне обугленные и покорёженные куски металла.
'Это фрагмент доспехов Найтмэр Мун.' Она велела мне взять и изучить его. Металл был лёгким, прохладным на ощупь, бледно-голубым и с необыкновенным блеском, который заставил бы серебро устыдиться. Я спросила Её, где в Эквестрии Она нашла такой металл.
'Родина этого металла - не Эквестрия. И даже не этот мир. Каждые сто лет небо нашего мира украшает метеоритный дождь. Один из них произошёл в год, когда Найтмэр Мун освободилась, и Я была спасена... В самый долгий день на тысячный год моего заключения.
Я вижу, ты сделала расчёты. Стоит отметить, что в редких случаях, может быть, раз в дюжину метеоритных дождей не все метеориты сгорают в небе. Некоторые долетают до земли. Во время метеоритного дождя, который произошёл в год Моего изгнания, один из них упал в Вечнодиком лесу, недалеко от... старого замка.
Если не ошибаюсь, зебры называют этот материал звёздным металлом и что у них гораздо больше мифов о нём, чем у нас. Мне нужно, чтобы ты отправилась в Зебратаун... можешь взять его с собой... и узнай об этих мифах всё, что сможешь.
Реакция зебр на Мою позицию была более ненормальной, чем Мы ожидали. Ради всей Эквестрии Мне нужно понять почему."
* * *
Прочтение этого места, в то время как я восстанавливалась, возможно, было ошибкой. Я не представляла себе, что натворила Найтмэр Мун. Никогда даже не пыталась. Теперь же я это представила, и возникший образ потряс мою душу.
С моей яростью ничто не могло сравниться, я горела желанием карать. Внезапно я побледнела.
Я подумала о себе. О том, как прорывалась сквозь один из магазинов в Арбе, телекинезом подбрасывая пони к потолку, чтобы увидеть их метки Арбы. Затем я открыла огонь из зебринской винтовки и наблюдала, как их горящие, бьющиеся в агонии тела падают на пол.
Я была Найтмэр Мун в миниатюре.
Но если Найтмэр Мун смогла стать принцессой Луной снова, если Она смогла поднять себя с таких ужасных глубин монстра, чтобы стать любящей и достойной любви Богиней нашего поклонения, то у меня была ещё надежда. Слова в дневнике дали мне уверенность, что мои надежды были чем-то большим, чем простое принятие желаемого за действительное.
Но в тоже самое время они были предостережением, что прогнившие плоды убийств, ведомых слепой яростью, будут преследовать меня всю жизнь. СтилХувз был прав. Как и у принцессы Луны, эти воспоминания останутся со мной навсегда. И как зебры помнят о кошмарах Найтмэр Мун, так и я в глазах некоторых других буду ничем другим, кроме как чудовищем.
Ксенит дала мне последнее лечебное зелье. Третий медицинский ящик был заперт, но умение взлома не требуется, если у одного из твоих друзей есть рог из когтей адских гончих, способный резать металл, словно картон. Я выпила его, наблюдая, как предупреждения на Л.У.М.е о моём предсмертном состоянии постепенно утихают.
- Следующий зебро-мертвяк получит от меня ракетой в хлебальник, - проворчал СтилХувз. Я поняла, что битва в бассейне была для него полным разочарованием, так как он не мог активировать пусковой механизм своего оружия под водой. Я представила себе двух практически неуязвимых существ, весь бой которых свёлся к копытопашной под поверхностью воды. Вызванная картинка пробудила во мне чувство мрачноватой насмешки. Уверена, СтилХувз не был бы признателен, если бы я усмехнулась.
Вскоре мы продолжили путь. В бане не было тюрьмы, что мы искали, о чём нам сказало изобилие "кантерлотских" зебр и отсутствие аликорнов. Но в подвале бани мы нашли вход в канализацию. И сколь бы я ни ненавидела мысль погружаться в здешнюю воду, мы не могли проигнорировать одно из наиболее вероятных мест, куда аликорны могли привести своих пленников. К счастью, когда мы с Ксенит плюхнулись в воду, она не причинила нам какого-либо заметного вреда. Видимо, концентрация розового в дождевой воде была достаточно низкой, чтобы оказаться вполне безопасной. Ну или, по крайней мере, это было тем, что я без конца твердила себе, когда мы брели по брюхо в потоке дождевой воды через огромные тёмные туннели канализации Зебратауна.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День седьмой:
"Сегодня я посетила одно из самых удивительных зданий в Зебратауне. Зебрам вполне удалось смешать своё культурное наследие с эквестрийской эстетикой. Одним из достижений стали известные (печально) зебратаунские бани. Вода подаётся по акведуку, несколько же бассейнов подогреваются котлами. Посетители перемещаются между горячими и холодными ваннами, собираясь в группки по интересам, чтобы обсудить события дня или насладиться поздним завтраком около бани. Публичное купание весьма непривычно, но я должна заметить, что опыт, предоставленный этими банями, был весьма, весьма богат, как в физическом, так и социальном смысле.
Я была удивлена, что в Зебратауне жили пони. Как мне сказали, не больше горстки, но здесь были пони, которые сознательно решили прожить тут свою жизнь. Я имела возможность побеседовать с одной из таких пони в бане - восхитительной сельской кобылкой по имени Дейзи. Дейзи утверждала, что выбрала жизнь в Зебратауне, потому что зебрам надо было напомнить, что не все пони, по её словам, были 'ксенофобскими фанатиками'.
И к вопросу о беспричинных страхах, я оказалась в подобной неприятной ситуации, когда зебра-мать закричала и вытащила за загривок своего жеребёнка из ванны (а вскоре и из бани) при одном только взгляде на меня. Когда я попыталась узнать причину столь бурной реакции, большинство зебр просто прятало свой взгляд в смущении. Только одна мне объяснила, ужасно краснея при этом, что причина их страхов была в моей кьютимарке, изображающей падающие звёзды. Казалось, что древние мифы так давили на психику некоторых зебр, что моя кьютимарка уже сама по себе стала причиной такой реакции.
Выйдя из бани, я заприметила пару жеребят, пытающихся скрыть ингалятор. Они уставились в землю, будто их родители застукали со свежим номером журнала 'Вингбонер'. Я не из тех пони, кто в этом разбирается, но догадываюсь, что они пользуются контрабандой зебринских препаратов. Возможно, полицейским стоит лучше мониторить ситуацию."
* * *
Вш-ш-ш-ш-ш-шух!
Две ракеты вылетели из боевого седла, встроенного в броню СтилХувза, и умчались в канализационный туннель. Их огневой мощи с лихвой хватило бы даже для убийства кантерлотской зебры-зомби.
Ракеты взорвались о щит аликорницы с нулевым эффектом.
Пещероподобный туннель перед нами продолжался за прочной железной решёткой, преградившей наш путь. СтилХувз и Каламити старались отвлечь фиолетовую аликорницу, пока я взламывала настенный терминал, управлявший запорами тяжёлой металлической двери в ответвлении туннеля. Я трудилась так быстро, как только могла, пробираясь сквозь дебри системы, просматривая массивы данных на предмет возможных паролей.
Дверь звякнула и отъехала, открываясь, как только я нашла и ввела нужный пароль - "не_радуга".
Мы вслепую бросились внутрь. СтилХувз спрятал сенсорную мину в заднюю панель терминала, прежде чем закрыть дверь, погрузив нас во тьму.
Несколько пар горящих белым огнём глаз уставились на нас. Л.У.М. определил четыре враждебные точки перед нами. Я скользнула в З.П.С. и отметила первую зомби-зебру, направив Малый Макинтош на её светящиеся во тьме глаза.
БАХ!! БАХ!!
Звук выстрела револьвера отразился от металлических стен. СтилХувз включил встроенный фонарь на своем шлеме, осветив лабораторию со столами, где покоились разнообразные довоенные приборы и химикаты. Зомби-зебра, в которую я стреляла, лежала неподвижно с расхреначенной головой. Я очень надеялась, что она не сможет встать после этого. Оставалось ещё три зомби-зебры, одна из которых держала в зубах копьё.
СтилХувз открыл огонь, превратив один из углов лаборатории в зону поражения. Комната заполнилась дымом, жаром и осколками стекла. Я быстро отвела глаза и, опрокинув стол, присела за него, прячась от последствий атаки СтилХувза. Каламити и Ксенит присоединились ко мне.
- Эй, эй, эй! - закричал Каламити, держа свою шляпу передними ногами.
Слава Богиням, СтилХувз прекратил палить. Секунду спустя металлический наконечник, отблескивающий чем-то зелёным, пробил стол и вонзился мне в плечо. Я закричала и прижала копытом рану, чтобы остановить кровотечение. Каламити взлетел и пустил свои Прибои в ход, Ксенит в это время достала бинты и занялась моим лечением.
Я услышала ещё один взрыв, но уже из-за двери. Аликорница попыталась воспользоваться терминалом, и мина сработала. Внутрь она уже не попадёт.
Я почувствовала прилив головокружения. Вернулся страх того, что моя голова получила необратимые повреждения. И тогда к головокружению присоединилась тошнота, заставившая меня рухнуть на пол.
- Яд, - произнесла Ксенит. - Не бойся. Это зелье я знаю. Страдать будешь, но лишь слегка. Потом станешь как новенькая.
Выгибаясь в мучительных судорогах, я поняла, что категорически несогласна с её определением слова "слегка".
Я услышала ужасный, некромантический звук от подстреленной мною зомби-зебры, встающей на ноги. Каламити вновь открыл огонь, и я услышала, как зомби жижей плюхнулась на пол.
