ɴᴏɴᴇxɪsᴛᴇɴᴛ ᴠᴀʟʟᴇʏ

[Хорошо там, где нас нет. Над этой фразой можно думать хоть вечность, но не согласиться с ней нельзя. Конечно, каждый раскрывает её смысл по-своему — сколько людей, столько и мнений. За повседневной мимикой всегда стоит нечто большее — тайна, история, зародившаяся боль, которая не имеет покоя и скитается в сердцах невинных. Правда, которой пожертвовали для «мира лучшего», забыта и оставлена в кромешной мгле. И всё же, там хорошо, где нас нет. Но что поистине скрывает это самое место? Несчастное и неспасённое чудо зародилось здесь и жило для людей, чтобы погибнуть от их же рук. Это же так просто— подчиняться и быть обычным.Птица в клетке.

Хорошо там, где нас нет. Где тот самый кусочек свободы искреннего народа? Иногда для спасения приходится погибать, так ради кого или чего исчезают города, поля, чувства, вера?

Одна погибшая история осквернённого места, которой уже не будет покоя ни в чьём мире. История тлеет в сплетенной цепями холодного одиночества ловушке и только мы можем ей помочь, но какими жертвами? Только мы можем услышать её оглушительный крик. Ради изменения мира наше же место погрузило себя в безумную темноту, но оно не будет убито Нами зря.

Однако, у всего есть цена. Пытаясь сохранить одно, ты убиваешь в себе иное. Ты до сих пор хочешь узнать? Что ты тогда поставишь на кон?

Хорошо там, где нас нет. Где это самое место?

Оно позабыто, отброшено, несправедливо убито создателем. Частичка добра и Света оставлена без шансов спасения.

Хорошо там, где нас нет. Это есть в каждом из нас. Сейчас мы все являемся местом, где есть всё, кроме нас самих. Надели маску и приговорили себя же к безмерным мукам. Мы место, где нас же и нет. Мы расцвет и в то же время погибель. Так куда же на самом деле приводят мечты?]

. . .

— И ради этого мы проделали такой путь...? — Тихо прошептал Кен и тут же упал на колени перед руинами старого здания.

— Скажи же, это круто! - Буквально пропел Адриан, пока бегал вокруг здания. Казалось, он и не чувствовал усталости в ногах, только лёгкое подрагивание колен.

— Мда уж, хех... просто отлично... идти два часа по лесу через грязь и заросшие растения, чтобы посмотреть на какое-то сгоревшее здание. Всегда мечтал.

— Хей, Кен, не хочешь зайти внутрь?

— Мне не нравится это место...

— Да ладно тебе, зря столько шли что ли?

Кен ничего не ответил. Парень продолжил сидеть на сухой земле и переводить дыхание после тяжёлого похода. Он долгое время следил за братом, тот громко ликовал и нелепо подтанцовывал у старой колонны, что-то подпевая под нос. В любой другой день Кен просто буркнет и уйдёт, однако, в этот раз всё иначе.
Мальчик осторожно перевёл взгляд на здание, и что-то в его сердце вскрикнуло : «беги». Необъяснимое чувство пронзало его тело словно игла вновь и вновь. Руины влекли его и одновременно с этим пугали. Это словно манящий наркотик, от которого человек мучительно погибает.
Он пытался скрыть свое сильное влечение и любопытство к этому зданию: отводил глаза, отворачивался, даже хотел уже встать, но что-то не давало ему это сделать. Это «что-то» ждало его появления и не могло позволить уйти.

— Да что здесь такого? Обычный большой дом, можем пойти и на свой такой же посмотреть.

— Какой ты бука, идём внутрь! — Адриан сменил тон и пошёл в сторону брата, чтобы защекотать в случае отказа. 

— Прости, я не могу.

Кен хотел встать и пойти к озеру, как его голова резко закружилась, отчего тот просто схватился за неё. Перед ним всё "плыло" и образ идущего навстречу брата начал походить на какие то выплески пятен, поэтому парень сомкнул свои глаза и тихо прошипел от непонятного шума в голове. Никогда подобное не настигало мальчика. Он почувствовал резкую усталость во всех конечностях и боль в спине. Кен прижался ближе к земле, свернувшись в комок из-за резкого чувства холода. Некая дрожь прошлась по всему его телу.

