глава 21
Она лежала неподвижно, свернувшись калачиком под тяжёлым одеялом, словно защищаясь от невидимого врага. Я стоял у изножья её кровати, погружённый в полумрак комнаты, где свет луны едва пробивался сквозь плотные шторы. В воздухе витал запах древних заклинаний и увядающих цветов. Я смотрел на неё, не в силах отвести взгляд, чувствуя, как моё сердце сжимается от нежности и тревоги.
Я осторожно приблизился и прижался губами к её холодным губам, надеясь пробудить её от этого забытья. Но её дыхание оставалось ровным, а ресницы — неподвижными. Я провёл пальцами по её щеке, ощущая холод, словно её душа была далеко, а тело оставалось здесь, в плену сна.
Не удержавшись, я приподнял край её сорочки, обнажая бледную кожу, покрытую тонкими линиями магических символов. Её грудь, скрытая под тканью, казалась ещё более манящей в этом мрачном свете. Я провёл ладонью по её коже, ощущая, как она вздрогнула, но не проснулась. Она повернулась на бок, словно дразня меня, и я почувствовал, как внутри меня поднимается волна гнева и желания.
Я лёг рядом, притянув её к себе, и она, несмотря на свою холодность, прижалась ко мне, как будто искала защиты. Её дыхание было ровным, но я знал, что это лишь иллюзия. Она была в плену теней, и я должен был вернуть её.
— Моя маленькая, — прошептал я, обнимая её крепче, чувствуя, как её тело становится теплее от моего прикосновения.
Она не проснулась, но я знал, что она здесь, со мной. Её сердце билось в такт с моим, и это наполняло меня надеждой. Я был готов ждать, сколько бы времени ни потребовалось, чтобы она снова открыла глаза и увидела меня. Я был готов сражаться с любыми силами, чтобы вернуть её в этот мир, вернуть её магию, её свет.
Время тянулось, словно вязкая смола, и я не отрывал взгляда от её лица. Вокруг нас царила тишина, нарушаемая лишь шорохом ветра за окном и тихим шёпотом древних заклинаний. Но для меня существовали только эти мгновения, когда я держал её в своих объятиях, чувствуя, как её сердце бьётся в такт с моим.
Моя любовь была сильнее любой тьмы, сильнее любых проклятий. Я знал, что она вернётся, и я буду ждать её, сколько бы времени это ни заняло. Потому что моя любовь была вечной, а её возвращение — неизбежным.