Последняя зомби-зебра перепрыгнула через стол и оказалась лицом к лицу с Ксенит и мной. Я пыталась сосредоточиться, нацеливая Малый Макинтош, но очередной спазм в животе рассеял мою концентрацию, оставив задыхаться и молиться о потери сознания.
Ксенит среагировала мгновенно и атаковала зомби парализующим ударом. Я увидела, как её глаза округлились от страха, когда этот приём не возымел никакого действия на монстра, который незамедлительно воспользовался замешательством зебры и вонзил зубы ей в спину, прямо под одну из лопаток.
- Не трогай меня! - завизжала Ксенит, отскакивая прочь, её шкура и плоть серьёзно пострадали, пока она вырывалась из зубов монстра. Она хлестнула врага головой; не встретив сопротивления, рог адской гончей разрезал зомби-зебру. Её голова отделилась от тела и покатилась по полу, остановившись напротив моего лица, мертвый свет её глаз потух, оставив после себя безжизненный взгляд, устремлённый прямо на меня.
Ксенит закричала снова, делая копытами пудинг из трупа. Потом наколола голову зомби на рог адской гончей и запустила в другой конец комнаты. Голова стукнулась о ящик с ингаляторами, опрокинув его и рассыпав содержимое по полу.
Ксенит рухнула возле меня, дрожа и задыхаясь, кровь текла по её спине.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День тринадцатый:
"Исследование продвигается ужасно медленно. Похоже, лишь очень немногие зебры знакомы с фольклором своей родины (также они неоднократно делали мне замечание насчёт такой формулировки, утверждая, что их родина - Эквестрия). Видимо, огромной доле местного населения никогда не рассказывали об их культурном наследии. Либо эти зебры сами решили забыть всё, что могло связывать их с нашими сегодняшними противниками, вплоть до того, что изо всех сил изображали незнание культурных и религиозных аспектов своей родины.
Винить я их не могу. С момента моего прибытия уже было несколько мелких инцидентов. В основном граффити, разбитые цветочные горшки, потоптанные палисадники и другие несущественные беспокойства. И я понимаю, что постоянные проявления нетерпимости, хоть и со стороны незначительного меньшинства, вполне могут повлиять на общий настрой жителей.
Солдаты, которым вверили защиту жителей от подобных нападок, волнуют куда больше, чем сами хулиганы. Мне удалось узнать, что среди недавно переведённых сюда военных есть и те, кто служил на Утёсе Разбитого Копыта. И я собираюсь ещё до конца недели написать письмо с предложением заменить весь местный контингент военнослужащих, кто недавно принимал участие в боях с полосатыми."
* * *
- Запомни это место, малышка, - мягко сказала Ксенит, пока Каламити неумело применял её кровоостанавливающие мази и наши последние бинты. - Я сюда захочу вернуться.
Я кивнула в ответ, открывая сейф в стене лаборатории. Я надеялась найти там ещё медикаментов, но внутри были только револьвер, патроны для него, несколько разложившихся книг и рецепт приготовления Дэша. Последний я отдала Ксенит, взяв себе патроны.
Я задержалась на мгновение, чтобы отметить лабораторию на карте моего ПипБака, перед тем как побежать к терминалу, управляющему дверью у противоположной стены помещения. Этот дался мне легко. Дверь отъехала в сторону.
Ксенит двигалась медленно, чтобы лечащие бинты затягивали её раны максимально быстро. Укус зомби-зебры больше повредил шкуру, нежели плоть, но она всё равно нуждалась в лечебном зелье, последние из которых мы истратили, чтобы избавиться от эффектов Розового Облака. Она подхромала к неповреждённому алхимическому набору и, открыв сумку, достала склянки с ингредиентами и полоски кожи кровокрылов.
Видя, что Ксенит собралась готовить, я повернулась к Каламити.
- Я со СтилХувзом разведаем обстановку вокруг. Ты оставайся с Ксенит. - Его вооружение анклава было лучшим, что мы имели против зомби в замкнутом пространстве. По крайней мере, эти две лужи светящейся жижи на полу уж точно больше не встали бы.
Я закрыла дверь лаборатории за нами. Теперь, когда я знала пароли, для меня не составило бы труда открыть её, и я не хотела оставлять нашим врагам открытого прохода. Мы двигались вперёд. Вода лилась в тоннель через бесчисленные трубы и сточные канавы. Эхо грома заполняло канализацию на несколько секунд после каждого удара молнии наверху. Во всём этом шуме даже СтилХувз мог оставаться незаметным.
Мы повернули за угол и замерли, увидев сверкающий аликорний щит, перегородивший проход впереди. По другую сторону щита уровень воды поднимался во всю высоту прохода. Две тёмно-зелёные аликорницы неподвижно стояли перед щитом по бокам тоннеля, словно две статуи стражей.
- Что за?..
Вспышка света, и между ними появилась их фиолетовая сестра. У неё сочилась кровь из раны, полученной, видимо, при взрыве терминала. СтилХувз занял боевую позицию. Я достала снайперскую винтовку, надеясь выстрелить до того, как аликорница успеет поднять свой щит.
- Попались! - Она недобро ухмыльнулась. Её рог засветился, и она со вспышкой исчезла, прихватив своих сестёр. Щит исчез вместе с ними, и ничем более не сдерживаемая стена воды обрушилась на нас.
* * *
С неимоверными усилиями я начала прорываться на поверхность потока, с большой скоростью нёсшегося по канализации Зебратауна. Но как только мне это удалось и я успела вдохнуть немного воздуха, моё тело затащило обратно в бурлящий водоворот, где я окончательно потеряла ориентацию в пространстве.
Я почувствовала, как врезаюсь в какие-то железные пруты. Вдруг голова начала сильно пульсировать, рог словно клещи сдавили, а шум в ушах стал невыносим. Я попыталась левитировать себя к поверхности, лёгкие горели. Но вместо глотка живительного воздуха мой рог ударился о дно канализации, отдавшись сильной болью в голове. От непроизвольного вскрика вода хлынула мне в глотку, и я начала захлёбываться.
В панике я развернулась и оттолкнулась ото дна так сильно, как только могла. Моя голова показалась на поверхности, а подводное течение сильно придавило меня к решётке. Я начала откашливаться, голова раскалывалась, рог чуть ли не взрывался. Из глаз потекли кровавые слёзы.
О Богини! Передатчик!
Я была зажата. Я не могла выплыть. Мой задыхающийся разум корчился в мучительной боли, я заставила себя нырнуть обратно вниз. Открыв глаза, я всматривалась в темноту вокруг. Я заметила скелеты нескольких пони (или, вероятно, зебр), прибитых течением к железным прутьям. У одного из них был ПипБак на передней ноге. В глазах двоилось, а голова раскалывалась, но я как могла быстро оторвала ногу вместе с ПипБаком от скелета и просунула между прутьев. Течение унесло ПипБак и его испорченный передатчик.
Рванувшись обратно к поверхности, я зашлась в тяжёлом кашле. Боль в голове быстро отступала, теперь лишь слегка напоминая о себе. Через железные решётки виднелся холодный серый свет дождливого дня; вода выливалась из конца дренажного тоннеля, в котором я была заперта. Я пыталась отдышаться, давая воде удерживать меня перед решёткой, пока её уровень не опустился до уровня груди.
Что-то тяжёлое и металлическое ударило меня сзади. Я подвинулась и заметила в воде у моих копыт какой-то предмет. Моя снайперская винтовка.
Спустя несколько минут одинокий огонёк замаячил в темноте тоннеля. Сначала я решила, что это одноглазая зомби-зебра. Но узнала фонарь на шлеме СтилХувза. Мой друг бежал ко мне, разбрызгивая воду из канализационного потока.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День двадцать третий:
"Мои исследования потихоньку начали приносить плоды. Судя по всему, самой осведомлённой о мифологии зеброй в городе был преступник, в данный момент пребывающий в заключении в полицейском участке Зебратауна. Правда, торговка, поведавшая мне об этом, не могла или не желала говорить, какие обвинения были ему предъявлены. Завтра я попытаюсь добиться свидания с этим преступником.
Уже около месяца длится моя 'ссылка', и сколь я скучаю по замку, столь же в этом странном грязном маленьком милом городишке что-то меня притягивает, хоть и не совсем приятным образом. Продавцы больше не смотрят на меня с недоверием, и сегодня я с Дейзи наслаждалась обедом из хрустящего сена.
Как бы то ни было, становилось предельно ясно, что, вопреки уверениям полицейских, в этом городе была глубоко въевшаяся проблема контрабанды. Три смерти за последние три недели в пригородных угодьях могли быть связаны со свежезапрещённым наркотиком под названием "Дэш". Одна из смертей была вызвана передозировкой и две - огнестрельными ранениями. Причём последние два убийства были совершены одной и той же личностью, которая в тот момент была под сильным воздействием наркотиков. А сопоставив это с некоторыми собственными наблюдениями, я всё больше уверяюсь, что Зебратаун по самый круп увяз в торговле, а может даже и в производстве этого опасного вещества.
По пути домой я заметила пару пони, пытающихся пробраться в город, неся что-то, напоминающее бутылки спиртного. Их поведение было достаточно подозрительным, чтобы я их остановила и начала так громко расспрашивать их о делах в городе, что один из солдат неподалёку не удержался и обратил на них внимание. Что не удивительно, пони немедленно вспомнили о срочной встрече где-то в другом месте."
* * *
Никаких больше исследований канализации. По крайней мере, пока все остальные возможности не будут исчерпаны. Аликорны показали, как легко они могли превратить её в смертельную ловушку.