Выдохнув, Кен, с некоторой силой, открыл глаза и то, что он увидел, заставило его отползти от старых руин. Земля, покрытая ранее яркой зелёной травой, что сияла на солнце, стала вся полностью чёрной, словно безжизненной. Такая же Листва цвета мглы на странных жёлтых деревьях вдруг осыпалась на чёрствую поверхность. Всё небо и его чарующая синева превратилась в огромный туман, сквозь который не было видно даже луча солнца. Само здание стало красным, будто именно сейчас на него только-только пролили свежую кровь.

Кен отполз как можно дальше от руин, он хотел убежать или закричать, но свет внутри здания возбудил в нём интерес. Это было словно пламя. Что-то светлое выглядывало на парня из огромных окон. На мгновение Кену показалось, что это "что-то" зовёт его к себе и хихикает.

Парень снова ощутил дрожь и неестественный страх. Он не знал, что происходит. Сердце бешено колотилось у него в груди. Все его конечности будто были "прибиты" к земле. Ничто не хотело его выпускать.

Кен не мог отвести дрожащий взгляд от того, что наблюдало за ним из Здания. Вдруг, казалось, в один миг, начался сильный пожар. Огонь вспыхнул из всех отверстий Руин с большой силой.

Однако, Кен заметил двух чёрных воронов, что облетали всё это здание, пристально смотря в упор на парня. Они приземлились рядом с испуганным мальчиком и начали медленно приближаться, громко каркая, словно, обращаясь к Кену. Тот хотел отползти, но он не смог поднять даже руку.

Карканье становилось громче с каждой секундой, а пожар ярче. Парень зажмурился вновь и пытался взять себя в руки. Дрожь и холод усиливались. Кен не мог даже описать, что с ним. Парень осторожно открыл глаза вновь и увидел брата и привычные ему лес и небо.

— Вставай, чё разлёгся? Говорю, пошли, тебя только и ждём.

Кен не мог сфокусироваться на том, что говорит Адриан. Всё его внимание притягивало то здание, что стоит перед братьями. Мальчик долго смотрел в старые Окна, пытаясь найти то самое «что-то». Он не мог смириться с тем, что в здании пусто. Там определенно кто-то есть.
Вновь Кен услышал чье-то хихиканье, но тот не успел опомниться, как Адриан начал его легонько трясти.

— Пошли за мной, тебе понравится. - Весёлый голос Старшего сменился спокойным. Парень взял младшего брата за руку и резко потянул, чтобы тот пошёл за ним.

Кен недоверчиво встал и медленно пошёл, чувствуя, что с каждым шагом хватка Адри усиливалась. Свободной рукой темноволосый начал осторожно трогать себя, он не мог поверить в то, что недавно он не мог пошевелиться, а сейчас обычно идёт за братом без неприятных ощущений. Всё это нагоняло страх, но тот лишь мог осматривать здание, лес и небо, не понимая до конца пришёл он в себя или нет. В какой то момент Кен поймал себя на мысли, что Адри ведёт себя странно, младшему показалось, что это вовсе не тот беззаботный весельчак, что был с ним весь день. Его походка, голос, будто, принадлежали кому-то другому. Вмиг Кен потряс головой и выкинул странные мысли из головы, рассматривая здание, в которое шёл. Подобного он никогда не видел: старые расписные стены даже после пожара выглядели эстетично и строго. Входом служил некий проём, в котором, скорее всего, ранее была дверь.

Подойдя ближе, Кен смог разглядеть узоры на стенах - это были древние символы, которые словно хотели о чем-то предупредить.

— Но кто это написал...? — Тихо прошептал младший, пытаясь разобрать хоть что-нибудь из надписей.

Внутри было подозрительно пусто. Не было никаких следов жизни, будто оно было задумано таким. Вместо пола была сухая земля. Изнутри на стенах не было символов. В крыше огромная дыра открывала вид на небо, а свет из пары окон по бокам осветил парням весь огромный этаж.