- С каких это пор аликорны говорят "попались"? - спросила я, неуверенно стоя на каменистой улице Зебратауна у самой кромки воды. После того, что я пережила, меня не особо заботило, промокну я или нет, независимо от того, сколько нитей розового я видела в этой воде.
Паерлайт кружила над головой, как бы радуясь, увидев нас снова. Мы оказались отрезаны от Ксенит и Каламити, и я боялась спускаться вниз, чтобы найти их. Нет, было бы лучше, если бы я отправила СтилХувза за ними. Он, по крайней мере, не мог утонуть.
Я осмотрелась вокруг, осознавая, что потеряла своего бронированного спутника. Рейнджера Эплджек, только что стоявшего рядом со мной...
Обернувшись, я увидела, что он стоял на краю просёлочной дороги, молча глядя на свои копыта. Я подбежала и спросила, всё ли у него в порядке.
- Я умер здесь, - сказал он, перед тем как погрузиться в загадочное длительное молчание.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День двадцать четвёртый:
"Я шла на встречу с местными полицейскими, но мне пришлось пойти другой дорогой из-за нескольких огромных пони-повозок, загородивших путь. Времени хватало, потому я решила осмотреться и заодно заглянуть в магазинчик на окраине города, торговавший копиями церемониальных масок зебр. Я была уверена, что хозяин такого магазина многое знает об обычаях и, говоря шире, верованиях зебр.
Мои планы на вторую половину дня прервал крик о помощи, который быстро затих. По-видимому, кое-кто из 'Великой Эквестрийской Гвардии' решил позабавиться с симпатичной зеброй. Когда я добралась до места происшествия, жеребцы уже лежали на земле перед своим весьма сердитым командиром - сержантом Эплснэком, который, как я позже узнала, был одним из солдат, переведённых сюда после Утёса Разбитого Копыта.
По тому, как один из солдат держался за рёбра, и по его хромой походке стало ясно, что сержант предпочёл немногословные методы для пресечения этого 'нападения'. Хотя он, конечно, произнес несколько крепких слов после того, как уткнул забияк носами в пыль.
Но ещё сильнее меня потрясло то, что случилось далее. Я уже взяла на заметку имя сержанта, чтобы объявить ему благодарность, когда потрясенная и плачущая зебра протянула ему копыто, чтобы сказать 'спасибо'. Сержант Эплснэк развернулся, оттолкнув её, и сказал, что он остановил этих сволочей не потому, что беспокоился о ней, а потому, что они позорили Эквестрию.
Я почувствовала, что созрела тема для еще одного письма, на этот раз адресованного самой принцессе."
* * *
Неподвижный взгляд СтилХувза был направлен на дорогу перед ним. В брусчатке я увидела четыре отпечатка копыт. Они выглядели так, будто были вплавлены в твердь камня. СтилХувз медленно шагнул вперёд, ставя копыта в каждое из углублений. У меня по загривку пробежали мурашки, когда я увидела, что они подошли ему идеально.
Взгляд СтилХувза скользнул к очертаниям Кантерлота вверху
- Я был здесь в день смерти Эквестрии, - медленно произнёс он. Я неподвижно слушала. - Мы знали, что конец близится. Мы с Эплджек были здесь, эвакуируя всех пони и зебр. Стойло Три было закрыто щитом Принцесс, но были и другие неподалёку. - Он повернулся ко мне. - Ты не представляешь, каково это - смотреть, как ракеты врезаются в щит, грозя прорваться сквозь него и убить всех внутри.
Он отвернулся.
- Затем мы получили известие, что зебры снесли Клаудсдейл с лица небес. Эплджек простилась и помчалась в Понивилль. Я... - Из-под бесстрастной маски вырвался дрожащий вздох. - Я никогда не винил её за уход. Или за приказ остаться. За это некого было винить, кроме себя.
По хрипотце в обычно стальном голосе гуля я поняла, что мой друг сейчас по-настоящему плакал. Рейнджер Эплджек больше не мог прятать свои душевные раны, и от этого моё сердце было готово вырваться из груди.
- Мы пытались восстановить наши отношения с той самой ночи, когда она увидела тьму во мне. Я хотел нас сохранить, но рана была слишком глубока. Она с трудом могла на меня смотреть. Я не понимал, почему она так хотела, чтобы мы были вместе. Ведь я был её недостоин. ...Но я тогда не знал, что она беременна.
Я хотела его обнять. Утешить его как-то. Но знала, что он не смог бы этого почувствовать. Броня отделяла его от нас. Всё, что я могла - быть рядом и слушать.
СтилХувз пытался стряхнуть свою скорбь.
- Я остался здесь. Она оставила меня во главе эвакуации на время её отсутствия. Я уже был ранее в Зебратауне, я знал это место. Ни один боец не знал Зебратаун так, как знал его я. Выбор именно меня был обоснован.
Он посмотрел вверх, обдумывая свою речь. Мой внутренний взор рисовал передо мной картину его рассказа.
- Щит принцесс был огромен, - напомнил он. - На несколько сотен метров выше города, он отделил Кантерлотские водопады. Вся вода ушла из города, затопив нижнюю часть щита. В это время ракеты начали взрываться о щит сверху. Вода отлично поглощает Розовое Облако. Когда щит пал, вся эта вода исполинским розовым цунами обрушилась на Зебратаун. Эта волна затопила город и пони... и всех, кто в городе оставался.
Он снова посмотрел вниз, выходя из углублений в брусчатке. В его голосе была болезненная ностальгия, красноречиво показавшая мне, насколько он не хотел здесь находиться.
- Я стоял на этом самом месте.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День двадцать седьмой:
"Мои письма принцессе Луне продолжают оставаться без ответа.
Я понесла звёздный металл к одному из ювелиров города, а меня выперли из магазина и сказали больше никогда не возвращаться. И это от той же самой кобылы, которая только шесть дней назад клялась, что ничего не знает о старых зебринских сказках и что ей на них наплевать.
Я отшатнулась в сторону, когда мимо меня промчалась колесница, в которую была впряжена знакомая на вид пони, и двое, сидящих в ней, кинули горящие бутылки, выкрикивая при этом антизебринские лозунги, слишком грубые, чтобы я их могла повторить. Одна из бутылок угодила в окно ювелирного, где немедленно разыгрался огонь. Делая то, что любой другой хороший пони сделал бы, я помчалась на помощь лавочнице, но она остановила меня, швырнув в меня серебряный чайный сервиз, и скрылась в чёрный ход.
Я пострадала от дыма и незначительных ожогов, но ничего серьезного. Лавочница также осталась относительно невредимой. А вот юная зебра, которую спасли из пожара, сильно обгорела и была госпитализирована. Больницы здесь оборудованы и укомплектованы плохо, но тут делают всё, что могут, и используют лечебные припарки по рецептам зебр (вы, вероятно, не найдёте их даже в книгах библиотеки Министерства Чародейных Наук).
Молодая зебра попала в госпиталь с одной из нападавших. Ещё двое пони содержатся в полицейском участке Зебратауна, пока не прибудет повозка для их перевода. И за задержание нападавших стоило поблагодарить сержанта СтилХувза. Он вовремя отреагировал, выхватив табельный пистолет и выстрелив возничей в ногу.
Могу также похвалить пожарные службы Зебратауна, которые усмирили огонь до того, как он успел переползти на соседние здания.
Я провела большую часть вечера в полицейском участке, раз за разом повторяя мою версию произошедших событий. Я воспользовалась этой возможностью, чтобы побольше узнать о том зебре-заключённом, который содержался в изоляторе. Мои усилия, чтобы добиться свидания с заключённым, не увенчались успехом. Этим вечером один из полицейских соизволил сообщить мне, что заключённого обвинили в контрабанде, а также было предъявлено ещё одно обвинение, которое я интерпретирую как 'ересь'.
Когда я спросила, была ли контрабанда связана с возросшим количеством инцидентов с Дэшем, полицейский категорически отрицал любую связь между Зебратауном и местной наркотической проблемой. Он утверждал, что приток Дэша наверняка исходил от кого-то, связанного с соседней ветеринарной фармацевтической компанией.
Вместо этого полицейский настаивал, что вся контрабанда в данном случае представляла из себя одну книгу. Я спросила, можно ли её просмотреть, отметив, что это могло бы помочь моим исследованиям. На что тот ответил, что был бы очень рад помочь мне с этим, если бы не тот печальный факт, что книгу конфисковало Министерство Стиля, забрав её из хранилища контрабанды несколько дней назад."
* * *
Ересь. У меня были свои мрачные подозрения насчёт того, что это значило. И что за книгу забрали из зебринского хранилища контрабанды. За той же самой книгой, Чёрной Книгой из потайного сейфа Рэрити, мы направлялись в Руины Кантерлота по велению Трикси-Богини. Я не знала, что шло за этим далее в моём замысле, но уже уяснила, что доставка Книги в Марипони была ключевым его моментом.
Каламити и Ксенит снова были с нами, и теперь мы, притаившись в развалинах какого-то магазинчика, глядели через булыжную площадь на полицейский участок Зебратауна. Благодаря дневнику Миднайт Шовер я сочла это место наиболее подходящим для поиска аликорнов с пленниками.
Позади раздалось тихое 'динь' - Каламити подчищал магазинную кассу. Я даже не обернулась посмотреть.
Я достала бинокль и осмотрела полицейский участок подробнее. Часть акведука, проходившего сразу за ним, обрушилась, захватив с собой где-то четверть здания. От него остались две неравные части, соединённые лишь подвальными помещениями. На крыше части побольше я заметила аликорницу. Это было определённо здесь.
Я посмотрела на входную дверь и сразу поняла, что нам нужен был другой способ войти. И не из-за стражниц или замка́. Просто металл двойных дверей деформировался, сплавив их вместе. Подозреваю, что рухнувший акведук напустил в здание огромное количество розовой воды, из-за чего в нём и происходили повреждения всевозможнейшего рода.
- И в какой же из двух частей они, по-вашему, держат мою дочь?
Каламити ответил за меня:
- Эт просто. В той, куда мы не пойдём сразу.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День двадцать восьмой:
"Мои усилия найти лавочку, торгующую церемониальными масками, были вновь сорваны сочетанием неясных и противоречивых объяснений. В какой-то мере я понимаю и не осуждаю зебр за неприязнь. Любой бизнес, связанный с наследием родного края, увеличил бы напряжение среди эквестрийских зебр и, вероятно, стал бы магнитом для следующего нападения, подобно вчерашнему.
Мне удалось успешно уговорить одного жеребца побеседовать со мной, стоило ему напомнить о его сделке с жеребятами по обмену их ингаляторов на монеты. Я не только получила более подробное расположение магазина, но жеребец ещё раскрыл несколько скользких моментов касательно верований полосатых о принцессе Луне. К примеру, касательно зебринского фольклора, помешательство принцессы Луны и 'глубины зла' могли быть вызваны только (и он сказал это ироничным томом, явно насмехаясь над этим суеверием) 'внешними силами'.
Когда я спросила его, что имеется в виду под 'внешними силами', он засмеялся и ответил: 'Звёзды, глупышка. Звёзды!'
Пытаясь зародить дружественные отношения, я предложила ему сделать себе татуировку-звезду, если он действительно хочет проявить свою неприязнь к безрассудству старших. К моему удивлению, это предложение его сильно возмутило. Опуская довольно грубые и ненужные выражения, его ответ можно было свести к 'я насмехаюсь над их устаревшими верованиями потому, что я разумнее их, а не потому, что я идиот.'
Больше я ничего не смогла добиться от него.
В косвенной связи с этим вспоминается один местный слух. Кобыла, недавно поймавшая пулю в ногу, скончалась прошлой ночью. Официальные источники говорили о каких-то 'осложнениях'. А если верить слухам, она не перенесла операцию из-за возникшей дэшевой ломки. В какой-то степени зебры сами были виноваты в том налёте.
И в продолжение этой темы, я встретила сержанта СтилХувза по пути к рынку. Жеребец сосредоточенно чистил свои доспехи. Какой-то вандал нарисовал полосы на защитных пластинах и нацарапал надпись 'Любитель зебр' на ботинке.
Я посочувствовала ему. Несправедливо, что ему приходится терпеть насмешки за стойкое исполнение своих обязанностей, за то, чем пренебрегает большинство солдат.
Отбросив щётку, он сплюнул и сказал мне: 'Не нравится мне этот город. С удовольствием бы покинул его. Тут становится трудно просто ненавидеть зебр и любить пони.' Мы немного поговорили, я пыталась убедить его, что эти зебры такие же граждане Эквестрии и заслуживают не меньше любви и дружелюбия. В конце концов, они же не виноваты, что родились с полосами. Будто у них был выбор (а если бы был, то я уверена, что они предпочли бы быть пони).
В конце концов, я всегда была очень непредубеждённой пони и сторонницей равноправия.
'Верно,' - ответил он. - 'Но я солдат.'

Он говорил так, как будто солдату надлежит думать о зебрах только как о врагах и ни о ком больше. Возможно, в этом и был здравый смысл, но если это так, то я благодарна за то, что я не солдат.
'Больше вы меня не увидите. Я вызвался добровольцем на спецзадание Министерства Военных Технологий. Мой фургон отбывает в эти выходные, и я в этот жалкий городок больше ни ногой. И, если на то будет воля Эквестрии, мне больше не придётся любезничать с зебрами.'
Зебратаун, я подозреваю, станет хуже без него."
* * *
Я перестала читать, мои ушки оживились от звука взрыва ракет по крайней мере в двух кварталах отсюда. Я прошептала короткую молитву за СтилХувза. Несомненно, Могучий Охотник на Аликорнов без труда должен был справиться с одной... мне хотелось верить. Я пожурила себя за беспокойство. СтилХувз был самым живучим гуле-пони-подобным созданием во всей чёртовой Эквестрийской Пустоши. Мне стоило больше верить в друзей. Но... я не могла перестать беспокоиться о их безопасности, когда кому-то, кроме меня, приходилось рисковать жизнью в одиночку.
Каламити дал бы мне по голове, если бы узнал, о чём я думала. Черт, а Хомэйдж... ну, если честно, Хомэйдж дала бы мне кое-куда ещё, и мне бы это понравилось... И мне действительно не стоило бы думать о таких вещах в такой момент. Фокус, Литлпип. Фокус!
Каламити, Ксенит и я пробирались через останки внутренней двери на верхний этаж полицейского участка Зебратауна. Обвал оставил дверь доступной снаружи, давая нам возможность пройти. Паерлайт тихо летела за нами. Здесь была важна скрытность, поэтому СтилХувз вызвался отвлекать аликорницу на крыше, чтобы мы могли прокрасться внутрь.
Я подловила себя на том, что не могла решить, нравится ли мне Миднайт Шовер или нет. Я понимала, что это в любом случае уже не важно. Эта пони давно мертва. Может, меня волновало то, что королевский астроном получил дар наслаждаться личным присутствием Селестии и Луны. Или, может, что эта пони знала СтилХувза в довольно сложный и важный период его жизни, и сделала усилие, чтобы быть по крайней мере дружелюбной к нему. Однако, сочетание вежливости и фанатичной убеждённости в своём превосходстве этой пони постоянно напрягало меня. И это был представитель королевского двора.
Перед тем, как мы разделились, я спросила СтилХувза о его первом визите в Зебратаун, дав ему знать, что в дневнике из той разграбленной хижины упоминается его имя.
- Покушение на принцессу Селестию и героическая гибель Биг Макинтоша оставили глубокий след в душе всех пони. Больше всех досталось тем, кто служил вместе с Макинтошем. После битвы за Утёс Разбитого Копыта, - говорил СтилХувз, - принцесса Луна распорядилась, чтобы всех, кто принимал участие в той бойне, передислоцировали ближе к сердцу Эквестрии и подальше от линии фронта по меньшей мере на полгода. Увольнительная с войны вместе с психологической реабилитацией. - Его определили в Зебратаун поддерживать порядок.
В комнате впереди были слабые признаки розового. Концентрация была минимальной, способной вызывать лишь приливы тошноты и головокружения, а не быструю и мучительную гибель, что нам грозила, когда мы испытали всю силу концентрированной розовый смерти в банях. Я молилась Богиням, чтобы заложников держали не в заражённой зоне. Если это было так, то мы спасали мертвецов.
Первая комната вывела нас в узкий коридор. Каламити расправил свои крылья, коснувшись стен по сторонам.
- Ну вот, это нечестно. - Он фыркнул. - Глупая зебринская архитектура. - Он виновато глянул на Ксенит. - Без обид.
- Да нет проблем.
Мы отправились вперёд, крадучись от комнаты к комнате. Нашу группу вела я с Паерлайт. Самолевитация позволяла мне безопасно снимать растяжки и обезвреживать нажимные ловушки, которые аликорны расставили по этажу. В который раз их тактика показалась мне необычной.
Я услышала голоса впереди, необыкновенно величественные голоса псевдо-богинь. Только в этот раз голоса были какие-то странно другие. Я не могла понять, в чём именно. Я махнула копытом для тех, кто был позади, показывая им оставаться на месте, и медленно проползла вперёд, вслушиваясь.
- У нас ведь достаточно полосатых пони, да? - заговорила одна из них. - У нас... - она восемь раз стукнула копытом по полу, - вот столько.
- Нет, у нас вот сколько, - сказала другая, отстукивая семь раз. - Тощая померла, когда они попали в розовое внизу, помнишь?
- Все полосатые тощие, - пожаловалась первая. - Давай просто заберём тех, что есть, и покинем это Богиней забытое место.
Было что-то ненормальное в том, как они ссылались на самих себя. Чёрт, да весь этот разговор был охрененно странным.
- Мы ненавидим это место, - подала голос третья.
Я застыла, осознавая, что целое хреново крыло этих существ находится прямо за стеной. Я дала задний ход, обдумывая варианты обхода. А их не было, тем более в таких стеснённых условиях. Это был конкретный пиздец.
- Это забытое Богиней место заставляет нас вспоминать прошлое. Ненавижу вспоминать, - продолжил третий голос, и я тут же поняла, что в их голосах было такого странного. Они были не в моей голове. Я их слышала. Ушами. - Прошлой ночью я вспомнила, как была жеребцом.
Укуси меня Луна за зад! Розовое Облако портило им телепатию! Здесь они были отрезаны от влияния Богини. Не удивительно, что Трикси нужны были мы для экспедиции в Кантерлот.
А потом до меня дошло. Руины Кантерлота, по идее, были полны аликорнов. И эти аликорны понятия не имели, что мы-то, по идее, их союзники. Да это всем пиздецам пиздец.
Я развернулась, указывая остальным двигаться вниз по коридору.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День двадцать девятый:
"Сегодня был удивительный день.