Пока Кен рассматривал здание изнутри, он не заметил, как вместе с братом начал идти быстрее.

— Куда ты так торопишься...? — Попытался спросить Кен у старшего, но тот ничего не ответил. — Адриан?

Ответа не последовало, но из-за мёртвой хватки старшего, Кен не смог даже сопротивляться. Он посмотрел на затылок Адри и почувствовал, как леденящий страх пробирается по его костям. Кену казалось, что это всё было жутким сном, но нет. Он не знал, что с ним.

Кен боялся, но в то же время не хотел бежать — что-то пленило его здесь. Чувствовалось присутвие кого-то или чего-то, что хотело именно его присутствия. Все его мысли путались между собой, он не знал, что делать.

Обойдя весь первый этаж, Адри увидел освещенную слабым светом лестницу, ступени которой вели наверх. Парень не торопился подниматься и отпустил руку брата. Его внимание было привлечено чем-то неизвестным.

Кен ощутил свободу и сразу посмотрел на свою кисть — она была красной со следами от рук брата. Ещё одна волна непонятных чувств накрыла его. Он сразу забыл, кто рядом с ним, что они здесь делают, а самое главное — почему тот не может уйти. Кен ещё раз собрался с чувствами и глубоко выдохнул. Он сделал пару шагов назад и обернулся к выходу, но в его глазах сразу все потемнело. Парню уже точно казалось, будто само его тело хочет здесь остаться, а в голове кружилась лишь одна мысль: «Я...не могу. Я хочу жить. Я... что...? Почему я чувствую, будто скоро умру...?»

Кен вцепился обоими руками в чёрные волосы. Всё его тело тряслось от ужаса того, что может оказаться в этом здании. Он боялся пошевелиться, но в то же время хотел остаться.

Парень выдохнул ещё раз и почему-то обратил внимание на широкий проём, где раньше было окно. В нем был виден вечерний лес. Небесная синева успокоила его, и он нашёл в себе силы двигаться. Парень подошёл к окну вплотную, но оно находилось достаточно высоко для его роста, поэтому тот встал на носки и оперся руками на подоконник. Запах мокрой травы и шуршание листвы привели его в чувство. Лёгкая улыбка едва появилась на его лице, как вдруг, практически вплотную с окном, пролетели два больших чёрных ворона, которые громко и тяжко каркали. Кен настороженно посмотрел на птиц, и те смотрели в упор на него своими чёрными безжизненными глазами.

Парень сразу отошёл от окна. Птицы улетели, но их звонкое гоготание до сих пор раздавалось эхом в его голове.

— Ой, я отвлёкся, хех... — тихо сказал позади Адриан, снова взяв растерянного брата за руку. Старший поторопился пройти на шаткую деревянную лестницу, которая трещала от каждого шага.

Кен с осторожностью наступал на ступеньки, боясь провалиться, что было достаточно трудно без перил.

На мгновение свет в его глазах исчез, и тот поднимался наощупь. Он настолько привык к постоянному страху, что теперь это последнее, что заботило его.

Вскоре братья поднялись на полуразрушенный последний этаж, где не было стен и крыши.

Кен всё-таки смог избавиться от хватки Адри.

Парни остались вдвоём под вечерним небом. Они так сильно стремились придти в это здание, что не заметили, как наступил вечер. Каждый смотрел на таинственную синеву и находил в ней что-то по-своему пленительное.

— Мама говорила- начал Адри - что если в первый день лета загадать в церкви желание,  оно точно исполнится.

— Мы пришли сюда, чтобы что-то возжелать? — тихо спросил Кен, ещё поглаживая свою руку.

—Как думаешь, есть ли там что-то, что смотрит на нас также, как и мы на это сейчас? — тихо спросил Адри, не отрывая взгляда от неба.

— Я думаю, если верить, всегда найдётся это «что-то».

— Думаешь.. если верить, что ты любим, люди тебя полюбят?

— К чему такие вопросы, Адри?