После того как ещё два торговца отказались разговаривать со мной на тему звёздной стали, я наконец нашла магазин церемониальных масок и встретилась с его хозяйкой. На этот раз я предусмотрительно не стала распространяться о металле и даже упоминать, что мне о нём известно, заместо чего расспросила зебру о легендах её народа, касающихся метеоритных дождей, объясняя своё любопытство кьютимаркой на своём боку.
В ответ старая зебра рассказала мне многое, хотя и вполголоса, и только после того, как закрыла магазин и мы уединились в подсобке.
Она рассказала о вере зебр в то, что звёзды - это видимые проекции ужасных существ, настолько непостижимых, что наш разум сломается прежде, чем мы сумеем осознать хотя бы идею возможности их существования. Существа настолько извечные и ужасающие, что всё зло нашего мира не идёт ни в какое сравнение с их коварством и жестокостью.
Многое из этого я уже слышала ранее, но не в такой спокойной манере и не с такой абсолютной убеждённостью.
Среди наиболее занятных сказок была история тысячелетней давности, рассказывающая об одном из первых городов зебр и как он был разрушен несколькими метеоритными ударами во время первого задокументированного метеоритного дождя. Город был зебринским центром торговли и политики, и его разрушение повергло народ в сотни лет племенной гражданской войны.
Думаю, что описанные события, если считать их достоверными, представляют собой исторические корни того, что стало доминантным в зебринской мифологии.
Я устроилась на парковой скамейке неподалёку от фонтана Селестии (тем самым они, полагаю, хотели заявить во всеуслышание: "мы тоже граждане Эквестрии"), когда один из этих огромных юлоподобных кораблей новой модели - Грифинчейзер V - спустившись с Кантерлота, приземлился на дальней стороне зебратаунской общины. Несмотря на мою должность Королевского Астронома, я никогда не видела ни одной из Кобылиц Министерств. Сегодня же я увидела сразу двух. Флаттершай, глава Министерства Мира, вышла из пассажирского отсека в компании восьми других пони, пятеро из которых несли розовые чемоданы.
Пинки Пай, Кобылица Министерства Морали, сошла с одной из шести педальных позиций и приказала тяжело нагруженным пони следовать за ней через главные ворота к одной из зебринских хибар. Она открыла дверь и вошла внутрь. Флаттершай вежливо попросила оставшихся троих сопровождать её и направилась с ними прямиком в госпиталь.
Полчаса спустя пятеро пони Пинки Пай вышли из дома, сложили свои чемоданы в Грифинчейзер и принялись обходить окрестные дома. Через некоторое время дом покинула и сама Пинки Пай, закрыв за собой дверь. Она подбежала к калитке и положила под неё что-то, а затем накрыла эту штуку сеткой, которая имитировала грязь. Затем она ещё до кучи набросала грязи на это всё.
На этом глава Министерства Морали не успокоилась и сама замаскировалась под мусорный бак... с накладной бородой. Должна признать, это было довольно забавно.
Признаюсь, я позволила любопытству взять над собой верх. Я просидела на скамейке битый час, наблюдая за бородатым мусорным баком и его нелепой осадой пустой хижины. Моё терпение было вознаграждено, когда Флаттершай и её пони вернулись, сопровождаемые приятно потрясённой зебринской супружеской парой с молодой кобылкой, что вилась у их ног. Я не видела кобылку до того, как та получила свои ужасные ожоги, и сомневаюсь, что смогла бы узнать её, если бы всё-таки видела (ведь все зебры имели склонность выглядеть одинаково). Но было не так уж тяжело догадаться, кем должна являться кобылка.
Кроме того, было совершенно ясно, что хижина, в которую ранее вторглось Министерство Морали, была её домом. Даже тогда я не была готова к взрыву, запущенному, когда маленькая кобылка ступила на скрытую Пинки Пай нажимную плиту.
Я подозреваю, они будут вычищать Зебратаун от конфетти на протяжении нескольких следующих недель. Не говоря уже о ленточках на нескольких крышах. Маленькая кобылка была в крайнем восторге... после того как она выползла из своего укрытия за родительскими копытами (резкий звук фанфар едва не заставил меня саму прыгнуть под скамейку).
Зебры высыпали из соседних хижин, хотя я не была уверена, сколько из них сделали это по приглашению, а сколько - просто чтобы убедиться, что их город не подвергся бомбёжке. Однако подавляющее большинство сразу присоединилось к общему веселью.
Всё это вызывало улыбку на моём лице. Даже если зебринские жеребята имели совершенно иные предпочтения по поводу музыки для вечеринки, нежели образцовый кантерлотский пони. Единственной, кстати, кто не улыбалась, была сама Пинки Пай. Но я подозреваю, что это могло быть из-за того, что, подготовив такую замечательную вечеринку, из-за совершенной нехватки времени она не могла остаться и насладиться ею. Обе Кобылицы Министерств и их компания поднялись в воздух на этом шести-педально-местном летуне ещё до того, как кобылка успела разрезать свой тортик."
* * *
Я принялась взламывать замок хранилища контрабанды в полицейском участке Зебратауна, размышляя во время работы:
Пинки Пай подняла вечеринки-сюрпризы на новый уровень.
Я обнаружила, что думаю о тусовочной ловушке на крыше разведенческой фермы радигаторов, гадая, какую вечеринку она затевала. Может, для кого-то из персонала питомника вечеринку "с-возвращением-извиняйте-за-то-что-аллигаторы-отхватили-вам-ногу"? Или, может, день рождения кого-нибудь из работников? Или такая же вечеринка, только для одного из аллигаторов? Я потрясла головой. Нет, я не могу представить, что даже Пинки Пай закатит вечеринку для аллигатора. Это было бы просто нелепо.
Тумблеры встали в пазы, и дверь открылась. Я шагнула внутрь, включив свет на ПипБаке, и сделала глубокий вдох, наслаждаясь затхлым, зато бесцветным воздухом.
Мой взгляд упал на всё это оружие, и я замерла, поражённая.
- Нихрена себе! - прошептал Каламити.
Я смогла лишь кивнуть. Я была уверена, что зебры никогда не должны были иметь такого количества вооружения. Если бы кантерлотские пони имели хоть малейшее представление о том, что полосатые граждане Эквестрии накапливали сразу под ними что-то вроде этого...
- Они готовились отражать вторжение, - тихо сказал Каламити.
Ксенит кивнула.
- Скорее всего они боялись, что кантерлотские пони в конце концов придут за ними.
- Пушки реально в плохом состоянии, - с сожалением сказал Каламити. - Хотя думаю, что смогу из их частей собрать несколько хороших... штук, может, двадцать.
- Бери всё. - Меня вдруг осенило, и я начала взламывать замок на оружейном шкафчике. - Всё, что сможешь заставить стрелять.
Через мгновение я открыла шкафчик и уставилась на... штуку внутри.
- Что это?
Ксенит заглянула мне через плечо и сказала просто:
- Жар-Яйце-Мёт.
ЧТО?! Я пошатнулась на копытах.
Конечно же, один из ящиков с боеприпасами, вскрытых мною позже, хранил несколько жар-яиц. Забрав их, я левитировала Ж.Я.М.
- Сейчас вернусь, - сказала я остальным, перед тем как полезла назад в розовую дымку. Обратный путь к двери зала я преодолела за несколько минут. Аликорны всё ещё говорили внутри.
Я вышла из-за угла, активировав З.П.С., и с удовольствием увидела знакомые шрамы на одной фиолетовой аликорнице.
- Попались!
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День тридцать второй:
"Сегодня я получила официальный документ от принцессы Луны в ответ на мои последние отчёты. По этому документу о полномочиях, подписанному Самой принцессой, местные полицейские должны дать мне право допросить любого заключённого, находящегося в их ведении.
Я заметила в городе одну странность. Как будто всё это место было оставлено. Все магазины таинственным образом оказались закрыты. Я направилась прямо в полицейский участок и обнаружила его закрытым и запертым изнутри. Мне показалось, что сегодня у зебр должен быть какой-то праздник. Учитывая тёмные и зловещие нотки в большей части их мифологии, можно предположить, что праздники у них должны бы быть мрачным и страшным делом. Хотя даже в этом случае закрытие отделения полиции кажется исключительным. Пони бы никогда не стали закрывать центры жизненно важных услуг всего лишь из-за даты на календаре."
* * *
Мне снилось, что я, Литлпип, была зеброй. Я бежала по городу зебр... не Зебратауну, который был скорее смешением наследия зебр с эквестрийской эстетикой, а настоящему городу зебр. Город этот был сформирован в тропическом лесу на холме, деревья сами сливались в дома и здания после того, как их корни были укреплены самыми древними и священными зельями. Дома были отмечены масками дружбы и приветствия. Заборов не было. Только резьба, призванная благословить дом и отпугнуть от него злых духов. Сады овощей и трав тянулись вокруг каждого дома, и сосуды висели на ветвях. Я не была уверена, откуда я знала о том, что настоящий город зебр выглядит именно так (Будь умным!), но всё равно это знала.
Я посмотрела на яркое звёздное небо и улыбнулась луне. Перед глазами в небе промелькнула черта. Я моргнула, не понимая, что увидела.
И затем мелькнула ещё одна. С неба упала звезда!
Я услышала вздохи и ропот от зебр вокруг меня. Я не единственная видела происходящее. Другие зебры, мои друзья и соседи, смотрели в небо. И чем больше падало звёзд, тем круглее становились их глаза. Некоторые звёзды гасли, оставляя за собой в воздухе полосы.
Одна, особенно яркая звезда, упав с небес, не погасла. Вместо этого она врезалась в нашу лесную деревню во вспышке света, звука и грязи, разрывая на куски дома и встряхнув землю под нами.
Звёзды атаковали нас!