— Как думаешь, что может изменить мир?

— Я не понимаю ..

— Кен, знал ли ты, что у меня была не одна мечта? — задумчиво произнёс старший. Его губы и кончики пальцев дрожали, а взгляд, полный слёз, искал на небе поддержки.

— Мечта? — Спросил Кен, озадаченно взглянув на своего брата, но после тот поднял голову и начал смотреть туда же, куда и его собеседник.

— Я хочу быть нужным. — решительно произнёс Адри, не отводя взгляда от вечернего неба.

И вновь тело Кена коснулась странная дрожь. Внутри себя он понимал, что далёк от своего брата. Ему чужды желания быть любимым и добиваться признания, он никогда не был одинок. Однако, ему всегда было всё равно на переживания других, но сейчас он не смог признаться в этом.

Есть те, кто уверен в том, что иметь каменное сердце - отличное качество. Думают, что способны обрести покой и идти дальше, нежели типичный человек- Превзойти его. Бессердечной деревянной кукле, что скрывает себя под маской безразличия тоже бывает больно. После погружения своей души в вечно холодную впадину спасения не будет. Это отчуждённое место, где нет шансов найти выход. Ценой абсолютного безразличия может стать всё, что человек имел ранее: семья, друзья, мечта или карьера. С каждым днём это место отдаляет человека от истинного мира, словно порождая между ними ледяную стену.

Кен не понимал, что чувствовал Адри, но хотел бы разделить его боль. Он осторожно взял его за руку и тихо сказал, снова надев фальшивую улыбку: « тогда, пожалуй, я нуждаюсь в тебе. Теперь я хочу быть для тебя больше, чем младшим братом.»

Парни долго стояли в безмолвие, пока каждый размышлял о своём. Тишину иногда прерывал ветер, развевая волосы и одежду на них. Он не был холодный, наоборот, пытался согреть их детские разбитые души.

Порой, так больно наблюдать за маленьким мечтателем, смотрящим своими чистыми глазами в небо, ведь каждый из нас ищет там своё. Дорогу ли к власти, любовь, понимание. Всех нас объединяет надежда на то, что в будущем нас ждёт насыщенная яркими красками жизнь и беззаботная старость. Взгляд ребёнка на небо – его первая исповедь. Ни один человек не возжелает ничего порочного перед невидимыми нашими хранителями. Этот хрупкий взгляд мечтателя — украшение нашего мира, но, к сожалению, его легко можно уничтожить. Если глаза – зеркало души, то как выглядит сломленный человек под весом цены собственной мечты? Может ли тот самый детский наивный взгляд "воскреснуть" вновь? Кто тот самый палач, что бездушно "убивает" в нас мечтателей? Сам ли мир таков жесток или мы сами сделали его таким?

Эти двое продолжали смотреть на вечернее небо и находили в нём иные оттенки надежды. Время словно остановилось ради того, чтобы они загадали желания.

Адриан широко и нежно улыбался непонятно кому. Возможно, он нашёл свою надежду, может, он уже изменил свой мир. Однако, сейчас он доверил своё желание небесам. Старший осторожно стёр со своего лица остатки слез и повернулся к выходу.

— Пошли домой.

— Д...да пошли. — с улыбкой произнёс Кен, смотря уже не на небо, а на Адриана, чьи  ярко-зелёные ещё мокрые глаза сияли. парень понял, что сейчас его брат отдал небесам что-то большее, чем сокровенную тайну, он оставил на этом месте часть себя. Кен все продолжал улыбаться неясно кому, но его холодное и мрачное сердце на миг застучало чаще.

Темноволосый ухмыльнулся, проводя голубое небо взглядом, и неспешно пошёл за братом.

Он хотел бы остаться, но вовремя осознал, что если сделает это- Адри будет ещё сильнее плакать, поэтому он мужественно держал свои чувства при себе.

Однако, у самого выхода в таинственное здание Кен краем глаза увидел двух мёртвых ворон. Возможно, ему показалось, но они лежали таким образом, будто пытались войти, но что-то не пустило их.

— «о чем же вы хотели меня предупредить?»