С неба упала ещё одна звезда, прорезав через город огромный пламенеющий след. Погибли десятки моих зебр-собратьев. Возникла паника. Улицы полнились горожан, спешно покидавших свои дома и не знавших, куда бежать.
Я ощутила, как земля содрогнулась от очередного столкновения. Лес уже горел. Взглянув вверх, я ужаснулась, мои копыта, будто приклеенные к земле, отказались двигаться. Ещё одна звезда, гораздо ярче, сорвалась с её законного места в ночном небе, устремившись прямо на меня...
* * *
Я очнулась, жадно хватая воздух!
Я посмотрела на развалины. Взрыв трёх аликорниц жар-яйцом был восхитительным убийством. Одна из них даже была достаточно быстра, чтобы создать проклятый щит, прежде чем я успела выстрелить. Но это ни черта ей не помогло.
Не была я готова к такому большому взрыву. Я была осторожной, целясь в стену позади аликорнов. Этой стены уже не было. Не было и пола с потолком. Комната, которую аликорны занимали, как и номера с каждой стороны, стали зияющими пастями, открытыми для дождя.
Выстрелив, я снова спряталась за стену. Однако взрывом её вынесло в коридор, повалив на другую, и я оказалась зажатой между ними. Глянув в отчёт заклинания медпомощи, я очень удивилась, что, несмотря на сильные ушибы и синяки, не было никаких переломов. Повезло. А могло бы вообще размазать.
Я осмотрелась. Ж.Я.М. лежал, раздавленный куском стены. Он был сейчас бесполезен, хотя Каламити мог бы пустить его на запчасти для ремонта другого, который мы когда-нибудь нашли бы. Я сконцентрировалась, оборачивая кусок бетона полем левитации и поднимая его. Забрав Ж.Я.М., я левитацией сделала разбитую стену невесомой и оттолкнула её.
Я выбиралась из-под обломков, поднимая их магией в воздух, когда Паерлайт приземлилась рядом со мной, Каламити и Ксенит были неподалёку. Каламити тащил огромный мешок с оружием.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День тридцать пятый:
"Это не праздник. На три дня Зебратаун превратился для меня в город-призрак. Три дня я добивалась аудиенции в полиции, и день за днём не могла её получить.
Я знаю, что зебры здесь. Я вижу их тени в окнах. Я застала одну зебру убирающей коврик с прихожей внутрь дома, перед тем как захлопнуть и запереть дверь перед моим носом. Другая торопила своего жеребёнка домой и резко изменилась в лице, когда жеребёнок мне улыбнулся. Ужас. Чистый ужас.
С меня хватит. У меня официальный приказ принцессы Луны, и я буду ждать снаружи до тех пор, пока меня не признают."
* * *
Мы ждали Каламити внизу лестницы. Наш друг-пегас воспользовался пробитой мною дырой сбоку полицейского участка, чтобы слетать и спрятать всё, что они с Ксенит взяли из хранилища.
Каламити оказался прав. Узников в этой части полицейского участка не было. Я отправила Паерлайт исследовать оставшиеся помещения, после того как убедила своих друзей, что мне не так плохо, как я выгляжу. Мы нашли несколько медицинских коробок в здешних уборных и несколько ящиков боеприпасов, однако больше ни одной аликорницы и ни одной пленённой зебры. Они находились в другой секции. Чтобы добраться до них, нам необходимо было попасть в другую часть участка через подвал.
Ксенит выпила одно из трёх лечебных зелий, что я раздобыла, позволяя ему обработать укус зомби-зебры. Она поймала мой взгляд и улыбнулась.
- Не бойся, малышка. Я буду в порядке. Хорошо, что от укуса сам не становишься зомби, разве нет?
Я кивнула. Хотя, судя по её выражению, было что-то ещё.
Вы не обязаны отправляться на их поиски только из-за того, что среди них моя дочь. Или из-за твоей необходимости загладить вину за город каннибалов.
Погодите, она действительно пыталась отговорить меня это сделать? Я нерешительно обратилась к своей подруге-зебре:
- Ты же не против, что мы это делаем?
- О чём это ты? - спросила она, не следуя ходу моих мыслей.
- Спасаем твою дочь, - сказала я осторожно. - Ты же этого хочешь, не так ли?
Ксенит на секунду уставилась на меня. Но выражение её лица смягчилось.
- Да, конечно хочу. Я желаю, чтобы моя дочь была в безопасности. - Затем, понизив голос, призналась: - Просто не знаю, готова ли я к этому.
- Что ты имеешь в виду?
Ладно. Это место было хреновым. Здесь были всевозможные способы расстаться с жизнью. Но сегодня утром я видела, как Ксенит прыгнула с летящего пассажирского фургона на спину одного из кровокрылов, намереваясь спасти жизни других. И непохоже было, чтобы Ксенит страшилась попасть в опасность вместе с нами.
- Если я её спасу, то снова буду в ответе за неё, - сказала Ксенит просто.
Я вспомнила обо всех тех вещах в ненормальной логике зебры, которые приходилось принимать как должное. Но для моей подруги они не были ни капельки безумными. Таковы были вещи в её мире, и она чувствовала себя загнанной в угол нависшей над ней ответственностью, которую она, как ей казалось, не заслужила или не могла осилить.
- Ксенит, мы должны, - сбивчиво объясняла я. - Мы не можем просто оставить их умирать, даже если их спасение будет стоить нам больше, чем мы готовы отдать.
- Я знаю это, малышка. И от этого не становится легче.
Я кивнула.
- Тогда постарайся выкинуть это из головы. Сконцентрируйся на том, что мы должны сделать, а с последствиями разберёмся, когда они придут.
Каламити вернулся.
Я вскрыла подвальную дверь и распахнула её копытом.
Подвал был заполнен Розовым Облаком.
- Дерьмо.
Снова закрыв дверь, я несколько раз вдохнула. Потом посмотрела на Каламити, Ксенит и Паерлайт.
- Готовы?
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День тридцать шестой:
"Я подстерегла одну из полицейских, когда та попыталась проскользнуть домой после своей смены. Припёртая к стенке, зебра призналась, что по всему городу распространился слух. Каждая зебра теперь знала, что я была обладательницей звёздного металла; хуже того, они как-то прознали, что это был фрагмент доспехов Найтмэр Мун, который я притащила с собой из Кантерлота.
Мной мгновенно завладела тревога: распространение этой информации подвергнет ценную фамильную драгоценность, доверенную мне, опасности быть украденной! Последующие слова полосатой полицейской, тем не менее, поведали мне, что всё как раз наоборот. Ни одна зебра добровольно не отважится приблизиться к 'проклятому' куску метеоритного метала, равно как не вынесет и моего присутствия, учитывая мою связь с этой фамильной драгоценностью. Безумно, но в понимании зебры моя 'долговременная подверженность воздействию' означает, что я словно бы была заражена, как если бы я подхватила опасную и заразную болезнь. Ни один магазин не будет иметь дел со мной. Я была неофициально, но довольно-таки эффективно изгнана.
Это всего лишь треклятый кусок металла!
Сунув бумаги в лицо зебре, я потащила её обратно в участок и потребовала предоставить мне доступ к заключённому. Признаюсь, я была, быть может, чересчур громкой и напористой для пони моего воспитания, однако мои усилия принесли свои плоды. В конце концов глава полиции открыл дверь, достаточно, чтобы просунуть голову между цепей, которые защищали его от моего насильственного проникновения. Он бросил один взгляд на мои бумаги, соглашаясь с властью, которой они меня наделяют, однако 'с сожалением' проинформировал меня о том, что заключённый совершил самоубийство позапрошлой ночью и не станет говорить ни с кем, не важно, пони или зеброй.
Я не была удовлетворена. И потребовала взглянуть на тело своими глазами. У меня было подозрение, что зебра мне лгал. Или хуже того - он сам мог решиться на грязный ход, дабы предотвратить моё общение с пленным зеброй.
К моему удивлению, глава полиции сдался. Он исчез, закрыв дверь, и в следующее мгновение я услышала, как снимаются цепи. Когда он открыл дверь снова, все полицейские покинули комнату. Я видела их, наблюдающих из смежных комнат, словно нервные жеребята, вглядывающиеся в темноту под их кроватями.
Глава полиции провёл меня через полицейский участок Зебратауна и открыл дверь, ведущую на тускло освещённый лестничный проём. Мы спустились, проходя через этаж с нормальными тюремными блоками и погружаясь дальше вниз, пока не попали в подвальное помещение, где находилась железная громадина парового котла. За ним, напротив хранилища с углём, была маленькая комнатка, не больше туалета, с тяжёлой металлической дверью. На двери находилось небольшое зарешеченное окно, сквозь которое я могла заглянуть в полутёмную камеру.
И я увидела заключённого. Эти зебры не переместили его. Я склонна полагать, они были слабо расположены даже открыть дверь, не говоря уже о том, чтобы убрать полосатое тело, находящееся внутри. Я не могла разобрать написанного на стенах, но мгновенно поняла, что он нарисовал неразборчивые письмена своей собственной кровью. Я отшатнулась, когда мой пристальный взгляд упал на него: вне всяких сомнений, он лишил себя жизни в приступе безумия. Он впился зубами в свои собственные передние копыта, продолжая вгрызаться, глотая кровь, пока они не оказались соединены с остальным телом лишь узенькими полосками мяса. Я не представляю, какой кошмарный импульс позволил ему оставаться в живых достаточно долго, чтобы сотворить такое с обоими копытами."
* * *
Камера была прямо посреди подвала. К тому времени, как мы достигли её, моё сердце угрожал хватить удар, мои лёгкие отказывались работать, голова разрывалась на куски, а кожу словно сдирали прямо с мяса. Я не могла достигнуть конца подвала и не могла вернуться назад, но камера как раз была свободна от розового. Всё, что было нужно - отпереть её.
Попытка провалилась. Крича в агонии, я попробовала снова. Мои компаньоны сжались неподалёку. Они умирали.
На этот раз дверь открылась. И мы все ввалились внутрь.
Пытка прекратилась, но мой Л.У.М. искрился всеми наихудшими предупреждениями. Без лечащих зелий мы не могли выбраться. А их у нас осталось только два.
Двое из нас должны были остаться позади, запертые в этой клетке до тех пор, пока остальные не вернутся с медикаментами.
- Вы двое, идите вперёд, - прохрипел Каламити, указывая крылом на Ксенит и меня. Я открыла было рот, чтобы возразить, но он закрыл его своим копытом. - Эт миссия ваша гораздо больше, чем моя, и эт будет правильно, если пойдёте вы. И к тому же, вы две - крутейшие спецы по побегу, чем кто-либо ещё.
Ксенит била дрожь, она выглядела болезненно.
- Нет, это... - Она замолчала, её глаза невероятно расширились, шерсть встала дыбом. Она не смотрела на Каламити. Её глаза были прикованы к стене позади него. Я подвинула своего крылатого друга и уставилась на стену. На ней были слова, нацарапанные выцветшей кровью. Но слова были странными, не принадлежащими ни одному языку из известных мне.
- Ксенит, что это?
- Пророчество, - тихо произнесла Ксенит. - На древнем языке нашего народа. - Сглотнув, она стала читать с дрожью в голосе:
Сияньем Наших звёзд Мы осветим путь к вашему концу
И воссияем на могилах всего зебринского племени.
Сотни тысяч Кошмаров[4] придут за вами,
Армии Нашего Тёмного Потомка заполонят небеса
И враги с неприступных городов обрушатся на ваши земли,
Защищённые бронёй, скроенной из их собственных душ.
Ликуйте с Нами. Всех до единого вас ждёт смерть.
Я застыла, прикованная к месту. Пузырёк кошмарного осознания медленно поднимался в мой разум из чернейшей бездны.
Пророчество было неправильным. Это было ложью.
Но зная, как сильно зебры ненавидели всё, что ассоциировалось у них со звёздами, я была абсолютно уверена, что пророчество, навроде этого, было бы отправлено прямиком к зебринскому Цезарю и религиозным лидерам их земель. Я видела Четыре Звезды. Я знала, что были зебры, верные родине, и пони, верные их целям. Это непременно должно было быть отправлено...
И когда зебры увидели мегазаклинания и щиты аликорнов, разве они не сделали такое же предположение, как и Флаттершай, что заклинания могут быть использованы для защиты целого города?
Когда они узнали, что Чёрная Книга попала в копыта Рэрити, и даже услышали, что она предложила использовать сосуд души для создания неуязвимой брони, смогли бы они поверить, что она откажется от этого проекта?
А что насчёт новой брони для пегасов? И как бы они отреагировали, если бы узнали, над чем работала Твайлайт Спаркл?
Пророчество было скроенной на заказ апокалиптической брехнёй, разработанной, чтобы вынудить зебр пойти на самые крайние меры.
Но... откуда тот зебра мог знать? Как мог он предсказать, запутанно и искажённо, вещи, которые ещё даже не начали происходить до момента его смерти? Строго говоря, завладевание Чёрной Книгой после его поимки как раз и запустило всё в движение.
Как?.. Ладно, это не было невозможным. Я уже сталкивалась со способностями предвидения ранее. Может быть, звёзды... или что-то... дали зебре некий эквивалент необычных чувств Пинки Пай? Может, это было некое влияние Чёрной Книги или чар, что были вплетены в неё после того, как она стала сосудом души? Может, зебра был под действием Минталок... или чего-то посильнее Минталок. В конце концов, как раз зебры и создали этот наркотик, ведь так? Или, может быть...
Может быть...
Может быть, это не имело значения. Нет, не может. Это точно не имело значения.
Полицейские здесь были настолько напуганы этим безумным зеброй, что даже не потрудились отпереть дверь и убрать тело. Я глянула вниз и убедилась, что скелет был всё ещё здесь. Миднайт Шовер не смогла разглядеть пророчество через окно. Возможно, никто вообще не смог. Очень вероятно, что мы первые, кто увидел письмена на стене.
И наихудшим было то, что это не имело значения. Даже если пророчество так и не покинуло стены этой комнаты, зебрам это было и не нужно. Министерство Магии взломало зебринскую магию Обхода всего за каких-то пару недель до Конца, и они уже использовали их для создания щитов, через которые могут пройти только определённые индивиды. Твайлайт Спаркл начала тесты на пони по созданию аликорнов с помощью ЗВТ непосредственно в день удара. Стоило этим достижениям появиться, и появление у Эквестрии непроницаемой защиты и армии продвинутых бойцов-аликорнов становилось лишь вопросом времени... как и поражение зебр в этой войне.
Зебры и так уже проиграли. Эквестрия победила. Осталось только лишь разыграть всё это. Шах и мат в считанное количество ходов. И если зебры действительно поверили, что не осталось никакой возможности выжить, что их ожидает полное уничтожение или что-то ещё хуже от Найтмэр Мун... если они правда верили в это... то единственным оставшимся ходом было взорвать шахматную доску.
Зебры не видели другого выхода.
* * *
Из дневника Миднайт Шовер
День тридцать шестой, дополнение:
"Я почти закончила собираться. Нет никакого смысла продолжать мои исследования здесь. Я больше не получу никакого сотрудничества от жителей Зебратауна. К моему смятению, даже Дейзи не отвечает на стук в дверь, хотя, возможно, её попросту нет в городе. Это не имеет значения.
Я послала сообщение принцессе Луне, проинформировав её о своём провале и незамедлительном возвращении. Я запросила королевскую колесницу подобрать меня в течении двух часов. Этого достаточно, чтобы упаковать этот терминал и остатки моих пожитков. Я хочу свалить из этого места и оказаться в своей постели ещё до полуночи.
Вот и стук в дверь. Мои провожатые прибыли слегка рановато. Что ж, придётся им подождать. Но я не заставлю их ждать долго.
Лёгкий стук перешёл в громкие удары. Я волнуюсь, что принцесса Луна разочаровалась во мне и пожелала увидеть меня до того, как я соберу вещи. Или, может, мои провожатые были приглашены на званый вечер в Кантерлоте и теперь боятся из-за меня беспардонно опоздать. Не важно. Я решила, что мне не нужна куча всего этого барахла. Я всегда могу купить новые вещи, как только вернусь в общество здравомыслящих пони. Вообще говоря, всё, что мне нужно, уже в моих сумках, равно как и сейф с реликвией и этот терминал. Я буду готова так скоро, как закончу писать эту заметку и заткну наконец..."
* * *
Мы с Ксенит пристально всматривались вверх. Вся лестница в этой части здания обрушилась, отхватив порядочный кусок от каждого этажа. Мы были на дне четырёхъярусной ямы, уставившись с поднятыми головами туда, где должны были быть камеры и перекрытия. Тремя этажами выше мы увидели тюремную клетку и молодых зебр, запертых внутри. Клетка находилась за щитом, генерируемым двумя знакомыми тёмно-зелёными аликорницами, сидящими перед ней, подобно стражам, не двигающимся, не мигающим.
Этажом выше стояли и наблюдали ещё три аликорницы.
Что ж, по крайней мере Розовое Облако не просочилось в эту часть здания. Я всё ещё получала отвратительные медицинские предупреждения со своего Л.У.М.а, несмотря на найденную пару лечащих зелий в полицейском хранилище, одно из которых было мною принято. Ксенит выпила другое. Я чувствовала лёгкую жалость, что не сохранила их, но к тому времени, как мы обе выбрались из подвала, мы были неспособны спасти ни одной зебры. Если бы мы не нашли те два зелья, понадобилось бы спасать нас самих.
Я просто ненавидела Розовое Облако.
Пять аликорнов. Блять. Надо было предвидеть это. Аликорны обычно работают группами по трое. В другом крыле здания их было трое. Одна на крыше, а это указывало на наличие по крайней мере ещё двух. И потому наличие тут целой пятёрки очень даже имело смысл. И как мы, мать его, должны были это провернуть? Не было ни единого шанса проскользнуть в клетку. И мы были отнюдь не в наилучшем состоянии для сражения.
Я работала над превосходным планом. И почти закончила его, когда услышала, как Ксенит приглушённо ахнула.
- Сефир!
Я охнула от удивления, когда зубы Ксенит сомкнулись на моей гриве и она зашвырнула меня на свою спину. Зебра ворвалась в поле зрения аликорнов, издавая боевой клич.
Одна за другой, три аликорницы поняли свои щиты и спрыгнули вниз, устремляясь прямо на нас.
Ксенит повернулась и побежала... но не далеко.
- Держись, малышка!
Я плотно обвила её копытами, гадая, что она собиралась сделать. Она крутанулась, опустив свой рог, и приготовилась встретить ближайшую из аликорниц, приближающихся к ней.
- Ты же... шутишь, да?
В последний момент Ксенит прыгнула. Зебра прорезала воздух со мной, вцепившейся в её спину, словно в саму жизнь. Её копыта ударились о щит аликорницы и оттолкнулись от него; сохраняя импульс, мы прыгнули к следующему щиту, а затем к третьему.
Зебра приземлилась на третьем этаже прямо перед двумя зелёными; я всё ещё крепко держалась за неё, смотря вниз на трёх ошеломлённых аликорниц, которых использовали в качестве платформ для прыжка.
Ксенит подняла голову и рубанула в одну и в другую сторону, рассекая своим адским рогом глотки двух аликорниц перед собой. Щит исчез.
- Открой дверь, малышка! - потребовала она. - Скорее.
Я моргнула, всё ещё потрясенная, и сползла с её спины. Я высвободила свою магию, отпирая замок на клетке с необычайной лёгкостью. Аликорны внизу стряхнули своё удивление и полетели прямиком к нам.
- У тебя есть ещё шары памяти, малышка?
Я кивнула.
- Да, но они... они не купятся на...
Но эти аликорны были отрезаны от Богини. Они могут попасться на тот же трюк!
- Отойди, - предупредила я.
Ксенит нырнула мимо меня в клетку, срывая свою сумку и высыпая её содержимое перед широкоглазыми молодыми жеребчиками и кобылками. Подняв левитацией все шары памяти, что у меня были, я услышала, как Ксенит говорит:
- Такие же, как вот эта... Пусть каждый из вас возьмёт по одной и наденет. Быстро.
Аликорны летели на нас. Глядя на них вниз через руины, я метнула шары памяти в бездну с криком:
- Жар-яйца для каждого монстра! Йей!
Тройка аликорнов разлетелась.
Я услышала, как сзади меня молодые зебры вдруг начали кричать от резкой боли! В тревоге я развернулась, повернувшись спиной к пропасти.
- Что?..
Я остановилась, поражённая в очередной раз, не веря своим глазам.
У некоторых из них есть магические амулеты, позволяющие им летать. - Голос Рэрити, говорящей с тремя надоедающими Рэйнбоу Дэш жеребцами, сладко прозвенел на задворках моего разума. - Если вы думаете, что невозможно для земной кобылицы полететь в Клаудсдейл с помощью правильной магии, у вас печально короткая память.
У всех восьми зебр, стоящих передо мной, выросли большие крылья, похожие на крылья летучих мышей.
- Ого... это... когда ты?.. - Мой взгляд упал на странный талисман, висящий на шее Ксенит, частично сделанный из ингалятора и идентичный тем, что надеты на всех остальных зебрах, некоторые из которых всё ещё извивались и корчились, пока их крылья вырастали. Я поняла, для чего понадобились те полоски кровокрылов.
Ксенит улыбнулась мне с притворной невинностью.
- Ты же понимаешь, что всё это как-то жутковато, ведь так? - сказала я, слегка улыбаясь.
* * *
И снова я ехала на спине Ксенит с обвитыми вокруг её шеи копытами, её крылья хлопали по обе стороны от меня. Дождь потоком обрушился на нас, вымачивая нас обеих. Семеро других зебр парили позади нас.
У нас была небольшая фора. Но ведь все мы были не более чем самые начинающие летуны. Чего нельзя сказать о трёх аликорницах, преследующих нас. Они взмыли над полицейским участком Зебратауна позади нас, возведя свои щиты сразу же, как оказались в воздухе.
Яркая вспышка и грохот сотрясли воздух, и один из зебр закричал, когда заклинание молнии поразило его. Он упал с неба, оставляя за собой дымный след.
- Нет! - закричала я и бросила к нему свою магию, заключая его в телекинетическую сеть и таща обратно к нам... но он был уже мёртв.
Вш-ш-ш-ш-ш-шух!
Близнецы-ракеты, стартовавшие откуда-то из зебратаунских руин впереди, ударили прямо в один из аликорних щитов. Монстр перевёл внимание на СтилХувза.
Полицейский участок Зебратауна взорвался.
Взрыв ушёл вверх, через большую половину полицейского участка, раздирая здание на части. Сила взрыва врезалась в трёх аликорниц, сминая их щиты и сбивая ту, которая пикировала с неба на СтилХувза.
Взрывная волна достигла нас, и Ксенит потеряла контроль. Я услышала, как позади нас СтилХувз пользуется всеми преимуществами момента уязвимости аликорнов. Я обернула магией Ксенит, себя и шестерых выживших зебр, и потянула вверх, стараясь смягчить падение.
Мы грохнулись в амфитеатровое озеро с громким плеском.
Я задыхалась, изо всех сил стараясь грести вверх, плывя не лучше, чем Вельвет Ремеди. Едва моя голова пробила поверхность, морду захлестнуло волной и я наглоталась смеси из воды и воздуха.
Последним, что я увидела, был вихрь зелёного и золотого, взмывшего в небо над тем местом, где раньше был полицейский участок Зебратауна.
* * *
- Ты. Сделал. ЧТО?! - вскрикнула Вельвет Ремеди.
Дождь наконец прекратился, оставив после себя влажную прохладу и серость на пустоши. И хотя здесь не было радуг, посвежевший воздух пах очень приятно.
Это был второй день нашего возвращения. Мы приехали поздно вечером, сразу после того как ливень закончился. Наше возвращение было встречено с удивлением и праздником среди зебр Глифмарка. Оставшуюся ночь мы потратили на сон, а утро на восстановление и (метафорически) зализывание наших ран. Я хотела похороны для двух зебр, которых мы не смогли спасти, но глифмаркские зебры не хотели портить первый в их жизни светлый момент мыслью о трауре. Вместо этого мы бросили все наши усилия на помощь этому городу, прежде чем отправились бы дальше. На этот раз я не помогала только затем, чтобы уйти.
Каламити выглянул из-за военного робота, которого чинил, и приподнял шляпу.
- Рванул большущий паровой котёл, чё был у них в подвале.
СтилХувз работал рядом с Каламити, подключившись к роботу из своей магической силовой брони при помощи ПипБаковского технического приспособления, которое я одолжила ему ненадолго. Рейнджер Эплджек перепрограммировал каждого Ангеловского робота, которого Каламити мог заставить исправно работать, превращая их в стражей Глифмарка.
Вельвет Ремеди заикалась, выглядя совершенно ошеломлённой.
- Эй, я знал, что не смогу дорваться до выходов, но я понял, что могу пройти три метра от камеры до котла, понажимать выключатели да кнопки и рвануть назад в камеру до того, как помру. - И застенчиво улыбнулся, добавив: - И, короч, открыть печь, чтоб Паерлайт смогла залететь внутрь.
Паерлайт счастливо заворковала. Из всех нас она была в лучшем состоянии, аккуратно успев сгореть в огне своего собственного производства.
- Почему?
- Ну, я подумал, что у Лил'пип и Ксенит сёдла своими проблемами набиты, и мы не хотели, чтоб кто-то откинул копыта, спасая нас, - объяснил Каламити. - Так вот, я подумал, эй, паровой котёл ведь рванёт паром, ведь так? Мы видели, как дождь вымывает Розовое Облако, и я решил, что паровой взрыв очистит подвал от Облака в момент.
- Но... тебя ж убить могло!
- Ну, камера казалась реально крепкой. Я прикинул, что она выдержит. - Каламити улыбнулся, краснея. - Конеш, рвануло чертовски сильнее, чем я ожидал. Хорошо ещё, что ударная волна пошла в основном вверх.
- Это БЕЗУМИЕ! - Вельвет Ремеди топала, разрываясь между облегчением, что Каламити был жив, и желанием придушить его за этот безрассудный план.
Мягким голосом Сефир нараспев произнесла:

- Это друг твой, чьё имя Каламити, не так ли?
Ксенит пробежала мимо Каламити с Сефир и ещё несколькими другими городскими зебрами за ней. Её дочь смотрела на пегаса, когда они проходили, и Каламити приподнял шляпу и поклонился.
- Рад встрече, мисс Сефир!
Ксенит вела группу зебр вниз к лабораториям Фармацевтической компании Ангела-зайки. Я не была уверена в своих чувствах к Ксенит, учащей город Глифмарк, как изготавливать Дэш, но я вняла её аргументу, что город нуждался в чём-нибудь, что они могли бы продать торговцам в обмен на продовольствие и запасы. Так она пыталась взять ответственность за них.
Хоть и на короткое время, но мы лишались Ксенит. Она собиралась остаться в Глифмарке, провести какое-то время с дочерью и помогать местному племени, в то время как остальная часть команды занялась бы Руинами Кантерлота.
Кантерлотский гуль прервал своё занятие и взглянул на Каламити.
- Как ты узнал, что котёл будет работать?
- Да я-то как раз рассчитывал, что он не будет работать как следует. От этого они обычно и взрываются.
Вельвет обернулась и прошипела Паерлайт:
- Не могу поверить, что ты могла участвовать в чём-то таком... таком... безумном!
Жар-феникс выглядел немного смущенным, но тем не менее гордым. Вельвет Ремеди откинула гриву назад, задрала нос и фыркнула.
Я слушала их с улыбкой на лице. Потом повернулась к стоящим возле меня в ряд зебрам. У каждого из них было своё оружие, что собрал Каламити из оружия-хлама, добытого из хранилища контрабанды в полицейском участке.
- Теперь смотрите внимательно... - сказала я в начале их первого урока по стрельбе и безопасности при использовании огнестрельного оружия.
Они пристально смотрели на меня, желая узнать, как защитить себя и свой город. Впервые за Богини знают сколько времени в Глифмарке появилось чувство надежды.
Заметка: Максимальный Уровень.
[1] Stampede (eng.) - натиск (бегущего табуна)
[2] англ. Gloom - "Мрак"
[3] Полночный Дождь
[4] Nightmare Moon - Лунный Кошмар